Глава 1. Сделка
25 января 2025 г., 19:24
Пружины кровати ритмично поскрипывали. Армин чувствовал, как неприятно натягивалась простынь под его спиной.
Зимний марлийский вечер начинался во всех смыслах приятно. Армин быстро запахнул пальто и выскочил из посольства на полчаса раньше, чем ожидал. Спустя несколько лет после Гула, отношения между Марли и Парадизом наконец шли на лад, и он только что подписал соглашение на участие в дипломатической миссии. А еще в его кармане лежали письма из дома, что грели сердце: от Микасы и два от Жана, одно из которых было в поздравительном конверте.
Армин чуть было не забыл. Завтра у них с Энни была годовщина свадьбы.
Он ещё в январе искал подходящий подарок, но так и не определился с выбором. Магазины в Марли ломились от обилия товаров, но не было из них ничего такого, на чем он мог бы остановить свой выбор. Чего-то особенного.
Армин спешил домой, закрываясь от крепчающего снега. Завтра обещала быть снежная буря и теперь ветер подгонял снежинки, превращая их в морозные пощечины.
Дома его встретил легкий ужин после затяжного дня. Армин ел слабо приправленный салат, выхватывая на себе пару долгих взглядов по другую сторону стола. Энни сделала легкий макияж. На столе были выставлены высокие свечи, а по центру стоял тот самый пресный салат в праздничном блюде.
Армин ощутил перемену дома сразу. На контрасте со снежным февралем, дома было тепло. Окна были плотно зашторены тяжелыми портьерами, пахло тающим воском, а напротив сидела Энни. Красивая, со строгими стрелками в уголках глаз. И все было хорошо, но Армину больше нравилось, когда все было проще. По-домашнему.
— Как тебе? — Энни кивнула на салат, подпирая пальцами подбородок. — Я приготовила сама.
Армин улыбнулся. Энни не любила готовить и не делала этого почти никогда. Но сегодняшний вечер был особенный. Он еще с порога начал улавливать в ее голосе непривычно томные нотки, и поймал себя на мысли, что ему действительно нравилась другая Энни.
— Это лучший ужин в моей жизни.
Дома сегодня и впрямь было хорошо. После холода снаружи было тепло и пахло сладкими духами. Единственное, что осталось неизменным - тишина, но и она уже становилась привычной. Армин поднялся из-за стола подошел к Энни, с благодарностью целуя в макушку, и уже собирался отойти, как она перехватила его запястье.
— Не так быстро.
Энни поднялась за ним следом, и он не успел ничего сказать, как она накрыла его губы в поцелуе. Армин обнял ее за плечи, хотя больше, чем поцелуя, ему хотелось прополоскать рот от безвкусной зелени.
Энни вела. Она затащила его в спальню, и не смотря на поцелуи, все еще отдающие перцем и кислым лимонным соком, Энни сбросила с него брюки и настойчиво толкнула на кровать. Армин не сопротивлялся. Пытаясь угнаться за ней, он провел руками по ее плечам и стянул лямочки топа, оголяя грудь.
Возбуждение нарастало неспешно, но Энни порывисто сбросила с себя белье и села на него сверху. Ее волосы подскакивали в такт движениям, но дыхание оставалось ровным. Как и его собственное. Армин провел ладонями по ее бедрам и остановился на ягодицах, округлых, упругих. Кровь прилила вниз, делая его тверже, но что-то все равно было не так.
В голове, вместо образов любимой жены всплывали то дипломатические отчеты с Парадиза, то прогноз погоды на неделю. Армин закрыл глаза, пытаясь сконцентрироваться на ощущениях. Энни двигалась на нем немного быстрее, чем хотелось, немного резче, немного не так. Он гладил ее по спине и ему было хорошо… было нормально, но разве близость с женой должна была ощущаться возней?
Энни положила руки Армину на грудь и наклонилась к нему в поцелуе. Пара быстрых касаний губ по линии скулы, ее грудь покачивалась, задевая его торс, и Армин открыл глаза. На потолке разворачивалась игра света и тени от проезжающих за окном машин. Даже это казалось интереснее их ритмичного трения.
— Энни, подожди, я… — Армин взглянул на нее, еще не обдумав, что сказать дальше, чтобы не вызвать обиды.
Они поженились всего два года назад. Два года как стали жить вместе. Впервые вечера Армина перестали быть похожи на поедание лапши под чтение новостей с Парадиза. И вечера Энни перестали быть борьбой с воспоминаниями, сплошь и рядом раскрашенными в кроваво-красный цвет.
Им было хорошо вместе. Даже слишком. Настолько, что Леви, заглядывающий к ним в гости, как-то заметил, что они не отлепляются друг от друга и уже походят на двухголового титана Аруэнни.
Армин тогда посмеялся. Ведь это было правдой, они почти все делали вместе.
В те послевоенные годы им обоим хотелось покоя. Хотелось дома. И они создали семью. То была скромная свадьба в традициях Марли. Свидетелем был, конечно же, Леви. Подружки невесты не было, но они и без этого были счастливы. Ходили вместе на ярмарки, проводили вечера за чтением. У них были ужины вместе, прогулки вместе, душ и тот был вместе.
Для Леви и всех друзей с Парадиза за пару месяцев они стали «Армином и Энни». Вместе.
Но после эйфория начала потихоньку спадать. Как бы не хотелось им верить в обратное, но они оба слишком привыкли быть сами по себе. Армина все больше тянуло к новому, к пище для ума, к новым знакомствам в Марли. Энни хотелось покоя и уединения.
И постепенно их вечера вернулись к тому, с чего начались. Армин пролистывал отчеты, письма и газеты с Парадиза, сидя за кухонным столом. Энни тренировалась за закрытой дверью комнаты под музыку радиоприемника. Все меньше стало совместных прогулок. Душ стал быстрым, а дни молчаливыми.
Армин перевел взгляд с потолка на Энни, все еще двигающуюся на нем сверху, думая о том, как они оказались в этой постели, без капли влечения друг к другу. Она расценила его взгляд по-своему. Приподнялась на коленях, ложась рядом и обхватила его член прохладной рукой, начиная с усилием двигать сверху вниз.
— Если закончишь за пару минут, то еще успеем заскочить в магазин, — голос Энни звучал так обыденно, что крохи возбуждения Армина начали стремительно таять. Энни скучала. — Завтра должен зайти Леви. Надо взять чего-то к чаю.
Она поцеловала его в губы, все еще пытаясь довести его рукой до кульминации. Нарочно не замечая, что с каждым движением член становился все мягче. Армин честно пытался отсрочить неловкость: выбрасывал из головы все лишнее, даже представлял Энни в разных образах, но по итогу обхватил ее плечи и мягко отодвинул от себя.
— Энни, нам нужно поговорить, — наконец произнес Армин, прикрываясь одеялом.
Энни заметила резкость его движений, такую же, какая была у нее считанными минутами назад, когда она надевала топ, стараясь прикрыться. Ей казалось, что все это произошло из-за нее. Из-за того, что она растворилась в быте, стала по-прежнему нелюдимой, и может быть… уже не такой красивой для Армина? Ведь это он ее не захотел.
Энни снова скрестила руки на груди, чуть ли не впервые ощущая непривычную для себя нерешимость. Но все же кивнула, когда Армин посмотрел на нее и добавил:
— Кажется, у нас проблемы.
***
Леви ненавидел все эти поздравления. Особенно поздравления с годовщиной. И особенно тех, кто додумался пожениться в феврале. Марли утопала в снегу. Крупные хлопья метались то вверх, то вниз, гонимые сильными порывами ветра. Леви, закутав лицо в шарф наполовину, так, что остались видны одни только глаза, шел наперекор набирающему мощь бурану, чтобы поздравить «влюбленных». Так было принято, и на время разбавляло скуку. Он чертыхнулся, чуть не поскользнувшись на раскатанной дороге и покрепче перехватил бумажный сверток. Продавщица в пекарне так громко расхваливала лимонный рулет, что Леви взял да купил, лишь бы прекратить бесконечное трещание, и заодно угостить друзей. Не с пустыми же руками было приходить в конце концов. Идея быть свидетелем у Арлерта на свадьбе ему не нравилась изначально. Но из их привычного круга только Леви и он остались в Марли, и Армин его попросил, а он не стал отказывать. Отчасти потому что не ожидал, что подпишется каждый год поздравлять молодых, будучи единственным, кто был приглашен на празднество. Нога снова поехала на льду, припорошенным снегом, заставляя его хвататься за воздух. Леви чертыхнулся второй раз. Чертов гололед. Блядский снег. В доме Арлертов вовсю закипал чайник, почти срываясь на свист, но складывалось впечатление, что никому до этого не было дела. В день годовщины Энни надела простое повседневное платье и уже успела пожалеть об этом. Армин спокойно читал письмо, поправляя манжеты белоснежной рубашки. Ей тоже подобало выглядеть чуть более празднично. Но плевать она хотела на наряд, пока в небесно-синих глазах напротив не было никакой жизни. — У нас до сих пор нет ничего к чаю, — заключила Энни, проницательно смотря на Армина, будто хотела прочитать его мысли. Она ожидала, что он взглянет на нее в ответ, но он снова был где-то в своих раздумьях. На прикроватной тумбе перед ним лежало раскрытое письмо на цветной бумаге. — Жан поздравляет нас с годовщиной, — задумчиво произнес он. — Надо будет пригласить его с Микасой к нам на пару дней. Армин наконец посмотрел на Энни. Ее светло-серый взгляд был похож на лед, такой же холодный и пронзительный. Армин не удержался от вопроса: — Что? — Ты меня не слушал, — Энни развернулась и вышла из спальни, Армин поспешил за ней. В кухне вовсю надрывался чайник. Энни стремительно пересекала комнаты, старательно приглушая в себе растущее раздражение. Весь вчерашний вечер они с Армином провели за разговорами, обещались прислушиваться друг к другу и обещали попытаться снова разжечь искру в отношениях. Вечером Энни казалось это простой задачей. Они справлялись с бедами и похуже, чем скука в отношениях. На словах было легко найти компромисс, но на деле самое малое невнимание Армина вызывало раздражение. Она почти хлопнула дверью столовой, когда Армин нагнал ее и перехватил за руку, мягко разворачивая к себе. В его глазах Энни увидела беспокойство. — Я тебя слышал! — звучно сказал Армин, перекрикивая дребезжание чайника. — Давай спокойно поговорим! Он давно успел ее выучить. Армин пытался заранее ее успокоить, замечая малейшие перемены в настроении. Он видел, что Энни за что-то на него злилась, но по обыкновению скрывала это за напускным спокойствием. — Я спокойна! — она убрала руку из его ладони. — Я так не считаю! С тобой что-то не так! Участие Армина начинало раздражать еще больше. Чайник кипел все громче и они, стараясь его перекрикивать, сами переходили на крик. — Тебе письма интереснее меня! — не выдержав больше, выпалила Энни и Армин на секунду опешил. — Это не так! Чайник едва не подпрыгнул на плите, надрывался неумолимо, что они не услышали, как открылась входная дверь и на пороге показался Леви, с ног до головы усыпанный влажным снегом. Капюшон на его голове весь промок и на щеках выступил румянец от метели, всю дорогу хлеставшей его по лицу. Выражение его лица было мрачнее пурги снаружи. — Какого хера у вас тут происходит?***
В присутствии Леви все стало понятно. У них действительно были проблемы. Энни и Армин молча сидели за столом, уткнувшись каждый в свои тарелки. Леви нависал над ними грозовой тучей, скрестив руки на груди. Энни молча рассматривала узоры дерева на столе и все становилось на свои места. За каких-то два года из жизнь превратилась в сплошной быт и рутину. Она не могла сказать, что и их интерес друг к другу угас, но именно к этому все вело. И то, что их неудача в удержании отношений стала достоянием общественности хотя бы в лице Леви, смущала. Энни хотела закрыть глаза, провалиться сквозь землю и навсегда слиться с темнотой. — Вы орали так, что вас было слышно на улице, — сказал Леви, указав вместо ненужных вопросов на факты. — У нас чайник кипел, — ответил Армин и тут же замолк, осознавая, насколько жалко звучат его оправдания. Это было именно их оправданием. Кипел не только чайник. В нормальных семьях не кричат друг на друга на пределе связок, а спокойно выключают кухонные приборы, а потом ведут разговор. В нормальных семьях… как будто с их семьей в одночасье стало что-то не так. Леви обвел взглядом их молчаливую картину и с тяжелым вздохом сел за стол. Уж точно не ему следовало выступать стороной примирения, но так уж складывалось, что именно он был единственным свидетелем того, что происходило между Армином и Энни. Что во время свадьбы, что сейчас. — Я не буду снова спорить на эту тему, — спокойно сказала Энни. — Было и прошло. Она уже поднялась из-за стола, чтобы оставить это место «переговоров», которое ей претило. Вчерашний вечер лучше любой болтовни расставлял точки. — Но мы должны найти решение! — воскликнул Армин. — Мы ходим вокруг да около. Энни, ничего не меняется. Она посмотрела в его глаза, в синеве которых билось волнами беспокойство, ощущала на себе тяжелый взгляд Леви и понимала, что все это было не для нее. Это не ее — бесконечно обсуждать проблемы в отношениях. Она хотела брать и делать, и начинать была намерена сейчас. — Если ничего не меняется, значит нужна пауза, — она развернулась и скрылась за дверью спальни. Леви молча наблюдал за тем, как Арлерт тяжело вздохнул и сдулся, словно потерявший опору в виде узелка воздушный шарик. Все это для каждого из присутствующих было в крайней степени неловко. Армин чувствовал себя неудачником, не способным разобраться с отношениями. Леви — лишним. — Может быть, взять паузу и правда не самое худшее решение, — поразмыслил вслух Арлерт. Теперь, оборачиваясь на прожитые в молчании месяцы, он отчетливо видел, что все пошло под откос уже давно. Они с Энни только сохраняли видимость благополучных отношений, и тишина в их доме незаметно стала чем-то абсолютно обыденным. — Тц, — Леви чуть было не закатил глаза, слушая этот бред. Слова Армина ощущались именно бредом, и Леви казалось, что вступив в брак Арлерт разделил на двоих с Энни не только фамилию, но и мозги. — Я не для того выслушивал полчаса ваши клятвы, чтобы вы развелись. В тот день Леви надел свой самый парадный из пиджаков. В небольшой церкви зал был арендован для них троих. Вдоль стен были зажжены свечи, а сквозь витраж пробивался разноцветными лучами солнечный свет. Тогда февраль был снежным и ясным. Белоснежная арка, украшенная искусственными цветами, ждала молодых перед самым алтарем. Леви вынужденным свидетелем слушал в этой гулкой и молчаливой церкви те обещания, что Армин и Энни заготовили друг для друга и думал, какими излишне напыщенными были традиции марлийских свадеб. В них было слишком много слов, пущенных на воздух. — Пауза не всегда означает развод, — заметил Армин, понимая, к чему клонил Леви. — Это просто время, чтобы со всем разобраться. Подумать. — Это шаг к концу. Леви отчеканил свои слова, что Армин на секунду поверил, что Леви точно знал, о чем говорит. — Не тупи. Иди собери вещи и закажи билеты на Парадиз, — Леви оценил вопросительный взгляд Армина. — Когда вы в последний раз вообще куда-то выходили? Армин улыбался, слушая его слова. Все, что говорил Леви было очень правильными словами человека, который никогда не был женат. Им всего-то нужно было сменить обстановку, обо всем открыто поговорить и побыть наедине друг с другом. С этим было сложно поспорить. Вот только реальные отношения почему-то никак не хотели соответствовать всем этим общим советам. Разговоры приносили только больше ссор, а время вместе усугубляло скуку. Леви заметил улыбку Армина, адресованную ему, и вопросительно приподнял бровь. — Что? — Ничего, — Армин отвел взгляд к окну, за которым продолжал валить снег. — Просто… — он остановился на полуслове. По словам Леви было заметно, что он никогда не был женат. Никогда не сталкивался с тем, что обычно происходит в отношениях, когда все чувства успокоятся. Армин смотрел на Леви и ему думалось, что может быть это даже правильно, прожить жизнь в одиночестве, не зная этих проблем. — Чего ты лыбишься? — подозрительно спросил Леви. Подобное выражение лица он уже видел у Эрвина, когда его осенило, что титаны были всего-навсего людьми. Гении мыслят одинаково, а значит ничего доброго эта улыбка не несла. — Леви, вы же до сих пор ни с кем, кроме нас с Энни здесь не общаетесь? — Армин начал издалека. И это было херово. — И? — Быть может, вы могли бы здесь с кем-то познакомиться. Имею в виду… Пока мы с Энни решаем как быть дальше, — Армин проглотил ком в горле и вдруг повеселел. Ему показалось это решением. Если Леви удастся хоть с кем-то завести общение, то ему и подавно удастся разобраться в отношениях. И он в этом хотя бы будет не один. — Это будет наш уговор. Леви пресно посмотрел на ладонь, протянутую Арлертом. Да, со времен Гула их жизнь стала обычной жизнью обычных людей. Леви тогда не знал, что настолько будет к ней не готов. Их проблемы мельчали, занятия тоже, и все, кроме Леви, смогли найти прелесть в бытовых мелочах. — У тебя совсем мозги поехали. Мне это не интересно. Он видел, как у Армина загорелись глаза. В последний раз он видел Арлерта таким полтора года назад, когда жизнь в Марли была для него в диковинку. Эта мимолетная перемена цепляла, потому что все было лучше, чем лицезреть потухший взгляд человека, за мечтой которого когда-то шел ты сам. — Вы просто боитесь не справиться. Армин все еще держал ладонь вытянутой и пошел ва-банк. Леви не собирался заключать пари, и ему пришлось надавить на нужные точки, потому что это казалось спасением. Если Леви сможет, то и он тоже. — Пф, — Леви раздраженно выдохнул. Это была сущая морока, но что-то внутри не давало отказать Армину, не тогда, когда в его взгляде снова появился вкус к жизни. — Смотри, не просри. Леви протянул свою руку и крепко пожал ладонь Армина в знак их сделки. — Тогда по рукам! Лицо Армина расцвело в улыбке впервые за последнее время, что Леви невольно сравнил его с тем азартом Эрвина, который озарял его путь до стены Мария. Тогда какая-то внутренняя сила вела Смита на верную смерть. И это же чувство сейчас вело Армина. Что ни говори, их проблемы мельчали… Рукопожатие разорвалось. Леви молча кивнул и Армин довольно кивнул в ответ. Ему нужно было знакомиться с кем-то, пока Арлерт решает проблемы, которые сам же себе заварил? Ага. Чёрта с два. Заняться ему больше нечем.
