затишье

      люмин стояла на краю скалы на утесе звездолова, смотря на усеянное яркими звездами фальшивое небо. это место было единственным, которое запомнилось путешественнице больше всего. здесь царили спокойствие, тишина и уют.       раньше люмин собирала здесь сесилии и дарила их венти, но после всех событий она совсем позабыла об этом чудном месте.       ведь на нее столько всего навалилось.       почетный рыцарь мондштадта, героиня ли юэ, враг вечности, последовательница буер, спасительница фонтейна, тумайни натлана - все это настолько громкие титулы, которые, казалось бы, золотоволосая девушка заслужила, но они так осточертели ей. где бы она ни была, никто никогда не назовет ее по имени, ведь никому до этого нет дела. в глазах жителей тейвата она девочка на побегушках, которая выполнит все, что они попросят. но сама же девушка не хотела быть такой.       у нее ведь доброе сердце.       люмин никогда не стремилась кому-то излить свою душу, рассказать, что она чувствует. при ней всегда ее верная спутница - паймон. малышка, которую ничего не заботит, кроме еды, конечно же. возможно, путешественница смогла бы ей поведать о своих чувствах, но подсознание говорило ей, что паймон не сможет понять ее так, как бы ей хотелось.       иногда девушке все же хотелось высказаться кому-то, чтобы хоть как-то облегчить свои страдания внутри. хотелось рассказать о своих переживаниях. но некому.       златовласая твердила себе: “я не должна на кого-то засматриваться”. она так считала, потому что думала, что ее исключительная цель - найти брата. никакой любви в этом прогнившем мире.       один человек все же не давал ей покоя. ну или не человек.       кукла, брошенная своей же создательницей. кукла, пережившее потерю близких людей. когда-то они были врагами и едва не убили друг друга, но после последней битвы в сумеру сказитель потерпел поражение. в момент падения робота скарамучча испугался, что снова потеряет только что обретенное - ненастоящее - сердце. став лже-архонтом, куникудзуши думал, что сможет заменить дыру в своей груди сердцем бога. но снова ошибся.       люмин видела, как он падал. видела его отчаяние, но под пеленой злости и ненависти даже не подумала подхватить его, помочь ему. услышав хлопок, который оглушил девушку, она ненароком подумала, что предвестник фатуи мертв. ошиблась.              после всего этого скарамучча стер себя из ирминсуля, забыв о том, кто он на самом деле. а путешественница не могла это просто так оставить. вместе с дендро архонтом они вернули страннику воспоминания, и вот снова она видела перед собой скарамуччу. не странника, что отрекся от своего имени.       последний раз златоглазая путешественница и синеволосый юноша виделись в симуланке 3 месяца назад. с того момента вестей от него не было.       в перерывах между событиями в натлане девушка невольно задумывалась о страннике. хотелось узнать, как он и что с ним, но, к ее сожалению, возможности не предоставлялось.       сейчас, продолжая стоять на обрыве утеса, золотоволосая думала о кукле. в последнее время он прямо-таки заполонил ее мысли. поначалу путешественница пыталась забыть о нем, переключаться на что-то другое, но со временем поняла, что это бессмысленно.       послышался знакомый голос:       - не боишься вот так стоять спиной?       люмин обернулась.       - как долго ты здесь?       - достаточно.       девушка не знала, что ответить, поэтому решила сесть на край скалы, свесив вниз ноги. она предложила:       - не хочешь сесть рядом?       странник какое-то время размышлял, но в конечном итоге принял решение сесть возле люмин.       - тут холодно. ты не замерзнешь?       юноша фыркнул.       - пф, ты думаешь, что кукла может замерзнуть? не смеши.       путешественница растерялась:       - я думала, ты чувствителен к температуре воздуха.       - это вы, людишки, можете замерзнуть. так что думай о себе, а не обо мне, - в его голосе была слышна усмешка.       некоторое время два странствующих человека сидели и думали о своем. рядом с этой странной - по его мнению - девушкой, каору чувствовал себя неловко. он хотел узнать ее, но боялся снова обжечься. боялся предательства.       в свою очередь странница решалась: придвинуться к нему или нет. первый выбор взял верх.       каору заметил это и, обхватив одной рукой ее левое плечо, сам пододвинулся к ней поближе. от нее веяло теплом.       люмин, улыбнувшись, спросила:       - нравится вид?       - если бы это небо не было фальшивым, было бы неплохо, - он усмехнулся. - я так и не знаю твоего имени. назовешься?       люмин какое-то время помолчала, но произнесла:       - люмин.       - люмин… красивое имя. что оно значит?       щеки путешественницы слегка покраснели.       - мое имя значит «свет».       - хм… свет значит… знаешь, тебе идет это имя. ты будто олицетворение этого света.       девушка смутилась от его слов, но она признавала, что ей приятно это слышать от такого холодного парня, как странник. в свою очередь каору не понимал, что он вообще несет. хотя то, что он говорил - чистая правда, как ему казалось.       в душе странник ненавидел тейват и всех архонтов, но какие-то места этого мира забавляли его. рядом с этой девушкой, которая меняла своим присутствием его устои, юноше чудилось, что ему может понравиться все, что нравится люмин (кроме сладкого).       путешественница в белом платье улыбнулась еще шире и положила свою голову на плечо синеволосого.       - ты бы не хотел присоединиться к моему путешествию?       странник некоторое время думал, но, прижавшись и положив свою голову в ответ на плечо люмин, ответил:       - хотел бы, но я не думаю, что твоя мелкая пискля будет этому рада.       - я поговорю с ней об этом.       каору все это время смотрел на девушку, отмечая, что в своем белом платье она похожа на принцессу. он повернул голову к небу и спустя долгое время он улыбнулся доброй улыбкой. юноша и сам забыл, когда последний раз на его губах была улыбка, а не злой оскал или же усмешка.       в этот момент странник чувствовал себя счастливым и ему думалось:       - “неужели архонты все же смиловались?”