Инструкция по употреблению слова «пиздец»

       – Нельзя говорить это слово! – крикнул отец, отвесив сыну подзатыльник. – Оно плохое!         Как и многие современные дети, в свои пять лет Вовочка прекрасно знал разделение слов на «хорошие» и «плохие»  и даже мог назвать некоторые из «плохих». Однако не понятно было одно: взрослые иногда используют эти слова, значит говорить их все-таки можно. Назрел логичный вопрос: когда тебя никто за это не отругает?        В отличие от мальчика Ванечки, играющего под одеялом в Roblox во время дневного сна, пока воспитатели детского сада «№5» отлучались, Вовочка говорил эти слова редко. Папа как-то обмолвился о том, что любое сказанное слово должно быть к месту. Тогда Вовочка решил, что хочет узнать, где находится это место.         Одно слово особенно нравилось мальчику: когда кто-то его произносил, Вовочка чувствовал, что сердце начинает стучать быстрее, а слух обостряется до предела, чтобы он мог расслышать каждый звук, содрогнуться всем телом  от великолепного мелодичного сочетания, впустить великое творение русского языка  в свои уши. Слово, способное заставить его чувствовать себя так, будто он ощущает поцелуи  тысячи прекрасных нимф, а в эти самые уши заливают гречишный мед. Было в нем что-то дикое, первобытное, бунтарское и одновременно простое, доступное, желанное. И это слово – «пиздец».         Вовочка просто не мог позволить себе отступиться: так сладка была перспектива говорить это слово, и говорить по праву! Нельзя осквернять это прекрасное создание; Вовочка должен был узнать, как говорить «пиздец» к месту.         Подзатыльник от отца заставил его задуматься: возможно, «пиздец» не слишком подходит для реакции на эдит по какому-то азиатскому сериалу, который сделала его девятилетняя старшая сестра. Он попытался вспомнить, где еще слышал это слово. Память сразу же выдала образы подтирающих задницу особо несамостоятельным детям  воспитательниц из садика и дедушки Димы, обнаружившем дубайский шоколад на одном из своих выходных ботинок, прежде чем они отправились в сельский дом культуры. Вовочка скривился от этой мысли. Ну уж нет, такое слово не должно ассоциироваться с фекалиями. И с селом его дедушки, в которое его заставляли ездить летом, тоже.         «Да начнутся поиски!», - весело подумал Вовочка, отправляясь к себе в комнату за планшетом, в котором он точно сможет найти ответ.         К несчастью, процесс затянулся. В силу своей детской неопытности Вовочка смог найти только устаревшие мемы и морфологический разбор, а инструкция по употреблению – нет. Так дело не пойдет.        Вовочка выключил планшет и направился на улицу. Если место, где можно использовать плохие слова существует, он обязательно его найдет, даже если придется слоняться по городу целый день.         Раз взрослые считают, что слово «пиздец» - запретное, то говорить его наверняка можно в месте, куда ему нельзя ходить. Номером один в списке запрещенных для Вовочки мест было маленькое озеро, находящееся в глубине городского парка. Мама рассказывала, что по ночам там ошиваются толпы наркоманов и агрессивных маргинальных подростков. Но Вовочка не сильно их боялся: это же не какие-нибудь чудовища вроде монстра под кроватью.         Хотя однажды Вовочка все-таки видел настоящего монстра в этом месте. В тот единственный раз, когда любопытство перебороло страх от последующего наказания, Вовочка захотел хоть одним глазком посмотреть на проклятое озеро. От дома идти ему было всего десять минут, а если побежать, то и за шесть можно оказаться у цели. Он улучил момент, когда мама с папой закроются у себя в комнате на втором этаже, чтобы обсудить оплату ипотеки и прочие скучные вопросы, предварительно предупредив детей не пытаться войти. Папа сказал, что из-за серьезной темы родительского разговора они с сестрой могут стать взрослыми раньше времени, чего Вовочка очень не хотел. Мальчик убедился, что сестра неотрывно пялится в телефон, лайкая подряд все видео с изображением героев ее азиатских сериалов, и быстрее побежал наружу, чтобы не упустить свой шанс.        По началу он не увидел ничего странного на озере. В каком-то смысле он расстроился, ведь это значило бы, что он рискует лишиться планшета ради самой обычной прогулки. Но чем ближе он подходил к озеру, тем более неуверенно он себя чувствовал: ему казалось, что отовсюду слышались подозрительные шорохи. Он даже готов был поклясться, что слышал тихий шепот откуда-то слева. Вовочка так испугался, что резко сорвался с места в надежде поскорее спрятаться. В роли своего убежища Вовочка выбрал некогда аккуратно стриженные кусты, сейчас изодранные и не внушающие доверия. «Другого выхода нет» - подумал мальчик и хотел было уже спрятаться. Шок заставил его остановиться прежде, чем он совершил главную ошибку своей жизни. Вовочка застыл на месте, всего в двух шагах от укрытия.         Подобравшись ближе к кустам, он осознал, что шепот и шорохи не были игрой детского воображения. Прямо перед ним стояли с виду обычные взрослые. Мужчина прислонился спиной к стволу дерева, закрыв глаза и что-то невнятно бормоча себе под нос. Ужас охватил Вовочку, когда он разглядел стоящую к нему спиной женщину, которая была вполовину роста мужчины. Ее голова (из-за кустов было видно только эту часть тела)  двигалась, словно в трансе, она не говорила ни слова. Вовочка подумал о том, что мужчина, скорее всего, читает какое-то заклинание, которое превратило взрослую женщину в карлика и заставило без остановки мотать головой. Со слезами на глазах Вовочка пулей понесся домой, плотно закрыв уши обеими руками, чтобы не слышать заклинания и случайно не превратиться в карлика.         Когда он в истерике забежал в дом, на него удивленно обернулись родители, уже закончившие обсуждать взрослые вопросы. Наверное, у их семьи стало меньше проблем, потому что раньше они сидели в своей комнате намного дольше.          Совсем не это тогда волновало Вовочку. Он бросился к родителям и во всем признался, крича о том, что он услышал часть заклинания и в скором времени станет на несколько размеров меньше.       Но родители не поверили ни в колдуна, ни в женщину-карлика, а только напомнили сыну больше никогда не ходить на озеро одному.          Вовочка нервно помялся у входа в парк. Воспоминания о дне, когда он чуть не стал карликом, заставили его сомневаться в разумности принятого им решения. Но отказываться от затеи было поздно, и Вовочка тихо продвигался вглубь городского парка по знакомому маршруту.         На этот раз он не наткнулся на злого волшебника и его жертву. Он не встретил даже тех, из-за кого ходить на озеро Вовочке было запрещено родителями. В парке не было вообще никого. Он спустился по деревянной лестнице к берегу и сел на корточки.          Интересно, подаст ли это место какой-нибудь знак, что ему можно говорить здесь любимое плохое слово? Вовочка продолжал вглядываться в мутную воду, пока не заметил нечто странное.          На него в ответ пялилось ошалевшими глазами его собственное отражение. На секунду Вовочке показалось, что его отражение опаздывает. Чем дольше он смотрел на себя, тем более пугающим оно казалось. Глаз сместил бровь и поплыл куда-то вверх, а рот стал в три раза больше и улыбался ему жуткой кривой улыбкой.         Мальчик отшатнулся и упал назад. В попытках отползти на локтях подальше от воды он боковым зрением увидел вспышку яркого света. Приглядевшись к пятну, разрезавшему окружающую темноту, Вовочка чуть не обмочился от страха.         Всего в трех шагах от него стояла невысокая девушка, с ног до головы поглощенная огнем. Она отчаянно кричала от невыносимой боли. Со сгорающего заживо тела слезали ошметки кожи, превращая его в один сплошной кусок окровавленного мяса. Возможно, Вовочка все-таки обмочился. Через некоторое время от рук женщины почти ничего не осталось, а лицо было похоже на картинку из учебников по анатомии. Отвратительное зрелище.  В нос ударил сильный запах горящей плоти, легкие в считаные секунды наполнились дымом, и у Вовочки закружилась голова. Страшно. Он упал на колени в приступе кашля и обнаружил, что задыхается.   Мальчик пытался хватать ртом воздух, но безуспешно. В конце концов он сдался, позволяя угарному газу поселиться в каждой частичке его тела, затуманить его разум.         Когда Вовочка почти отключился от постепенно заполнявших его дыма и ужаса, слово родилось само по себе, слетело с губ так, будто бы всегда ему принадлежало: он не испытал ни страха, ни смущения, как это обычно бывало. Пожалуй, подумал Вовочка, это озеро и вправду было самым подходящим местом для слова «пиздец»