Илья, я люблю тебя.

      Илья открыл глаза и глубоко вздохнул. В комнате было душно и хотелось курить. Он прислушался и по характерному звуку воды в душе понял, что Влад моется. Илья тяжело встал с кровати, все тело ныло, но приятная слабость вызывала улыбку и он, смущенно прикрыв глаза, растер руками лицо. Влад уже успел выучить этот жест, ведь Илья так делал каждый раз после близости. Он все еще смущался и вел себя застенчиво в первый час после секса, хотя за то время, что они вместе, мог бы уже привыкнуть.       Ларионов открыл окно и поежился от осеннего воздуха, который пах влажной листвой и озоном. Накинув на себя старый домашний халат, который ему дарила когда-то Ольга, он вышел из комнаты и услышал шорох в глубине квартиры. Вода в ванной уже не шумела. Шлепая босыми ногами по холодному полу, он заглянул в коридор.       — Влад, ты куда собрался?       — Тоись? Я тока зашёл. Говорил же, что у меня прием был.       — Но… мы же только что… — Илья растерянно хлопал глазами и указывал на спальню.       — Илюш, тебе может приснилось чего? Я когда уходил, ты дрых как убитый. — Ну да, может… — Илья задумался, и потирая шею пошел в ванную.       Странное дело. В ванной было сухо, презерватива в мусорке не оказалось. Илья не мог поверить, что такой реалистичный сон ему приснился. Он же буквально десять минут назад был с Владом в кровати. Да его тело об этом кричит! Менталист проверил спальню, повторно проверил ванную и никаких улик недавнего секса не обнаружил, кроме ощущений в теле и жарких воспоминаний ничего не было.       Влад задумчиво суетился на кухне, пытаясь сделать подобие обеда из овощного салата и бутербродов с колбасой.       — Илья, салат будешь?       Ларионов прислушался к своим ощущениям и дал утвердительный ответ.       — Влад, у тебя есть сигареты?       — Возьми тут, — Влад развернулся к Илье и подался вперед бедрами, указывая на карман своей огромной толстовки.       Забрав пачку и закурив, Ларионов сел на стул, закинув ногу на ногу, оголяя колени и стал глубоко затягиваться дымом. Он не отводит взгляд от Череватого. Влад суетится, старается не резать одним ножом колбасу и овощи, раскладывает все по тарелкам. Илья смотрит.       — Аха-ха-ха-ха! Владик, отгадай, почему Илюша такой странный?       — Отъебись. Приснилось опять что-то. Фокусы его, — шепча себе под нос, ответил Влад голосу из головы.       — А вот и нет! Другие фокусы тут.       Илья уже на автомате применяет свои знания менталиста к окружающему его миру. Он смотрит на Влада и подмечает незначительные детали: такой же браслет на правой руке, как и двадцать минут назад, когда он сжимал его запястья, небольшая ранка на подбородке от бритвы. Он подходит к парню со спины и обнимает, утыкаясь в шею носом. От чернокнижника пахнет только улицей и уже выветревшемся парфюмом.       — Илья, ты чего? Странный какой-то.       — Влад, ты точно на приеме был?       — Нет, блять, с тобой трахался!       — Уйди нахуй!       — Что?       — Прости, я не тебе, — Влад вздыхает и переключает мысли на вопрос. — Да, я же говорил уже.       Они молча едят и иногда переглядываются. День хоть и выдался обычным, но Влад устал. Его не отпускают. После личных приемов Череватому всегда требовалось время, чтобы прийти в себя, так как работа отнимала много сил. Всегда требовалось время на то, чтобы чужое незримое присутствие перестало ощущаться так явственно. Влад никогда не был один и когда ему замолчать решал в этом тандеме не человек.       Илья уже привык останавливаться у Влада, когда начинается очередной сезон съёмок в Москве. Все закрутилось после первой Битвы сильнейших. Каждое испытание для Ларионова было какой-то неведомой сказкой. Он знал, что из всех участников битвы есть только пара-тройка действительно настоящих экстрасенсов и медиумов. Влад был одним из них. Илья с трепетом и мандражом ждал каждый новый день съемки с Владом. Человек, который знает иллюзию и фокусы как самого себя, просто не мог ни объяснить, ни поверить своим глазам и разуму, каждый раз удивлялся как ребенок подаркам под елкой, проделкам чернокнижника.       На съемках в доме, где Влад забирал демона из девушки, Илья принципиально отказался скрещивать ноги и выполнять другие смехотворные указания Влада перед ритуалом. Тогда-то демоны Влада и заприметили его. Увидели лакомый кусочек и отыскали во Владе симпатию по отношению к Илье. Теперь этот человек для них стал еще интересней, потому что принадлежать и людям и демонам он не мог. Только демонам. Этот договор был заключен давно и обратить вспять уже ничего нельзя. Даже смерть ничего не изменит и Влад это знал. Жить без любви, пожалуй, одно из самых сильных проклятий для человека.       — Что ты возьмешь взамен?       — Любовь.       — То есть у меня не будет стоять?       — Любовь не в сексе.       — В чем тогда?       — Глупый мальчишка. В семье тебя не любят. Но бабка, что ждет тебя каждый вечер за старым забором из лыж, которая кормит тебя, внучком называет, конфетку в карман подкладывает каждый раз, плачет, когда ты колени и ладони разбиваешь, гладит тебя по голове и крестит, когда ты выходишь за ее калитку. Она тебя любит.       — Бабу Нюру заберешь что ли?       — Во дурак! Зачем мне карга эта старая?! Ты опять не понял, Владик. Я заберу у тебя любовь, но у тебя будет все остальное, чего только может желать человек.       — Я согласен.       Будучи мальчиком Влад долго не понимал сути сделки, пока не встретил Лену. Впервые в нем зажглись будто настоящая жизнь и желание быть с человеком вместе. Хотелось носить ее на руках, подарить все, что она только желает, увидеть вместе с ней весь мир, который существует за пределами деревни. Он думал, что так теперь будет всегда. Ему даже казалось, что его сила приняла Лену как свою и теперь они вместе повязаны с демоном. Он был уверен, что они одно целое и это называют любовью. После того как Влад дал определение своим чувствам, все пошло в разлад. Лена начала раздражать, секса с ней больше не хотелось, видеть ее даже не хотелось. Внутри Влада стало пусто и темно. Демоны громко смеялись и лишь напоминали, что условия контракта нарушить не получится, что они все равно будут у него все забирать, что касается любви.       В один момент Владислав не выдержал и решил повторить то, что так и не закончил в отрочестве. Но над его попыткой только в очередной раз посмеялись и сказали, что не ему решать, когда умирать. Демоны не наигрались в людские судьбы и жизни. Он снова остался жив.       Сначала Владу думалось, что больно было осознавать, что он больше не любит, но больнее оказалось то, что сама Лена перестала его любить и теперь он снова чувствовал безграничное одиночество. Он был заперт сам в себе и слышали его только демоны.              ***              Илья никогда не говорил, что любит его. Илья не произносил это вслух, как и Влад, но чувства были очевидны друг для друга.       Такой заинтересованности демона другим человеком в окружении Влада не было ранее никогда. Череватый не решался спрашивать, почему Илью не трогают и не отводят от него, если знают о чувствах, потому что боялся ответа. Ларионов уже перестал скрывать от Влада свои взгляды, перестал искать момент, когда можно к нему прикоснуться и делал это абсолютно свободно. Илья уже успел позабыть это чувство яркой влюбленности, потому что к Ольге эти эмоции угасли давно.       Влад отвечал взаимностью. Они как-то сразу нашли общий язык и за пределами съемочной площадки проводили время вместе. Когда они были на съемках вне Москвы, само собой получалось, что после позднего ужина, уставшие, они все равно шли в номер к Владу или Илье просто поболтать. Влад был непростым человеком, со сложным характером и своими заморочками. Илья сканировал и анализировал его, пытался понять и узнать. Владу часто что-то нашептывали про Илью, когда он что-то не договаривал про себя из-за страха быть осужденным чужим мнением или боялся показаться слишком чувствительным. Порой Владислав выдавал своих помощников, упоминая в разговоре факты про Илью, которые тот старался скрыть. Такие ситуации были неловкими, но через некоторое время Илья уже привык и знал, что Владу известны любые факты о нем. Это и было причиной, почему Ларионов не говорил о своих чувствах напрямую, ведь Владу однозначно уже об этом нашептали. Влад же боялся, что как только Илья скажет, что влюбился в него, все в один момент закончится. Ему фартило, Илья молчал.       ***       Илья встал из-за стола и сложил все грязные тарелки в посудомойку, попутно собирая в руку салфетки со стола и фантики от конфет, которые Влад постоянно ест. Череватый устало поднялся со стула и подошел к окну, закуривая. Он сосредоточен на своих мыслях, очередные загадки демонов не дают покоя и понимания. О каких фокусах они говорят? Что такого тут произошло с Ильей?              — Как я понял, ты выспался, да еще и успел сексом заняться со мной во сне.       Влад с раздражением на лице и дергаными движениями поворачивается к Илье. Илья широко улыбается, целует Влада в губы и приобняв говорит:              — Ты ревнуешь к тому, что мне приснился сон с тобой? Влад, давай ты не будешь сейчас срываться на мне, а просто пойдешь отдыхать. У нас были планы на вечер.       — Я уже никуда не хочу. Останусь дома.              Психованное настроение было в порядке вещей. Илья уже перестал принимать это на свой счет, он просто знал, что Влад такой вот человек и либо это принимаешь, либо не принимаешь. У Череватого менялось настроение по несколько раз на дню и угодить было невозможно. Илья пока не научился. Он только вздыхал и отходил в сторонку от чернокнижника, знал, что тот сам потом придет и никаких обид не будет.