Дыхание пепла

***

Тяжёлый воздух стелился по улицам, будто туман. Когда-то на этом месте был парк, росла трава с деревьями и кустами и повсюду слышался смех детей. Теперь — лишь обломки старых домов и пепел, оседающий на всё, к чему прикасается. Саша с усилием затянул маску на лице, оглядываясь на друга. Кудри Димы выбивались из-под капюшона, а его голубые глаза – были единственным ярким пятном в этом мире, но и те — потемнели от усталости. Он шёл медленно, словно каждый шаг давался с трудом. — Саш, тебе не кажется, что это бессмысленно? — выдохнул Дима, присаживаясь на обломок бетона. Его голос был глухим, хриплым, как будто лёгкие обволакивал сам этот ядовитый воздух. — Не начинай, — резковато отозвался Александр, проверяя, как плотно закрыт контейнер с пробами и разными другими пробирками. — Я почти нашёл, понимаешь? Почти! Если ты сдашься, то всё, что мы пережили, будет зря. — было произнесено почти отчаянно. Дима устало усмехнулся, глядя на него снизу вверх. — Ты всегда был упрямым. Даже когда я говорил, что та заброшенная стройка — очень плохая идея, ты всё равно туда полез. А я пошёл за тобой. Знаешь, что смешно? Мы всегда были вдвоём, и практически никогда не были на одной стороне... Саша замер. Его рука дрожала, сжимая пробирку. Он не мог смотреть на Диму в этот момент, зная, что тот говорит правду. Но что ему оставалось делать? Отпустить? Признать поражение? — Знаешь, что смешно? — тихо сказал Алекс, оборачиваясь к другу. — Я до сих пор верю, что могу тебя спасти. Дима молчал. Он только смотрел на него с какой-то странной смесью грусти и нежности.

***

Месяцы сливались в один день, все были похожи друг на друга. Пыль, эксперименты, вылазки в разрушенные лаборатории. Дима становился слабее, его дыхание — всё более тяжёлым и хриплым. — Саш, я… думаю, мне осталось немного, — выдохнул он однажды ночью, лежа на старом матрасе в углу комнаты. — Знаешь, если бы я мог выбирать, где умереть, то только рядом с тобой. Александр стиснул зубы, отвернувшись. Он не мог слушать это. Не сейчас. Не тогда, когда решение уже почти было найдено. Он не мог подвести. Не его. Это слишком больно. Кем он будет после такого? Что будет делать? Если есть шанс, то он обязан им воспользоваться.

***

Противоядие было идеальным. Оно казалось результатом чуда. Сашка выскочил из лаборатории, даже не сняв маску, сжимая в руках шприц, его надежду. Он бежал, обдирая ладони о ржавые перила лестниц, перескакивая через балки и всякий мусор. Когда он добрался до их убежища, Дима лежал неподвижно. Его лицо было бледным, а губы уже посинели. Было поздно.. — Нет, нет, нет, нет, только не это… — пробормотал Саша, опускаясь на колени. Он тряс друга за плечи, пытаясь разбудить, но тело было холодным. — Дима, пожалуйста… я нашёл это, понимаешь? Ты не можешь… ты не мог так просто… Его слова растворялись в воздухе, как пепел. В них сквозилось глубокое отчаяние. Он ведь нашел противоядие, так почему же всё так случилось... Он же мог его спасти. Он сидел рядом с другом, держа его руку, пока солнце опускалось за горизонт. В какой-то момент он снял маску, чувствуя, как ядовитый воздух разъедает горло и лёгкие начинает жечь. Он знал, что не переживёт ночь. И впервые это не пугало. Он горько улыбнулся и в последний раз крепко обнял Диму, ощущая, как тяжелеют веки и слипаются глаза.