Нас разлучит только смерть.

–Где ты была,Ава? — прозвучал голос отца,который был как плётка. Я сминаю перчатку в руках за спиной,избегая его ледяного взгляда,поджимая и кусая губы. После нескольких мгновений я неохотно отвечаю: —В городе. Мне надо было остаться наедине с собой. Отец жестоко и презрительно усмехается,глядя на меня с нескевтым разочарованием и гневом. –В городе. Наедине с собой. Ты хоть представляешь,как небезопасно убегать одной в город и в такое время девушке твоего положения? —"Не делай вид,будто заботишься обо мне." Я отвожу взгляд,хмуро смотря на носки своей обуви. Тем временем,отец продолжал,испуская усталый вздох: –Помоги мне,Бог. За что мне такая дочь? Позор семьи. Угомонись,Ава. Ни один муж не захочет себе такую жену. А если тебя замуж никто не возьмёт,то ты обречешь наш род на страдания. Я смотрю на него исподлобья,поджимая губы,сдерживаясь,чтобы не вспылить. Надо просто выждать. Притвориться,что поняла его и больше так не сделаешь,а затем... В любом случае,я умею притворяться и ждать. Отец пронзает меня взглядом прищуренных глаз,сцепив руки в замок за спиной. –Ты поняла меня,Ава? Не смей больше убегать из поместья так. Тем более,одна. Я киваю с невозмутимым видом. —Поняла,отец. Я могу идти к себе? Отец снимает очки с тонкой золотистой оправой,чтобы протереть стекло,после чего снова надевает их,глядя на меня более четко. –Нет. Ничего не хочешь мне сказать,Ава? Например,точно ли ты одна гуляла? Мое сердце рухнуло в пятки,когда моя холодная и невозмутимая маска дрогнула,дав трещину. Мои глаза слегка расширяются в страхе,прежде чем я беру себя в руки,хоть это и даётся мне с трудом. —Я гуляла одна,–солгала я сквозь зубы. На этом моменте терпение отца истощается и он делает широкий шаг по мне,грубо и крепко хватая меня за локоть,зашипев мне в лицо: –Не смей лгать,Ава! Я знаю,что ты врешь. В кого ты такая лгунья пошла? Я не успела отпрянуть и вывернуться из его хватки. Тихо зашипев от боли,я дергаю рукой,пытаясь выдернуть ее из его хватки. Я хмурюсь,пытаясь понять,как он узнал обо всём. —Если знал,то зачем спрашивал? — возражаю я,глядя на него исподлобья. Отец грубо встряхнул меня,сдерживаясь от того,чтобы не замахнуться на меня рукой. –Следи за своим языком,глупая девчонка. Я не абы кто,а твой отец,в первую очередь. Лидия Павловна мне все рассказала;как ты там зажималась с тем жалким солдатом у ворот нашего поместья! А если бы вас увидел кто-то другой!? Понимаешь,какой позор бы обрушился на нашу семью!? Неблагодарная девка! Запру тебя в западном крыле,не буду выпускать до самой свадьбы. Я изо всех сил старалась высвободить свою руку из его крепкой хватки. —Ничего не было между нами! — отрицаю я. —Он просто вызвался проводить меня до поместья из-за холода! Старик грубо выпускает мою руку из своей хватки, из-за чего я теряю равновесие и чуть не падаю на пол. –Лидия Павловна говорит,что было! Я фыркаю,откидывая прядь выбившихся волос назад. —Тогда и дальше верь Лидии Павловне,а не своей родной дочери! Я разворачиваюсь на каблуках,поднимаясь по лестнице,подбирая полы юбки,спеша запереться в своих покоях. –Мы не закончили разговаривать,Ава! Вернись немедленно,юная леди! — кричит мужчина,но я даже не оборачиваюсь. Захлопнув дверь и заперев ее изнутри,я переодеваюсь в ночную рубашку и сажусь за туалетный столик,начиная снимать украшения и распутывать волосы. Глядя на свое отражение в зеркале,я невольно обращаю свои мысли к загадочному,молодому офицеру. К Аяксу. Я вспоминаю его внешность,его поведение,его прикосновения,чувствуя,как кровь приливает к лицу и ушам,окрашивая их в красный. Появляется внезапный трепет в груди,когда я закрываю глаза и передо мной появляется ясный образ Аякса. Его огненно-рыжие локоны спадали ему на лоб,губы изогнулись в обаятельной улыбке,милые ямочки украшали его щеки,в уголках глаз появлялись морщинки при улыбке. Я каким-то странным образом всё ещё чувствовала прикосновение его губ к моей ладони,его теплое дыхание на моей коже и пронзительный взгляд темно-голубые глаз. Я не могла перестать думать об этом парне. Я открываю книги и свои записи,пытаясь отвлечься,но мысли все время сбивались с пути,уходя в другие места. Так и пролетела вся ночь в раздумьях. Засыпаю я только под утро,когда первые лучи рассвета бьют в окна сквозь тонкие занавески и шторы,и то сидя за столом,среди книг и записей. Лидия Павловна встряхивает меня за плечо,приговаривая: –Вставайте. Вставайте же. Гости прибыли. Ваш отец желает вас видеть.