Танцы с огнём: Ритмы ненависти

На следующий день Чимин пришёл на репетицию вовремя, хоть Бона и думала, что он опоздает или же вовсе не придёт, как в прошлый раз. Мысленно она была благодарна за то, что партнёр не бросил её перед самым финалом, но обида за его слова и поступок глубоко засела внутри. Они обменялись взглядом, затем парень посмотрел на ребят, что уже разминались. — Ребята! — в зал вошёл тренер и осмотрелся, — нам придётся немного потесниться... — после этих слов танцоры с недоумением уставились на мужчину, — сегодня с нами будет тренироваться младшая группа, — послышались возмущения, — я всё понимаю, но все залы заняты. Проведём мастер-класс для ребятишек. Мужчина дружелюбно улыбнулся и распахнул дверь, в которую тут же ввалилась толпа мальчиков и девочек. Чимин лишь закатил глаза, всем своим видом показывая, что он не в восторге от этой идеи. Перспектива делиться пространством с шумной детворой перед самым важным выступлением не радовала. Тренер распределил детей по залу, велев им повторять простые движения за взрослыми. Началась сумбурная тренировка. Маленькие танцоры с восторгом смотрели на старших, пытаясь копировать их движения, но получалось не очень. Шум и неразбериха мешали сосредоточиться главной паре, которая готовилась к финалу. Поэтому хореограф попросил их потанцевать вместе со всеми, пока не закончится тренировка. Во время парных элементов они двигались скованно, избегая лишних прикосновений. Бона смотрела в пол, ни разу не подняла глаза на партнёра. Дети, конечно, ничего не замечали, зато тренер хмурился всё больше и больше. (видео в примечании) В конце тренировки хореограф поблагодарил всех за участие. Дети, возбуждённые и счастливые, окружили Бону и Чимина, задавая вопросы. В этот момент они снова оказались рядом, почти касаясь друг друга плечами. — Вы такие клёвые! — Такие крутые! — Вы так классно смотритесь вместе! На перебой восхищались дети. Бона слегка улыбнулась, стараясь скрыть смущение. Чимин тоже был немного растерян, но улыбнулся в ответ детям. В этот момент их взгляды случайно встретились, и на мгновение в глазах друг друга мелькнуло что-то похожее на тепло. После ухода детей и других танцоров, напряжение в зале ощущалось с новой силой. — Знаю, репетиция сегодня провалена из-за младшей группы, — проговорил хореограф, взглянув на наручные часы, — предлагаю немного задержаться. Как вы на это смотрите? Бона пожала плечами, демонстрируя безразличие, но в глубине души понимала необходимость дополнительной тренировки. Чимин кивнул, соглашаясь. Наконец-то, оставшись одни, они включили музыку и начали репетицию. Тренер стоял в стороне, наблюдая за ними, и поправлял их движения и эмоции, которые они, кажется, вообще не собирались показывать. — Чимин, ты слишком сосредоточен, слышу скрежет твоих зубов! — заметил мужчина, — расслабься немного! — он перевёл взгляд на девушку и нахмурился, — Бона! Да оторви ты свой взгляд от пола! Ты танцуешь с партнёром, а не одна! Бона неохотно подняла глаза, встретившись с пристальным взглядом Чимина. В его глазах она увидела не только упрёк, но и какую-то усталость. Ей вдруг стало стыдно за своё упрямство и нежелание идти на компромисс. Она знала, что он старается, как и она, но обида продолжала отравлять их танец. Они сделали несколько попыток, но танец по-прежнему не складывался. Чувствовалось, как между ними стояла невидимая стена, мешающая им ощущать друг друга. И Чимин не выдержал. — Знаешь, мне надоело! Давай просто прекратим всё это! — Не говори глупостей. Мы слишком много в это вложили, чтобы сейчас сдаться, — не смотря на Пака, возмутилась Бона, пока хореограф внимательно следил за ними. — Тогда посмотри на меня! — выпалил парень, дёрнув её за подбородок к себе, Бона вздрогнула от неожиданного прикосновения, — хотя бы раз! Танцуй со мной! — Не понимаю, что с вами происходит, — произнёс тренер, подходя к ребятам, — на танцполе от вас веет страстью, вы просто разжигаете огонь. Между вами химия. Почему на репетициях так всё тяжело? — На танцполе может и химия, но в жизни — сплошной яд, — съязвил Пак. — Давайте продолжим завтра, — блондинка обратилась к хореографу, игнорируя присутствие партнёра, — я устала... У меня нет сил ни на танец, ни на эмоции... — Ладно... — сдался мужчина. Не желая больше ничего слушать, девушка отошла к лавке, где лежали её вещи. Тренер похлопал Чимина по плечу, заметив, как тот смотрел на Бону испепеляющим взглядом, что молнии из глаз летели в её сторону. — Не злись, — тихо проговорил хореограф, — завтра продолжим с новыми силами. Мотнув головой, мужчина покинул зал. Бона вызвала такси, взяла толстовку и хотела пойти в раздевалку, но на её пути появился Чимин. — Бежишь? — Это ты вечно бегаешь от сложностей, — огрызнулась блондинка, — критикуешь, срываешь репетиции и думаешь, чтобы это всё быстрее закончилось. — Да, я хочу, чтобы это уже закончилось! Потому что мне это всё осточертело! Ссоры, твои ошибки. Удивлён, что мы вообще дошли до финала! — кричал Чимин, его голос звучал чуть грубее, чем он намеревался. — Тогда почему ты до сих пор здесь? — Я обещал дойти до конца. После финала наши пути разойдутся. Я перестану срываться на тебе и мои нервы будут целы. Бона усмехнулась, но в глубине души почувствовала укол обиды. Его слова звучали, как приговор, словно она была бременем, от которого он жаждал избавиться. — Ты здесь только потому, что обещал остаться до конца? — уже тише спросила Бона. — Да... — не сразу ответил парень, — с деревянной куклой не просто танцевать, но я единственный, кто с этим справляется... — Ты просто идиот, — прошептала Бона. Она резко оттолкнула его в сторону и, не сказав больше ни слова, вышла из зала. Чимин остался стоять, наблюдая за её уходящей спиной. В его глазах отразилась борьба между сожалением и упрямством. Он знал, что перегнул палку, но не мог заставить себя побежать за ней и извиниться. Гордость, как всегда, брала верх. Бона быстро переоделась, умылась, стараясь успокоиться. Злость и разочарование переполняли её. Она схватила сумку и вышла из раздевалки. Чимин стоял в коридоре, облокотившись о стену. Он ждал Бону, хотя и убеждал себя в обратном. Увидев её, он хотел что-то сказать, но она прошла мимо, не удостоив его взглядом. Он последовал за ней, чувствуя себя полным дураком. Остановившись у выхода из здания, Бона обернулась. — Может действительно закончить это прямо сейчас? — спросила она твёрдым голосом, смотря прямо в глаза Чимину. — Поздно, — ответил он, сунув руки в карманы спортивных брюк, — послезавтра уже финал. Нам нужно продержаться всего два дня. Бона поджала губы, не зная, что ответить. Внутри неё боролись противоречивые чувства. С одной стороны, ей хотелось послать всё к чертям и уйти, хлопнув дверью. С другой — не хотелось расставаться с этим парнем, хоть и эгоистичным. — Тогда танцуй, — бросила она, — танцуй так, будто это последний раз. А после финала забудем друг о друге. Чимин кивнул, но ничего не ответил. Она вышла на улицу, вдыхая прохладный вечерний воздух, стараясь успокоить дрожь в теле. Чимин остался стоять в дверях, наблюдая за тем, как она садится в такси. *** На следующий день они оба пришли на репетицию с решимостью довести дело до конца. Когда заиграла музыка, Бона постаралась отбросить все негативные мысли и сосредоточиться на движениях. Чимин взял её за руку, и её тело невольно отреагировало на это прикосновение. Она танцевала, отдаваясь движениям, ощущая его тепло и прикосновения. Бона смотрела в его глаза, видела в них своё отражение. Чимин больше не давил на неё, не критиковал. Он просто вёл её в танце. Двигаясь в такт музыке, они постепенно забывали о своих разногласиях и обидах. Впервые за последние дни тренер увидел ту самую искру, которая делала их дуэт неповторимым. В этот момент он понял, что они смогут преодолеть все разногласия и достойно выступить в финале.