Эмпатия

Мэл проверила натяжение. С мышцами-то Джейса пришлось основательно повозиться, когда подходящие кожаные вязки были подобраны. - Теперь он никуда не денется, - наконец, констатировала она, улыбаясь самой себе, и провела острым ногтем по груди Джейса, оставляя белую полосу. Она, впрочем, тут же покраснела – как и сам Джейс. – Смотри, как он смущается. Виктор ответил сдержанной улыбкой, которая постепенно переросла в ухмылку. - Да. Как девственник, - протянул он. Глаза его блестели в свете прикроватной лампы. Зрелище это было не менее завораживающим, чем краснеющий Джейс. Впрочем, выражение лица Джейса в этот момент тоже надо было видеть. Его глаза забегали в поисках поддержки то Мэл, то Виктора. - Я… Я не… - пробормотал Джейс. – Я не девственник. Я точно не девственник!.. Мэл замерла на секунду, а потом, еле сдерживаясь, начала хихикать. Виктор присоединился. Джейс обиженно надулся и демонстративно отвернулся – насколько это было в целом возможно для человека, привязанного к кровати. - Оу, - продолжая улыбаться, протянула Мэл, кладя изящную ладонь ему на бедро. От «обиды» Джейса тут же не осталось и следа. – Я и не знала. - Прекрати издеваться, - пробормотал Джейс, весьма активно реагируя на ее давящие прикосновения. Он буквально не мог лежать не двигаясь, но в своих метаниях был достаточно… Непоследователен. Он определенно не понимал, чьи руки ему нравились больше – тонкие пальцы Мэл, гладящие его же крепкое бедро, или костлявая рука Виктора, который осторожно провел костяшками по его коленке. - Да ладно, - прилегла рядом с ним Мэл, постепенно ведя рукой выше. – Я была девственницей лет до… Примерно двадцати. - Примерно? –покосился на нее Джейс. - Примерно, - как эхо повторила Мэл. Глянула на Виктора и протянула: - А-а?.. - А, - тут же поймал ее сигнал Виктор с каменным выражением лица и стоически ответил: - Я девственник. Не было похоже, что его это расстраивало или злило; впрочем, присущая ему неловкость стала еще более явственной. Как бы ему ни хотелось выглядеть увереннее. Мэл почувствовала, как уголки ее губ поползли вниз. - В любом случае, каждый был на моем месте. Вперед и к звездам, - отшутился Виктор. Мэл почувствовала, как ее рука, что гладила Джейса, дрогнула. Она осторожно, как тень, скользнула за спину Виктору. От ее прикосновения он вздрогнул; позволил развязать свой галстук и опустить его на простынь. Все же это было заметно – его неопытность. Да и дыхание его сбилось – Мэл явственно это слышала. В иной ситуации, наверное, она предпочла бы забрать «приз» себе, но сейчас ей показалось это немного неуместным. Тем не менее, под его подмышку она все же осторожно нырнула. Пальцы ее принялись за пуговицы на брюках Виктора. Он позволил ей коснуться выпирающих гребней таза. В этом плане Мэл отлично понимала Джейса – о Викторе хотелось заботиться, пусть в некотором плане его нескладность и казалась ей возбуждающей. Тем не менее, ее мнение тут было важно в минимальной степени. Виктор глубоко вдохнул. Мэл осторожно встала на колени позади него, перевешиваясь через плечо, и прижалась губами к его виску. Ее пальцы едва заметно прошлись по его руке, опускаясь к ладони; она невесомо вложила в нее ключ, которым только что пристегивала вязки Джейса к кровати. - Думаю, - наконец, сорвалось с ее губ, - этот момент должен быть вашим. Виктор ответил грустным смешком. - А ты? Мэл снова прижалась к его виску губами. - Потом как-нибудь. Когда она прикрывала за собой дверь, услышала, как металлический ключ покатился по каменному полу ее спальни. Виктор лег, прижимаясь к бедру Джейса щекой, и так и остался лежать. Больше Мэл не увидела ничего.