Я тебе верю.

Шестнадцатилетний Антон, ученик 10 «Б» класса жил в обычной семье, которая его любила и ценила. Его мама, Светлана, была дизайнером, а его отец, Андрей, работал директором завода. Сам мальчик был не отличником и не двоечником. Учился на тройки и четверки, что вполне устаревало его родителей. Также у пацана была пара друзей, по совместительству его одноклассники, Димка Позов и Серега Матвиенко. В школе он не был тихоней, точкой булинга или каким-нибудь задротом. Он был обычным человеком, который не доставлял неудобств , за что учителя его как минимум уважали. Но был один такой учитель, по совместительству его классный руководитель, который его недолюбливал. Не понятно почему Арсений Сергеевич так к нему относился, но Антона это мягко говоря раздражало. *** Как-то перед уроком литературы. — Ну че Тох, сегодня самостоятельная по «Отцам и детям», — сказал Поз — готов? — Я прочел конечно, но не знаю есть ли смысл? — глубоко выдохнув произнес Шаст —максимум я получу три. — он перевел взгляд на только что вошедшего в класс учителя. — Да, повезло, — с явным сарказмом выдавил Матвиенко — но не два, уже лучше. — Старался он поддержать друга. — Да ладно, уже плевать. — произнес Шаст. Звонок. Троица расселась по своим местам. Учитель сказал всем достать листочки, подписать их и начал диктовать вопросы. Антон прекрасно знал ответы, поэтому ему легко удалось все быстро написать. После всех заданий Антон решил попробовать их дополнить, мало ли, будет хотя бы четыре. подумав над каждым своим ответом легко смог дополнить их и фактами из текста и своими словами. Вздохнул. Немного волнуясь хотел уже сказать: «Арсений Сергеевич, я закончил», как прозвенел звонок. Отдав свою работу он начал ждать ребят в коридоре. Дима и Серега вышли через минуты две и все трио отправилось на последние 2 урока. Отсидев их пацаны забрали куртки и вышли на улицу. — Тоха, мы тут с Димоном прогуляться решили, пойдешь с нами? — сказал Серый. — Сорян ребят, сегодня никак. — вздохнув заявил Антон. — Почему? — вмешался Дима. — Мы с мамой договорись после школы в магазин съездить, у отца скоро день рождения, — объяснил он, — она уже должна подъехать. — А, ладно, мы тогда пошли, до завтра. — произнес Сережа. — Увидимся. — Давайте. — сказал Антон Он ждал Светлану уже минут десять, как вдруг получил смс от нее: «Тоша, видимо ничего не получится, иди домой». Очень странно. Делать нечего. До дома идти добрые минут 40, а денег на проезд не было, но Шаст не сильно расстроился. Погода была более менее нормальной, так что надев наушники и включив первую попавшуюся песню в плей листе побрел в сторону дома. *** Прийдя домой в нос ударил резкий запах алкоголя и чего-то горелого. Мальчик даже напрягся, потому-что его родители особо не пьют, только если по праздникам, но сегодня был самый обычный день. Пацан направился на кухню. Никого. В комнату родителей. Пусто. Последнее местно — гостиная. Зайдя в нее он увидел не самую приятную картину: его отец сидел и бухал, параллельно покуривая, судя не первую по запаху сигарету. У него было красное лицо и сильно опухшие глаза. Он плакал? — Пап, все хорошо? — Антону было явно не до смеха, он правда начал переживать. — Чт?.. А, эт ты.. — раздраженно сказал тот — съебись с галз мих, вдтеть тьбя не хчу. — стало ясно, он перепил. Что, мать твою, происходит. Почему мужчина, который пьет раз в год, который всегда любил своего сына, и вообще должен был быть на работе, сидит, бухает, так еще и не понять что говорит. Антону стало по настоящему страшно. Он решил попробовать позвонить матери и все ей рассказать. Отец заметил попытки сына и сказал с насмешкой: — Хах, мме пытаеся звонть? Ни пытася, она уже намы ни атвэтит, никгда. — еле еле произнес отец. Антон посмотрел на отца. — Что за бред ты несешь?! —дрожащим голосом произнес Мальчик, который уже был готов орать и крушить все. — Это вообще не смешно! — Че ты ткой тупои, сдхла твоа мамка, вьсе отиьись. — послышалось от Андрея. Антон несколько минут с ужасом смотрел на отца. Он хотел подойти к папе, взять с его стола сигарету и покурить, хотя раньше никогда такого не было. Решая не рисковать, ушел в свою комнату. На душе стало пусто и страшно. Пусто от того, что он больше не увидит родительницу, которую любил больше всех, а страшно от дальнейшей его судьбы. Стало ясно одно — как раньше уже никогда не будет.