Способ справляться со стрессом

Шоко проснулась от чьего-то вскрика. Не лучший будильник, особенно в пол четвертого ночи. Сначала Иэйри подумала на кого-то из первокурсников. Кошмары не редкость среди молодых магов, встречи лицом к лицу с проклятиями и смертью многих коробят не по-детски. Но девушка почти сразу же вспомнила: корпус учеников слишком далеко от её комнаты, вряд-ли было бы слышно даже истошный крик. Шоко задумалась, чьи комнаты были в зоне слышимости с учётом закрытой двери... Сатору. Иэйри как током прошибло. Ближайшей спальней была комната Годжо. За ней — практически пустой коридор, за исключением комнат нескольких координаторов. Девушка непроизвольно поджала губы. А после нервно надела поверх пижамы врачебный халат и закинула две баночки в его карман. Кажется, она знала, что может ждать ее в комнате Сатору. Быстрыми шагами преодолев несколько метров, Шоко зашла в спальню Годжо. Дверь была раскрыта, включен весь свет, что в глазах начинало рябить. Сатору сидел на кровати в уличной одежде. Дорожная сумка валялась у ножки кровати. Парень зажал в руках край кровати с заправленным одеялом так крепко, что даже костяшки побелели от напряжения, а на тыльной стороне ладони проступили фиолетовые вены. Всё тело мелко дрожало. Рот приоткрыт. Грудь быстро вздымалась, почти незаметно сквозь одежду. Поверхностные вдохи — тяжело дышать. — Сука... — тихо выругалась Иэйри. Шоко проняло от его вида, но она постаралась это скрыть. Девушка осторожными шагами подходила ближе, одновременно пытаясь привлечь внимание Годжо. — Сатору... Ты слышишь меня? Эй.. Ты здесь? Видишь меня? — не получив никакой ответной реакции, Иэйри присела на корточки перед парнем, быстрым движением стянула с его глаз повязку и откинула куда-то в сторону, надеясь, что так он ее увидит. Ничего. Безучастный, нечитаемый взгляд, устремлённый куда-то в бетонную стену. Суженые зрачки. Страх. Шоко провела большим пальцем по искусанным в кровь губам Годжо. Одна из попыток взять тело под контроль — неудачная. Иэйри взволнованно смотрела на Сатору, когда даже после прикосновений он никак не отреагировал. Он всё ещё весь дрожал. Девушка мягко, но настойчиво взялась двумя пальцами за подбородок и заставила Годжо посмотреть четко ей в глаза. На лице парня наконец-то промелькнула хоть какая-то осознанность. Он, кажется, узнал Шоко. — Сатору... Глубокий вдох, — Иэйри и сама начала показательно глубоко дышать, чтобы парень повторял за ней. Годжо сделал несколько нормальных вздохов, а потом стал тяжело и быстро дышать. Наконец осознал, что всё это время ему не хватало кислорода. — Давай, разжимай руки, — Шоко продолжала говорить спокойно и тихо. Вторую руку она положила поверх его. Ладони ледяные, хотя на улице июнь. Девушка почувствовала, как пальцы Годжо медленно разжимаются. — Молодец, — Иэйри мягко кивнула. Она отпустила лицо Сатору и переложила руку на его грудину. Даже сквозь одежду Шоко ощутила, как его сердце отбивает не меньше ста двадцати ударов в минуту. Девушка вздохнула и присела рядом с Годжо на кровати. Она осторожно провела ладонью по его колену и вместе с парнем смотрела на стену. Сатору, кажется, окончательно пришёл в себя и осознал реальность, вышел из оцепенения и упёрся локтями в колени. Иэйри переложила руку ему на плечо и ободряюще сжала. — Что случилось? — ненавязчиво начала Шоко, повернувшись к Годжо, после небольшой паузы. — Рико... Я... Точно видел её. Это... Это была... — парень говорил сбивчиво, мысли туго собирались в связные предложения. — Похожая на неё школьница, да? — Шоко попыталась сделать свой голос участливым, добрым, лишь бы он не звучал равнодушно, как обычно. — Да... — тихо согласился парень, собравшись с мыслями. Он опустил голову и теперь рассматривал пол под ногами. — Ты только вернулся? Годжо быстро кивнул. — Как прошло? — Иэйри не была уверена, зачем пытается разговорить Сатору, но продолжала диалог. Парень лишь пожал плечами. Слова медленно образовывались в голове, да и лишний раз сотрясать воздух не хотелось. — Значит, как обычно, — заключила Шоко и снова обернулась на Сатору. Годжо немного покачивался вперёд-назад, прикрыв глаза. Девушка быстро достала из кармана бутылёк с таблетками и вложила в ладонь Сатору. — Держи, выпей. — Что это? — Годжо повернулся на Иэйри. — Снотворное. Парень поджал губы и отвернулся. — Пей, — твёрже повторила Шоко. Она переживала за Сатору, и с каждой минутой скрывать это становилось всё труднее. Годжо покачал головой в отрицание. — Либо ты отключишься от недостатка кислорода, либо уснёшь от снотворного и будешь нормально себя чувствовать, — она не хотела запугивать Сатору или ставить ультиматумы, но просто боялась за его здоровье. Парень снова повернулся на Иэйри, сверкнул странным взглядом, а после молча открыл бутылёк, высыпал на руку две таблетки и проглотил. Шоко погладила его по плечу и сочувствующие заглянула ему в лицо. Сатору прильнул к плечу Иэйри и начал засыпать. Девушка осторожно переложила его голову к себе на колени и мягко начала проводить рукой по белым взъерошенным волосам. Дыхание Годжо выровнялось, сердцебиение успокоилось. Девушка периодически проверяла его пульс и температуру. Несколько минут спустя, когда Шоко убедилась, что Сатору спит, она выдохнула и шепотом проговорила в воздух: — Ты даже не представляешь, насколько мне страшно каждый раз, когда я нахожу тебя в таком состоянии... Иэйри уложила Годжо нормально на кровати, укрыла одеялом, а сама встала и подошла к окну. Быстрым движением открыла форточку, достала из кармана халата пачку сигарет, — она всё ещё лежала там, несмотря на то что Шоко всем говорила, что бросила — вытащила одну, подпалила кончик и закурила, выдыхая в окно. Выкурив две штуки, Иэйри ещё раз проверила состояние Сатору, достала из кармана ещё один бутылёк с таблетками, — успокоительным — поставила на прикроватный столик и вышла из комнаты, выключив свет.

***

Сатору проснулся спустя несколько часов с чувством лёгкого недомогания и болью в голове, но при этом без иррационального страха. Он мог спокойно вдохнуть полной грудью, сидеть в тишине, не опасаясь тревожных навязчивых мыслей, и не ощущать усталости, которая вечно сопровождала его из-за сбитого режима сна — если три часа в сутки, конечно, можно назвать режимом. Годжо отлично помнил события предшествующие его сну. Новый прилив вины сверху всех прочих негативных эмоций заставил содрогнуться. Как же он ненавидел это состояние всеобъемлющего страха, образовывающегося от его полной беспомощности в моменте, десять лет назад. Парень отчётливо ощущал витающий в воздухе запах сигаретного дыма. Сколько бы Шоко не убеждала в обратном, все прекрасно знали, что она продолжает курить. Сатору мог её понять. У каждого свой способ справляться со стрессом. Только вот он, кажется, для себя ещё не нашёл такого... Интересно, сколько девушка провела здесь, пока Годжо спал? Сатору сел на кровати и огляделся вокруг. За окном успел наступить рассвет, а в комнате, соответственно, посветлеть. Взгляд парня зацепился за бутылёк, появившийся на столике рядом с кроватью. Он взял его в руки и начал читать этикетку. Вычленив среди других слов надпись об успокоительном действии таблеток внутри пузырька, Годжо еле сдержался от того, чтобы закатить глаза. Он давно отказался от любых медикаментов, придя к выводу, что они ему всё равно не помогут и полагаться он может только на свою Обратную технику. Но сейчас он резко высыпал на ладонь несколько таблеток и, даже не взглянув на количество, быстро закинул их в рот. Проглотив, Сатору встал и направился в соседнюю спальню, прихватив с собой бутылёк. Дверь в комнату Шоко была открыта. Парень осторожно прошёл внутрь и тихо спросил: — Спишь? — Неа, — донеслось откуда-то из глубины комнаты, где располагался небольшой книжный шкаф, — не смогла уснуть. — Эй. Не надо так. — Кто бы говорил, — Иэйри беззлобно усмехнулась. Годжо поддержал. — Как ты? — продолжила Шоко, уже подойдя ближе к парню. — Нормально. Лучше. — Хорошо... — протянула девушка, выдохнув с облегчением. — Выпил успокоительное? — Сатору как будто услышал стыд в этом вопросе. В ответ лишь промычал что-то с подтверждающим посылом и продемонстрировал бутылёк. Даже с первого взгляда было видно, что баночка несколько опустела. — Нельзя столько за раз, — проговорила Шоко, покачивая головой, словно поучая малого ребёнка, при этом сама оставалась абсолютно спокойной. — Ничего не будет, — заверил её Годжо, а после протянул бутылёк Иэйри, желая вернуть. — Не, оставь себе. Тебе нужнее, — ответила девушка, отодвинув руку Сатору обратно к нему. — Эй! Это уже второй камень, который прилетел в меня! — детская дурость, она же весёлость, из Сильнейшего не выветривалась никогда и вряд ли выветрится. Защитная реакция дело достаточно устойчивое. Шоко лишь немного рассмеялась, и Годжо продолжил: — Ладно, спасибо, — он положил бутылёк в карман штанов. Парень не думал, что ещё когда-нибудь им воспользуется. Но и выкидывать не хотелось. — И... Прости. — За что? — Иэйри не поняла. Или не хотела понять. — За то, что заставляю нервничать и переживать... — его голос медленно затихал. Сатору плохо умел извиняться. — Ты слышал? — У меня очень чуткий сон, — парень пожал плечами. Шоко тихонько цокнула языком и отвела взгляд, а потом мягко приложила свою ладонь к впалой щеке Годжо и посмотрела ему прямо в глаза. — Что же мне с тобой делать? — проговорила Иэйри, рассматривая его лицо снизу вверх. Дальше она опустила руку на плечо Сатору, легонько проведя по шее, и стала его поглаживать. — Всё хорошо. Всё будет хорошо... Годжо, вслед за Шоко, мягко, коротко улыбнулся. Такая... Настоящая улыбка, не расширенная маской, а просто... Человеческая. Она так редко мелькала на лице Сатору. ...А нет, кажется, нашёл свой способ. Или способ нашёл его. Сложно что-то однозначно говорить, когда его лучший способ справляться со стрессом — живая, дышащая, красивая темноволосая девушка, которая, каким-то чудом, всегда оказывается рядом.