Илья, я люблю тебя.

      Утро сегодня солнечное. Вероятно, это последние деньки, когда солнце заливает город своим ярким светом, перед тем как скрыться до самого апреля. Погода сейчас занимала последнее место в мыслях парней, которые хмуро сидят за кухонным столом. Влад скептически смотрит на тофу и овощи в тарелке Ильи. Ларионов вообще не смотрит на Влада, только возит вилкой по еде, держит в руке телефон и листает ленту с рилсами, не удосужившись даже взять хотя бы один наушник. Беззвучные видео сменяются одно за другим, ни одно из них Илья не досматривает до конца.        — Тебе реально вкусно это есть? — Влад не может терпеть это тяжелое молчание. Ему нужно внимание. Ему хочется понимать, о чем думает человек сидящий напротив него.       — Влад, — Илья делает предупреждающую паузу, намекая, что тема вегетарианства не самая подходящая для этого разговора, тем более, что уже ни раз обсуждался его рацион. — Зачем ты это делаешь?        — Что? — чернокнижник натянуто улыбается, хоть и получается довольно лучезарно. Солнечный луч засвечивает половину его лица, и он застывает, в надежде получить ответную улыбку.        — Слушай, я перед отъездом хотел тебе сказать… — менталист не успевает закончить фразу. Телефон в его руке вибрирует, на экране красуется темноволосый парень и надпись крупными буквами “Олег Шепс”, а после имени добавлен магический шар из набора стандартных эмодзи айфона, — извини, — он показывает на экран телефона и встает из-за стола, выходя из кухни.       Череватый закатывает глаза и откусывает большой кусок от слойки с джемом, шумно запивая кофе. Его покоробило то, что Илья не стал говорить за столом при нем, а вышел в другую комнату. Раньше он не скрывал их разговоры с Олегом. Влад не ревновал в романтическом плане, его раздражало то, что Олег забирает внимание Ильи. Владу бы сейчас хотелось, чтобы Олег отдалился от Ларионова, чтобы они не делились секретами.  Он чувствовал, что младший (а значит и старший) Шепс знает их секреты, что Илья обсуждает с ним сокровенные вещи.        Человеку все равно нужно с кем-то обсуждать свою жизнь, особенно романтические отношения, ведь они вызывают столько эмоций и порой хочется рассказать кому-то кроме своего партнера об этом.  Влад это понимал, но не разделял. У Влада нет настоящих друзей. Их больше не осталось. Из старой жизни и из его родного места все друзья отваливались сами собой, когда Владислав считывал их корысть, зависть, дурные намерения. Так получалось, что бесы диктовали ему все потаенные мысли людей, которые его окружали. Влад делал выводы и прощался с ненужными для себя людьми, вот только Лена была честна и стала его единственным другом, потом женой, а теперь вот снова другом и партнером по бизнесу.        Влад смотрел на людей и поражался самому факту дружбы. Ему хотелось кричать, что это все фальшивка и все люди ошибаются, пока он не увидел, что есть другая сторона медали. Оказалось, что искренняя дружба существует. Без зависти, злобы и лжи. Он видел это у Лены, у ее сестры и у Ильи. Тогда-то он и понял, что не все так однозначно, как ему думалось, что это навязанное мнение бесов, которые оставили его в одиночестве, прикрываясь добродетелью. Как говорится, после драки кулаками не машут. Вот и Влад опомнился, когда вокруг него никого не осталось. Предъявлять что-то было уже поздно, да и какой в этом смысл, если правда все равно не будет на его стороне в отношениях с демонами.        Когда он пришел на битву, то чувствовал себя запуганным щенком, который не доверял людям и старался укусить каждого да посильнее, чтобы больше не подходили. Чувство одиночества его буквально сжирало изнутри, в такие моменты приходили они и развлекали Влада. Он всегда знал, что не один, но это было ложное чувство. Когда морок с него спадал, становилось буквально нечем дышать, его душили слезы обиды и страха. Медиум боялся оставаться один в квартире или в своем доме. Когда он ночует в московской квартире один, вечерами его одолевают мысли, что больше никто не приедет к нему, что у него никого не осталось и его единственные близкие, кому он нужен, находятся по ту сторону зеркала и этого мира.        Когда появился Илья, Влад стал чувствовать себя живым и настоящим. Поначалу у них были гонки, кто кого больше удивит. Илья каждый день показывал какие-то незамысловатые фокусы, а иногда и какие-то сложные, которые Влад вообще не понимал и не мог добиться от Ильи раскрытия секрета. А Влад же часто рассказывал ему то, что недоступно обычному человеку. Они могли стоять на съемках, и Влад нашептывал Илье разные интересные или непристойные факты о людях вокруг. Так Илья уже знал всю съемочную команду изнутри.       Как-то они в очередной раз стояли в курилке, и Влад выдавал. Начал рассказывать слишком личные вещи о людях, которые были в тот день на площадке. Олег тогда его осадил, сказав, что это неэтично. Илья, который как обычно с интересом слушал Влада, открыв рот внимал все истории и даже задавал уточняющие вопросы, застыдился и поддержал сторону Олега. Влада это тогда очень задело. Он опять принял оборонительную позицию, кидаясь в Олега и Илью колкими фразами, защищаясь и нападая первым. Это была его привычная стратегия жизни. Даже если никто не нападает и возможно никогда не нападет, он должен дать первый удар, чтобы боялись и не смели к нему лезть.        Когда он понял, что демоны путают его мысли и навязывают мнение, которое будет выгодным только для них, Влад стал изучать и практиковать медитацию. Отключаясь от своего сознания и окружающих проблем, он отдыхал, а по возвращении из астрального мира, он четко мог отделить свои мысли и желания, от навязанных. Битва стала хорошей школой для прокачки многих своих навыков. Все, что он откладывал в дальний ящик, думая, что займется изучением различных практик когда-то потом, пришлось осваивать в короткие сроки, чередуя с подготовкой к испытаниям. Он вырос как личность. Как отдельная личность от своих демонов. Сейчас Влад ставит себя на уровень достойного союзника силам и это вызывает у них больший интерес к человеку.        Вот и сейчас Влад привычными для себя методами отгоняет мысли о том, что Илья что-то замышляет с Олегом против него. Раздражение и агрессия очень быстро сменяются на банальный интерес.        Пока Ларионов говорил с Олегом, успел собрать сумку, одеться и даже застелить постель. Влад заходит в комнату, Илья поправляет покрывало с его стороны и прощаясь с Олегом, прячет телефон в карман штанов.        — Да мог бы не заправлять. Я бы заправил.        — Бабушка всегда говорила, что кровать надо застилать. Иначе чертей в нее напускаешь и сны будут дурные сниться, — Илья поравнялся с Владом и дотронулся до его плеча. Влад громко рассмеялся.       — Илюша, ты уже пустил в свою постель черта. Покрывало не уберехло.        Шутка не казалось смешной, особенно в свете последних событий. Менталист взял свою сумку, оглядел комнату на предмет забытых вещей и пошел в коридор. Пока он зашнуровывает свои кроссовки, Влад стоит в дверном проеме, сложив руки на груди и молча наблюдает. Илья собирает волосы резинкой, попутно оглядывая свое лицо в зеркале. Да вроде хорошо выглядит, обычно. Даже свежо. Он уже тянется за курткой, но его руку перехватывают.       — Илья, я хотел тебе сказать, — Влад замирает от собственного порыва и не знает как сказать дальше. Он держит его руку и подходит ближе, обнимая за шею и талию.       — Что, Влад? — Илья почти шепотом говорит куда-то ему в шею.       — Илья, я…— снова запинается и сжимает в объятиях сильнее, — я тебя очень жду обратно.        Ларионов отвечает на объятия, но не обещает ничего конкретного. Когда он берет сумку и смотрит на экран телефона, поворачивая замок двери, Влад снова его окликает.       — Зачем звонил Алех?        — Да так, просто, спросил скоро ли я.       — Ему нахуя знать?       — Перед поездом договорились кофе попить, а то давно не виделись.        — Я подвезу тебя, — Влад раздраженно хватает ключи от машины и пытается попасть ногой в кроссовок.        — Куда ты собрался? — Илья ухмыляется, глядя на клетчатые домашние штаны и отсутствие футболки на Владе. — Тебе за Львом ехать, а Олег уже приехал, он подкинет до вокзала. Пока, Влад.        — Пока.        Илья захлопнул дверь у самого носа чернокнижника. Оставляя его один на один с собой и бесами. Закуривая очередную сигарету, Влад видит через стекло балконного окна, как Олег, облокотившись на капот машины курит одноразку и гипнотизирует подъездную дверь. Выходит Илья и Олег сразу подрывается с места, делая шаг навстречу другу. Они обмениваются короткими объятиями, Олег забирает его сумку, кидая на заднее сиденье. Илья садится в машину и пристегивается. Олег тормозит у водительской двери и задирает голову вверх, смотря прямо на Влада. Олег улыбается, когда видит в окне фак.       ***       — По кофе или ты хотел бы позавтракать? — Олег делает музыку в машине чуть тише, чтобы слышать собеседника.        — Да не, мы поели, — Илья даже не задумывается, говоря “мы”. При Олеге он чувствует себя расслаблено и открыто.        — Понял. Тогда за кофе. Можем в тачке посидеть до поезда. Я тут двор недалеко от трех вокзалов знаю, там всегда места есть.        Олег завел машину и резко тронулся с места. Илья с Владом не боялся так ездить, как с Олегом. Шепс водит так, будто хочет выебнуться перед всеми, показать какой он крутой на своей спортивной тачке. Влад же водит лихо, но осторожно. Он получает от процесса удовольствие и его распирает гордость, что Илья ему доверяет. Порой кажется, что Влад гордится своей машиной и навыками езды больше, чем силой. Он чувствует себя на своем месте за рулем. В детстве он мечтал, что у него обязательно будет машина и он будет возить на ней всех друзей, жену и детей, а оказалось, что еще и любовника.              ***       Они припарковались во дворе у обычной девятиэтажки. Удачно, что там нет шлагбаума и мало машин, это кажется чем-то невероятным для Москвы. Олег приоткрыл окно, чтобы пар его электронки не затягивал окна, чуть откинул сиденье, и Илья сделал также. Они обсуждали общих знакомых, как у кого дела, как проходят дни, но в какой-то момент Олег резко замолкает:       — Илюх, извини, я больше не могу молчать, — они оба напряглись, но Олег продолжил, — почти с самого твоего дома с нами твоя бабушка. Ты как только вышел, я ее увидел, но подумал, что может Влад что-то делал и она просто не успела уйти. Илья, она хочет тебе передать важную инфу.        Илья от испуга поставил стакан с кофе в подстаканник и молча уставился на Олега. Шепс берет его ладонь и аккуратно перебирая тонкие пальцы фокусника говорит:       — Илья, я это и сам вижу, но ты знаешь, что я не лезу просто так и без разрешения. Но она хочет тебе передать, что и мне уже понятно. Тебе надо быть аккуратным. Не дай запутать тебе мысли и чувства. Она говорит, что ты должен в первую очередь решать все сердцем.        — Не понял, она хочет, чтобы я к Ольге вернулся?        — Нет, речь не про Ольгу. Твоя бабушка часто с тобой, и она твоя защита. Ей понятен твой выбор. Говорит, что внутри он невероятно ранимый и любящий человек, только эта чернь путает его. Илья, — Олег прячет улыбку в кулаке, — она хвалит тебя за застеленную кровать и мытую посуду. Точнее она хвалит вас.        — Я все равно ничего не понял, кроме последнего.       — Ты в опасности, Илья. Прости, я не хотел тебя пугать. Ты знаешь, что я такое не люблю говорить, но предупредить тебя стоило.       — Это из-за Влада?        — К сожалению. Хоть я и вижу, как ты к нему относишься. Я знаю, что ты сможешь сделать правильный выбор.       — Да твою мать, Олег! Что за загадки? Какой выбор?        — Извини, не в моей компетенции говорить об этом.        Илья напрягся и вышел из машины, громко хлопнув дверью. Хорошо, что перед выходом из дома он успел схватить пачку сигарет Влада.         ****       Находиться дома совсем не хотелось. Он начал метаться по квартире, убирать разбросанные вещи, загружать стиральную машинку. Хорошо, что Лена и Лева встают рано, значит уже можно ехать за сыном.        Влад припарковывает автомобиль у ворот дома. За забором уже заливисто лает пес, которые почуял хозяина и радостно ждет его. Влад переступает через калитку забора и заходит во двор. Лев играет с машинками на газоне и пока не замечает отца. Владислав гладит пса и окликает сына.        — Папа! – Лев бросает все свои важные дела и неуклюже бежит к отцу.        Каждая встреча с сыном для Влада является большой радостью. Он сам не получал в семье ни внимания, ни любви, поэтому сейчас готов сделать для сына все возможное, чтобы мальчик никогда не чувствовал то, что пережил Влад. Он много раз анализировал свою жизнь в родительском доме. Выводы всегда были неутешительные. Будучи взрослым мужчиной, имея за плечами разный жизненный опыт и обладая силой, он все равно думал, что не мог бы тогда поступить иначе. Будто и не было другого выбора у него тогда, кроме петли.       Влад берет сына на руки и крепко его обнимает, целует и поправляет шапочку. В нем столько любви и нежности, которую хочется подарить сыну. Хочется окружить его заботой, чтобы Лев чувствовал и знал, что отец — это его опора и самый надежный друг.        — Привет, — Лена выходит на порог дома.       — Привет, — держа на одной руке сына, Влад целует ее в щеку и проводит свободной рукой по волосам. — Как дела?        — У нас все хорошо. Получила ответ по садику. Нас возьмут, но зимой.        — Лен, а ты как? Я там, кстати, продуктов привез.        — Спасибо, та у нас вроде все есть.        — Там твои любимые штучки всякие и для Льва тоже.        Влад старался сохранить их отношения в лучшем виде. Он нуждается в Лене, как в друге. Конечно, он знает, что ей очень больно от расставания и к новым отношениям она будет готова нескоро. Влад чувствует вину, но выбор был сделан не им. Лена это тоже знает, но сердцу не прикажешь.        — Влад, на тебе лица нет.        — Илья уехал, — он не скрывал их отношениях перед Леной, рассказывал, но без подробностей. Она единственный человек, которому можно доверять.        — Разошлись что ли?        — Лен, — он встал и подошел к девушке, которая заваривала чай и открывала конфеты для Влада, — там пиздец случился.        — Не зрозуміла. Шо случилось? — она ставит перед ним кружку и конфеты, садится напротив и внимательно вглядывается в лицо Влада.       — Они хотят его забрать, — Лена молчит, а Влад продолжает, — Илья очень эмоциональный и как я понял, от него херачит энергия, которая им нужна. Особенно в сексе, извини за подробности. Но тут ты сама знаешь, как это бывает со мной.        Лена не понаслышке знала, что после секса с Владом иногда требовалось время на отдых. Его сила забирала себе энергию и подпитывалась от партнера.       — Мне кажется, Илья видит их. Или, блять, как-то чувствует. Я не могу понять.       — Как это? — такого Лена припомнить не может. Да, чувство полного опустошения и усталости у нее было, но она никогда никого не видела в такие моменты.        — Была ситуация, когда Илья утверждал, что у нас только что был секс, а я только домой тогда пришел после приемов. Я думал, что ему приснилось, но потом мне показали как это было. Я ахуел немного. Потому что Илья не со мной был.        — А с кем?        — Я не знаю. Я только видел фрагменты, как воспоминания, но сам такого не помню. Я не понимаю, кому путают мысли.        — Вряд ли тебе, — Лена задумчиво смотрит на Влада и вдруг спрашивает, — ты говорил с ними?        — Говорил. Они хотят его. Им нужна подпитка.        — Что-то не сходится у меня. Если им нужна энергия, эмоции, так пусть берут. С меня же брали. Зачем мороки наводить?        — Я не знаю.        — Владик, все ты знаешь. Пиздишь бывшей женушке.        Чернокнижник от неожиданности дернул рукой и пролил чай. Он резко встал и направился к машине, объяснив Лене, что решил принести пакеты, чтобы убрать продукты в холодильник. На самом же деле он спешил оказаться один, чтобы не упустить возможность пообщаться с силой.        — Давай будем договариваться. Крови дам. Денег дам. Водки. Других людей. Буду больше брать личных приемов. Давай договариваться, — начал наговаривать Влад, глядя в зеркало на иконе, которое привычно лежало на заднем сиденье машины. Он сел туда же и поставил зеркало на колени, зажигая свечу в руке.        — Илью хочу.       — Да что ты, блять, заладил. Дался тебе этот Ларионов. Зачем?        — А ты посмотри какой он, — голос в голове усмехнулся и в зеркале он увидел в отражении своих глаз чужие. Его затянуло в видения.        В голове Влада начали всплывать картинки-воспоминания, которые раньше он не видел или уже забыл. В воспоминаниях были только сцены секса, которые отличались друг от друга лишь реакциями Ильи.       Вот они до дрожи возбужденные в машине, как раз где сейчас сидит Влад. Неуклюже спускают с себя штаны, чтобы по-быстрому сделать это тут. Владу тогда казалось, что это был один из самых жарких сексов в их отношениях. Он помнил, как Илья потом дома какое-то время даже в глаза ему не смотрел, так стеснялся. Но сейчас он увидел, что на самом деле он сделал ему больно и Ларионов хотел, чтобы это скорее закончилось.        А вот они в ванной в номере отеля накануне испытания БС. Илья тогда так его зажимал и просил себя трахнуть. Владу даже делать ничего не пришлось, Илья сам на него сел и задал нужный ему темп. Влад чувствовал и видел как тогда Ларионову сорвало крышу от него. Как он старался касаться его везде, как не сдерживался в стонах и был так раскрепощен, что Владу показалось, будто Илья пьян.       — Помнишь это?        — Ну… — Влад задумался, потому что казалось, что такого он не помнил, но посмотрев воспоминание, был уверен, что так и было.        — Не с тобой он тут был. Не тебя хотел, а меня. Секс с тобой для него мучение.  Ты вот думал, что в машине Илья прям был так возбужден и хотел тебя, но на самом деле, сам все видишь, ему было противно и больно. А дома он смотреть на тебя не мог. Так ты ему был омерзителен,  — Владу стало плохо, его тошнило. — Аха-ха-ха! Я бы от такого ебыря тоже блевать хотел. Посмотри какой ты, — после этих слов в голове Влада появилось новое воспоминание, о котором он уже давно забыл или не помнил никогда.       Илья стоял перед ним на коленях, пробуя взять в рот член. Такого опыта у него еще не было и он боялся сделать что-то не так. Влад аккуратно касался его отросшей челки и невесомо проводил рукой по щеке. Илья поднял на него глаза и через секунду закрыл их, направляя член рукой к губам. Для Влада это были незабываемые чувства. Да он и сам тогда был весь на взводе не только из-за возбуждения, но и из-за переживаний о первом их разе. Череватый боялся спугнуть Илью, чтобы это не стало для того неприятным опытом. Влад был уверен, что вел себя очень корректно и аккуратно. Старался откликаться на все действия, не сдерживая эмоции, чтобы Илья понял, что ему невероятно приятно. Но сейчас он видит, как все было со стороны. Влад видит, как он сжимал волосы на затылке Ильи и толкался ему в рот. Илья давился и пытался отодвинуться, но Влад не позволял. Он прижимал иллюзиониста к стене головой и пытался трахнуть его в рот, не обращая внимания на неприятные ощущения от зубов, которые Илья не успел спрятать за губами. Владу плевать, ему хотелось делать это грубо. Ему хотелось, чтобы Илья запомнил свои слезы, которые бесконтрольно текли по щекам, а слюна капала по подбородку на колени. Влад тогда кончил ему на губы и шею, грубо отталкивая от себя.       — Ахуенный опыт ты дал парню. Он потом боялся к тебе приближаться. Со мной у него так не было. Меня он хотел до дрожи в коленках и сам кончал по несколько раз.        Влад резко дует на свечку и откидывает зеркало. Открывает дверь машины и его выворачивает. Хорошо, что успел выйти. Он блюет до тех пор, пока в глазах не начинает темнеть. Он не замечает, как подходит Лена. Льет ему воду на руки и лицо. Когда спазмы кончились, они пошли в дом. Влад, опираясь на девушку, дошел до дивана и лег.        Череватый лежит с закрытыми глаза, а по вискам слезы стекают на диванную подушку, противно затекая на затылок. Он не мог быть таким чудовищем по отношению к кому-либо, особенно к Илье. И как он мог вообще все это забыть? А может он просто не знал, что ведет себя так по-скотски, а теперь увидел себя со стороны? Почему тогда Илья никогда ему ничего не выговаривает? Наверно, Илья боится. Да, точно, такого чудовища можно только бояться. А не уходит от него, потому что боится, что Влад его проклянет. Он знает, что менталист не просто скептически ко всему относится, он боится силы. Если скептицизм по отношению к Владу у Ильи прошел, то получается, что остался только страх. Как противно от себя. Хорошо, что он уехал в свой Питер.        ***       Илья выходит на балкон, дома стало как-то душно. Ольга не любит сквозняки. Стоять просто так на балконе не очень хотелось. Он разрешил себе одну сигарету, хотя при дочке никогда не курит. Илья вообще не курит, это все привычки Влада, которые он неосознанно перенимает. Напротив его дома такой же дом, как и множество других на Петроградке. Открытый маленький балкон не внушал доверия, но арендодатель уверял, что балкон укрепляли недавно.       Осень в этом году теплая. С таким удовольствием он делает первую затяжку и достает телефон. Не успев коснуться экрана, чтобы разблокировать, он видит свое отражение на дисплее. Что-то его там смутило, будто кто-то стоит за его плечом. Он резко поворачивается и видит, что в квартире висит штора, вероятно, складка которой так искаженно отразилась. Сигарета почти кончилась, когда он почувствовал касание чьей-то руки к своему затылку. Можно было бы списать на ветер, но сегодня ветра не было. От испуга Илья начинает махать руками за головой, будто отгоняя кого-то. На пол упала большая оса. Эти насекомые еще не все уснули, вот такие будто пьяные залетают в квартиры и тонут в варенье, которое дачники варят из своего урожая. Конечно, это оса проползла по затылку, щекоча шею своими лапками. Но почему-то Илье казалось, будто его гладили именно ладонью.       Он тушит бычок в горшке с вьюном, который достался от прошлых жильцов квартиры, и почти толкает балконную дверь, как вдруг замирает, вглядываясь в свое отражение в стекле. За его спиной силуэт. Серый, неузнаваемый ему, но там однозначно кто-то стоит. Илья оборачивается, там ожидаемо пусто.  По спине и ногам пробегают мурашки, тело сковывает в неприятном чувстве страха. Нет, там же точно кто-то был, ему не показалось.