Глупый случай, который привёл к чему-то очень хорошему

      Вот уже практически полгода как Тео живёт дома у Лиама. И за эти полгода они успели неплохо так сблизиться. Лиам сам в шоке. То, что началось как «пусть этот доходяга перекантуется у меня пару ночей», переросло в неплохую такую дружбу и сожительство. Лиам многое узнал о Тео (узнал, кто такой Тео в принципе), но ещё больше он узнал о себе.              Единственный ребёнок, не обделённый вниманием и любовью родителей (по крайней мере, после того как мама ушла от спермобака его биологического отца). Возможно, кто-то скажет, что он вырос эгоистом и, возможно, они будут правы, отчасти. Лиам просто... не очень любил делиться своим. А если кто-то перетягивал на себя внимание его родителей... Да, возможно, Лиам закатил истерику на своё восьмилетие, когда мама отрезала самый большой кусок торта девочке по имени Сара, да и вообще весь вечер родители как-то по-особенному относились к ней. И сейчас неловко об этом вспоминать, в особенности потому, что как раз таки за небольшое время до его дня рождения Сара осиротела, но её тётя всё равно решила не отказываться от приглашения Лиама. В его защиту, на тот момент он этого не знал, почему-то все решили утаить от него эту деталь (и почему Сару вообще отпустили на праздник, портить всем настроение своим рюмсаньем?).              С возрастом, конечно, стало получше. Но вот к своим вещам и личному пространству он всё ещё относился немного ревностно. Наверное, поэтому ему было довольно сложно ужиться с кем-либо. Не то чтобы он успел пожить долгое время с кем-то, кроме родителей, но небольшой опыт всё же имелся.              Например, с его бывшей девушкой. Хейден жила только с сестрой, которая торчала на работе безвылазно. Поэтому их дом часто был полностью в распоряжении двух влюблённых голубков. Наигрались они тогда во взрослых, конечно, будь здоров. И если бы Лиама не спасало то, что они так-то не по-настоящему жили вместе, и у Лиама был собственный дом, продержались бы их отношения, скорее всего, намного меньше. Лиам объяснял себе это тем, что женщины и мужчины были с разных планет, и им в принципе было сложно уживаться друг с другом. Слабенькое объяснение, он понимает. Особенно после того, как ещё задолго до встречания с Хейден, мистер и миссис Хьюитт взяли Лиама вместе с собой отдохнуть на побережье, за компанию. И у него была в распоряжении целая отдельная комната с его лучшим другом Мейсоном! Казалось бы, чего ещё можно пожелать? Но это чуть ли не положило конец их дружбе. И всё из-за Лиама. Но из-за Мейсона, его отходчивости и слоновьего спокойствия, их дружбу всё-таки удалось сохранить.              Но вернёмся к настоящему. И к Тео. Лиам действительно думал, что Тео останется у них всего лишь на пару ночей, больше он бы не выдержал. Особенно в своей обители. Особенно когда мама и папа уделяли бездомышу столько внимания.              Но.              С Тео было до глупого просто.              Возможно потому, что он ничего у Лиама не просил, Лиаму впервые в жизни захотелось поделиться.              По виду Тео, он согласен был и на голом полу спать. И даже не у Лиама дома. Лиаму буквально пришлось уговаривать его пойти с ним в ту роковую ночь. «Город кишит притаившимися охотниками, вдруг они захотят устроить вендетту напоследок». А потом всё как-то так завертелось...              И Лиам сам удивляется своему непонятно откуда взявшемуся желанию делиться. Всем. Всем, что у него есть. Вплоть до его самых, самых любимых вещей.              Вот пример. Был у Лиама кардиган. Подарок бабушки, связанный её артритными руками. Добротный такой кардиган, на пуговицах, крупной вязки, ржаво-рыжего цвета. Очень удобный и тёплый. Лиам никогда бы не надел его на люди, но очень любил носить его дома. В нём он был похож на своего деда.              А Тео, Тео был тем ещё мерзляком, что странно. Потому что Лиаму, например, после становления оборотнем всегда было жарко, и кардиган он этот почти не носил с тех пор. А Тео никак не мог согреться у него дома, Лиам это чувствовал, и его это нервировало (потому что Тео было неуютно, а он, отчего-то, хотел, чтобы было наоборот), поэтому он и отдал ему этот кардиган.              Мама с папой тогда ещё одарили его таким странным взглядом, как будто дракон, который спит на своём злате, решил раздать его малоимущим семьям, что немного оскорбительно, ну не монстр же он какой-нибудь, в конце концов.              Правда, Лиам припоминает, как он чуть не зарычал на маму, когда она сказала: «Лиам, я тут собираю вещи на благотворительность, может, и бабушкин кардиган положим, ты всё равно его носить перестал». Ладно, по крайней мере, он точно не Дадли Дурсль!              А Тео, между прочим, его кардиган наконец-то подарил тепло. И Лиам уж чересчур для него тешился этим фактом.              Помимо того, что Тео постоянно мёрз, его ещё страшно мучили кошмары. И это... это было реально стрёмно. То, как он громко кричал, но не просыпался. И Лиам вскакивал будить его, чтобы не разбудить родителей, чтобы те не стали лишними свидетелями теовской слабости (он знал, что от этого Тео будет ещё хуже), но ещё и потому, что ему невыносимо было слышать такие истошные и отчаянные вопли ужаса. Но иногда Тео просыпался без помощи, и не всегда он начинал кричать во сне. Иногда это были стоны боли, просьбы остановиться или не останавливаться и закончить начатое. Но Лиам всё равно привык просыпаться от малейшего звука в комнате Тео. И после первого раза, когда Лиам проснулся от крика и понял, что Тео проснулся тоже, и услышав тихий чуть ли не скулёж, он просто не смог оставить его в одиночестве.              Тео, конечно, был не в восторге. Злился и посылал нахуй. Но Лиам всё равно продолжал приходить. И однажды напуганный мальчик, по-другому и не скажешь, просто показал одним взглядом на место рядом с собой, а когда Лиам лёг, просто прилип к нему, уткнувшись лицом ему в шею, глубоко вздыхая и щекоча тем самым чувствительную кожу Лиама. А потом он заснул, и Лиам заснул вместе с ним.              Они это не обсуждали. Но иногда это повторялось. Лиам продолжал приходить к нему. Тео перестал его посылать. Но спали вместе они не всегда. Иногда Лиам просто сидел рядом молча, и Тео молчал. Лиам каким-то внутренним чутьём понимал, когда можно остаться на всю ночь в обнимку друг с другом, а когда лучше уйти к себе.              Но полгода это немаленький срок. И за это время у Тео был прогресс, ночные кошмары перестали его так сильно мучить. Что в глубине души Лиама немного огорчало, ведь их ночные бдения тоже сократились. Но Лиам запихивает это чувство ещё дальше. Лучше так, чем видеть Тео в том состоянии, в котором тот всегда бывал после.              И этой ночью, как и несколько ночей до неё, в комнате Тео было спокойно. Поэтому можно было и немного предаться пороку. Проще говоря, Лиам смотрел порно и дрочил, не боясь, что в этот момент его прервёт совсем несексуальный стон Тео. Но вообще-то сказать наверняка было нельзя, такое случалось пару раз, поэтому громкость в наушниках была небольшая, чтобы Лиам не пропустил, если что-то пойдёт не так. Пару раз, когда дрочка Лиама была прервана кошмаром Тео, а не пару раз, когда он дрочил ночью. Потому что дрочил ночью Лиам... Лиам вообще чаще обычного стал дрочить в последнее время.              Потому что секса у него не было вот уже... а давайте посчитаем... месяцев девять как, даже чуть больше, а Лиаму летом только восемнадцать исполнится, понимаете, да? Гормоны — это штука такая... особенно когда рядом с тобой, прямо в твоём доме, прямо перед твоими глазами, полгода ходит такая секс-бомба.              Познакомьтесь, Тео Рейкен, секс-бомба. Лиам Данбар, секс-террорист... дрочила-террорист? Террорист-онанист!              Когда это началось? Лиам не знает. Как-то постепенно, плавно, они знакомились друг с другом, притирались, привыкали, а потом, хоба, и у Лиама стояк. У Лиама в принципе раньше на парней стояков не было. А тут сразу на Рейкена. А если связать стояк с желанием оберегать и защищать, то тут выходил полный атас...              Лиам был в самом разгаре своего рукоблудия, в голове фантазия улетела далеко за рамки порно, которое он сейчас смотрел, подкидывая ему образ Рейкена между его ног, когда чуткий волчий слух улавливает звуки из теовской комнаты. Лиам молниеносно ставит видео на паузу, убирает руку с члена (прости, пожалуйста, но друг важнее) и прислушивается. Еле слышный скулёж, постепенно набирает обороты, превращаясь в хрипловатый стон, и это... отличается от его обычного болевого стона. Лиам уже спец в этом, поэтому, без сомнения, сейчас он стал свидетелем чего-то совершенно нового. Интригующе. Стон становится чуть громче, протяжней, и это именно тот звук, из-за которого член Лиама хочет, чтобы до него снова дотронулись. Но Лиам не спешит, во-первых, это не этично, а во-вторых, вдруг он ошибается?              Если бы член Лиама умел говорить, то он бы сейчас сказал: «Ты совсем долбаёб». Не совсем, но Лиаму нужно больше подтверждений. И о... он их получает. Хныкающее «да», «пожалуйста» и «ещё». Снова стоны, где-то громче, но не так, чтобы его услышал кто-то, кроме Лиама, где-то тише, с хрипотцой, и от этого в разы горячее. А потом Лиам слышит кое-что таким задыхающимся, отчаянным голосом, что Лиам плюёт на всю этичность, потому что он до крайности возбуждён, скажем так, снаряд на полпути к выходу только из-за того, что он подслушал. И он почти берёт дело в свои руки, так сказать, как тут, после очередной тихой мольбы, Тео замолкает. А потом Лиам слышит шорох, будто тот садится на постели. Лиам замирает. Тео точно проснулся, и он точно знает, что Лиам тоже может проснуться из-за него, а Лиам в этот раз никак не хочет, чтобы Тео знал, что он не спит. Потому что не хочет его смущать, ладно, кого он обманывает, он просто надеется, что Тео, решив, что он один здесь бодрствует, захочет передёрнуть после очевидно горячего сна, а Лиам... ну, теперь он точно не сможет подрочить, но хотя бы... Боже, в кого он превратился!              Лиам слышит скрип половиц в коридоре и понимает, что Тео вышел из комнаты, потом он слышит скрип двери и шум воды. Душ — хорошая идея для чистюли, дрочи без следа. И Лиам... да он уже упал ниже некуда, он не будет даже притворяться, что не хочет подслушать, как Тео дрочит в ванной. Такое событие! Он не знает норма ли для Тео дрочка, но он точно никогда за ней не попадался, в отличие от Лиама. Тео, как хороший мальчик, всегда делал вид, что ничего не слышал, а Лиам подыгрывал ему.              Только вот Лиам не слышит характерных для самоудовлетворения звуков. Он прислушивается и дёргается от внезапного стука, предположительно о кафель, предположительно кулаком (лишь бы только не головой), и тихое, но не менее злое: «Ёбаный пиздец».              Мда уж, там сейчас точно не дрочибельное настроение, а вода в душе скорее и вовсе ледяная.              У Лиама есть объяснение такому поведению, хоть бы оно не было ошибочным...              Утром этот сучёныш слинял с мамой за покупками. Скорее всего, он на сто процентов не уверен, слышал ли Лиам его ночью, и теперь ссытся посмотреть ему в глаза, ну ничего. Лиам достоин десяти Оскаров из десяти за то, какую мину он состроил, когда Рейкен вернулся. Усыпил его бдительность, так сказать. И вот, когда возможности сбежать не было, потому что Тео в домашней одежде сидел и ел сэндвич с тунцом на кухне, вот тогда Лиам и решил нанести удар.              Мама после покупок уехала на маникюр, потом сто процентов поедет к своей подруге Джине, а это точно до вечера. Папа вообще уже третий день на врачебном форуме в Диксоне. Так что никто не помешает им выяснять отношения, которые, Лиам надеется, смогут перейти в горизонтальное положение.              — Чё делаешь? — говорит Лиам, с улыбкой заходя на кухню.              Весь вид Тео, с сэндвичем в одной руке и с телефоном в другой, говорил: «А чё, не видно?»              Лиам встал перед ним.              — Как спалось?              По лицу Тео тут же прошла рябь то ли испуга, то ли чего-то похожего.              — Нормально, — буркнул он, отвернувшись от Лиама и доедая остатки сэндвича.              — Кошмары не тревожили?              — Нет, — сказано сквозь зубы, обычно эта тема замалчивалась.              — А что-то другое? — елейно протянул Лиам.              Тео резко развернулся к нему. Его челюсти были плотно сжаты. Он знает, что Лиам знает.              — Тебя ебёт?              — Грубо, — Лиам смеётся. Он не ожидал, что его знание о том, что Тео снятся эротические сны, будет беспокоить его настолько, что вместо обычной снисходительной отрешённости тот начнёт злиться. — Ну же, Тео, мы ж друзья. Расскажи мне, что заставило тебя...              — Ты охерел?! Это не твоё дело.              — Ой, да ладно тебе. — Резкий тон Тео Лиама ни капельки не трогает. — Чтоб там тебе ни приснилось, это вообще ничего не значит, вот мой самый первый эротический сон, знаешь, про кого был?              — Лиам, мне это...              — Про голубую инопланетяшку из «Пятого элемента», которая пела, помнишь?              Тео захлопывает рот, недоговорив, и хмурится, глядя на Лиама.              — Ага...              — Так вот, это было... ух, правда, в конце мне пришлось копаться в её животе, чтобы достать камни, ну, как в фильме, и это было жёстко... Неловко немного, что я всё равно проснулся с крепким стоя...              — Стой, Лиам. Какого хрена вообще? Зачем ты мне это рассказываешь?              — Хочу историю взамен.              — Нихуя ты не получишь. А твоя история ебанись, конечно, даже мне секс с расчленёнкой не снился никогда.              — Даже мне, — попугайничает Лиам. — Ты что особенный, Теодор?              — Понятно, почему ты вырос таким отбитым.              — Ой, иди к чёрту. Только сначала расскажи мне, что тебе снилось ночью.              — Нет. Зачем тебе вообще знать о таком?              — Мне очень интересно, что могло довести тебя до такого состояния. — Лиам смотрит Тео прямо в глаза, сверху вниз, потому что он стоит, Тео сначала поддерживает зрительный контакт, но потом, не выдержав, отводит взгляд, и Лиам расплывается в широкой счастливой улыбке, потому что замечает румянец на его щеках. И это очень мило. Лиама прям распирает от чувств к нему. Самых разных. Но всех про одно.              — Какая тебе разница? Может, сначала расскажешь, что тебя довело до такого состояния в понедельник?              Наверное, Тео хотел таким образом смутить Лиама в ответ. Потому что ситуация, конечно, была не совсем нормальная. Но в оправдание Лиаму, он думал, что один дома. В общем, он уже почти заканчивал, когда в его комнату постучали.              — Лиам, ты там?              И аккурат в этот момент Лиам, уже разогнавшись на полном ходу, без возможности остановиться, кончил. Очень громко кончил, со всем присущим этому звуковым сопровождением.              — Блять, — только и сказал Тео и тут же ретировался.              Когда Лиам привёл себя в порядок и вышел из комнаты, он понял, что тот ретировался из дома вообще.              Ну, Лиам не смутился ни тогда, ни сейчас. Называйте его, как хотите, но он не стыдится базовых человеческих потребностей. Сейчас он вообще рад, что Тео это вспомнил, он как раз попал в самый центр расставленной Лиамом ловушки.              — Две мои истории за одну твою? Ну, как хочешь, — ухмыляется Лиам. — Ты меня доводишь до такого состояния.              — Чт-              — Я только на тебя и дрочу в последнее время. Ты занимаешь все мои мысли как во сне, так и наяву.              Казалось, у Тео одновременно случился инфаркт и инсульт. С его лица схлынула вся кровь, сделав его мертвенно бледным, а после, моментально прихлынув, краснючим помидорным раком. В общем, это нужно было видеть.              Но, к его чести, Тео быстро взял себя в руки.              — Я что-то сказал во сне? — Тео немного кривится.              — Ну... — Боже, сколько же Лиаму доставляет удовольствия весь этот разговор, вы бы знали. Прям как оргазм. — Сказал, это сильно сказано, скорее, простонал.              Тео весь из себя изображает сплошное мучение, а Лиам улыбается шире.              — Лииаам, — он попытался изобразить оригинал, но вышло у него, конечно, не так сексуально, скорее, издевательски.              По Тео видно, насколько он хочет оказаться сейчас где-нибудь в другом месте.              — Это не ты.              Он что, действительно собирается сейчас слиться? Ну уж нет.              — Неужели, тогда кто?              — Лиам Хемсворт.              — Нихуя подобного. Ты ненавидишь Лиама Хемсворта.              — Неправда.              — Ты буквально говорил, что он уёбок, и Майли Сайрус достойна большего.              — Майли да, я...?              — Чувааак! Ни за что не поверю, что у тебя была влажная фантазия о Лиаме Хемсворте.              — Тогда о Лиаме Нисоне.              — Да он же старый!              — Мне нравятся мужчины в возрасте.              — Ты шутишь, да?              — Нет.              Лиам прищурил глаза, глядя Тео в лицо.              — Ладно, но это не значит, что сон был про тебя, это про другого Лиама со школы.              — Назови мне хоть одного Лиама со школы, которого ты знаешь?              Тео открыл рот, закрыл его и нахмурился.              — Знаешь, я действительно больше не знаю никаких Лиамов, видимо, ты один такой.              — Ага, и это значит? — Да когда же он, наконец, разродится.              — Ты знаешь, что это значит, — бурчит Тео и хочет отвернуться от Лиама. Но Лиам ему не даёт, хватает ладонями его щёки и наклоняется ближе.              — Ага, — шепчет, — это значит, что тебе снятся влажные сны с моим участием, а мне с твоим. Хочешь, расскажу тебе, что мы делаем в моих снах, Тео? — Лиам убирает руки с лица Тео, приближается к его уху совсем близко, почти касаясь губами, и продолжает:              — Всё начинается с поцелуев, мы целуемся в моей комнате, на моей кровати. Ты лежишь на ней, а я на тебе, сначала всё довольно безобидно, пока я не чувствую, как у тебя встаёт, тогда я...              Договорить Лиаму не даёт (слава богу, а то он начал возбуждаться) рука Тео, которая упёрлась ему в грудь, и его потерянный голос:              — Стой, ты-              Лиам отстраняется, рука Тео сразу пропадает, и смотрит на лицо Тео, восхитительная краснота, перебравшаяся со щёк ещё и на шею, как же хочется губами ощутить это тепло.              — Ты меня смущаешь, — продолжает Тео, не смотря ему в глаза, и это настолько человечно и очаровательно, что весь лиамовский запал из-за его монолога тут же сменяется умилением. Губы расплываются в мягкую улыбку. Он действительно поторопился.              — Да, что-то я немного перегнул, давай отмотаем назад.              Тео сразу же встречается с ним своим недоуменным взглядом.              И Лиам, как настоящий дурак, начинает перемотку:              — аупивА вдмьксвм пхк карула скес йолуда дчидк...              Не переставая нести тарабарщину, Лиам отходит от Тео и пятится к входу на кухню. Когда он дошёл до дверного проёма, перемотка окончена.              Теперь он как ни в чём не бывало возвращается к Тео.              — Привет, что делаешь?              Сказать, что Тео в шоке, это ничего не сказать, но он всё же отвечает, почти не колеблясь:              — Сижу.              — Здорово. Знаешь, я давно хотел тебе сказать. Ты мне очень нравишься, пойдёшь со мной на свидание?              Просить Тео пойти на свидание оказалось гораздо нервозней, чем грубо подкатывать к нему.              — Да, я пойду с тобой на свидание, — спустя небольшую молчаливую паузу отвечает Тео. — Потому что ты мне тоже- — замолкает, сильно сжимает челюсти, до видимых желваков, но всё же заканчивает, — нравишься, Лиам. Очень.              Улыбка Лиама может служить маяком для кораблей в тёмную ночь.              — Правда?              — Да, давно уже. — Краснота на коже Тео и не думала сходить, до чего же он милый прямо сейчас.              — Значит, ты мне расскажешь, что тебе приснилось сегодня ночью? — Лиам не может этого так оставить.              Тео давится смешком.              — Нет.              — Никогда?              — Может быть, после свадьбы, — щурится лукаво. Красивый.              — Ого, даже так? — Если честно, Лиам не ожидал... вау, просто вау.              — По-другому я и не играю.              Лиам хихикнул и подошёл к Тео ближе, положив руки ему на плечи. Тео только тепло улыбнулся на это.              — Я только уточню, ты ведь имеешь в виду нашу свадьбу?              Тео фыркает.              — Нет, свадьбу Стайлза и Лидии, надеюсь, этого никогда не случится.              Лиам смеётся. А потом просто смотрит на Тео, любуется. Тео больше взгляд не отводит, он полностью расслаблен, любуется Лиамом в ответ, но руки держит при себе, джентльмен.              — Можно я тебя поцелую? — не выдерживает Лиам.              — Нет, Лиам, — спокойно отвечает Тео. — Ещё слишком рано. Только вчера я ругал себя за саму мысль о нас вместе, а сегодня мы уже собираемся на свидание.              — Да, я понимаю, — соглашается Лиам. — Я тороплюсь. Просто я сам думал, что в вечной френдзоне у тебя, а когда услышал, как ты зовёшь меня, ну, ты понял, я чуть не взорвался. Серьёзно! Думал, что у меня кровь из носу пойдёт. Так что мне вообще крышу сорвало, прости.              — С гвоздями. Но не извиняйся, это забавно. То, как сильно ты меня хочешь. — Ухмылка Тео — сплошное соблазнение. И теперь, кажется, Лиам тоже краснеет. Быстро же они поменялись ролями.              — Перестань. — Лиам сжимает плечи Тео. Из-за чего ухмылка Тео становится шире, превращаясь в улыбку. — Сам же сказал, что рано ещё.              — Можно вопрос? — милостиво меняет тему Тео.              — Ага.              — Та синяя инопланетянка реально была твоим крашем?              — Одной из первых.              — Почему ты вообще про неё вспомнил? Не легче ли было сразу сказать, что я тебе снюсь?              — Легче. — Руки Лиама переместились на шею Тео, гладя нежную кожу, ну не мог Лиам совсем ничего не делать с Тео, понимаете? Дорвался. А тот, похоже, совсем не возражал. Его химсигналы излучали тепло и сладость. — Но я просто хотел тебе это рассказать, чтобы ты сразу знал, кого берёшь.              Тео весело фыркнул.              — Лиам, я всегда знал, что ты из себя представляешь, история про еблю с синей женщиной ни капли не изменила моё восприятие тебя.              — Ммм, Плавалагуна, — мечтательно промурчал Лиам. — Первая, с кем мне приснился настоящий секс. Наверное, это из-за того, что я в одно время открыл для себя «Пятый элемент» и порно, вот оно всё и намешалось, — Лиам хмыкнул.              А Тео рассмеялся. И Лиам не может поверить, что у него всё получилось. Что человек, сидящий перед ним, действительно пойдёт с ним на свидание, что ему действительно нравится Лиам. Всё кажется нереальным. Он уже в предвкушении, что же из этого выйдет. Ему просто хочется пищать от восторга.              Иногда, когда у Тео случаются какие-то эмоциональные потрясения, он любит первое время проживать их в одиночестве.              Лиам, конечно, не хочет теперь расставаться с Рейкеном ни на секунду. Но он всё-таки надеется, что этот раз тоже не исключение, и Тео вскоре поедет проветриться.              Потому что Лиаму отчаянно хочется проораться. Лучше, если Мейсону по телефону.              Ох, Мейс точно будет им гордиться!