Илья, я люблю тебя.

      Они зашли в квартиру, и Илья сразу побежал в туалет. Выпитая бутылка воды по дороге домой дала о себе знать. Влад подхватил у порога все пакеты и понес их на кухню. Он включил свет и на секунду задержался в проходе. В голове яркими картинками всплывают флэшбеки. Стыд, вина и возбуждение путаются в мыслях и чувствах. Пока он раскладывает продукты, достает из контейнеров готовую еду и ставит ее греться, в ускоренном режиме приходится проработать свое восприятие ситуации. Ну в конце концов, не может же он каждый раз теперь испытывать стыд и страх за Илью, когда находится тут. В мыслях всплывают и слова Ларионова, который утверждал, что простил его. Ладно, пусть все останется в прошлом. Он обязательно загладит вину.        — А ты торт не будешь что ли? — Илья неожиданно появляется рядом, когда Влад убирает торт в холодильник       — Нет, не хочется сейчас, — Влад закрывает дверцу и поворачивается к Илье, осматривая парня с ног до головы.        Менталист уже переоделся в домашнее, а точнее в футболку “Без масок” и пижамные штаны. Он, как всегда, стоит босиком. Владислав долго привыкал к тому, что Илья ходит по полу без тапок или носков. Его с детства приучали, что по холодному полу босиком ходить нельзя. Конечно, его семья жила в стареньком деревянном доме, который отапливался только печкой, для которой необходимо было наколоть дрова, а учитывая, что отец редко когда был в состоянии, то этим почти всегда занимался только Влад.        — Что-то не так? — Илья начал осматривать себя.        — Все норм, я просто задумался. Извини, — Влад тяжело выдохнул и посмотрел в глаза Илье, который в ответ притянул его к себе и сжал в объятиях.        — Влад, мы дома, уже все нормально, ты можешь расслабиться.        — Да, конечно, — отстраненно согласился Влад и обрадовался писку микроволновки.        Они снова сели есть поздно вечером. Илья тщательно пережевывает зеленый салат с авокадо и киви, а Череватый безучастно елозит вилкой по сырной корочке на запеченном курином филе.        — Илья, извини, я что-то так устал, — Влад медленно встает со стула и роняет вилку, — О! Кто-то придет.        — Надеюсь, что нет.        — Я тоже… — он кладет вилку в посудомойку и придвигает стул к столу ногой. — Можешь убрать со стола, пожалуйста? Меня совсем рубит, — в подтверждение своим словам, он трет лицо руками и зевает.        — Ты сегодня почти ничего не ел или вообще не ел. Влад, с тобой все хорошо? — Илья встревоженно отложил вилку и тоже встал, стараясь разглядеть парня.        — Я просто устал. Поем завтра. Прости, я спать, — чернокнижник целует Илью куда-то в уголок губ и уходит в спальню.        

***

      

      Илья целует Влада в губы и закидывает на него ногу. Влад обвивает его руками, забирается под футболку, подминает под себя и сжимает бока. Илья выгибается и подставляет шею под поцелуи. Он стонет и закусывает указательный палец, чтобы не быть громким, пока Влад оставляет на шее засосы и вылизывает ключицы. Потом задирает футболку и начинает ласкать соски, от чего Илья снова стонет и просовывает руку между их телами, чтобы сжать оба члена ладонью. Вдруг он поворачивает голову и смотрит в глаза Владу. Еще одному Владу. Взгляд у Ильи будто одурманенный, он смотрит сквозь. Влад отрывается от своего занятия и тоже смотрит в глаза самому себе. В глазах Влада, который сейчас прижимает к кровати Илью, отражается огонь, но в комнате почти темно, только свет фонарей пробивается через прозрачный тюль. Илья кладет руку не щеку Владу и поворачивает его голову на себя, шепотом прося не отвлекаться. Влад дергает Илью за руку, пытаясь привлечь его внимание, но тот не хочет или не может ему подчиниться, он занят тем Владом, который нависает над ним. Ларионов отзывается только на его прикосновения. Он весь дрожит от возбуждения и предвкушения.       — Отпусти его! — Влад кричит, но Влад с огненными глазами лишь ухмыляется. Он специально начинает откровенно трогать Илью, чтобы тот заводился сильнее. Илья его явно не слышит.        — Он больше не твой. Он теперь мой. Он тебя даже не замечает.        — Илья! — Череватый от ужаса цепенеет и пытается ухватиться за Илью, растормошить его, но тот вообще не реагирует. — Илья! Пожалуйста, посмотри на меня!       — Илья, скажи, чего ты хочешь? — он продолжает руками шарить по телу менталиста, на что тот неестественно отзывается. Будто его накачали наркотиками или афродизиаком. Он весь извивается, трется о Влада и трогает его везде, куда может дотянуться.        — Тебя! Влад, пожалуйста! — он почти хнычет, выгибается и сам приспускает с себя белье, оголяя вставший член.       

***

      — Влад! Влад, пожалуйста, проснись! — он резко открывает глаза. Над ним нависает испуганный Илья, который трясет его за плечи, пытаясь привести в чувства. Череватый тяжело дышит и ощущает неприятную липкость по всему телу. — Ну слава богу! У тебя жар? — Ларионов касается мокрого лба медиума, но повышенную температуру не обнаруживает.        — Где он? — чернокнижник резко садится, отодвигая Илью рукой, рассматривая его часть кровати. — Где он, блять?        — Кто? — Илья оглядывается, но никого и ничего необычного не видит в комнате. Он тянется к торшеру у кровати и включает свет.        — Где Влад? Где второй Влад?        — Я ничего не понимаю, — Илья пугается. — Тебе приснилось что-то? Какой еще второй Влад?       — Да конечно! Как тебе тогда, когда тебя кто-то трахал, — он сжимает губы плотнее, чтобы больше не выдавать таких фраз, чтобы не срываться на невинного Илью.        — Влад, что происходит? — он ловит руку экстрасенса и сжимает ладонь в своей, но что-то неприятное и липкое оказывается между их пальцами. Он подносит сцепленные руки ближе к лицу, разжимает ладонь и видит кровь. Влад так сильно сжимал кулаки и простынь, что исколотые пальцы снова начали кровить. Вид крови пугает и отрезвляет обоих. Илья зажмуривается и от страха отпускает чужую руку. Да, он боится вида крови и все никак не может привыкнуть к исколотым пальцам. Только вот обычно у Влада эти раны быстро заживают, а сегодня там слишком много проколов и порезов. — Что у тебя с рукой?        — Неудачный ритуал, — он берет влажную салфетку из большой пачки, которая всегда дежурит у кровати, вытирает руку, — все, я вытер, можешь смотреть, — после небольшой паузы он продолжает. — Что ты сейчас делал?        — Спал. Потом услышал, как ты что-то говоришь во сне и проснулся. Ты метался и звал меня. Потом я тебя разбудил, — он растерянно пересказывает последние события.        — Ты один был? — Влад скептически смотрит на Илью и пытается понять, ему действительно все приснилось или только что он наяву смотрел в глаза точной копии себя, которая планировала овладеть Ильей.        — Влад, я начинаю бояться. И еще я нихуя не понимаю. Что происходит? Ты либо сошел с ума, либо твоя сила тебя же и наебывает.        — Откуда ты знаешь про мою силу? Он тебе все рассказал уже?        — Да кто он?! Ты можешь нормально объяснить?        Влад не понимает, Илья глумится над ним или всерьез не видит сути происходящего. Неужели он не отличает демона от человека, пусть хоть и обличье у них одно. А еще он видит, что Илья сам напуган не меньше.        Влад резко встает с кровати и идет на кухню. На подоконнике рядом с пепельницей обнаружилась пустая пачка чапмана.        — Шо за блядство! — он отшвыривает ее на стол и идет в комнату. Там в пакете со всей атрибутикой и подношениями силе лежат сигареты, которые изначально были не для него, но кого это сейчас волнует. Вообще у него есть правило, что он никогда не берет ничего для личных нужд, из того, что подготовлено для ритуалов, но сейчас крайний случай.        — Влад, что происходит? — со спины за плечи его обнимает Илья. Влад выдыхает дым в приоткрытое окно и через плечо протягивает сигарету Илье, чтобы тот тоже затянулся. Не вынимая из пальцев Влада сигарету, Илья делает затяжку.       — Илюш, я не знаю, як тебе все це пояснити, — задумчиво отвечает Влад, не замечая перехода на суржик.        — Попробуй как-нибудь и желательно честно, — Илья тянется еще за одной затяжкой и касается губами пальцев Влада.        — Обещай, что не будешь бояться. По крайней мере прям сейчас, — Влад тушит окурок, поворачивается к Илье лицом.        — Зависит от того, что я услышу.       Череватый предложил сесть, потому что такое лучше слушать сидя. Он переставляет пепельницу на стол и закуривает снова. Свет из комнаты попадает на пол кухни, но основным источником света служат уличные фонари. Влад делает глубокую затяжку, ловит взгляд Ильи.       — Демон тебя хочет.        — В смысле?        — Я точно не могу ничего сказать, потому что сам толком не понимаю. Ему нужен ты. Илья, ты слишком живой. Ты такой, каким я давно не являюсь.        — Влад, ты говоришь какими-то загадками. Скажи все как есть на самом деле.        — Да блять! Я сам не знаю, что говорю, сам не понимаю, — Влад начинает раздражаться, но вовремя понимает, что это сейчас не к месту, — понимаешь, Илья, я до тебя давно так себя не чувствовал. Я проживал эмоции других людей и подменял ими свои. Если еще точнее, то я не чувствовал… — нет, он не может это сказать, если он скажет, то все исчезнет в эту же минуту. Он мнется и не решается договорить. — В общем, я не был рад. Они брали с меня злость, похоть, грусть, обиду, жалость. После появления тебя у меня все поменялось и так как ты со мной, то ты сам понимаешь, что тебя легко считать и ты как под защитой, так и в уязвимости. Ты открыт для меня, значит и для них тоже. Илья, — Влад привлекает его внимание, чтобы оценить состояние, — ты меня вообще слушаешь? — складывается впечатление, что Ларионов где-то мыслями в другом измерении.        — Да-да, я тебя слушаю. Просто пытаюсь понять, к чему ты ведешь и что не договариваешь.       — Так вот я за шо и говорю, в тебе они разглядели лакомый кусочек. Твои эмоции и чувства такие живые, что привлекли моих бесов и теперь они хотят тебя, — Влад делает небольшую паузу, — во всех смыслах.        — Тут опять не понял. Влад, я не понимаю того, чего не могу представить или увидеть.        — Ты видел его. Он приходил к тебе в моем обличье.        Илья резко отодвигает стул и подлетает с него, прижимаясь к стене и вытягивая перед собой руку, таким образом преграждая Владу путь к себе. После последней фразы Влада Илью как окатили холодной водой. Некоторые моменты в его памяти приобретали новый смысл. Будто бы все становилось на свои места, но верить не то, что не хотелось, а просто было невозможно. Как можно поверить, что какой-то там бес явился не через какое-то странное отражение в зеркале, когда зачастую это просто игры разума и света, а в облике человека? Как вообще можно принять то, что вместо Влада он был с кем-то другим.        За эти пару минут молчания Ильи Влад уже был готов провалиться под землю. Он видит, как у Ильи судорожно работает воображение и появляются картинки в голове. Его глаза чуть ли не транслируют все, как пленка диафильма.        — Влад, больше всего мне сейчас хочется, чтобы ты мне сказал, что пересмотрел каких-то фильмов и такого не бывает. Я еще могу понять какие-то там образы в зеркале, но, чтобы это что-то принимало человеческое обличье и лезло к живым людям… Я отказываюсь в это верить, — Илья оседает на пол и подтягивает ноги к груди, обхватывая их руками.        — Илюш, я сам ахуел. Мне кажется, чтобы это решить, нам надо спросить все напрямую. Я не собираюсь дальше продолжать эти игры.        — Что ты предлагаешь?        — Давай я позову их, и если согласятся на разговор, мы выясним, зачем это все происходит.        — Влад, — Илья поднимает глаза на собеседника, — то есть ты мне говоришь, что это что-то хочет меня и тут же предлагаешь его или их, хрен знает, как там правильно, позвать поговорить? Может меня утащат в зазеркалье, как Алису.       — Не придумывай, это сказки, — Влад скрыл улыбку в кулаке, — сейчас я предлагаю нам пойти спать, — он протянул руку, и Илья доверчиво схватился и поднялся с места. Влад сразу притянул его в объятия, — не переживай и не бойся.       

***

      Уснуть не получилось ни у кого. Влад будто понимает, что близится переломный момент. У него дурное предчувствие. Он слышит неровный вздох рядом с собой. Спящий человек так не дышит.        — Ты не спишь шо ли? — он поворачивает голову в сторону Ильи.       — Нет. Я пытался, но ни одна мантра, ни одна дыхательная практика, не помогли. Почему ты не спишь? — он поворачивается к Владу всем телом, ложась на бок.        — Уснешь тут блять.       Владислав тоже поворачивается к Илье и откидывает свое одеяло, залезая под его. Они обнимают друг друга и водят руками по голым спинам. Это не несет никакого сексуального подтекста, скорее они пытаются объяснить друг другу, что доверяют, что между ними есть чувства помимо похоти и страсти. Влад не помнит такого единения ни с кем. У него что-то щемит в груди, будто сердце тисками сковывает. Череватый сжимает волосы Ильи в кулак, но без боли, аккуратно, сам весь сжимается и протискивает свои ноги между ног Ильи. Они переплетаются друг с другом, прижимаясь как можно ближе. Влад утыкается носом в шею Ларионову и делает глубокий вдох. Хочется сжать его тело так сильно, чтобы аж кости хрустели, чтобы он без слов понимал, как нужен и что Влад чувствует. Илья отвечает такой же нежностью, он все понимает. Он касается своими ловкими пальцами горячей кожи Влада, ведет по руке, по лопатке, на память уже обводя подушечками знакомые родинки.  Хочется, чтобы это не кончалось.        — Илья, — он говорит куда-то в висок, убирая отросшие волосы парня за ухо, — Илюша, — он зовет, привлекает внимание, чтобы сказать что-то, чего им обоим явно не хочется.       — Тихо, пожалуйста, Влад, — он прижимает Влада за голову ближе к себе, проводя ладонью по коротким волосам, ногтями массируя затылок, — я знаю, что ты скажешь. Дай мне еще минутку, — Илья немного двигается, отстраняясь от Влада, чтобы между ними появилось расстояние, а потом наклоняет голову и целует. Илья целует так, как раньше у них было всего несколько раз: без одержимости, без страсти, без обязательных бытовых ритуалов, в виде поцелуя при встрече или на ночь. Он целует с такой отдачей и нежностью, что у Череватого перехватывает дыхание. Влад трогает лицо Ильи руками, невесомо поглаживая скулы, шею и подбородок. Он гладит язык Ильи своим, проводит по губам языком, немного прикусывает нижнюю губу и сразу зализывает. Они передают инициативу друг другу по очереди, не борясь и не споря. Влад чувствует, как его душу разрывает и это не плата за договор. Это совершенно другое. Жаль, что сейчас придется все это закончить.       — Илья, — он шепотом говорит, почти в самые губы парня, пятерней зачесывая его волосы назад, — у меня никогда так ни с кем не было, — Влад прикрывает глаза, чтобы Илья не считал его, чтобы не понял слабости, а потом продолжил. — Мы все равно уже не уснем. Предлагаю сейчас провести ритуал и выяснить все. Если ты готов.       — Как мне надо подготовиться? — менталист отодвинулся на край кровати и сел, спуская ноги на холодный пол. Хотелось уколоть сарказмом, но он быстро передумал.        — Морально. Ты не должен бояться и отрицать происходящее. Я расскажу тебе, как и что будет, но ты не должен сопротивляться, иначе разговора не получится. Поверь, это будет примерно так же, как и всегда на испытаниях. Ты уже видел такое ни раз. Я буду рядом с тобой и в любом случае все буду держать под контролем.        — Знаешь, Влад, — он обернулся и добавил, — что-то судя по твоим рассказам, ты не особо можешь за всем уследить. Если он приобретает внешний вид человека, а тем более тебя, то как мне понять, что со мной не твой этот Толик, а ты?        Влад встал, надел футболку и обошел кровать, становясь напротив Ильи. Он взял его за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза.        — Неужели ты и правда не отличаешь меня от демона? — Владу такое было непонятно. Он считает, что человек, который знает другого человека так близко, не спутает его ни с кем.        — Не знаю, Влад, — он дергается, отшатываясь от парня, встает с кровати — я уже ничего не знаю и не понимаю.        Они сталкиваются в проеме спальни. Влад вкладывает в свой взгляд все то, что не может сказать вслух. Он смотрит ему в глаза и берет за руку. Илья смотрит в ответ.       — Запомни. Так на тебя смотрю я. Живой человек, которого ты знаешь. Ты менталист или где блять?        Илья будто отрезвился после фразы про менталиста. А действительно, уж кто как ни он должен читать человека. Почему-то рядом с Владом умышленно ничего разгадывать не хотелось, но, видимо, придется. По крайней мере до тех пор, пока в этом будет необходимость. 

***

      Они сидят за круглым столом, за которым Влад всегда работает. Перед ними главная свеча, квадратное зеркало в тазу с кладбищенской землей, еще скрученные черные свечи, миска с водой, бутылка дорогой водки, новая пачка сигарет, пятитысячная купюра и упаковка тонких медицинских иголок.        — Илья, — Влад в привычной для себя ситуации внушает уверенность даже одним своим видом, но Ларионов все равно боится, — придется дать кровь. Я сам все сделаю, ты только закрой глаза и немного потерпи. Согласен?        — А без крови никак?       — В нашем случае — нет.       — Расскажи мне, что будет.        — Смотри, — он начинает активно жестикулировать, отвлекая все внимание на себя, чтобы Илья не боялся так сильно, — я позову его, но через свое тело позвать не могу, так как в разговоре участвовать я должен со своим рассудком, без гостей. Тебе надо смотреть в зеркало и не сопротивляться. Чтобы разговор получился, и мы смогли договориться, ты должен услышать его тоже. Это как еще один внутренний голос, только не твой и не ты им управляешь. Просто так он ничего тебе не сделает, — Влад взял руку Ильи в свою, — если ты не хочешь, то не соглашайся ни на что, если тебе что-то предложат. Помни, что любое согласие на предложение демона всегда обходится человеку очень дорого. Вспомни, ты уже видел в зеркале демона на испытании. Для тебя он покажется либо через мое отражение, либо тенью в отражении.        Илья только кивнул и положил раскрытую ладонь на стол, двигая руку ближе к Владу. Владислав пока медлил. Он зажег все свечи, взял четыре скрученные черные свечи в руку и стал смотреть на свое отражение в зеркале, потирая пальцами свободной руки шею.          — Открывай, открывай, открывай… давай, выходи, говорю, договариваться будем. За Илюшку Ларионова пообщаемся, да за контракт попиздим. Выходи, говорю, — он прокалывает свой палец, предварительно предупредив Илью, чтобы он закрыл глаза. — Хозяина крови зову. На кровь тебя зову. Выходи через зеркало не во имя отца, не во имя сына, не во имя духа святого. Во имя антихриста. С тобой договариваться будем. Платить тебе буду, — он обмазывает купюру своей кровью и поджигает ее, потом открывает водку и льет в кружку.        — Хули ноешь, ну давай, поговорим, — Влад смотрит на Илью, но тот сидит с закрытыми глазами и не шевелится, даже рука его все еще лежит на столе в ожидании прокола пальца, — да не ссы ты, не слышит он пока. Кровь его дашь по ней и зайду. Пусть только не сопротивляется.       — Илья, сейчас кровь твоя нужна. Потерпи, родной.        — Родной блять, — голос громко смеется, — пидор.        — А сам-то! — Илья никак не реагирует, понимает, что вряд ли ему сказано.        Влад прокалывает палец Ларионову и надавливает. Алая капля стекает и собирается на ногте, вторая капля стекает и вместе с первой они падают в кружку с водкой. Влад окунает палец Ильи в водку и отпускает руку, когда слышит четкое: “Хватит”.        — Давай, заходи в Илью через разум. Через мысли заходи. Дай услышать тебя. Договариваться будем.       — Мне больше нравится заходить в Илюшку через твое тело, когда он стонет и трахаться хочет.        Илья открывает глаза и в упор смотрит на Влада. Шумно сглатывает и переводит взгляд в зеркало, но ничего, кроме отражения свечей, себя и Влада там не видит. Но голос он услышал четко.        — Как мне к тебе обращаться? — Илья сам удивился, что вспомнил порядок общения с демоном. Эти воспоминания хранились в памяти с испытания, одного из самых страшных для него.       — Ох, какой ва-а-а-жный! — протянул голос. — Еще недавно ты называл меня “Влад”, так давай продолжим.        — Мой Влад сидит рядом. Это его имя.        — Да что ты говоришь! А в гримерке ты был рад мне, а уж никак не этому неудачнику.          — Зачем? — Илья сам не замечает, как этот вопрос у него вылетает.        — Зачем что, сладкий? — елейным голосом прозвучало в его голове.        — Зачем ты приходил?       — Хотел тебя. А ты не отказался. Сам меня хотел. Подставлялся.        — Неправда! — громко возразил Илья, ему хотелось отстоять свою честь перед Владом, который сейчас держит его за руку, стараясь поддержать. — Я хотел не тебя, а его, — он кивает на Влада, с вызовом вглядываясь в зеркало.        — Зачем ты приходишь к Илье? Зачем он тебе нужен? — Влад вклинился в их разговор, зажигая сигарету и оставляя ее тлеть в пепельнице.        — Хочу забрать его. Телом его владеть. Чувства его забирать. Ты не достоин его. Ты не должен получать все это. Ты как собака сдохнешь один, никому ненужный. Ты не имеешь права на то, что от него получаешь. Ты знаешь это, Владик, — Влад понимает, о чем идет речь, но он боится, что Илья тоже поймет, но к счастью, тот цепляется за другую мысль.       — Я никогда на это не соглашусь, — четко проговаривает Илья, глядя в отражение глаз Влада в зеркале. В этот момент он замечает, что глаза в отражении меняют цвет на огненно-красный.        — Ты уже соглашался. Ты уже в моей власти. Ты сам меня звал и просил об услуге.        Влад испуганно смотрит на Илью, который в ответ также смотрит на Влада.        — Когда? — в один голос спросили они.       — Да перед твоим этим уебанским шоу. Ты же просил, чтобы у тебя все получилось? Вот я и сделал, как ты хотел. Да если бы не я, можно было бы уснуть на твоем этом выступлении. Салаты бы у всех закончились, пока ты эту тягомотину свою показывал. А как только меня попросил, так сразу твое шоу незабываемым стало. Еще и заказов сколько налетело.        — Так это не моя заслуга? — Илья растерянно смотрит на Влада уже не через зеркало. — Но я не просил мне помогать таким образом!        — Какая разница, если результат тебя устроил. Думаешь, тебе просто так новые контракты дали подписать, считаешь себя таким пиздатым ведущим? Хуй там угадал! Ты никогда своими картами и теннисными шариками в рукаве не заработаешь такие деньги, как на этой вашей битве, но не благодаря себе ты там сидишь.        — Мне так не надо. Забери свое. Я сделаю все сам, — он задумался, анализируя услышанное и пришел к выводу, что да, действительно все новые контракты на продолжение реванша, холостяка и следующих сезонов у него появились после того, как он сблизился с Владом.       — Давай договариваться? Оставь Илью в покое. Я дам тебе кого угодно, можешь любого клиента забрать, хоть их всех сразу забирай. Славу забери. Деньги. Назови свою цену? — Влад перешел на более конструктивные предложения, в надежде достигнуть консенсуса.        — Моя цена — Илья. Пока он остается с тобой, я его забираю себе. Влад, у тебя нет выбора. Выбор есть только у Ильи. Только он может выбирать чего ему нужно, плата будет приятной. Он уже ни раз кончал в моих руках. Только я знаю, что ему нужно и как он хочет. На тебя у него даже не стоит уже после того, как ты его как шлюху заправскую трахал. Со мной он себя желанным чувствует, я его не унижаю и не заставляю, — голос снова засмеялся, а в отражении глаз Влада в зеркале зажегся огонь. — Что ты можешь ему дать? Все, что у тебя есть — это мое.       Влад почувствовал себя загнанным в угол. Ему нечего возразить. Он поворачивает голову к Илье, разрывая зрительный контакт в зеркале. Влад видит, что он злится. У Ильи сразу пропадают страх и мягкость взгляда с лица. Череватый несколько раз видел злого Ларионова. Сразу кажется, что Илья перестает держать себя в узде спокойствия. Глаза чернеют, а челюсть сжимается так, что слышен скрип зубов.        — Я не товар и не трофей. У меня все еще есть воля и свои собственные желания. Я тебе не принадлежу, как и Владу. Не впутывайте меня в ваши взаимоотношения. Я не разменная монета, — Илья смотрит на Влада, но говорит не ему. — Не собираюсь никому объяснять и доказывать, что мне дает Влад. Мне не нужны его деньги, слава его меня вообще не волнует, да и секс не причина. Есть другие, нематериальные вещи, которые тебе, видимо, непонятны, — ему так хочется защитить Влада. Он злится на то, что их отношения только что обесценили и свели к какой-то взаимной выгоде. Илья же видит их иначе. Он чувствует другое. Он продолжает, не успевая подумать, что говорит. — Я люблю Влада.        — Блять, Илья… — Влад закрывает лицо руками, опуская голову.       — Влад, это правда, — он касается плеча Череватого и чуть сжимает его. Илья ждет ответа.       — Аха-ха-ха! Ахуенно. Долго я ждал. Илюша, Влад тебе не ответит тем же. Вот это драма! Давай Илья, спроси у него, что он к тебе чувствует, — демон открыто ликует. Илью разрывают внутри эмоции, и он почти ощущает, как ими питается нечто незримое. Будто силы вытягивают, как коктейль через трубочку. — Вла-а-адик, не заставляй своего кавалера ждать, хули молчишь. Скажи ему, что ты тоже любишь! — на последнем слове демон сменил интонацию, если бы они видели его лицо, то разгадали бы эмоцию отвращения.        — Нет, я не скажу.        — Вот как, — Илья одергивает руку от Влада и потирает свои колени, голос стал тихим и спокойным, — зачем тогда это все? — Илья ловит взгляд Влада в отражении. Не так и не при таких обстоятельствах он хотел бы сказать о своих чувствах, которые совсем недавно сам для себя обозначил и только привыкал к этой мысли.       — Просто, — он пожимает плечами, наигранно демонстрируя отстраненность и безразличие, — а что, ты думал, я тебя под венец поведу? Зачем эти условности, классно же время проводили, — медиум поворачивается к Илье и глядя ему в глаза улыбается, но во взгляде читается обреченность. Илья видит только насмешку над собой и своими словами. Ему становится противно тут сидеть и хочется помыться.       — Илюша, какой ты сложный. Нихуя-то ты так и не понял. Владик тебя к нам привел для меня, ну и чтобы ты подсуживал ему иногда. И как ты, святая наивность, дожил таким ангелом до своих лет, — явная насмешка была неприятна. Влад молчит. Илье больше нечего добавить.         Окно в спальне резко открылось и сквозняк потянулся до кухни через комнату, где они сидели. Все свечи потухли, бутылка упала на пол и покатилась, разливая содержимое по ламинату, зеркало упало и откололся кусочек. Владу стало понятно, что эта сделка не состоялась. Илья смотрит испуганно и, кажется, тоже понимает итог данного разговора.        — Извини, Влад, но для меня это все слишком, — он встает из-за стола и не обращая никакого внимания на Влада идет в комнату.        Влад тяжело вздыхает и начинает убирать ритуальное место. Ему больно. Илья такого не заслужил. У него надолго в памяти останется взгляд Ильи, который вместо взаимного признания получил такой плевок в душу. Выбора не было. Если бы Влад ответил так, как хотел и чувствовал, то у них точно не осталось бы шансов. Сейчас же где-то на задворках сознания Влад ощущает, что шанс остается. Если бы Олег тогда не сказал про наставницу, вряд ли бы сейчас где-то теплилась надежда.        Не хотелось, чтобы Илья уходил. Хочется сказать ему, что нужно подождать и все разрулится, он обязательно найдет выход и скажет ему правду. К сожалению, Ларионов уже обувался в коридоре.        — Илья, я хотел сказать, — он не знает, как и что сейчас лучше сделать, чтобы не усугубить ситуацию, хотелось хоть как-то оправдаться.        — Не надо, Владислав. Мне твоих разговоров уже достаточно. Не стоит еще раз заставлять меня опускаться на колени, в прямом и переносном смысле.        Илья уже оделся и взял сумку, которую даже разобрать толком не успел. Он выложил свои ключи на тумбочку, туда же положил пачку сигарет, которую брал у Влада. Не оборачиваясь, он открывает дверь, но его тормозит Влад.        — Илья, — он касается рукава куртки, но сразу отдергивает руку, боясь, что более не имеет права нарушать его границы без разрешения, — я не хотел, чтобы все так получилось. В этом и есть причина, почему я почти всегда был один.        — Влад, — он резко поворачивается, закрывает дверь, чтобы не привлекать лишнее внимание, — ты серьезно? Причина, блять, в том, что ты буквально перевернул мою жизнь с ног на голову, втерся в доверие так, что я реально поверил в возможность отношений, ушел из семьи… только для того, чтобы узнать, что был подопытным кроликом или какой-то пищей для твоего демона? Влад, от тебя самого хоть что-то осталось? В тебе самом остался человек? Знаешь, я его в тебе не вижу. Раньше ты говорил, что этот демон как тень за твоей спиной, но теперь мне кажется, что тенью стал ты сам, — чтобы не наговорить лишнего, Ларионов ушел. Входная дверь хлопнула так, что у Влада зазвенело в ушах.