июнь

Июнь — тяжёлый месяц. Сессия, экзамены, бессонные ночи в попытках выучить всё идеально, круги под глазами, напряжение и страх неудачи. Июнь — по-своему счастливый месяц. Начало лета, дни становятся длиннее и теплее. Природа ликует, птицы поют о чём-то своём и вечные встречи с друзьями. Ники ждал июня. Июнь был еë любимым месяцем. Она говорила, что в июне, несмотря на все экзамены, ты ощущаешь себя легко. Тëплый ветер обнимает тебя целиком, принося с собой надежду и задыхающуюся радость. Еë глаза светились каждый раз, когда она рассказывала про беззаботное время, прогулки на рассвете и про трепетное ожидание результатов. Для него еë голос был как музыка, а июнь стал чем-то вроде обещания. Обещания, что однажды он расскажет ей всë, что скрывает внутри. Казалось, что она жила в другом мире. Да, они были однокурсниками, но в еë вселенной всë было светло и легко. Ники наблюдал за ней издалека — на переменах, когда она болтала с друзьями, на парах, когда она спала, а волосы еë ловили солнечные лучи из окна. Он знал о ней всë — еë привычку зарываться руками в волосы, когда она не понимает вопроса, привычку трясти ногой, когда она думает. Всë, кроме того, как подойти и сказать ей: «Ты наполняешь мой мир. Ты — вся моя жизнь». Лин — это о чём-то родном, что само собой в тебе живёт, о хороших временах, обо всём, что ты любишь за просто так. Это чувства, не требующие объяснения. Парня захватывал страх, стоило ему попытаться сказать это. — В июне, — сказал он себе однажды, сидя в одиночестве в своей комнате. — В июне она будет особенно счастлива. И Ники ждал июня. Время шло. Лин по-прежнему улыбалась, по-прежнему наполняла его мир светом. Как-то раз она поправила упавшую на лицо прядь и сказала: — Знаешь, июнь в этом году будет особенным. Я чувствую это. Ники улыбнулся, не зная, что ответить. Всë, что ему хотелось сказать, застряло где-то глубоко внутри. Когда наступил июнь, он был уверен: вот оно. Парень выбрал день, тот самый вечер, когда их группа собиралась в парке на пикник. Лин говорила, что принесëт свой любимый морс. Но в тот самый день она не пришла. Ему позвонили позже. «Несчастный случай», — говорили незнакомые голоса. «Еë больше нет». Ники не слушал. Он просто стоял в своей комнате, глядя в окно. Там был июньский вечер, тот самый, о котором он мечтал.

«И я люблю тебя дыма лесками, самыми свежими ранами, прожжëными занавесками, моими джинсами рваными…» — доносится из радио.

Одинокая слеза скатывается по щеке, после падая на белые носки. Парень открывает окно, устремляя взгляд к небу.

«Люблю каждой взорванной ночью, каждой недописанной песней»

— Заберите, — шепчет он, обращаясь к облакам и звëздам.

«Я тебя люблю беспредельно и прочно, а иначе мне не интересно»

— Заберите всë, что я чувствую. Всë, что я не успел сказать…

«И самыми сильными ливнями я тебя люблю, и пусть это опасно…»

— Отдайте ей, где бы она ни была, — но облака и звëзды молчали.

«… только никогда не останови меня»