Недосказанность

***

Спустя три года после выпуска из академии Юэй, ученики класса А решили встретиться в одном из ресторанчиков Токио. Шумная компания отдыхала в одном из них, занимая не малую долю площади помещения. Столики были составлены в один длинный и ребята во всю веселились, вспоминая былые деньки. Каждый рассказывал свои истории из геройской сферы, а кто-то даже успел жениться! Собственно, одна из причин, по которой, выпускники были собраны спустя столь долгое время. Мидория решил убить двух зайцев: встретиться со всеми, и чтоб сообщить новость о том, что они с Очако помолвлены. На их безымянных пальчиках красовались золотые ободки-кольца, которые то и дело блестели в тёплых оттенках освещения ресторанчика. Присутствовали абсолютно все, правда, одного всё же не хватало. Но он успел предупредить зачинщика сей встречи, что опоздает, ибо добираться ему из соседней префектуры. Место за столом, а именно, в самом конце - пустовало, ожидая Красного Бунтаря. Ему заранее оставили место рядом со Взрывным парнем, которому было совсем плевать на происходящее. Он тихо-мирно сидел и попивал пиво из своей кружки. Поначалу были все удивлены спокойствию Взрывного, чуть позже свыкшись с его молчаливостью, посчитали, что и сам Бакуго за три года мог измениться. Светловолосый парень то и дело бросал взгляд на стул, который до сих пор пустовал. Они с Бунтарём не виделись три года. Да что там не виделись, не переписывались даже. После финальной битвы с Шигараки Томурой, в которой Бакуго чуть не распрощался с жизнью, Киришиму будто подменили. Бакуго долгое время пролежал в больнице. За это время учёба в Юэй подходила к концу. Выпускной класс, некие поблажки за сдачу экзаменов. Из-за того, что Бакуго был первым в классе по успеваемости, ему засчитали почти все предметы автоматом. Довольно сильно пострадав при сражении, преподаватели на это так же не закрыли глаз и вошли в положение героя. За всё время, что он валялся под аппаратами жизнеобеспечения, его ни разу не навестил "друг". Который громче всех кричал, что они со Взрывным друзья до гроба. И что? И где? Когда Бакуго выписали из больницы, все экзамены уже были закончены. Он вернулся в общежитие за своими вещами и не обнаружил соседа за дверью напротив, комната которого уже пустовала. Бакуго перестал вообще что-либо понимать. Тем же вечером, находясь уже в доме родителей, он написал Киришиме, но мессенджер говорил лишь о том, что сообщение было доставлено, но не прочитано. И на следующий день была та же история. И через два дня, неделю. Киришима как сквозь землю провалился. Бакуго и не стал навязываться более. После того раза, диалог в мессенджере с Киришимой больше не открывался. Жизнь потекла своим чередом: восстановление, получение официальной лицензии героя, агентство, переезд. И всё это за три года. Бакуго успел подняться по геройской лестнице в топ 10 Токио. Дверь в ресторанчик была открыта, об этом оповестил колокольчик, что висел над ней, и все тут же обернулись на вечернего гостя, который извиняясь уже проходил к знакомым друзьям. Бунтаря тут же заключил в объятия Каминари и Изуку поприветствовал друга широкой улыбкой. Все взгляды и вопросы были обращены к юноше, который, видимо, пришёл сразу же после работы. На нём был надет серый костюм, чёрная рубашка, и уже ослабленный красный галстук. В руках он держал небольшой портфельчик. С виду и не скажешь, что он про герой. Обычный офисный работник, но. Сильно бросались в глаза телосложение, мелкие шрамы на лице, ладонях. За три года парень вытянулся, стал выше и шире в плечах. Волосы были так же окрашены в красный, но не стояли торчком, а лишь ровно лежали по плечам до самой груди. Определённо, волосы стали длиннее, и скорее всего, мягче. Так думал Бакуго, который не отводил свой взгляд из-под края кружки, изучая. Киришима молча кинул свой портфельчик на пустующий стул, подхватил принесённую кружку пива и продолжил разговор то ли с Ашидо, то ли ещё с кем-то. Внутри Бакуго что-то щекотало. Неприятное чувство. Будто он пустое место. Его не заметили. Он думал, что их встреча пройдёт немного иначе, но Киришима даже не смотрел в его сторону. Что произошло? Почему отношение этого чёртового Киришимы так изменилось? Было много вопросов, но ни на один не было ответа. Когда Киришима чуть поубавил активную фазу общения, он присел за стол, предусмотрительно повесив пиджак на спинку стула. Он просто сидел и слушал с тёплой улыбкой на губах рассказы друзей, попивая хмельной напиток из кружки. Ни разу его голова не была повёрнута в сторону стула, который стоял у головы стола. Истории лились, как пиво по кружкам. А у кого, что и покрепче. Киришима допивал уже третью кружку пива и поднялся из-за стола, чтоб отойти в уборную. Бакуго, немного обождав, осторожно поднялся следом и оставил свою недопитую кружку на столе. Максимально тихо он покинул шумную компанию одноклассников и направился в сторону уборной. Зайдя в неё он подпёр спиной дверь изнутри, складывая руки у груди. Прикрыл глаза и ждал пока парень, что отошёл минутой ранее, сделает все свои дела. Последний вышел из кабинки, подойдя к рукомойнику. Приподняв голову он уставился в зеркало перед собой, в отражении которого был замечен его давний "друг". Киришима тяжело вздохнул, разворачиваясь и направляясь к двери. Он знал, что разговора не избежать. Но так не хотелось выяснять отношения в какой-то уборной ресторанчика Токио. Подойдя к светловолосому юноше он остановился в паре метров от него. Алые глаза из-под светлой чёлки были обращены на того, кто стоял перед ним. Да, Бакуго был прав, ранее размышляя о том, что этот чёрт стал выше него и шире, пришлось немного задрать голову. - Ничего не хочешь мне сказать? - светлые брови свелись к переносице, глаза смотрели чётко перед собой в такие же алые, которые впервые за весь вечер были обращены на него. - Бакуго.. - не успел Киришима продолжить. - Какого чёрта происходит?! - Бакуго не сдержался, отталкиваясь спиной от двери. Он схватил Киришиму за грудки, сжимая ткань рубашки до треска. В дверь, конечно же, постучали и волнительное "ребята?" от Каминари. Пришлось разорвать зрительный контакт и отступить от Киришимы в сторону, чтоб это желтоволосое недоразумение протиснулось внутрь уборной. - Эй, вы что здесь, ссоритесь что-ли? Когда успели повздорить? -Тц. - Бакуго цыкнул, обойдя Каминари, намеренно задев того плечом и выходя в зал ресторанчика. - Что это с ним? - Каминари смотрел то на Киришиму, то на уходящего Бакуго к столам. - Он весь вечер молчал, а тут решил голос подать? Что у вас уже стряслось? - Каминари всё не утихал. Киришима лишь похлопал друга по плечу и выходя сказал, что всё нормально, и что не о чем беспокоиться. Вернувшись за стол, Бакуго опрокинул из оставленной кружки остатки пива в себя. Наконец компания начала собираться, ибо время уже перевалило за добрый час ночи. Ребята, оплатив по счетам начали прощаться друг с другом и постепенно покидать помещение по приезду за ними такси. Бакуго надел лёгкое тёмное пальто и вышел на улицу, вдыхая полной грудью свежий воздух. Ничего так не отрезвляло, как колкий осенний ночной воздух, что пробирался в лёгкие при вдохе. Он сунул руки в карманы, нащупывая пачку сигарет. Он редко курил, но сейчас хотелось очень сильно. Плюс, именно после алкоголя хотелось курить вдвойне. Тонкая сигарета была зажата губами, Бакуго хватило пару искорок пальцами, чтоб подкурить. Последним, ожидаемо, из заведения вышел Киришима, тут же ёжась от ночной прохлады в своём-то костюмчике. Тот зажал портфельчик под рукой, доставая телефон, чтоб вызвать такси в приложении. - Далеко ехать? - подал голос Бакуго, стоя чуть поодаль в тени, чтоб свет от ресторанчика не попадал на него. Киришима вздрогнул, чуть не выронив смартфон из рук. Он повернул голову, уже зная кому сей голос принадлежал. - В соседнюю префектуру. - не громко ответил обладатель красной шевелюры, глядя на огонёк, что таял на конце сигареты. - И давно куришь? - перевёл глаза с сигареты на глаза собеседника. - Знал бы, если б не свалил с радаров на три года. - ответил в своей манере Бакуго. Докурив кинул бычок на землю, тут же на него наступая. - Хах, и то верно. - вынужденная улыбка, глаза вновь в смартфон. Сейчас Киришима казался таким крошечным, загнанным в угол мышонком, от чего Бакуго его стало немного даже жаль. - Далеко же тебя унесло, - ковырнув остатки бычка носком ботинка, Бакуго смотрел в землю. - Можем пойти ко мне. Рядом живу. Плюс, уже поздно. И холодно. Киришима задержал палец над кнопкой вызова такси вновь поворачиваясь к Бакуго, который уже сошёл с места и начал потихоньку отходить от заведения. Красноволосый заблокировав гаджет, сунул тот в карман брюк и направился за столь знакомым силуэтом со спины, но в то же время, уже таким далёким. Им нужно было поговорить, так как не было и дня, чтоб Киришима не думал о своём "друге". Он понимал, что поступил не хорошо, вот так оборвав связь и даже ни разу не навестив в больнице. Он просто не мог. Не мог видеть Бакуго без сознания, всего в бинтах и проводках. До квартиры Бакуго, действительно, было недалеко идти. Киришима не успел сильно замёрзнуть, как уже заходил в квартиру на первом этаже в какой-то престижной многоэтажке. Зайдя за хозяином квартиры он не знал как себя стоит вести. Оставшись в прихожей на какое-то время, гость осторожно снял обувь и оставил её там вместе с пиджаком, который был повешен на крючок. Там же, у стены, был оставлен и портфельчик. Хозяин квартиры стянул пальто, вешая его в той же прихожей. Оставшись в одной водолазке, которая облегала каждый выступ крепких мышц, Бакуго прошёл вглубь квартиры в направлении кухни. Киришима только сейчас понял, что пялится на перекатывающиеся мышцы под черной тканью, когда тот совершал любое движение телом. Безусловно, это было очень красиво. Всё, что касалось Бакуго, в голове Киришимы, казалось столь прекрасным, особенным. - Чай или продолжим пивом? - островок на кухне был подсвечен холодным светом. Бакуго подошёл к холодильнику, доставая себе бутылку пива и переводя внимание на гостя. - Пиво. - коротко ответил Киришима, пройдя в просторную комнату, что была вместе с тем и кухней. Мебели было не слишком много: кожаный диванчик, телевизор у стены, журнальный столик. В принципе, было минималистично и уютно. Подойдя к диванчику, красноволосый уселся на кожаную обивку. Парой секунд позже подошёл к нему Бакуго, ставая чуть ли не впритык к дивану. Киришиме пришлось откинуться назад, чтоб не встретится лицом с торсом Взрывного. - Ну и? - Бакуго протянул гостю бутылку пива, смотря на того сверху вниз. - Ничего не хочешь мне сказать? - и вновь этот вопрос. Киришима взял бутылку, поднимая голову на того, кто задавал его уже второй раз за ночь. - Что ты хочешь услышать? Почему я ушёл, не сказав ни слова? Почему не писал все эти три года? - Киришима старался не выйти из себя, но внутри будто что-то ломалось. - Просто, блядь, какого чёрта, а? Ты даже номер сменил. Переехал в другую префектуру. И всё это для того, чтоб быть как можно дальше от меня? Я не понимаю, что чёрт возьми, я сделал не так. - Бакуго с характерным звоном поставил бутылку позади себя на стеклянный столик, успев сделать лишь пару глотков из той. В эту же секунду, предложенная гостю бутылка, была так же отставлена на журнальный столик. - Бакуго.. - Киришима скорчил страдальческое лицо и потянул руку вверх так, чтоб ладонь коснулась чужого лица, а большой её палец лёг на затянувшийся шрам с правой стороны скулы. - Я просто не мог. Не мог смотреть тебе в глаза, понимаешь? - кожа под пальцем была грубой, но уже полностью зажившей. - Не мог смотреть в глаза и поэтому свалил хер знает куда? - Бакуго даже не вздрогнул от прикосновения. То ли алкоголь затупил чувства, то ли ещё что, но Бакуго не одёрнул чужую ладонь и смотрел прям перед собой на Киришиму. - Я винил себя, ясно? - эти, стало быть, простые слова Киришиме дались с трудом. - Винил себя в том, что произошло с тобой. Ты был при смерти, а я.. А я ничего не мог сделать, так как меня даже рядом не было.. - Киришима опустил руку, с тем же опустил и глаза. Глаза Бакуго округлились и он не мог переварить сказанное. - Ты знаешь, я наверно пойду. - Киришима начал подниматься с дивана, но тут же был усажен обратно. - Сидеть. - прошипел Бакуго, сжимая пальцы на плече, усаженного под напором, Бунтаря. В Бакуго сейчас металось столько чувств и он не знал, что выпалит первым. А сказать хотелось много. - На меня смотри. - приказным тоном. Киришима вновь поднял глаза, которые, как показалось Бакуго, блестели не только от света кухонной подсветки. - Ты совсем идиот? - Бакуго пытался понять эмоции, которые испытывал сам. В данный момент. Ему хотелось прибить этого идиота и в тоже время сжать в объятиях. - Возможно.. - уголок губ дрогнул в подобии улыбки. Выдавил. Слишком очевидно. - Ты ни в чём не виноват, ты же это понимаешь? Ты что, все эти три года винил себя в произошедшем? - Ты пострадал. Чуть жизни не лишился. А я.. Я ничего не мог с этим сделать. Я не защитил тебя тогда. - голос дрожал. Все чувства, как открытые раны, которые так старательно старался залечить Бунтарь. - Ты просто безмозглый идиот. - Бакуго сжал губы в тонкую полоску, ослабив хватку на плече Красного и опуская руку вниз. Киришима не долго боролся с желанием, которое возникло почти сразу же в его то ли хмельной, то ли просто затуманенной голове. - Я могу тебя обнять? - Киришима взял ладони Бакуго в свои. - Можешь. - одно простое слово и Бунтарь потянул того на себя. Киришиме пришлось откинуться на спинку дивана, запрокинув голову на неё, от чего красные волосы прядями рассыпались по кожаной обивке. Положение Бакуго оказалось мало удобным, так как он навис над Киришимой, упираясь коленом в диван между разведённых ног Бунтаря, при этом облокачиваясь одним из локтей на спинку дивана. Пришлось немного прогнуться в спине, чтоб взглянуть в глаза напротив, которые выдавали толику волнения. Киришима осторожно поместил ладони на бока Бакуго и прошёлся медленно ими вверх, обвивая крепкую спину. Притянув того к себе ближе, прогибая ещё сильнее, их лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. Столь интимный момент, который мог только сниться или остаться фантазией на один из вечеров. А Киришиме нечто подобное даже снилось когда-то. И не раз. Он давно понял, что влип. Влип в Бакуго по самые уши. А всё ведь так хорошо начиналось с простой дружбы. Как ему казалось. Киришима знал уже тогда, что не сможет полюбить кого-то, ибо зависел от этого парня напротив. И он знал, что эта зависимость была обоюдна. Никто не мог представить Бакуго с кем-то. Не с его характером, не с его замашками. А Киришиме было плевать. Он все подколки, ругательства в свою сторону обходил будто неуловимый змей. И даже сейчас. В его руках было самое драгоценное, от которого, три года назад, он так старательно пытался сбежать. В голове крутились мысли лишь о том, что он хочет коснуться губ напротив. Киришима опустил взгляд на те самые губы. Разумеется, этот взгляд не остался незамеченным и Бакуго первым подался вперёд пока только касаясь губ Киришимы, при этом не закрывая глаз. Он изучал. Киришима ответил на столь ребяческий поцелуй, не уступая во взгляде. Сжал руками талию Бакуго чуть крепче и только сейчас подумал о том, какая же она у него была тонкая с учётом того, какими массивными казались плечи. Невыносимо. С новыми чувствами он вжался в чужие губы сильнее, всё ещё напрягаясь от того, что в любой момент может получить по голове. Но этого не происходило, как в данный момент, так и в последующие. Бакуго лишь упёрся вторым локтем в спинку дивана, оставаясь при этом в столь уязвимом положении. Ответив на требовательный поцелуй, тот вышел немного смазанным, неловким, так как оба не имели ни малейшего понятия как это делается. Но. Всё происходило по наитию, и как считали оба, правильным. Поцелуи перешли на уровень повыше. Добавился язык. Всё было так странно, в новинку и так волнующе. Во время очередного поцелуя, который уже успел стать чувственным, Киришима скользнул ладонью по ткани водолазки вниз по спине. Проехался пальцами по кожаному ремню и остановил их на ягодице, сжимая её. От чего сразу же получил укус в губы. Ситуация очень сильно заводила, кажется, обоих. Бакуго был столь отзывчив, что Киришима просто срывало крышу. Он вытянул заправленные края водолазки из брючного ремня и забрался под неё ладонями, ведя по спине вверх, тем самым задирая ткань и намекая на то, чтоб её обладатель избавился от, вдруг став ненужной, вещицы. Хотелось быть ещё ближе. Кожа к коже. Бакуго не дурак, намёк был понят моментально. Оторвался от Киришимы и стоя коленями на диване, выпрямился, извиваясь телом вверх снимая водолазку. Киришиме оставалось лишь наблюдать с приоткрытым ртом, сглатывая вязкую слюну. Когда водолазка была откинуть на пол, алые глаза непроизвольно метнулись на правую руку Взрывного, которая была укрыта уже зажившими шрамами, ожогами. И вновь на лицо вернулось извиняющееся выражение. Губы сжались в полоску, а брови с тоской свелись над переносицей. Киришима аккуратно коснулся руки Бакуго у запястья и медленно повёл пальцами вверх по рыхлой искажённой коже. - Прости. - только и смог жалостливо выдавить Киришима на грани слышимости. - Хватит. Я тебе уже говорил и повторю для слабоумных вновь. Ты не виноват. Запомни это раз и навсегда и прекрати корчить эти несчастные рожи, - Бакуго словил ладонь Киришимы своей, переплетая их пальцы. - Теперь твой черёд. - светловолосый махнул головой в направлении воротника рубашки, на котором давно уже болтался никому не нужный галстук. Киришима понял всё без слов, что приятно удивило. Пальцами свободной руки он поддел ткань красного галстука и в этот же момент освободился от его оков, оставив свисать куском ленты по обе стороны от ворота. Неспешно полностью расстегивал пуговицы рубашки, оставляя её в таком виде болтаться на теле. Этой же ладонью он вновь притянул Бакуго к себе. Теперь их лица были напротив и Бакуго умостился на одной из ног Красного. Момент и тело Бакуго было вжато в крепкое тело напротив. Киришима лизнул кончиком языка уголок губ светловолосого, а после последовал жаркий поцелуй, который ни за что не хотелось заканчивать. Но было нужно, чтоб возобновить поток воздуха в лёгкие. После того, как воздух в них поступил, Киришима чуть склонил голову к правому плечу Бакуго и осторожно коснулся губами начала шрама, который тянулся до самых кончиков пальцев. Аккуратные поцелуи начали осыпать части шрама, до которых смогли дотянуться тёплые губы. Бакуго этот жест показался глубоко личным. Уязвивым. За подбородок он вернул голову красноволосого в прежнее положение. - Опять извиняешься? - Бакуго прочёл этот жест по-своему. - Не совсем. Просто хочу узнать о тебе всё, что упустил за прошедшие годы. Бакуго на это ничего не ответил. Только пристальный взгляд алых глаз в такие же напротив. - Волосы сильно отрасли. - всё так же в глаза. Речь зашла о волосах Киришимы, которые, действительно, доставали уже до груди. Этим Бакуго попытался смягчить углы. - Я их за три года так и не подрезал. Только подкрашивал. - этот гипнотизирующий взгляд будоражил все внутренности. Он смотрел прямо в душу, и казалось, видел её насквозь. - Вот как. Мне нравится. Впервые Киришима слышит о том, что что-то понравилось бы Бакуго помимо взрывов. - А мне нравишься ты. - выпалил первое, что крутилось в голове уже битый час. А иных мыслей и не было, когда на тебя так смотрит тот, кого и за друга давно уже не считал. От столь пронизывающего взгляда готов говорить правду и только. Светлые брови метнулись вверх, но лёгкая улыбка не скрыла его настоящих эмоций. - Да что ты? - издевается. - И давно уже нравишься. Хотя нет, не нравишься, скорее.. Люблю. Люблю тебя, Бакуго Кацуки. По телу Взрывного прошлись табуном мурашки, от которых он даже выпрямился в спине и смотрел на Киришиму будто первый раз в жизни видит это красноволосое чудо. На мгновение повисла тишина. - Почему раньше не говорил, идиота ты кусок? - слова нашлись не сразу. - Потому что боялся разрушить нашу дружбу? Ты и так ни с кем не ладил, а если бы я ещё со своим "нравишься" прицепился, то ты бы точно остался один до конца учёбы в Юэй. - Киришима медленно моргнул, сцепив ладони на подобии замка позади талии Бакуго. - А ты? Что насчёт тебя? - с лёгкой тревогой в голосе и в тоже время с любопытством. - А если подумать? Стал бы я кому-то давать касаться себя? А уж тем более целовать, м? - изогнутая бровь, ладони светловолосого легли на крепкие мышцы груди ближе к ключицам. - А если нормальными словами? - Идиот, - лёгкая усмешка - Да. Ты мне тоже нравишься. И, кажется, я тоже тебя люблю.