Prigionieri del vizio - Узницы порока

Беллатрисса продолжала свои действия, вводя в Нарциссу свои пальцы, добавляя ещё два. — Прекрати! — взмолилась блондинка, понимая намерения сестры. Кудрявая ведьма сжала плоть сестры, кусая её за шею. — Грязнокровка, — произнесла Беллатрисса томным голосом. — Давай сделаем двойное проникновение для моей дорогой Цисси. — Вставай! — рявкнула старшая ведьма на гриффиндорку. — Её щель достаточно растянута, чтобы принять твою руку. Гермиона застыла от шока, глядя на ревущую Нарциссу Малфой, которая пыталась оттолкнуть сестру. Слизеринка рухнула на пол, но Беллатрисса грубо подняла её, возвращая в исходную позу. — После этого, моя Цисси, я накажу вас, — произнесла Беллатрисса, вставляя пятый палец в сестру. Крик эхом отразился по всей темнице. — Грязь, я жду тебя, — проворковала Беллатрисса, видя, что Нарцисса была буквально в агонии, моля её об отступлении. Нарцисса Малфой достигла разрядки, но старшей ведьме этого было мало. Гермиона неуверенно подошла к женщинам, видя, что тело блондинки прошибают конвульсии. — Давай, грязная сучка, приступай, — произнесла Беллатрисса, раздвигая половые губы Нарциссы. И Гермиона испуганно погрузила два пальца во влажность миссис Малфой, испытав ужас, когда блондинка начала истерически смеяться, извиваясь своим задом. — Усиливай нажим своих отвратительных пальцев, — властно командовала Беллатриса Лестрейндж, держа за бедро сестру. Старшая ведьма не снижала темпа, погружая руку в Нарциссу. Гермиона усиливала давление пальцев внутри Нарциссы. Она ощущала, как по её руке стекает влага. — Миона, — кричала блондинка, пытаясь хоть немного замедлить действия женщин. — Вводи руку в Цисси, неумеха, — ворковала Беллатриса Лестрейндж, пребывая в экстазе от своих действий. — Я хочу в уборную, — надломленным голосом произнесла Нарцисса, в то время как Гермиона уже ввела в неё четыре пальца. Беллатрисса, улыбаясь, посмотрела на Гермиону и вынула руку из зада сестры. Старшая ведьма крепко сжимала бёдра Нарциссы. — Осуществи нужду в рот своей любимой грязнокровки, — прошептала Белла. — Белла, это же извращение, — прошептала Цисси, чувствуя, что ей необходимо опорожнить мочевой пузырь. — Я жажду узреть твой золотой дождь, — воскликнула Белатрисса Лестрейндж, хватая Гермиону за руку и увлекая её во владения Цисси. «Это всего лишь дурной сон», — подумала Нарцисса, не в силах сдержать свою нужду. — Соси! — рявкнула Белатрисса, когда Нарцисса выпустила горячую струю мочи на руку гриффиндорки. Повинуясь воле старшей ведьмы, Гермиона прильнула губами к паху Нарциссы, поглощая её мочу. Её пальцы всё ещё находились внутри женщины. Гермиона закрыла глаза, ощущая, как её пальцы сжимают внутренние стенки Нарциссы. Она начала жадно лизать, и с ужасом осознала, что это доставляет ей удовольствие. **** Гарри и Рон сидели в уютном кабинете в "Убивающей шляпе", прокручивая в голове все возможные варианты, как вызволить Гермиону из плена. Ситуация была отчаянной, и чем больше времени проходило, тем больше они осознавали, что им нужна помощь. — Что если мы обратимся к Андромеде? — внезапно предложил Рон, глядя на газету, где снова и снова печатали новости о том, как Гермиона, и другие маги бесследно пропадают. — Ты серьёзно? — удивился Гарри. — Это же рискованно. Она не захочет вмешиваться. — Не знаю, — ответил Рон, — но она все же сестра леди Лестрейнж, у неё есть связи и идеи. Может, она сможет нас как-то выручить. Собравшись с мыслями, они отправились в Лондон и скоро оказались у двери Андромеды Тонкс. Она выглядела взволнованной, когда увидела их. — Гарри, Рон, что вас привело? — спросила она, обнимая их. Склоняясь ближе, Гарри объяснил ситуацию. Андромеда слушала внимательно, но на её лице появилось выражение тревоги. — Вы понимаете, что это очень опасно? — сказала она, когда рассказ закончился. — Если Беллатрисса узнает, что я даже задумываюсь о встрече с вами или с Гермионой, она меня разорвет. Она не забудет ту обиду. Гарри и Рон обменялись взглядами, понимая, что они могут столкнуться с ещё одной преградой. Однако Андромеда продолжала: — Но… Я не оставлю вас без помощи. Мысль о том, как помочь Гермионе, вызывает во мне много эмоций. Давайте подумаем, как можно проникнуть в Малфой-Мэнор. — Нам нужно будет придумать план, — сказал Рон. — Может, использовать трансфигурацию или даже заклинание невидимости? — Это было бы рискованно, — заметила Андромеда. — Но возможно, можно создать отвлекающий манёвр. Я знаю одну старую небезопасную лестницу, которая ведёт в подвал. Если мы сможем отвлечь охрану… Гарри и Рон почувствовали волнение. Надежда вновь зародилась в их сердцах — даже если путь был опасен, они были готовы сражаться до конца ради своей подруги. Андромеда выглядела встревоженной, когда размышляла о плане, который только что предложила. Гарри и Рон с надеждой ждали её ответа, и, наконец, она вздохнула, согласившись. — Ладно, я покажу вам лестницу, — сказала она, смягчив выражение лица. — Но вы должны понимать, что рискуете не только собой. Мы все знаем, что Беллатрисса — это не просто моя сестра. Она безумна, и я не представляю, что она может сделать, если нас обнаружат. Гарри кивнул, осознавая всю серьезность её слов. Рон же, обдумывая опасности, которые могли их подстерегать, всё еще чувствовал прилив адреналина. — Мы готовы к риску, — уверенно произнёс он. — Гермиона в беде, и мы не можем сидеть сложа руки. Андромеда посмотрела на обоих ребят и, заметив их решимость, почувствовала какое-то облегчение, но в то же время глубоко в душе её терзали страх и тревога. Мысли о встрече с Беллатриссой вызывали у неё мурашки по спине. Она знала, что даже краткая встреча могла привести к ужасным последствиям. — Я знала, что придёт время, когда вы обратитесь ко мне за помощью — сказала Андромеда, стараясь подавить свои страхи. — Но, пожалуйста, будьте осторожны. Если вы столкнётесь с Беллатриссой, её ярость может быть непредсказуемой. Вам нужно быть на чеку. Рон, ловя её тревожный взгляд, ответил: — Мы понимаем, Андромеда. Мы сделаем всё, чтобы быть осторожными, но и рисковать надо. Гермиона не одна, её нельзя оставлять в руках этих злодеев. Андромеда, несмотря на все свои страхи, почувствовала поддержку со стороны этих двоих. Они были готовы рискнуть, и это придавало ей сил. — Лестница находится в подвале. Держитесь за мной и не отставайте. Я знаю, где её найти — сказала она, решительно двигаясь к двери. В этом мгновении страх её сестры слегка отступил перед стремлением спасти Гермиону. *** Нарцисса, тяжело дыша, опустилась на пол. — Ну что, девочки, вы насладились друг другом, а теперь моя очередь, — сказала Бела, переворачивая сестру на спину. Она задрала платье, и Гермиона заметила, что Беллатрисса была без белья. — Сейчас я удовлетворю тебя, дорогая сестра, — произнесла она, нависая над лицом Нарциссы. Нарцисса Малфой закрыла глаза, пытаясь восстановить дыхание, пока Беллатрисса Лестрейндж бесцеремонно устраивалась на её лице. - Ты просто неженка, — прошептала Бела, обращаясь к Гермионе, испытывая ни с чем не сравнимое наслаждение, когда Нарцисса коснулась её языком. — Ублажай себя, я хочу увидеть, как ты удовлетворяешь себя, маленькая шлюшка. Грейнджер, трогая себя, ощутила влагу и нарастающее возбуждение, наблюдая за сестрами Блэк. Гермиона начала медленно погружаться в себя, когда Нарцисса схватила старшую сестру за бедра, пытаясь сдвинуть её. Однако Беллатрисса Лестрейндж лишь сильнее заёрзала на её лице, наслаждаясь ловкими движениями языка сестры. В момент кульминации госпожа Лестрейнж, не в силах сдержать себя, резко погрузила бёдра на лицо Нарциссы, осыпая её губы золотым дождём. *** Ночь прошла неспокойно. Андромеда лежала в постели, в то время как дождь барабанил по окнам её маленького домика, словно сам мир знал о надвигающейся опасности. В голове её не покидали мрачные мысли о том, что может вытворять её старшая сестра с Гермионой. Каждая новая идея, возникающая в её сознании, вызывала у неё желудочный дискомфорт. Она не знала точно, что именно замышляет Беллатрисса, но интуитивно чувствовала, что это может быть ужасным. Мысли о Гермионе, беззащитной и тревожной, заставляли её сердце сжиматься. Андромеда понимала, что эта молодая девушка совсем не заслужила такого обращения. Воспоминания о собственном детстве, полном надежд и мечтаний, лишь усиливали её чувство вины. Она ушла от своей семьи, чтобы избежать ужасов, которые её ожидали, но теперь, когда она могла бы оставить Гермиону на произвол судьбы, это терзало её душу. Андромеда уже была готова отказаться от плана с Гарри и Роном, но в этот момент подумала о том, как каждая минута, проведённая в плену, может обернуться пытками и страданиями. «Почему это должно происходить с ней?» — прошептала она себе, когда ветер завывал за окном. «Она ничего такого не сделала. Она знала, какой могла быть жестокой ее сестра. Прижав колени к груди и закрыв глаза, Андромеда вспомнила о встречах с Беллатриссой. Её безумные глаза, превращающие красавицу в монстра, и зловещие шепотки о том, что она делала с несогласными, не покидали её. Андромеда заставила себя встать с постели и, глядя на себя в зеркало, увидела отражение женщины, которая еле могла удержать свой внутренний страх на цепи. Девушка, нуждавшаяся в помощи, требовала её действий. Она взяла себя в руки, зная, что должна быть смелой. Она не могла позволить моменту слабости помешать ей спасти Гермиону — единственную надежду, которая оставалась в этом безумном мире. «Я не отступлю», — прошептала она, собирая свою решимость. «Я помогу им, во что бы то ни стало». С этими мыслями Андромеда направилась к выходу, полная решимости действовать, несмотря на все страхи, которые её преследовали.