Королевские сердца

Первые лучи солнца пробираются сквозь щели штор. Хан Джисон потягивается на белоснежных простынях и открывает глаза. Перед его взором как всегда оказывается просторная комната. Стол забит разными книгами и блокнотами с разной писаниной. Рядом стоит большой белый шкаф, обрамлённый золотом. Хан ещё секунду пялится в одну точку, как тут его тишину прерывает стук в дверь и тихий голос. — Мистер Джисон, Вы проснулись? — негромко спрашивает миссис Тин. — Да, тётушка Тин, скоро выйду, — сонно отвечает Джи. — Хорошо, Вас уже ждёт господин Хан, хочет с Вами поговорить.  Джисон лишь закатывает глаза и отвечает «Хорошо». Наверняка отец вновь будет рассказывать о том, как важно налаживать отношения с королевствами и как важно для этого заключить брак.  Парень тяжело вздохнул, попытавшись принять свою судьбу, и, отлепив себя от кровати — пошёл к шкафу, чтобы найти сегодняшнее одеяние.  Роскошные одеяния для Джисона — не его стиль. Вот не нравится ему всё эти вычурные рубашки, брюки с рюшами, которые почему-то сейчас в моде, плащи с мехами и тому подобное. Ему нравится что-то более простое и лёгкое, что не сковывает движения. Выбор пал на самую обычную рубашку, бежевого, даже слегка грязного, цвета и чёрные штаны. Обуви у парня не так много, несколько пар туфель и сандаль, сегодня к образу подойдёт первый вариант.  Взъерошив уже слегка сальные волосы, Джисон вышел из комнаты, как тут увидел одну из своих помощниц.  — Тётушка Тин, Вы до сих пор здесь, — испуганно спросил Джисон, ведь не ожидал здесь кого-то увидеть.  — Конечно здесь, нужно убрать Вашу комнату и украсить к Новому году, — спокойно ответила женщина.  В этот момент Джисон видит, как все вокруг носятся, украшая дворец к праздникам. Каждый год одно и то же, не особо Хану нравится эта новогодняя суета, каждый раз происходит подобное. — Хорошо, главное не трогайте мой стол, — предупредил Джисон.  — Конечно, господин.  Джисон улыбнулся и, развернувшись, побежал в сторону лестницы. Внизу сложилось впечатление, что прислуг было ещё больше: каждый чем-то занимался, кто-то наряжал ёлку, кто-то украшал лестницу и вход, а кто-то декорировал главный зал. В середине зала стоял отец, Джисон поправил воротник рубашки и подошёл к мужчине. — Доброе утро, отец, Вы хотели меня видеть? — негромко сказал парень. — Доброе утро, Джисон. Да, хотел, — спокойно ответил ему отец, мужчина сложил руки за спину и пошёл в перёд, осматривая, как люди украшают колонны и ёлку. — Скоро Рождество, а там не за горами Новый год, поэтому тебе тоже стоит подготовиться. — Только не говори мне, что…, — не успел договорить Джисон, как был перебит отцом. — Не буду я тебя ни с кем знакомить, успокойся, — вздыхает он. — Джисон, тебе стоит набраться больше серьёзности. Вернёмся к делу, в рождественский вечер у нас будет проведён бал, съедется огромное количество гостей и одни из главных — семейство короля Ли.  — Южное королевство? Серьёзно? — недоумённо спрашивает парень, ведь точно помнит, как отец рассорился с королём Ли.  — Да, мы решили наладить контакт и забыть прошлые обиды, ко всему, наше объединение может дать хорошие плоды.  — Хорошо, а я тут каким боком? — спрашивает Джисон, на что получает гневный взгляд.  — Иногда мне кажется, что ты не мой сын, — закатывает глаза он. — Пойми, мне давно не тридцать, рано или поздно ты займёшь мое место, и ты уже должен налаживать контакты с наследниками, — пытается донести до своего не путёвого сына.  — Хорошо, я понял Вас, —кивает Хан младший. — Тебе уже семнадцать, не кажется, что стоит задуматься о многих серьёзных вещах?  Джисон таки не успел ответить, в зале появилась ещё одна особь — мать Джисона и возлюбленная короля Хана. Женщина сначала подошла к сыну и поцеловала в лоб, после чего сразу же подошла к мужчине, чтобы подарить тому поцелуй в щёку.  — Джисон, родной мой, когда ты начнёшь соответствовать своему статусу? — спрашивает госпожа Хан, обратив внимание на одеяния своего сына. — Во что ты одет?  — И тебе доброе утро, мама, — закатывает глаза Хан Джисон.  — Костюм на бал будешь выбирать вместе со мной, — говорит она и прищуривает глаза, Джисону приходится только кивнуть, ведь начинать сейчас спор с матерью — это обычная потеря времени. — Комнаты для гостей уже готовы, Тин быстро выполнила свою работу.  — Отлично, — с улыбкой говорит король Хан и приобнимает королеву Хан. — Джисон, я надеюсь ты меня понял, прошу, не сотвори чего-то вновь.  — Хорошо, отец, я Вас понял, — кратко отвечает Джисон и уходит обратно в свою комнату.

***

В комнате царил дух Нового года, предвкушение рождественских праздников начинает играть на задворках разума. Сугробы за окном, ёлочки накрыты белой простынёй — придают атмосфере нотку сказочности.  Джисон подходит к своему столу, из-под огромной гор бумаг и разной макулатуры парень вытягивает небольшой коричневый блокнот. Вещь, которая дороже любых драгоценностей, вещь, в который хранятся все тайны.  В руке моментально оказывается перо, а рядом чернильница. Слов в голове было не так много, но их хотелось перенести на бумагу. 

“Как же давно я не выводил здесь буквы. Ну что ж, здравствуй, соскучился? С моей последней записи прошло два месяца? Верно, как же я посмел забыть о тебе? 

В моей жизни произошло не так много, учёба не кажется такой захватывающей, а отец всё больше и больше напоминает о женитьбе. Как же надоело. Ну, что я могу поделать, что меня не привлекла ни одна почётная дама?

Господи, прости меня за мою “неправильность”. 

Что насчёт будущих планов? Отец собирается устроить рождественский бал, он пригласил чуть ли не всё королевство. А ещё короля южного королевства. Мне нужно познакомиться с неким принцем Ли. Интересно... какой он? Мне каже...” 

На плечо Джисона падает чья-то рука, парень дёргается так, будто на него вылили кипяток. Обернувшись, первым, что он увидел, это хитрую улыбку, а уже позже лисьи глаза.  — Ты чего пугаешь, чёрт такой, — облегчённо выдыхает Джисон, перед ним стоит его друг — Чонин. Джисон, подтолкнув блокнот обратно под листы, поднялся со стула и сел на кровать, на которую уже успел завалиться Чон. Ни стыда, ни совести.  Чонин — сын герцога, познакомились они давно, ещё в детстве на очередном чаепитии. Парень с лисьими глазами показался слишком активным, но, как оказалось, Джисон не менее безумен.  — Вновь пишешь? Какое перо по счёту? — спрашивает Чонин и бросает взгляд на парня.  — Первое, — отвечает он и выгибает бровь.  — М-м-м, — протянул Чонин, — Верю, — говорит он не громко и вскакивает с места. — У меня есть вопрос, — в его голосе звучала нотка игривости, а во взгляде плескалась заинтересованность, — я, пока шёл сюда, случайно услышал разговоры служанок, они говорят, что к вам приедут гости из южного королевства, — говорит он, играя бровями.  Джисон, возможно, уже смирился с этим любопытством парня, но он никак не может понять каким образом этот хитрый лис улавливает каждое слово.  — Да, приедут, и что?  — Как что, ты не слышал кто такой Ли Минхо? — почти кричит Ян Чонин.  — О господи, только этого мне не хватало, — выдыхает Джисон и хлопает себя по лбу. —Если он окажется каким-то повелителем всех сердец, но с холодом в своём сердце, то я ничуть не удивлюсь.  — Ну, ты почти угадал, — думает секунду, а позже вновь выдаёт: — вообще, я не шибко много знаю о нём, но говорят, что он любит “играться”. — Очень мило с его стороны, — безразлично отвечает Джисон, пытаясь прикрыть появившееся любопытство.  — Очень мило, что ты пытаешься прикрыть своё любопытство, — с ехидной улыбкой отвечает Ян. Не дав Джисону ответить, он вновь начинает. — Я вообще не за этим пришёл, у нас же ярмарку открыли, пошли?  — Пошли, — быстро и с энтузиазмом отвечает Хан Джисон, подхватываясь с места.  Парень быстро натягивает на себя верхнюю одежду и бежит за Яном. По дороге чуть не сбивает с ног Тин, а та в свою очередь кричит что-то по типу: «Не бегайте по дворцу, будьте осторожнее», но парни лишь легко хихикают, извиняются и выбегают на улицу. 

///

Сердце бьётся в безумном волнении, ладони неимоверно потели и дрожали. С минуты на минуту должны прибыть гости, Джисон то и делает, что поправляет рубашку: то пуговицы подёргает, то воротник уложит.  Сегодня Джисон выглядит иначе, более изысканно — привычный свободный стиль он решил отложить на другой день. На замену обычной одежде пришла рубашка с красивыми узорами, а на груди волнами разложено жабо. Казалось, что горло немного душило, Хан никак не привыкнет к подобному одеянию.  — Джисон, опусти руки и хватит теребить одежду, — прошипела женщина. Парень моментально опустил руки и заложил их за спину, чтобы не было соблазна. — Хорошо, мама, — после его слов огромная дверь перед ними открывается, напротив оказывается та самая семья, которую так ждал король Хан.  Первыми, кого Джисон увидел — Ли Чонхо и Ли Минджу, король и королева, о которых так много говорят в последнее время, чуть позади идёт их сын Ли Минхо, о котором много говорил Чонин, а рядом с ним шёл какой-то парень. Позади их всех шли четыре человека – скорее всего их помощники. — Здравствуй, Хан Джуёль, рад видеть тебя, — начал первым Ли Чонхо.  — Здравствуй, взаимно, — с улыбкой ответил король Хан, — как добрались?  Женщины, как и мужчины, быстро завели разговоры между собой, вот только парни так и продолжали стоять и смотреть друг на друга. Изучая... пытаясь найти что-то, вот только что?  Минхо снимает своё пальто и передаёт служанке, Джисону в глаза сразу бросается красный пиджак, обрамлённый драгоценными камушками, показывая всю роскошь.   — Желаете ли поужинать? — доносятся до Джисона слова его же матери.  — Мы бы хотели отдохнуть, дорога была дальняя и непростая, — в ответ говорит матерь Минхо.  — Хорошо, тогда я покажу вам ваши покои, — спокойно отвечает королева Хан. —Джисон, родной мой, покажи Минхо его комнату, комната господина Сынмина находится рядом.  Джисон секунду смотрит на парней и, кивнув, пошёл в сторону лестницы. Минхо и ранее названый Сынмин пошли за ним, пытаясь не отставать, они о чем-то шушукались, во что Хан старался не вникать.  — А дворец-то больше вашего, — невзначай бросает парень рядом с Минхо.  — Да, впечатляет, дворец красивый, — впервые заговорил принц Ли. Его голос разлился сладким нектаром, заставив покрыться Джисона приятными мурашками. — Просто каждый король достраивал что-то своё, вот и большой такой, — невзначай бросил Джисон между их разговором. — И Вы тоже? — спрашивает Минхо с лёгкой ухмылкой.  — Я уже, — быстро отвечает Хан и останавливается рядом с небольшой дверью. — Сынмин, верно? — спрашивает он и смотрит на парня рядом с принцем.  — Да. — Это Ваша комната, если что-то понадобится – попросите своего помощника, он должен скоро подойти, — объяснил Джисон.  — Спасибо за такое гостеприимство, — поклонился Сынмин и зашёл в комнату.  Джисон лишь посмотрел на закрытую дверь иступил дальше. Парни шли в неприятной тишине, Хан не может сказать, что ему это нравится. Ли шёл как-то слишком близко, иногда задевая своей рукой руку Джи.  — Вот и Ваша комната, — махнул рукой Джисон, когда парни подошли к более массивной двери. — М-м-м, — зачем-то протянул Ли, — спасибо.  Джисон уже хотел быстрее уйти, но был вновь остановлен голосом Ли. Видимо, у этого парня свои планы. — Покажете мне завтра дворец? — тихим, будто мурчащим голосом спрашивает Минхо.  Джисон секунду раздумывает, взвешивает все “за” и “против”. С одной стороны, это их сблизит, с другой — нужно ли ему это? Поборовшись со своими мыслями, Хан всё-таки ответил:  — Покажу завтра после завтрака, — отвечает он и наконец-то уходит в свою комнату. 

***

Лёгким движением руки Хан зажигает свечу и ставит её на стол. Из-под бумаг он вытягивает свой блокнот и открывает последнюю страницу.  Не дописал… но и не допишет уже, мысли совсем не те. Неделя прошла с последней записи? Да. Неделя. Тогда он хотел написать свои предположения на счет Минхо, а сейчас… внутри бушуют смешанные чувства.  Хан подтягивает к себе чернильницу и берёт новое перо — недавний подарок родителей. Оно красивое, обрамлённое золотом, а значит служить будет дольше и не сломается. 

“Здравствуй? Я вновь пишу здесь. 

Я встретил сегодня Минхо, они приехали ближе к девяти вечера. Когда он появился в моём поле зрения, я… я ощутил неизведанное мной чувство. 

Меня будто окатило волной трепета. Сердце забилось быстрее в несколько раз, а в глазах будто сердечки появились. По телу пробежался табун мурашек. 

Этот парень будто лёгкий ветерок весеннем вечером. Удивительно ведь? 

Я не могу много о нём сказать, но я слишком много ощутил, встретившись с его глазами.”

Джисон зевает, прикрывая рот рукой, на глазах проступило немного слёз. Он закрывает блокнот и прячет под кучу бумаг. Парню нужно набраться сил, завтра будет тяжёлый день.  Хан переодевается, отдавая преимущество свободной ночной рубашке. Шторы не полностью закрывают окно, оставляя щель, пропуская свет луны. Моментами можно заметить изредка пролетающие снежинки.  Он ещё долго будет крутиться в кровати в попытках поймать сон. В голове было много вопросов и мыслей, а на губах было лишь одно имя «Минхо». 

***

— Я вижу, что Вы и так неплохо справляетесь, — с улыбкой на губах говорит Джисон, когда заметил рассматривающего картины Минхо.  После завтрака Джисона забрал Король Хан, поэтому парень не смог выполнить своё обещание. Но сейчас, когда он видит Минхо, который сам осматривает владения Ханов, думает, что может он и сам всё осмотрит.  — Мне кажется, что без Вас я потеряюсь здесь, — отвечает Ли, играя бровями, Джисона это даже позабавило. — Ко всему, в Вашей компании будет приятнее осматривать замок.  — А Вы мастер делать комплименты, — с лёгким смущением ответил Джисон. — И куда же Вы желаете пойти, господин?  Минхо хищно улыбнулся и на секунду задумался: «Господин значит…, интересная игра, Хан Джисон». — Хочу пойти в излюбленное Вами место, — выдаёт Ли, — можно ведь?  — Можно, — с улыбкой отвечает Джисон и направляется к огромной лестнице.  Парни проходят мимо множества комнат, роскошных картин и столов с вазами. Минхо отметил кое-какую особенность в их дворце — много цветов. Было удивительно видеть их в таком количестве, наверное, королева Хан любитель подобного — предположил Ли в своей голове.  Минхо и Джисон подошли к самой дальней двери, она была обрамлена золотом, можно даже заметить небольшие розочки, придающие некую элегантность. Парень толкает её вперёд и взору Минхо показывается небольшая, но очень красивая библиотека.  По всей библиотеке плетутся розовые и белые розы, на белых полках красуются книги, а посередине стоит белый стол, на котором стоит ваза.  — Так это Вы любитель роз? — заинтересованно спрашивает Минхо и переводит взгляд на парня.  — Они просто такие красивые и нежные, правда уход за ним нужен хороший.  — Верно, — тихо отвечает Ли, секунду зависая на Джисоне. — Но разве уже не закончился сезон этих цветов?  — Они могут цвести до самых заморозков, но я просто пытаюсь поддерживать их жизнь, вот и всё, — тихо отвечает он. — В дальнем углу я уже срезал их, ну, а остальные пока просто радуют взгляд.  Минхо прищуривается и наблюдает за тем, как Джисон увлечённо рассказывает о цветах. Рука сама по себе потянулась к его волосам. Парень нежно проводит пальцами по слегка волнистым прядям волос, будто играясь. — Могу ли я называть Вас цветочком? — совсем тихо спрашивает Минхо. — Очень удивительно, но Вы так гармонично смотритесь на фоне роз, будто и сами становитесь ею.  Сердце Джисона пропускает удар, а щёки покрываются румянцем. Внутри завязывается тугой узел чувств. 

///

Ночь перед Рождеством всегда волнительная, в особенности для Джисона. Ещё с самого детства маленькому принцу казалось, что эта ночь волшебная. Ходила легенда, что именно в эту ночь можно увидеть падающую звезду, исполняющая одно заветное желание.  Время идёт, о маленькой сказке принц стал забывать, волшебство заменила лёгкая ненависть к этому празднику. Постоянные встречи, балы и приёмы изматывали парня, но сказать обычное «нет» он не в силе.  Холодный воздух неприятно щиплет щёки и охлаждает кончики пальцев. Джисон вдыхает и чувствует, как в голове начинает проясняться. Нервозность и постоянные потоки мыслей наконец-то успокаиваются, превращаясь из шторма в тихий океан.  Уже завтра в этом дворце будет огромное количество незнакомцев и Хану придётся каждому из них улыбаться, даже если он в душе не чает кто это.  — Удивительно видеть Вас здесь в столь поздний час, мистер Хан, — прозвучал позади низкий и такой знакомый голос.  Джисон дёргается от неожиданности и оборачивается. Перед ним оказывается некто иной, как Ли Минхо. На нём свободные брюки и такая же свободная рубашка, а на плечах красуется чёрная накидка.  — То же самое могу сказать и о Вас, Ли Минхо, — совсем тихо ответил парень.  — Я немного нервничаю перед всякими мероприятиями, вот уснуть и не могу, — Минхо подходит к Джисону и точно так же опирается об ограждение. Между парнями повисло неловкое молчание, Хан блуждал глазами по деревьям, а Ли смотрел на небо, будто что-то высматривает. Джи стучит ногтями по забору, пытаясь в голове найти хоть какую-то тему.  С момента, как этот принц оказался в этом дворце, сердце Хана находится не на своём месте - оно постоянно мечется то туда, то сюда. Как только Минхо оказывается в его поле зрения, руки начинают дрожать, а кончики пальцев покалывать. И всё это произошло после того чёртового дня в библиотеке.  Минхо же, кажется, всё устраивает. В какой-то мере даже забавляет, как юный принц реагирует на все его действия.  — Вам не холодно? — неожиданно спрашивает Ли.  — Нет, — отвечает Джисон, начиная пальцами потирать свою руку, понимая, что всё-таки немного замёрз. — Мне как раз нужно охладиться.  — Но не заболеть же, — вздыхает Ли и машет головой. Он снимает с себя накидку и окутывает ею плечи парня, по щекам Джисона начинает красоваться румянец, далеко не от холода. — Вы слишком легко одеты, Вам стоит лучше заботиться о себе.  Глаза-бусинки заблестели и уставились на Минхо. Свет луны красиво падал на профиль Ли, подчёркивая его неземную красоту. Посмотришь - и не скажешь, что это реальный человек.  — Минхо, а у Вас..., — на секунду замялся он, будто фраза застряла где-то. — У Вас есть вторая половинка?  На губах Ли моментально появляется мягкая улыбка, а в глазах проблёскивает нежность. Парень тянется своей рукой к волосам Джи и заправляет прядь за ухо, совсем невесомо касаясь мочки уха.  — Нет. Мне это было неинтересно, — взгляд Минхо останавливается на руке Хана, ему хватает секунды, чтобы переплести с ним пальцы и потянуть внутрь дворца. — Пойдёмте внутрь, у Вас уже совсем замёрзли руки.  Последнее, что помнит Джисон — это широкая спина и согревающая ладонь. 

***

Во дворец прибывает всё больше и больше людей. Принц Хан Джисон уже больше часа стоял рядом с родителями и встречал гостей. Щёки уже болят от этой улыбки, а голова гудит от всей фальши.  Хан бегает глазами, пытаясь отыскать в толпе Минхо, но он либо ещё не пришёл, либо он хорошо прячется.  — Джисон, ты можешь уже идти отдыхать, — говорит ему королева Хан и кладёт руку на плечо сына. Джисон кратко кивает в знак благодарности и направляется в сторону Чонина, который крутится рядом с алкоголем.  — Как тяжело смотреть на то, что ты не можешь взять, — подкравшись к Яну говорит Джисон. Парень немного дёргается и отходит от стола, чем вызывает у принца смех. — Да, Ян Чонин? — Тьфу ты, испугал меня, — говорит Чонин, театрально хватаясь за сердце. — Вот они выставили столько алкоголя, а нам даже притронуться нельзя.  — Не волнуйся, притронешься, — спокойно отвечает Джи и хлопает его по плечу, глаза лиса будто загораются.  Парни берут по стакану какого-то безалкогольного напитка и отходят к окнам, где было меньше всего людей, да и музыка там была тише. Они обсуждали какие-то будничные темы, не загружая свой мозг чем-то серьёзным. Не в этот день.  Вот только... Джисон вёл себя странно. Он постоянно метался взглядом между гостями, пытаясь кого-то поймать. Чонин, разумеется, заметил странное поведение Джи, и когда тот в очередной раз погрузился в свои мысли и начал бегать глазами, Ян нахмурился. — Ты чего? — спрашивает он и оборачивается, чтобы посмотреть туда же, но никого там не заметил. Ян секунду думает и моментально начинает улыбаться. — А-а-а, — протянул он, — я понял. Наш принц ждёт свою любовь?  Глаза Джисона округлились, а щёки покраснели. Парень встрепенулся и закрыл ладонью рот друга, чтоб тот помолчал.  — Ты чего, ещё бы громче прокричал, — шикнул Джисон.  — Так всё-таки не отрицаешь, что любовь? — хищно прищурился Чонин, на что Хан только тяжело вздохнули мотнул головой.  — О какой любви идёт речь? — прозвучал голос позади Джисона, он дёрнулся и, убрав руку со рта Чонина, обернулся.  Вот любит Минхо так тихо подходить, это, видимо, стало его хобби — пугать младшего. Хан осмотрел Ли и кажется потерял дар речи. Парень был целиком и полностью одет в белый костюм, жакет был обрамлен диамантами и золотом, наверняка тяжёлый.  — Здравствуйте, Ли Минхо, — собрав всю уверенность в кулак, сказал Джисон и заметил позади стоящего Сынмина. — И Вам, Сынмин, здравствуйте.  Парни кивнули и поздоровались в ответ. Именно к этому моменту в огромном зале появился отец Джисона. Тот толкнул огромную речь, которую Хан пропустил мимо ушей, ведь как можно спокойно стоять и слушать что-то, когда рядом стоит Ли Минхо, так ещё и какой. Но только принц захотел завести разговор с Ли — его утянула мама, знакомиться с какой-то девушкой. 

*** 

Прошедшие два часа для Джисона оказались мукой. Приходилось много говорить с незнакомцами и улыбаться так, будто эти люди давние друзья. Но это первая половина беды, вторая — постоянные попытки родителей познакомить Джисона с девушками. Вся эта суета конкретно вымотала Джи, голова гудела ужасно, а желание уйти в место поспокойнее только растёт.  Когда родители опять заболтались с господином и госпожой Ли, Хан, под предлогом пойти попить воды, ушёл изначально в свою комнату, чтобы взять блокнот, и сразу направился в свою библиотеку.  На столе стояли свечки, которые Джи моментально зажёг. Рядом уже стоит чернильница, а в самом блокноте лежит перо. Парень открывает его и перечитывает, что писал последний раз. “Ну конечно... Минхо” — думается, Хану. Он берёт в руку перо и вновь начинает выводить буквы. 

“Здравствуй! 

Я вновь пришёл к тебе, с той же проблемой. Опять Минхо... У меня такое ощущение, что он какой-то змей-искуситель. И я попал в его сети. 

В голове мысли лишь о нём, и они далеко не такие простые, как кажется. Я хочу пойти на грех. Хочу нарушить абсолютно все правила. И только с ним.

Он стал моей самой драгоценной розой в коллекции. 

Правда, я не уверен, что он хочет того же... и пойдёт ли он на грех вместе со мной?”

Джисон был так сконцентрирован на своих мыслях, что не услышал тихий скрип двери и такие же тихие шаги. Парень дёрнулся только когда увидел рядом с собой тень. Принц Хан откинул перо и резким движением руки закрыл блокнот и обернулся к человеку.  — Я почему-то так и думал, что Вы здесь будете, — с мягкой улыбкой сказал Минхо и, подсунув стул, сел рядом с Джисоном.  — Минхо..., — с испугом прошептал Хан, — как долго Вы здесь?  — М-м-м, — обдумал он, — я только пришёл, — ответил Минхо и невинно улыбнулся. — Не знал, что вам нравится писать. Стихи какие-то?  — Да, стихи..., — совсем тихо ответил Джи и отложил блокнот подальше. — Почему Вы ушли с мероприятия?  Ли на секунду задумался, его рука потянулась к перу, которое было откинуто Джисоном. Он перекатывал его между пальцами, чтобы лучше рассмотреть. Само оно чёрное, обрамлено серебром, а посередине красовался маленький синий камушек.  — Мне стало скучно, — ответил он, смотря на перо, но через секунду перевёл взгляд на принца Джи. Тёмные глаза оглядывали парня так, будто готовы были съесть. Пальцы так и продолжали играться пером, а в глазах появлялся озорной блеск. В голове Джисона образовалась буря мыслей, заставляющая бороться. На плечах будто появились ангел и демон. Вроде как ангел должен был отговаривать от мыслей и действий, которые приведут к плохому исходу, но единственное, что он делает — соглашается с демоном.  Хан буквально разрывается между “Говорить” и “Молчать”.  — Минхо, почему, как только Вы появились в этом дворце, моё сердце не может найти покоя? Оно постоянно мечется и жаждет Вашего внимания. Что Вы сделали со мной?  На лице Ли появляется недоумение, но за короткий миг оно сменилось на заинтересованность. На губах начала красоваться мягкая улыбка. Он сам погряз в этом неизвестном чувстве.  Принц Минхо подвинулся ближе к Джисону и взял его ладони в свои, поглаживая тыльную сторону.  — Вы сделали со мной ровно то же самое, принц Хан, — шепчет Ли, соприкасаясь с Джисоном лбами. Глаза прикрываются, а дыхание на секунду сбивается.  — Минхо, то, что мы сейчас творим — не останется без последствий. Своей увлечённостью мы ступаем на грешную дорогу, — пытается найти хоть какую-то часть разумного Джисон, но получается это очень плохо.  — Даже если и так, то это самый сладкий грех в моей жизни, — шепчет в ответ Минхо и чуть отстраняется. Взгляд Ли падает на губы парня, тот моментально облизывает их и слегка кусает. — Хотите ли Вы совершить со мной ещё один грех?  Спрашивает Минхо, облизывая губы и кладя одну руку на щёку Джи, а вторую на коленку. Хану кажется, что под его ладонями кожу начинает приятно покалывать, а остатки рассудка улетают прочь. Парень медленно начинает тонуть. Утопать в своих собственных желаниях.  — Хочу, — на грани слышимости говорит Джисон, — хочу, чтобы Вы стали моим личным грехом.  Минхо хитро ухмыляется и в эту же секунду прикасается к таким желанным и ранее недоступным губам. Он касался мягко, будто прощупывал границы, и когда ощутил ответ, понял одно — это конечная.  Губы Минхо для Джисона стали огнём. Они опаляли, дурманили, забирали остатки разумного. Ли игрался с ним, покусывал губы, отстранялся и вновь ловил губы Джи, который тянулся каждый раз, как переставал ощущать их. — Что же Вы творите со мной, господин Ли? — сбито шепчет Хан. — То же самое, что и Вы со мной, — таким же сбитым шёпотом говорит Ли, и вновь оставляет поцелуй на губах. — Ваши губы так сладки.  В комнате горели свечи, воздух был накалённый, настолько, что становилось тяжело дышать. Губы неприятно покалывало, а в голове горело красным “неправильно”, но Джисон и так понимал, что выбраться уже не сможет. 

***

— Было очень приятно, что Вы погостили у нас, — улыбается король Хан и жмёт руку королю Ли. — Будем рады видеть Вас вновь.  — Возможно, Вы к нам приедете погостить, мне есть, что Вам показать, — с такой же приятной улыбкой отвечает король Ли.  Мужчины продолжают о чём-то говорить и хлопать друг друга по плечу. Женщины так же что-то обсуждали между собой и тихо хихикали. Парни же стояли друг напротив друга и молчали, на щеках Джисона красовался румянец, воспоминания с ночи всё ещё не дают ему покоя.  — Жаль, что мы сюда приехали на такое короткое время, — начинает Минхо.  — Да, верно. Мне бы хотелось больше пообщаться с Вами, — Джисон моментами переминался на месте, теребя пальцами рюши на рукаве.  — Я уверен, что мы встретимся вновь, — с нежностью в глазах проговаривает в ответ Ли.  Короли жмут друг другу руки и двери открываются. Отец Минхо зовёт своего сына, ведь уже пора ехать, он кивает ему и, прежде чем уйти, наклоняется к уху Джи и шепчет одну единственную фразу.  Джисон округляет глаза и моментально краснеет. Он ожидал услышать всё, но не это.  Принц Хан вновь видит спину уходящего Ли, а в голове крутилась его фраза:  — Увидимся ещё раз, и да, я — змей-искуситель. 

…

Тот самый вечер рождества.  Парни лежат в объятиях друг друга, наслаждаясь приятной тишиной. На бал они возвращаться не собираются, слишком много людей, слишком шумно, слишком много глаз.  Джисон лежит на груди Минхо, вдыхая лёгкий парфюм. Губы покалывали и наверняка покраснели, а в голове не самые приятные мысли.  — Что мы будем делать дальше? — с неким страхом говорит Джи.  — Не знаю, — пожимает плечами Минхо. — Будем жить дальше.  — Но общество не примет нашу любовь. Скоро Вы уедете и что дальше? — беспокойно тараторил Джисон, чем вызвал лёгкий смех у Ли.  Минхо положил ладони на щёки принца Хана и притянул к себе, чтобы оставить поцелуй на кончике носа. Ли переживает не меньше, но пытается скрасить ситуацию.  — Будем ездить в гости друг к другу, слать письма, а дальше посмотрим. Возможно, в будущем свяжем наши королевства и никому ничего не скажем, для всех будем лишь партнёрами, — пытался разумно обдумывать ситуацию. — Не переживайте так, никто ничего не узнает, наша грешная любовь будет только между нами.  Джисон вновь оставляет поцелуй на губах Минхо, и почему-то именно в нём он был уверен, ему хотелось верить. Возможно, эта влюблённость обычный подростковый бунт, возможно рано или поздно он выберется из этого океана безумия. Но не сейчас.  Не когда он находится в объятиях своего греха. Змея-искусителя.