Точка невозврата

      Вика паркуется во дворе Краснова неподалёку от его подъезда. На этот ход ведьма решилась сама. Они до сих пор не знают, как был обращён в вампира Костя, и у Райдос, в отличие от Ильи, есть способности, чтобы попробовать считать с Артёма это, а, может, и что-то ещё.       Неизвестность пугает всех, и Вика надеется, что сможет узнать хоть какие-то мысли или планы чужого фантома, но больше она переживает за своего. Не ощущать Виктора рядом ведьме некомфортно, и она безумно хочет выяснить, что с её призраком, несмотря на то, что знает, что не имеет возможности ему помочь.       — Подожди секунду, — с заднего сиденья раздаётся голос Влада, когда Райдос уже тянется к ручке двери, намереваясь выйти из машины.       Олег, сидящий рядом, поворачивается к нему и не может сдержать улыбку, глядя на то, как Череватый достаёт из кармана до боли знакомую подвеску. То, как чернокнижник заботится о Вике, абсолютно не вызывает ревности, а, наоборот, чем-то тёплым отдаётся у Шепса внутри.       Райдос не сопротивляется, позволяя Владу застегнуть амулет на своей шее, и еле заметно кивает, на секунду благодарно касаясь его руки. Она не знает, что именно является причиной, но выходит из машины уже уверенно, практически избавляясь от страха. Кожу приятно греет энергетика подвески, а две пары глаз, взглядом провожающие её к подъезду, позволяют ведьме чувствовать себя защищённой.       — Чем обязан такому визиту?       Краснов выходит на улицу, набросив на плечи лёгкую куртку, но, несмотря на свой вопрос, совершенно не выглядит удивлённым.       — Ни за что не поверю, что ты не ждал встречи с новым Хранителем, — Вика улыбается вежливо, но глазами буквально мечет молнии.       — Безумно ждал, — Артём ухмыляется в своей манере.       Райдос внимательно смотрит на вампира, но сама изо всех сил пытается уловить рядом с ним знакомую энергетику.       — С каких пор тебе стало плевать на закон?       Вика играет свою роль блестяще, не давая ни малейшего повода для сомнений, и Герман даже слегка удивляется бесстрашию этой женщины. Он пытается понять, знает ли ведьма, с кем действительно сейчас ведёт диалог, но Райдос закрыта непробиваемой стеной, и Ворожцов с осторожностью продолжает разговор:       — Вы меня в чём-то обвиняете, Виктория?       — Ты убил Гецати, — хладнокровно отвечает ведьма. — И ты знаешь, что я об этом знаю.       — Вы пришли с пустыми руками, — пожимает плечами Краснов. — Полагаю, у вас нет прямых доказательств.       У Райдос в голове сильный диссонанс, сбивающий с толку. Она знает, что говорит с незнакомым фантомом, но видит перед собой Артёма со всеми его манерами, и Вике вдруг искренне становится жаль настоящего Краснова. По своей вине или нет, но он попал в ситуацию, которую явно не планировал, и не имеет ни малейшей возможности выбраться из неё самостоятельно.       — Я их обязательно найду, Артём, — Райдос намеренно обращается по имени, словно пытаясь достучаться до Краснова, который заперт где-то внутри стоящего перед ней тела. — Виноватый ответит.       — Почему мы говорим на улице? — насмешливо вскидывает брови вампир. — Вы меня боитесь?       Он спрашивает как-то вкрадчиво и слегка подаётся вперёд, ближе наклоняясь к Вике в безуспешных попытках её прочитать, а где-то неподалёку, в остывшем салоне машины, Череватый от этой картины сильнее сжимает в своей ладони рукоять ножа.       — Это тебе нужно меня бояться, — спокойно отвечает Райдос, даже не пытаясь отстраниться. — Не получается прочитать?       Герман смеётся от этой дерзости и даже проникается каким-то уважением к стоящей перед ним ведьме. Она говорит с ним без страха и агрессии, всеми способами демонстрируя своё превосходство, и Ворожцову даже интересно повоевать с таким противником.       Герману кажется очень ироничным то, что новым Хранителем стала именно Вика. Он узнал её сразу, ещё тогда, когда Артём показал ему фото. Ворожцов следил за жизнью Гецати всё время после своей смерти и прекрасно знал, кто поспособствовал тому, что Костя стал Хранителем. И сейчас, когда перед ним стоит любимая женщина виновника всей цепочки трагических для него событий, он думает, что это неплохой шанс немного растянуть свою долгожданную месть.       — Не знал, что у Хранителей такая защита.       — Моя защита сильнее, чем ты думаешь, — Вика вскидывает подбородок и считает, что на этом разговор окончен.       Она разворачивается и уверенной походкой идёт к машине, досадно поджимая губы. Краснов закрыт так же, как и сама Райдос, и она не узнала ровным счётом ничего.       — Главное, чтобы ты так думала… — тихо роняет себе под нос вампир, провожая её хитрым взглядом.       Вика уходит, так и не увидев своего фантома, покорно стоящего за спиной Артёма.       Влад облегчённо выдыхает и убирает нож обратно в карман, когда Райдос наконец-то садится в машину.       — На нём тоже защита, — расстроенно говорит ведьма. — Я ничего не узнала.       — А Виктор? — тихо спрашивает Олег.       — Я не увидела…       Вика почему-то чувствует себя виновато: она возлагала на эту встречу большие надежды, но в итоге вернулась ни с чем.       — Как минимум, ты прикрыла Илью, — успокаивающе замечает Череватый. — И завтра мы все будем волноваться чуть меньше.       Райдос понимает, что в этом Влад прав, и молча кивает, заводя мотор. Машина медленно трогается с места, когда Шепс вдруг дёргается, пристально вглядываясь в окно.       — Блять, — тревожно тянет он. — Мы забыли предупредить Олю…       Они хмурятся все втроём, замечая, как к Краснову, всё ещё стоящему у подъезда, подходит Якубович и коротко целует его в губы. Артём обнимает ведьму за талию, и они оба скрываются в доме. Олег растерянно переглядывается с Владом и Викой, но понимает, что сейчас никто из них никак не может повлиять на ситуацию. Они уезжают и надеются, что у Германа нет причин причинять Оле вред.

***

      — Ты пропадал на несколько дней, — уже заходя в квартиру, говорит Якубович. — Я соскучилась.       Краснов галантно помогает ей снять пальто и останавливается, взглядом пробегаясь по стройной фигуре.       — Ты красивая, — заглядывая ведьме в глаза, говорит он. — Могу предложить тебе вино?       Оля по-кошачьи улыбается и проходит в комнату. Она себя хозяйкой в этой квартире не чувствует, но Артём всегда относится к ней, как к настоящей королеве, и это позволяет ей ощущать себя уверенно в знакомых стенах.       Они болтают о какой-то ерунде, и Герман про себя отмечает, что у Краснова прекрасный вкус. Ведьма говорит с ним завораживающим голосом, сидит на диване с идеально ровной осанкой, даже не касаясь спинки, и это выглядит потрясающе. Чёрное платье не скрывает красиво расправленных плеч, а тонкая шея привлекает внимание вампира всё больше с каждой минутой.       — И долго мы будем вести эту светскую беседу? — томно усмехается Оля, замечая горящий взгляд напротив.       Она встаёт с дивана, медленно подходит к Краснову и руками обвивает его шею. Вампир улыбается, притягивая её ближе, и делает глубокий вдох. Запах крови где-то под кожей моментально сушит горло, и Герман понимает, что в последний раз питался какой-то незнакомкой несколько дней назад в попытке заманить к себе Гецати.       Он целует Якубович глубоко и как-то жадно, губами спускается на шею, выпуская клыки, и Оля с силой отталкивает его, чувствуя лёгкий укус. На гладкой коже виднеются две выступивших капли крови, которые ведьма тут же накрывает своей рукой, и Артём снова бросается к ней.       — Что ты делаешь? — срывается на крик Якубович, отвешивая ему звонкую пощёчину.       Она никогда не разрешала себя кусать, и Краснов прекрасно об этом знает. Поэтому сейчас его поступок повергает ведьму в шок.       — Ты разве против? — удивлённо вскидывает брови вампир, намереваясь закончить начатое, но что-то внутри неожиданно останавливает его.       Герман удивляется сам себе, но буквально не может сдвинуться с места. Тело немеет, и он злится, но всё-таки остаётся стоять посреди комнаты, не в силах сделать что-то ещё.       Оля молча разворачивается, бросая на него хмурый взгляд, и уходит в коридор. Она не понимает ни того, что сделал Артём, ни его вопроса. Шея слегка побаливает, но это сейчас волнует ведьму меньше всего. Она берёт пальто в руки, даже не надевая, и хлопает дверью, игнорируя голос Краснова, который пытается её остановить.       Уже в машине Оля читает сообщение от Олега, и ей становится по-настоящему страшно.       «Уходи оттуда! В теле Артёма чужой фантом!»       Она дрожащими руками набирает Шепса и выслушивает его короткий рассказ. Якубович думает, что никогда бы не поверила Олегу, если бы несколько минут назад сама не убедилась в том, что с Красновым что-то не так. Она отбрасывает телефон на пассажирское сиденье и жмёт на газ, быстро уезжая со двора. Олю подгоняет адреналин и осознание того, что она только что чудом ушла живой от убийцы.       Уже дома ведьма раздумывает над тем, что остановило фантома. Она прекрасно понимает, что не смогла бы сделать абсолютно ничего, если бы тот был решительно настроен выпить её кровь. А ещё Якубович знает, что оторваться, уже почувствовав заветный вкус, крайне тяжело для любого вампира.       Оля пытается уснуть, и уже где-то на границе между сном и явью ловит в голове интересную мысль. Она не знает, правда это, или ей просто хочется так думать, но почему-то чувствует, что тем, кто остановил фантома и дал ей уйти, был сам Артём.

***

      Пока Саша восстанавливается дома и от слабости спит почти всё время, Олег вместе с Владом сидит в гостиной у Вики. Ведьма не просила их оставаться, но была благодарна за то, что они предложили это сами.       Райдос чувствует себя одиноко по очевидной причине. Она не знает, где Виктор, и в этой ситуации нуждается в поддержке как никогда. Они снова говорят об Артёме, отвлекаются на звонок Оли Олегу, и выдыхают хотя бы от того, что сегодня от рук незнакомого фантома никто не пострадал.       Вика так и не решается спрашивать о ритуале, о котором Влад рассказал всем ещё утром. Она с трудом представляет, что сейчас чувствует Шепс, оказавшись перед тяжёлым для себя выбором. Райдос не хочется, чтобы Олегу снова пришлось ломать самого себя, но она, как и остальные, не видит другого варианта спасти Краснова и закончить всё это без ещё одной невинной жертвы.       Ведьма уходит на кухню, чтобы сделать себе чай, а Олег выскальзывает на балкон курить. Он щёлкает зажигалкой, поджигая сигарету, и улыбается, слыша, как сзади тихо открывается дверь.       Влад обнимает его со спины, укладывая подбородок на плечо, и слегка морщится, когда порыв ветра из приоткрытого окна резко бросает ему в лицо клубок дыма.       — Зачем ты хочешь ехать на испытание? — тихо спрашивает он. — Это же Тула, всего пара часов езды.       — А потом целый день и целая ночь в гостинице по соседству с Красновым, — добавляет Шепс.       — Вряд ли он решится что-то сделать под прицелом кучи камер.       — Влад, ты же понимаешь, что твой вопрос звучит глупо? — снова улыбается Олег. — Ты бы остался дома, если бы в этой тройке на твоём месте был я?       Череватый усмехается и прикрывает глаза, понимая, что медиум абсолютно прав. Он знает, что они оба не хотят отпускать друг друга даже на несколько часов, особенно туда, где хотя бы в теории может быть опасно.       — Я хочу обратно в то время, где самой большой проблемой были перформансы твоего брата в готзале, — устало говорит Влад.       Шепс тихо смеётся, локтем толкая его под рёбра, но тоже думает о том, как хочется снова куда-нибудь сбежать: хоть в тот самый лес, где они могли просто быть вдвоём и ни о чём не волноваться. Тот счастливый день почему-то кажется уже таким далёким, хотя был только позавчера.       У них обоих внутри снова куча переживаний, каких-то новых страхов, и Олег думает о том, что во всей этой ситуации держится только за счёт одной вещи, которая стабильно не меняется, что бы ни происходило. Череватый стоит рядом, согревая его своим теплом на этом холодном балконе, и это то, что не даёт медиуму сдаться.       — Я люблю тебя, — еле слышно говорит Шепс.       Влад отвечает поцелуем, и Олег тут же выбрасывает окурок, разворачиваясь к нему и обнимая за шею. У Череватого во всём этом хаосе тоже есть ровно одна причина не опускать руки, и эта причина сейчас целует его так нежно, что он плавится, окончательно забывая то, сколько нервов потратил сегодня, переживая за Вику.       Они стоят так ещё несколько минут, пока, наконец, не отрываются, заглядывая друг другу в глаза.       — Ты устал, — заботливо говорит Шепс, проводя пальцами по его волосам. — Поехали домой, тебе нужно поспать перед испытанием.       Влад открывает балконную дверь, делает шаг в комнату и вдруг замирает на месте.       — Ты чего? — Олег от неожиданности врезается в его спину.       — Ты чувствуешь?.. — не оборачиваясь, тихо спрашивает Череватый.       Запах крови ударяет в нос обоим, и Шепс видит, как чернокнижник начинает дрожать всем телом.       — Вика? — громко зовёт Влад, но ответа не поступает, и через пару секунд они бегом срываются на кухню.       Череватый первым заворачивает за угол коридора и давится воздухом от страха: белый косяк двери испачкан ярко-красным пятном, а на полу, с кровью на виске, без сознания лежит Райдос.