Лучшие дни (Скучное представление)

За несколько месяцев до его одиннадцатого дня рождения всё начало меняться. Саске удивился виду брата, стоящего у ворот Академии. В эти дни он с трудом виделся с ним. Анбу, казалось, требовало много внимания, и то небольшое время, что оставалось, всегда забирали старейшины клана. В знак приветствия Итачи только улыбался и ждал, когда он подойдёт. Усталость физически измотала лицо брата, проступив сквозь спокойный облик отстраненного человека. Сакура, умница, не стала беспокоить брата, лишь вежливо осведомившись о его самочувствии. Даже Наруто взял это на заметку: он не кричал и не требовал, чтобы Итачи угостил его ужином. Вот почему когда Ирука-сенсей попросил поговорить с ним, Саске знал: что-то было не так. Они отошли на несколько шагов, достаточно далеко, чтобы их не могли подслушать. Но Саске был любопытен, и у него было достаточно конфет, чтобы заставить Наруто замолчать, поэтому они с Сакурой уселись у качелей и притворились, что разговаривают о многочисленных применениях техники буншин базового уровня. Где-то в середине разговора Сакуры с самой собой о практичности того или иного вида техники буншин, Саске услышал одну фразу. — Он очень талантливый, поэтому я попросил Хокаге-сама разрешить ему принять участие в экзамене. Осознание дрожью пробежало по его спине. Деревня наблюдала за ним. Ответ брата был вежливым и логичным. — Спасибо вам за вашу рекомендацию. Но Саске всё ещё нужно многому научиться. Решение, конечно же, оставили ему. — Я не знаю, — было его ответом, когда Наруто спросил у него в четвёртый раз на неделе. — Может быть, — был его честный ответ Сакуре, спросившей у него один раз, а потом избегавшей его. — Да, — было его ответом отцу, спросившему его с гордыми глазами, — но я хочу ещё подумать. — Нет, — было его ответом матери, чья мягкая улыбка и спокойный голос только напоминали ему, в каком опасном положении он был. Следовало ли ему рано выпуститься, оставить команду 7 позади, в прошлом, и образовать новые связи — связи, что в итоге сломаются под непреклонным присутствием клана, настороженно относившемся к его верности деревне, но всегда стремившимся утопить его в своем вероучении — или следовало ли ему остаться и подождать рождения команды 7? Какой путь был его? Какой спасёт семью? Он искал ответ в лесах за своим домом, сжигая деревья дотла и уничтожая то, что поддерживало жизнь цикад. В то лето цикад стало вдвое больше, и они «пели» до самого конца месяца. Как будто разрушение, которое он принес лесу, не имело для них значения; они просто собрали вещи и переселились вглубь леса, где могли собираться в безопасности, размножаясь в тишине, пока лес не вырастет снова. И тогда — только тогда — они осмелятся вернуть себе то, что когда-то принадлежало им по праву.