Незнакомец из сна

Он сжал кулак, нож впился в его ладонь достаточно сильно, чтобы пошла кровь. «Он умолял меня простить его, даже когда жизнь уходила из его глаз. Умолял меня понять, найти способ вернуть нашу любовь. И когда он сделал свой последний, дрожащий вздох, то поднял на меня глаза, полные безнадежной, отчаянной печали». Глаза Мираи сверкнули зловещей решимостью, когда он уставился на Элая, нож зловеще сверкнул в тусклом свете. Мучения от предательства и самоубийства его потерянной любви уступили место новой одержимости, отчаянной потребности вернуть то, что он считал своим. И там, дрожа перед ним, был ключ к его искуплению. Он протянул руку, волоча за собой холодное лезвие ножа. Холодное лезвие ножа вдоль линии челюсти юноши, кончик остановился прямо под подбородком. Глаза безумца всматривались в зелёные с проблеском слёз, глаза Элая с лихорадочной интенсивностью, его взгляд метнулся к пухлым губам молодого человека, затем к его собственной дрожащей руке, когда он сильнее прижал острие ножа к нежной коже. «Я хочу, чтобы ты запомнил меня навсегда», — выдохнул Мираи, его голос дрожал от отчаянного, почти маниакального рвения. «Я хочу, чтобы моя метка, моё клеймо было выгравировано на твоей нежной коже, как свидетельство нашей связи. Обещание любви, которую мы разделим, сейчас и навсегда». Без предупреждения он резко взмахнул своей рукой, и нож врезался в чувствительную кожу на руке студента. Мираи вдавил нож глубже, острый кончик прорезал кожу и прочертил тонкую багровую линию. Элай вскрикнул, прижавшись к стене, но цепи держали его крепко, заставляя терпеть жгучую боль. Глаза учёного сверкали диким, навязчивым светом, когда он наблюдал, как набухает первая капля крови, темно-красный рубин на бледном теле Элая. «Вот и все», — прошептал Мираи, его голос был низким и густым, с темным, извращённым удовлетворением. «Пусть тебе будет больно, как когда-то мне, любовь моя. Прими боль, ибо это цена нашего союза». Он начал резать, двигая ножом по теплой коже парня. У Мираи перехватило дыхание, когда он прорезал первую линию, неровная красная линия появилась на мягкой коже Элая, когда нож пронзил нежную плоть. Студент вскрикнул, выгибаясь от лезвия, но оковы крепко держали его, заставляя терпеть каждый обжигающий порез. "Все, конец, мальчик мой», - сказал Мираи, его голос был хриплым от извращённого волнения, когда он наблюдал за агонией Элая. «Кричи для меня. Пусть мир услышит звук твоих страданий, первую ноту нашей симфонии". Он опустил нож ниже, медленно и методично проводя им, выцарапывая каждую линию с мучительной точностью. Глаза Мираи вспыхнули диким, безумным светом, когда он сосредоточился на задаче, его дыхание становилось тяжелее с каждой секундой. Он чувствовал, как пульс Элая учащается под лезвием, видел, как кожа молодого человека краснеет и покрывается каплями пота, когда он боролся с жгучей болью каждого пореза. «Почти готово», — пробормотал Мираи, его язык метнулся, чтобы облизать губы, пока он сосредоточивался на замысловатых линиях и изгибах, которые он вырезал на плоти юноши. «Еще немного...и это будет идеально». Сделав последний резкий надрез, доктор отступил назад, критически оценивая дело своих рук. Мираи держал нож высоко, окровавленный кончик капал алыми каплями на грубый деревянный пол. Дыхание студента было коротким, резким, его грудь вздымалась от сильной боли. Глаза молодого человека, дикие и испуганные, метнулись к алым буквам, вырезанным на его коже, первая буква имени Мираи теперь навсегда запечатлелась на его теле. "М...М..." - захныкал Элай, его голос был хриплым и надломленным, он едва мог говорить от боли. "Больно...так больно." Глаза Мирая горели лихорадочным, навязчивым светом, когда он провел пальцем по неровным краям первой букве своего имени на коже парня. Безумец наклонился ближе, его горячее и прерывистое дыхание обдавало ухо Элая, пока он любовался своей ужасной, но в то же время идеальной работой. «Прекрасно», — прошептал он, его голос дрожал от темного, маниакального пыла. «Абсолютно изысканно. Истинное свидетельство нашей любви, мальчик мой». Он прижал палец к сочащейся ране, размазывая кровь и проводя по грубым, болезненным линиям, которые он вырезал. Элай вздрогнул и вскрикнул от прикосновения, свежая боль от открытого пореза вспыхнула, словно огонь, на его коже. Но учёный только усмехнулся, низким, искаженным звуком жестокого веселья. «Тсс, тише», — сказал он. Элай мог только скулить в ответ, его тело неудержимо тряслось, когда боль пронзала его, словно огненные стрелы. Медный запах крови наполнял воздух, металлический привкус покрывал его язык, когда он тяжело дышал и содрогался у непреклонной стены. Взгляд Мираи был прикован к брутальному инициалу, вырезанному на коже юноши, в его глазах горело яростное удовлетворение. «Теперь ты действительно мой навеки», — заявил он, голосом, дрожащим от пылкой, фанатичной напряженности. «Связанный со мной навечно, так же как я связан с тобой. Эта метка, этот шрам будут служить постоянным напоминанием о любви, которую мы разделяем, о связи, которую не может разорвать даже смерть». Он наклонился ближе, дыша горячим и рваным дыханием в ухо Элая, пальцы сильнее надавили на сочащиеся порезы, вызвав резкий крик боли у своего пленника. Учёный только мрачно усмехнулся на звуки. Мираи наклонился ближе, его глаза сверкали диким голодом, который послал дрожь страха по позвоночнику Элая. Без предупреждения он опустил голову, его язык метнулся, чтобы облизать алые буквы, выгравированные на коже студена. Элай ахнул, сдавленный звук боли и отвращения застрял в его горле, когда он почувствовал влажную, горячую ласку языка безумца, скользящего по кровавой плоти. Глаза Мираи затрепетали, низкий, гортанный стон поднялся из его груди, когда он смаковал медный вкус крови Элая на своем языке. "Изысканно", - пробормотал он, его голос был хриплым. Язык Мираи задержался, прослеживая неровные линии инициала, слизывая каждую алую каплю. Парень заскулил от интимного, оскорбительного ощущения, его кожа покрылась мурашками от влажного тепла языка Мираи на его ранах. Мужчина, казалось, наслаждался каждым содроганием и звуком страдания, его дыхание становилось тяжелее от темного, опьяняющего возбуждения.