Путешествие

How many roads must a man walk down Before you call him a man? Yes, n how many seas must a white dove sail Before she sleeps in the sand?

(Боб Дилан "Blowin' In The Wind")

Они двигались рядом, молча, без суеты. Мерлин шел размеренным шагом, глядя перед собой. Он устал, но никогда не признался бы в этом, даже себе самому, не говоря уже про Артура. Иногда ему казалось, что он не знает, куда идти дальше. Но после очередной ночевки в голове у него словно кто-то зажигал факел, освещая новые пути и тропинки на воображаемой карте. И путешествие возобновлялось. Мерлин не жаловался – если уж так получилось, чего жаловаться? Конечно, ему бы хотелось снова вести беззаботные разговоры, но обстановка не располагала к ним совершенно. С каждым пройденным шагом он думал о том, что они оставляют позади. Что-то большее, чем просто Камелот, где уже давно никто не ждал ни короля былого и грядущего, ни его мага. Расположившись у костра, вглядываясь то в искорки пламени, то в сгущающиеся тени, Мерлин думал о том, что их отпустили как-то очень легко. С ним-то понятно, а вот Артура... – Мне кажется, королева никогда не любила тебя, – сказал он как-то раз, и сам вздрогнул от своего же голоса, настолько он отвык от его звучания. Голос казался чужим, звучал хрипло и дребезжал. Он откашлялся, и продолжил развивать мысль. – Я ведь даже не о Ланселоте сейчас говорю. Хотя, конечно... – на секунду он замолчал, понимая, что Артуру вряд ли понравилось бы то, что он готов был сказать. – Я просто удивлен. Посидев в тишине какое-то время, маг поворошил прутиком кострище, так что искры взметнулись вверх в последнем издыхании пламени. За день получалось пройти не слишком много, обычно не более десятка миль. Если же маг отрешался от всего и шагал быстрее, не замечая ничего вокруг себя, Артур словно специально заставлял его двигаться медленнее. Мысленно маг усмехался, но ничего не говорил. Хотя пару раз и готов был припомнить случаи, когда все получалось строго наоборот: в походах, в поездках король обычно поторапливал своего слугу, по совместительству ставшего чуть позже и придворным магом. И, сложив руки на груди, порой недовольно поглядывал на то, как Мерлин плетется следом. – Ты даже верхом умудряешься отставать! – возмущался Артур беззлобно, скорее, недоумевая от этого. – Меееееерлин, прикажешь в следующий раз устроить тебя в карете, как знатную даму? Каждый день буду гонять тебя, так и знай. Вот как вернемся в Камелот – ежедневно будешь ходить за мной не только по всему замку, но также и во время конных выездов. И только попробуй отстать! На бурчание мага король не обращал никакого внимания. Или обращал? – Помнишь, как ты подарил мне коня? – Мерлин снова предавался воспоминаниям у костра, чтобы хоть как-то отогнать сумерки, которые сгущались не только вокруг, но и внутри него. Воспоминания были хорошим способом удержать плохое настроение в узде. Хотя порой от них становилось еще грустнее. – Я долго отнекивался и упирался, но ты, Вашество, если чего вобьешь себе в голову... И как он меня понес во время первой же выездки. Ты меня, конечно, спас. Я снова получил возможность ездить на той кобылке, которая постоянно плелась в хвосте колонны... Я никогда не говорил тебе, но я специально сделал это. Пришпорил коня. Потому что... боги, Артур, я просто не люблю ничего нового. И я совершенно не против плестись в хвосте. И кроме того, я всего лишь хотел оградить тебя от дурацких слухов, которые начинали плодиться. Что-де король выделяет своего слугу, и чуть ли не за стол рядом с собой сажает... Мили сливались в одну долгую дорогу. Путешествие затягивалось. Отправляясь к реке, чтобы искупаться и выстирать одежду, Мерлин отмечал перемены в себе. И хотя он видел, как меняется, в один прекрасный день едва узнал себя в мутноватом отражении. – Сколько же времени прошло? – прошептал он, касаясь пальцами отросшей бороды. Выбравшись обратно на дорогу, Мерлин огляделся. Сейчас он даже подумать не мог, куда направиться дальше. Куда он идет. И главное, зачем? Он знал, где оставил своего короля. Часть Артура, телесная оболочка, отправилась по реке к зачарованному острову. Часть его, то, каким король был – нет, оставался – присутствовала рядом с ним всегда. Безмолвно, в памяти. Мерлин перестал думать о том времени, которое было до. До того, как он отправился в путь, решив, что Артур обязательно вернется. Только вот зачем, а главное – куда? – было возвращаться тому, кто и так был с ним? Подумав об этом, маг добрел до очередного указателя. – Надо будет найти хороший, тихий городок, – произнес он, зная, что Артур слушает. Он даже представил, как тот снова кивает головой, как кивал каждый раз, одобряя идеи мага. – Обосноваться там. Ты ведь уже со мной... а я, растяпа, даже не заметил этого. Ну да, кочаноголовый, как ты любил меня аттестовать. Определившись с направлением, он побрел вперед, мурлыкая себе под нос: «Чтоб человек человеком мог стать, сколько надо пройти дорог? Сколько морей переплыть, чтобы спать улегся в песке голубок...»