Наказание

Нам Гю молча, наблюдал за спектаклем, который прямо сейчас разыгрывал Танос. Он лез то к Минсу, который лишь от одного его взгляда съеживался в маленький комочек и кивал, судорожно ища глазами спасения, то к Сэ Ми, на что она лишь громко фыркала и быстро уходила в противоположном направлении, показывая, что не будет участвовать в этом. Он будто назло игнорировал темноволосого, видимо, издеваясь, но ему плевать. Знает, что тот прибежит при первой же возможности, и как потерянный щенок будет просить ласки и не понимать, почему её не дают. Он лишь на людях такой самовлюбленный, напыщенный индюк, который всем кажется главным, но когда он остается один на один с парнем, один вид которого сбивает с ног, превращается в самого покорного и спокойного, в того, кто лишь будет кивать, принимая всё, что сделают или скажут. Потому что это как-то правильно, что ли. Или просто, потому что тот, кому он подчиняется – Нам Гю. Но ответ не важен, важен лишь сам результат. - Эй, Гю, как дела? – с улыбкой шепчет фиолетовый, нехотя чтоб их разговор слышали. Свет слабый, приглушенный; хоть ещё не отбой, но люди почти не говорят, что неосознанно создаёт интимную обстановку, так что он оставляет их разговор только для них. Парень, совершенно не обращая внимания, переворачивает страницу какой-то книжки, которую непонятно откуда достал. - Хэй, dude, что стряслось? – немного опуская голову в бок и выгнув бровь, продолжает шептать. В ответ тишина. Знал, что придёт. И ждал, сильно ждал, но показывать не собирается, не заслужил, скотина пакостливая. Продолжает летать глазами по строчкам, даже не вчитываясь в них, просто позволяя разуму пропускать их и думать о чём-то далёком, но тягуче медленно приближающемся, и в голове вертится одно лишь слово – наказание. Хоть он и знает, что другому совершенно плевать и на Минсу и на Сэ Ми, и на кого угодно, кроме Гю, но в последнее время он стал себе слишком много позволять, так что, почему не скрасить один из дней здесь таким способом? - Эй, ты в порядке? - уже обеспокоенно чуть громче сказал парень, ведь раньше его не игнорировали. Он быстро перебирается со своей кровати на чужую, подмяв под себя ноги и протянув руку на чужое согнутое колено, когда оно по велению хозяина, будто с неким отвращением, ложится на кровать, скрываясь от желанного прикосновения. – Эй.. - Что, другие опять задолбались тебя терпеть, да? – не отрывая взгляда от страниц и с нарочито безразличным голосом медленно произносит темноволосый и переворачивает ещё один лист, даже забывая о чём книга. На секунду в глазах Таноса промелькивает удивление, а потом резкое понимание. Неужели ревнует? - Причём тут другие? – Прощупывая почву, осторожно начинает парень. - Думаю, Сэ Ми скоро сдаться, можешь идти пробовать – вновь безразлично, будто скучая, говорит Нам Гю, что заставляет другого слегка хмыкнуть. - Ревнуешь, darling? – почти хихикая, говорит он, а после замолкает, увидев как резко брови, парня напротив, дёрнулись к переносице. – Мм, может я могу загладить вину? – невинно моргая, словно щенячьими глазами, проговаривает Танос, кончиками пальцев поднимаясь по чужому бедру, остановившись в опасной близости к паху, и задержавшись на пару секунд, скользит вниз, будто ничего не произошло, убирает её с чужого тела. Пару секунд ничего не происходит, а после книжка с глухим стуком закрывается и находит своё место под подушкой, чтоб какой-нибудь игрок не забрал её, хотя если кому-нибудь понадобится – найдёт. Парни смотрят друг другу в глаза, а после Нам Гю встаёт, специально даже не дотрагиваясь и не смотря на фиолетового, слыша как тот послушно, без слов понимая, уже идёт за ним. Туалет, который обычно занят целыми группками оказывается на удачу пустым, и темноволосый даже по несколько раз проверяет кабинки, прежде чем удовлетворено хмыкнуть и повернуться на Таноса, который мнется у двери, ожидая приказа слов, которые, наконец, будут адресованы ему.  Но встречает его вновь молчание, и большой палец, повернувшийся на дальнюю кабинку. Он почти залетает в неё, предвкушая, и не успевая повернуться, чувствует толчок в спину и кое-как успевает схватиться за бочок унитаза, прежде чем ударится об него лицом. Слыша щелчок замка, он собирается подняться, но прежде чем он это сделает, его хватают за волосы, грубо оттягивая, заставляя кожу на затылке заныть. Он почти  стонет от смеси боли с нарастающим удовольствием, но успевает сдержать стон, закусив губу. - И почему ты такой не послушный, Су Бон~а? – почти рычит в загривок другому Нам Гю и парень под ним расплывается в улыбке. Он называет его по имени в двух случаях – в приливе недостающей тактильности, или когда он зол. И это явно был не первый вариант, что заставляло задумываться, а что он будет делать? - Даже не понимаю о чём ты..-  Опять невинно пролепетал парень и, поняв, что хватка чуть ослабилась, повернул голову, чтобы увидеть лицо парня. Его лицо было хмурым, но еле видный огонёк в глазах выдавал его. Играется.    Нам Гю двумя пальцами схватившись за подбородок Таноса, поворачивает его голову обратно к стене, будто запрещая смотреть.  Он судорожно облизывает нижнюю губу, думая, молчать или сказать что-нибудь? Выбирает первый вариант, чувствуя холодные пальцы, аккуратно залезавшие под зелёную кофту. Они невесомо гладят бока, а после резко впиваются короткими ногтями, заставляя отскочить немного вперёд, пытаясь уйти от резкой перемены чувств, но его прибывают к месту хватом за плечо. - Интересно, они подозревают, что ты, не такой уж и клёвый, м? – Вновь начиная спокойно гладить, спрашивает Нам гю, не собираясь ждать ответ. – Как думаешь, если бы твои фанаты узнали, что ты любишь, чтобы тебя зажимал парень, что бы они сказали? – Продвигаясь поцелуями по одежде, приближается к шее и широко облизывает её, подготавливая к сильному укусу, который зальётся на завтра фиолетовым цветом, гармонично смотрясь с волосами парня и показывая, что он занят.  Танос лишь тихо стонет, прогибаясь в спине сильнее. - Думаю, мне плевать, Гю. – выдыхает парень и улыбается, слыша очередное хмыканье за спиной. - А кто тебе сказал, что ты можешь открывать свою пасть, щеночек? -  Тянет его за  волосы, пропуская шелковистые пряди через пальцы и притягивает к своему лицу, больно впиваясь в губы. Это даже не поцелуй, это сплошное безумие, он кусает и зализывает губы, толкается языком в рот, не давая взять инициативу наравне, а когда это все-таки, получается, кусает за кончик языка, вкушая чужой стон. Когда он отстраняется,  за ним тянется нить слюны и Танос опускает глаза, заворожено глядя, как она переливается, а после разрывается.     Чужие пальцы ощущаются так правильно, когда хватаются за край штанов и резким рывком стягиваются вместе с боксерами, оставляя парня полуголым. Ему совершенно плевать, в воздухе летает напряжение, что заставляет  лишь злиться на то, что голый он один. - Hurry up, man – говорит  парень и чувствует на ягодицах резкий удар, а звук от него больно ударяет по ушам в полной тишине. – Ауч, за что? – неосознанно вырывается вопрос, когда чужие руки вдруг начинают мять его задницу -  Не указывай мне, чувак. – Выдыхает парень, пожирая его взглядом. – Лидерство не у тебя.    Танос судорожно выдыхает, решая просто отдаться приятным ощущениям. Его гладят, прижимают спиной к себе и он, почти мурлыча, ластится. Всё такое невесомое, но одновременно давящее, что заставляет голову взрываться от чувств.  Он громко стонет, не то от боли, не то от удовольствия, когда чужой палец без предупреждения и смазки начинает входить в него. - Hey, cheeky, где твой облюбованный пакетик кунжутного масла, которое ты воруешь с обеда? - А кто сказал, что оно будет? – Нагло улыбаясь, шепчет в самую ушную раковину, - не думаю, что ты заслужил. - Ну, если ты, конечно, хочешь порвать мне жопу то..- Не успевая договорить он тонет в стоне, когда палец внутри сгибается. Мысли резко испаряются, будто он принял разноцветное спасение, находящееся в кресте, прямо над сердцем, но он давно ничего такого не принимал. Ну, может, пару дней? Нам Гю умело отвлекает, так что это как-то постепенно перешло на второй, а потом и третий план. Темноволосый, хоть и хочет проучить, но делать слишком больно не желает, и, понимая, что слюна не даст идеального результата решает использовать её. Что бы ощущения были непонятные, граничащие между болью и удовольствием.   Его пальцы, которые делают всё так правильно, заставляют забыться и приходит в себя парень, лишь, когда они начинают потихоньку выходить из него. Он не удовлетворенно стонет, прогибаясь в спине, и пытается насадиться, когда его вновь в привычном хвате берут за плечи и не дают двигаться с места. - Проси. – Так спокойно, но в тоже время уверенно говорит, что даже мысли противиться не возникает. - Нам… Нам гю..- он на секунду задыхается в выдохе, дрожа просто от предвкушения. - please.. Please, owner – не задумываясь, хнычет, а парень лишь удовлетворенно улыбается, одним резким движением входя в него. Он настолько сильно прогибается в спине, что хруст позвонков отдаёт в уши, а стон остается где-то в горле, когда чужие пальцы приятно ложатся на язык. - Не думаю, что ты хочешь, чтоб нас услышали, верно? – Вместо ответа парень слегка поддаётся вперёд, а потом упирается бёдрами назад, облизывая пальцы во рту.- Хороший мальчик. – ухмыляется Нам Гю и сначала тягуче медленно, а потом неимоверно быстро начинает вдалбливаться в податливое тело. Пальцы не сильно помогают, и стоны тихой мелодией разлетаются по туалету, перемешиваясь со стуками кожи. Он убирает ладонь с чужого плеча, резко хватаясь за чужой член, и Танос начинает жалобно скулить, чувствуя толчки, которые постоянно меняют амплитуду. Надрачивая, парень специально делает движения совершенно разными. Когда его бёдра двигаются так быстро, что, кажется, будто мир трясётся, он медленно двигает рукой по члену, останавливаясь на головке, собирая пальцем каплю  кредэякулята. Такая разность ощущений заставляет парня в буквальном смысле заплакать, когда это вдруг прекращается. Он не успевает даже подумать, когда его опускают на колени, хищно смотря на него.  От одного взгляда стало понятно, чтобы всё продолжилось – надо заработать. Он трясущимися пальцами берётся за основание и на пробу двигает языком, ощущая солёный вкус и тяжесть на языке. Он хочет поиграть, поиздеваться, но ведёт не он, его просто хватают за затылок, резко насаживая на всю длину. Парень на секунду задыхается, а потом, активно кружа языком, подстраивается под темп. Он, словно опытная шлюха, знает, когда нужно втянуть щеки, создавая вакуум, а когда просто крутить языком, пытаться глотать и стонать, пуская приятные вибрации по все длине. Парень сверху удовлетворенно улыбается, судорожно хватая воздух ртом. Он в какой раз удивляется его способности брать член так, будто это самая вкусная сладость, которую он пробовал. Опустив взгляд и увидев, как Танос заворожено и пошло смотрит на него, стараясь насадиться глубже, сделать приятно, он лишь прикусывает губу, чтобы не застонать на весь туалет.  Нам Гю с рыком поднимает его, с пошлым хлюпом оттягивая его от члена, и буквально кидает его в стену кабинки и вновь начинает двигаться в нём. - Fuck, Fuck, Fuck… - Не задумываясь, шепчет парень, цветными ногтями пытаясь зацепиться за гладкую стенку, пока чужие зубы оставляют следы везде, куда могут дотянуться. Больно и приятно, просто зажигательная смесь. – Пожалуйста… - Чувствуя как Нам Гю, понимая, ускоряется, он срывается на крик - yes,yes,yes.. – хнычет парень и изливается на стену, с последним, громким стоном, который оглушает его партнёра на несколько секунд. Какое-то время он продолжает втрахивать его в стену, прежде чем резко выйти и за пару движений закончить ему на спину. Они просто стоят и громко вдыхают воздух, будто им сжали шею и не пускают его не капли. Нам Гю даже не одеваясь, садится на унитаз, утаскивая за собой на колени парня и тот свободно рухнув, обнимает его за шею. Темноволосый невесомо гладит его по спине, целует в щёку и мирно улыбается. Они так и продолжают сидеть, отходя от оргазма и чувствуя как медленно, но верно, сонливость берёт своё, пока голос Таноса не разрезает тишину. - Знаешь, что? - Что, Су? - Надо почаще выводить тебя на ревность. – Довольно выдохнув, он вжимается носом ему в шею и вдыхает его запах, а парень лишь согласно кивает. Видимо, то, что планировалось наказанием, принесло, лишь удовольствие двоим, и никто не было против этого. Когда звучит отбой, парни выходят из туалета, довольные, но сонные до невозможности. Их ноги ели двигаются, на них ощущается вся усталость за эти дни, а в особенности за последние пятнадцать минут, но удовольствие медленным теплом продолжает разливаться глубоко внутри. И Танос, наверное, впервые в своей жизни, немного смущённо поднимает кофту выше, чтобы скрыть медленно расползавшийся фиолетовый укус от чужих глаз и медленно плетётся за Нам Гю, взбираясь на его кровать и обнимая его. Наверное, он почти впервые в своей жизни по-настоящему счастлив, и то же самое чувствует и тот человек, который делает его таким.