Вопреки всему

      — Новый учитель? Женщина?? — Сатору был, мягко говоря, озадачен. Он даже приподнял уголок повязки, чтобы одним глазом лучше изучить лицо Яги, пытаясь найти хотя бы малейший намёк на шутку.       — Верно. Её имя — Нарали Тэнкай. На сегодняшний день у нас мало информации про её прошлое, — ответил Яга, не смущаясь. — Но старейшины говорят, что она — одна из немногих уцелевших древнего клана сильных магов Кореи. Клан был уничтожен несколько десятилетий назад, когда началась война среди колдунов. Выжить удалось лишь единицам, и Нарали была среди них.       Сатору нахмурился, пытаясь переварить услышанное. Его взгляд продолжал изучать Ягу в попытках понять, сколько из этого действительно правда.       — Уцелевшие из древнего клана? Кореи? — он фыркнул, прищурившись. — Это что-то вроде мифа, да? Вы правда думаете, что она может быть настолько сильной для сотрудничества с нами?       Яга лишь пожал плечами.       — В магическом обществе давно уже не появлялись такие личности, как она. Если то, что о ней говорят, правда — её силы не ограничены только тем, что мы знаем о магии. Она… уникальна и будет нам полезна.       — Я бы предпочёл иметь дело с обычными людьми, а не с загадками, — недовольно ответил Сатору, закатывая глаза. Она — девушка, маг и кореянка, да ещё и станет новым преподавателем. Смешно. Зачем она нужна, когда он и так хорошо справляется?       — Обычные люди не решают такие задачи, как у нас.       — Знаю, знаю, — едва слышно пробормотал Годжо, откидываясь на спинку кресла и принимая почти лежачую позу. Мысль о новом учителе явно не вызывала у него удовольствия, но разве он мог что-то с этим поделать?       После первого знакомства атмосфера в учительской заметно накалилась. Сатору, привыкший быть самым сильным и уверенным, не спешил уступать своё место новой учительнице. Нарали, в свою очередь, явно не собиралась прогибаться под его харизму и дерзость.       Сейчас они стояли в зале, где проводились тренировки, готовясь к совместной работе с учениками. Но вместо конструктивного диалога, их разговор быстро перешёл в словесную перепалку.       — Ты всегда так снисходителен или это особенное отношение ко мне? — Нарали скрестила руки на груди, её голос был холодным, но с тонкой ноткой сарказма. — Неужели сложно признать, что у кого-то могут быть навыки, равные твоим?       Сатору усмехнулся, лениво прислонившись к стене. Его глаза незаметно блеснули под повязкой, а улыбка стала шире.       — Равные? Давай не будем спешить с такими громкими заявлениями. Ты только пришла, а я тут уже давно. Полагаю, пока ты разберёшься, как всё устроено, пройдёт немало времени.       — Ох, поверь, я быстро учусь, — сказала она, делая шаг вперёд. — Возможно, быстрее, чем ты привык видеть. Может быть, ты боишься, что твоё «величие» померкнет рядом со мной?       Сатору приподнял повязку, открывая оба глаза, будто специально, чтобы лучше её разглядеть. Он тоже приблизился к ней на шаг, а его тон стал тише, но ещё более язвительным.       — Боюсь? Я? — ответил Сатору, склонив голову набок. — Ты переоцениваешь своё влияние, Тэнкай. Я-то привык быть первым, и мне даже смешно, что ты думаешь, будто можешь изменить это.       На мгновение их взгляды встретились, создавая начало молчаливой битвы. Нара не отводила глаз, но Сатору тоже не собирался уступать. В комнате повисла тишина, наполненная напряжением, словно они уже начали поединок, но только на уровне слов.       Увидев тени приближающихся студентов, она повернулась и ступила к ним, оставив Годжо наедине со своими мыслями.

***

      — Н-нет, нет нет, стой…       — Брось, учительское общежитие наконец пустое, — страстно прошептал Сатору, оставляя мокрые следы губ по шее своей пленницы на сегодняшнюю ночь.       Никто из них не успел понять, куда делась та самая вспышка враждебности, что зародилась с момента, как их взгляды впервые пересеклись. Пара понимающих слов поддержки, совместные миссии, и вот они здесь, в коридоре учительского корпуса. Одна пьяная, второй и без этого не в себе, а бельё промокло у обоих.       — Но я не хочу.       Сатору зашипел, ловко скользя рукой под её брюки и ощущая, как ткань между ног настолько мокрая, что казалось, будто она отсутствовала полностью.       — Хочешь.       Годжо уверенно подхватил Тэнкай на руки, плавно обвивая её стройные ноги вокруг своей талии. Он направился в свою личную комнату, ощущая, как её нежные, но полные сил руки скользнули вокруг его шеи.       Дверь распахнулась, и они вошли, едва удерживаясь на ногах, пока их тела не рухнули на мягкую кровать, что ощущалась пушистым облаком для пьяного разума Нарали. Матрас поддался их весу, обнимая обоих своей невероятной мягкостью. Сатору не терял времени. Его губы вновь тут же нашли её шею, оставляя на коже горячие поцелуи и нежные укусы. Одновременно с этим его колено скользнуло между её ног, заставляя раздвинуть их, но пока без принуждения.       — Ну-ну, тише, я ещё ничего не сделал, — прошептал Сатору, его голос звучал насмешливо и бархатно, словно был создан для того, чтобы дразнить и сводить с ума. Каждое слово капало ядом нежной дразнящей интонации, что помогало Нарали держатся в сознании.       Услышав тихий скулёж, перемешанный с едва сдерживаемыми стонами, он ухмыльнулся. Горячее дыхание коснулось её бледной кожи, заставляя покрыться лёгкой дрожью, будто от прикосновения огня.       Годжо больше не церемонился. Укусил зубами кожу, а затем мягко облизнул, словно принося беззвучные извинения. Руки тянулись под одежду, вычёркивая изгибы талии, что вызвало у Нарали мурашки по коже в тех местах. Она прерывисто вздохнула и в глазах начало мутнеть. Не в силах сопротивляться, Нара опустила веки, которые сейчас ощущались непосильным грузом. Всё словно растворилось, остались только его прикосновения, от которых сердце то замирало, то сбивалось с ритма.       Открывая глаза, она осознала, что уже лишилась одежды, а по коже снова пробежали мурашки, но в этот раз от холода. Взгляд зацепился за Сатору, который вмиг разорвал пачку с презервативом. В голове мелькнула мысль: как же будет грустно, если она отключится в самый эффектный момент, потому что тело сейчас держалось на грани.       — Готова?       — Хм?… — невнятно мычала она в ответ, напрочь забывая все японские слова.       — Говорю, готова? — с улыбкой повторил Сатору, нависая над её фигурой.       Её молчание длилось лишь секунду, прежде чем она слегка кивнула, давая положительный ответ. Маг выдохнул, словно собираясь с мыслями, улыбка стала шире, но в ней читалось предвкушение.       Сатору опустил руку вниз, мягко касаясь нежных складок, в очередной раз убеждаясь в их влажности. Он проник одним пальцем внутрь, провоцируя у Нарали сдавленный стон, но сразу же освободился из горячей хватки, рассматривая жемчужную массу на фаланге. Сопротивляясь желанию облизать, Сатору прикусил губу, подставляя свой член к пульсирующему влагалищу. Температура здесь казалась выше, чем в остальной комнате, и он прекрасно это ощущал. Жар её тела, напряжённое дыхание и сладкая дрожь создавали вокруг них собственный, почти обжигающий микроклимат.       Налитый кровью орган проскользнул внутрь, и волна странной, но приятной боли пробежала по её телу. Нара задержала дыхание, стараясь отвлечься на текстуре простыни под ладонями.       — Умничка. Шикарно меня принимаешь, — выразил свою похвалу Годжо, замирая от невероятного ощущения. — Всё хорошо? — словно с ноткой заботы спросил он, ожидая, когда она привыкнет к нему.       — Давай, — дала разрешение Нара, как только боль ушла на второй план, а её место заняли желание и наслаждение.       Сатору подстроил угол для более удачного проникновения, обнимая свою талию ногами Нарали. Он уверенно увеличивал темп, комната наполнялась громкими стонами, отдаваясь эхом сквозь стены. Годжо мог поклясться, что ни с кем до этого не испытывал ничего подобного.        Ощущения переполняли тело, выливаясь за края, в глазах Нарали размытое лицо Сатору, а давление в животе нарастало, ощущаясь в разы сильнее, чем за всю жизнь. Сложно ориентироваться во времени, но присутствовало ощущение, что всё это длится слишком долго, и теперь казалось, что стенки влагалища приняли форму его члена. Нара крепко схватилась за плечи блондина, оставляя мягкие впадинки от ногтей. Сатору смеялся между стонами, покрывая лицо девушки сладкими поцелуями, и позволяя своим пальцам чувственно провести по гладкой коже бёдер.       Вот Нара словно стояла на тонком льду, и он вот-вот провалится, но Сатору неожиданно остановился, замирая.       — Какого чёрта…       — Продлеваю нам наслаждение, — с усмешкой ответил тот, переворачивая Нарали на живот. Снова лепить новую форму…       — Я тебя убью.       В ответ он усмехнулся, возобновляя движения с предыдущей интенсивностью. В новой позе новые ощущения, а это значит, что придётся привыкать заново.       Не успев даже приблизиться к пределу, Сатору уже представлял, как кончит в самую глубину, позаботившись о том, чтобы вкус его семени ощущался в самых гландах. Если бы не риск последствий, он бы выкинул в окно эту чёртову защиту, ведь если с ней влагалище Нарали ощущается настолько блаженно, то как же будет без неё?       На ягодицах Нарали уже проступили яркие отпечатки его широких ладоней, а воздух, казалось, больше не способен наполнить лёгкие. Тёмные пряди волос, пропитанные потом, липнули ко лбу, а бёдра двигались в ответ, пытаясь создать хоть какой-то ритм в этом страстном моменте.       — Кончим вместе? — промурлыкал он ей на ухо, вызывая очередную дрожь по телу, от которой возникло чувство лихорадки.        Толчок чуть ли не по самую матку, и они излились одновременно. Сатору бессильно опустился на простынь рядом с Нарали, их сбившееся дыхание слилось в единый, жаркий ритм. Его рука лениво скользила по её обнажённой спине, пока уголки губ поднялись вверх. В комнате царила приятная истома, и казалось, что даже время остановилось, позволяя им утонуть в этой тишине.       Отдышавшись, Годжо осторожно притянул девушку в свои объятия, накрывая оба тела мягким одеялом. Его движения нежные, что служило ярким контрастом с его грубыми действиями всего пару минут назад.        Вскоре они заснули, а реальность уступила место миру грёз…       Яркие утренние лучи солнца безуспешно пытались пробиться сквозь тяжёлую ткань штор, оставляя комнату Сатору в мраке, где не было и тени света. Его взгляд встречает её, и он сильнее прижимает женское тело к себе. Годжо бормочет что-то под нос, закрывая глаза, а затем, поглощённый запахом Нарали, зарывается в тёмные и, глубокие, как ночь, волосы.        Её волосы всегда наполняли воздух ароматом, как свежий океанский бриз, нежно тянущийся к каждому уголку. А тем, кто слишком чувствительный, удавалось почувствовать в этом запахе и лёгкую коричную нотку.       — Мы не должны таким заниматься… — тихо прошептала Нара, пытаясь потянуться в этом маленьком пространстве на кровати.       — Чем именно? Оставаться в постели и прогуливать работу? Почему нет?       — Яга убьёт нас.       — Не переживай, я сильнейший.       — Что-то тут душно, не думаешь?       — Хмм… и вправду жарко. Это всё потому, что у меня в постели горячая девушка.       — Идиот…       Телефон внезапно зазвонил, и на экране вспыхнуло имя Яги. Если с Сатору всё предсказуемо, то Нара — совсем другое дело. Её репутация безупречна, однако…       — Да? — сонно ответила она на звонок, возвращаясь в объятия мужчины.       — Не «дакай» мне. Я знаю, чем вы двое занимаетесь. Поднимайте свои задницы с кровати и шуруйте ко мне, — сердито начал Яга, заставляя сонные глаза девушки раскрыться.       Всё было спланировано, даже если только Сатору. Они пробрались глубокой ночью в комнату Годжо в тот день, когда больше никого не было в корпусе. Никто не должен был узнать.       — Я буквально слышу, как вы дышите, а его руки гладят твоё тело. Тут всё очевидно, как на ладони.       — Какого… — проворчала она, словно пытаясь убедиться, что это всё не сон.       — Вы можете прийти ко мне? Или будь я проклят, если придётся сделать это самому, пока вы возитесь, как животные в течке.       — Вам просто завидно, что ни одна девушка не хочет вас? Наверное, ваше достоинство уже засохло, — дерзко ответила она, впервые проявив свой характер.       Сатору тихо усмехнулся, а затем отстранился, чтобы размяться. Тело болело от отёков, глаза щипало, хотя он даже толком не успел проснуться.       — Следи за языком, — строгий голос вновь раздался через трубку, заставляя Нарали тяжело вздохнуть.       — А что, если не буду? Да и вообще, не вам лезть в чужую постель.       — Вы ведёте себя, как малые дети, — проворчал Яга с лёгким раздражением.       — Детей не ругают за обычные вещи, — ответила Нара, поджидая реакцию.       — Секс — не обычная вещь, — резко парировал Яга.       — А у нас тут полицейский по сексу, что ли? — удивлённо спросил Сатору, хмыкнув. Его не особо интересовал этот разговор, он был отвлечён на сборку одежды, что оказалась во всех углах комнаты с прошлой ночи.       — Ну, для вас это, возможно, и не является обыденным, — ответила Нара с лёгкой тенью сарказма в голосе.       — Достаточно. Вы… — продолжил Яга, словно укоряя собственных детей. Возможно, он просто хотел более профессионального подхода от них, а может, и правда не мог скрыть своей зависти.       — Ладно, красавица, нам стоит всё-таки пойти. — Сатору уже давно переключил ругательства мужчины на второй план, сосредотачиваясь на пуговицах своей рубашки.       Нара не оценила его слова, поэтому подтянулась ближе и вжалась своими губами в его, при этом не прерывая телефонный звонок. Сатору среагировал быстро, снова залезая в постель и отвечая с пылом на столь неожиданный, но всё ещё желанный поцелуй. Его тихий стон, вырывавшийся из груди, дошёл Яге в трубку, от чего тот перестал говорить.       — Что за…       Сатору слегка отстранился, чтобы поймать немного воздуха, и лениво отклонил входящий звонок. Затем он мягко уложил Нарали на спину, прижимаясь лицом к её шее, словно желая утонуть в её тепле.        — Повторим? — голос был заглушён её кожей, но Нара безошибочно уловила это слово.        Существует немалая вероятность, что прямо сейчас они вовсе не появятся на работе.