Чужими глазами

Использование Кубка Перерождения прошло... не так, как он ожидал. Вместо своего безоблачного прошлого и мира, где Врата так и не открылись, позволяя человечеству жить в блаженном неведении об истинном положении дел во вселенной, Джинву открывает глаза в... полуразрушенном вагоне, залитом кровью, и его тело... оно ощущается сильным, это да, даже по меркам SS-ранговых Охотников - но Джинву с легкостью может сказать, что оно чужое. И отражение в заляпанном кровью стекле окна лишь подтверждает это. Волевая челюсть, слегка вьющиеся волосы, густые брови вразлет, прямой нос и эти темные глаза, взирающие пристально и с какой-то потаенной удрученностью... Вид привлекательный, но откровенно мрачный. Джинву готов поставить негодующе взвизгнувшего на это Беру, что сам он выглядит в сто крат лучше и откровенно дружелюбнее. Вот только взвизг Беру, обычно чрезмерно громкого, звучит на удивление приглушенно, как и шелест остальных Теней - зато очень отчетливо на задворках сознания матерится какой-то посторонний и незнакомый голос... | Кто ты, мать твою, такой?!.. | Это если опустить парочку красноречивых эпитетов, которые Джинву и слышит-то впервые в своей жизни. Итак, судя по некоторым наводящим фразам, мелькнувшим в проклинающей его тираде... Похоже, что поливает его отборнейшей грязью ни кто иной, как истинный владелец этого тела. Джинву понятия не имеет, где он оказался и каким именно образом, но мат истинного владельца этой тушки в его голове неожиданно сменяется угрожающими 'советами' о том, что нужно выбить дверь в соседний вагон как можно быстрее, чтобы забрать "тех двоих, пока не поздно". О ком именно говорит его невольный 'соседушка' - | Ю Джунхъек | рычат где-то за ухом, и это охренеть какое неприятное ощущение - Теневой Монарх знать не знает, и особо знать так-то тоже не хочет, но чисто ради успокоения Джунхъека-сси он с легкостью выламывает металлическую перегородку... Только, чтобы увидеть пустой окровавленный вагон с настежь открытой - точнее уж сломанной - дверцей, ведущей наружу. Ю Джунхъек откровенно бесится в его голове, рычит что-то про 'с самого начала не так, как должно быть', и требует отправиться за непонятной парочкой следом. Джинву искренне желает ему заткнуться: истерики 'соседа' начинают действовать ему на нервы, но он всё же делает шаг наружу, почти что одновременно с появлением странного Системного окна, на котором написано что-то про какой-то Сценарий. "Побег"?.. Джунхъек на задворках его сознания поливает грязью некий <Звездный Поток>, но Джинву несколько плевать. Он идет по полуразрушенному мосту прогулочным шагом, без особо труда расчищая себе путь кулаками от безголовых - жесть какая - и не очень мертвяков, благо статы позаимствованной тушки ему это вполне позволяют. Знакомая до оскомины картина города, полного дыма и жутковатого красноватого свечения, в полной мере дает ему понять, что именно происходит в этом мире. Из одного апокалипсиса в другой... Насколько хренов уровень его удачи? А потом Ю Джунхъек неожиданно слишком активно напоминает о себе, привлекая его внимание к единственному живому человеку на мосту помимо него самого. Правда, привлекает он внимание с конкретной целью 'допросить', смешанной с 'угрожать смертью', что оставляет у Джинву довольно мерзковатый осадок. Серьезно, в какого больного ублюдка его закинуло? Джинву и сам не святой, но агрессивно кидаться на первого встречного, это как-то... Худощавый мужчина в офисной одежде на первый взгляд кажется слабым, но Джинву ощущает притаившуюся в нем до поры до времени силу. А еще- - Ты не Ю Джунхъек. С такой легкостью определить это? Нет, минутку, он что же, знает о настоящем владельце этого тела?.. - Определенно, - пристально глядя на его лицо, веско выдает мужчина, криво улыбаясь, - не Ю Джунхъек. ...Джинву непременно должен забрать с собой этого человека. Н е п р е м е н н о. Вишенкой на торте является не то, что мужчина по имени 'Ким Докча' знает подозрительно много как о Сценариях, так и о Ю Джунхъеке - упомянутый аж давится матом в голове Джинву, когда бывший офисный клерк монотонно перечисляет, почему Теневой Монарх не может быть тем, в чьей тушке оказался. Нет, вишенка на торте - это то, каким безумцем Ким Докча является. Прыгнуть в пасть морской твари? С кривой улыбочкой? Да еще и со словами 'увидимся через четыре дня, Джунхъек-ки'? Джинву забирает, упакуйте.

-

Джунхъек в голове - заноза хлеще Беру (судя по стрекоту, Беру категорически не согласен с тем, что кто-то отнял его пальму первенства). Сидя на берегу реки Хан, Джинву вынужден слушать полдня угрозы и проклятья, и да, он теперь понимает, почему Ким Докча так легко определил в нем 'импостера'. Если Ю Джунхъек ведет себя так со всеми без исключений, то Джинву катастрофически ошибся, когда подошел к одинокому человеку на мосту со спокойным 'Кто ты?' По ходу, придушить или попытаться и вовсе убить чужака было бы менее 'ООС'-но... Вот только Джинву искренне не понимает, какой прок в убийстве того, кто вроде как слабее тебя - по крайней мере, пока что: есть в Ким Докче что-то, что заставляет Джинву снова и снова вспоминать о нем. Но сейчас тот почти безобиден. Однако, так считает только Теневой Монарх, если припомнить, как злобно отреагировал Ю Джунхъек на незнакомца. Вот только... Сам бы Джинву просто прошел мимо, игнорируя незнакомца. Но убивать?.. В целом, Ю Джунхъек, судя по всему, тот еще психопат. В его голове как по щелчку пальцев начинают яростно ругаться. То, что Джунхъек так легко способен уловить его мысли, немного напрягает. В полуразрушенной наплывом чудищ школе практически нет выживших - и вид залитых кровью коридоров и неподвижных тел не триггерит Джинву только по той простой причине, что все ученики, похоже, погибли вовсе не от когтей монстров, пусть те и рыскают снаружи. У трупов нет голов - не отсечены, не отгрызены, а скорее взорваны, и умолкнувший на подходе к учебному заведению Ю Джунхъек лишь мрачно произносит в его подсознании: | ...Первый Сценарий. | Сценарии, судя по всему, тут та еще хрень. Джинву пока не разобрался до конца, он и действует то лишь на адреналине и потому что должен хоть что-то делать: осознание, что с Кубком что-то пошло категорически не так, еще лишь формируется в его уме, и это не будет таким уж приятным событием, когда до него дойдет окончательно. Это, пожалуй, единственная причина, по которой Сун Джинву поддался 'угрожающим уговорам' Джунхъека отправиться в это место. Тому чертовски нужно забрать отсюда какого-то человека, и это удивительно, если тут и впрямь кто-то выжил. Девчонка, угрожающая ему шваброй - это нечто новое в его опыте, вызывающее смесь забавы и жалости. Джинву выслушивает все требования свалить подальше (это если смягчить формулировку, конечно же), со снисходительным выражением чужого лица. Вопрос, как Ю Джунхъек узнал об единственной выжившей в этой громадной общей могиле, в которую превратилась школа, - очень интригует. Его невольный 'сосед по тушке' требует обеспечить Ли Джиё (так зовут боевую - перепуганную до чёртиков - девицу) оружием и отправить в ближайшее подземелье для прокачки. То, как уверенно Ю Джунхъек об этом говорит - и о том, где добыть средней паршивости меч, и о местоположении низкорангового подземелья - заставляет Джинву задуматься, что 'соседушка' знает еще больше, чем он предполагал. Джунхъек агрессивно затыкается, уловив его мысли, лишь спустя паузу сварливо кидая: | У девчонки талант. Если развить, она станет сильной. | Отчего-то это будит не слишком приятные воспоминания о посещении его собственного первого 'учебного' Подземелья, где он получил свой любимый кинжал. Если Эшборн в то время думал точно так же, как Джунхъек, Джинву заочно сочувствует Ли Джиё. С таким наставником и врагов не надо: он прибьет её раньше, чисто из 'благих намерений'. Но, если девчуля и впрямь имеет талант к бою на мечах... можно пойти и другим, менее рискованным путём. Игрис ведь Мастер Меча, как-никак.

-

Проходит уже три дня, полных потрясающих спецэффектов и рева монстров снаружи, когда что-то дергает Джинву подняться с пятой точки и вернуться на берег реки Хан. Он игнорирует напряженное ворчание притихшего за эти дни Ю Джунхъека - тот явно что-то пытался сделать всё это время, Теневой Монарх порою ощущал нечто сродни щекотки на задворках сознания, но силенок его непонятного 'соседа' явно недостаточно для ментальной атаки или чего-то подобного. Немудрено, что Ю Джунхъек оскорбился таким поворотом событий и предпочитал молчать в тряпочку, лишь изредка что-то бормоча, когда Сун Джинву от скуки наблюдал за тренировками Ли Джиё. Подход Игриса Джунхъека не особо впечатлил: 'соседушка' явно хотел научить девчонку чего-то иному, однако сама Джиё была в диком восторге. Что вполне естественно, учитывая, что её ни в каких подземельях не запирали, оружие дали получше предложенной Системным тайником зубочистки, да и в целом относились вполне лояльно. Не говоря уже о том, что Игрис как учитель, мягко говоря, просто сокровище - всё объяснит, всё покажет, и спарринговаться с ним не так страшно, как было бы с настоящим Ю Джунхъеком, учитывая склонности упомянутого к агрессии на пустом месте. К слову, об Игрисе. И не только о нём. Джинву понятия не имеет, причина ли в этом мире, в Сценариях или еще в чем-то, но призвать он способен лишь пять Теней. Это если про обычных солдат говорить. А вот если о ком-то уровня его генералов, то даже присутствие одного Игриса выматывало так, будто Джинву вернулся в самое начало своих адских тренировок с Системой и, проштрафившись, целые сутки уносил ноги от оголодавших песчаных сколопендр. И никакого тебе 'Восстановления Статуса'. Вот вообще. Обидненько. За эти три дня Сун Джинву обдумал всю свою ситуацию от и до, и... ни к чему не пришел. Всё должно было быть не так. Рассуждая логически, Кубок просто не мог телепортнуть его в какой-то другой мир и, тем более, в чью-то чужую тушку. Да еще и так неподходящую его силам - серьезно, чтоб призвать хотя бы былую свою сотню бойцов, Джинву придется прокачивать Ю Джунхъека по адской программе, некогда персонально разработанной Эшборном! Хоть этот типчик с проблемами с гневом и считается тут чуть ли не сверхсильным, по меркам самого Теневого Монарха, он - сущее дитя... Джинву не знает, сможет ли он вернуться в родной мир. Да и... есть ли, куда возвращаться. Правители что-то говорили про повреждения Кубка. По их словам, это, десятое использование, должно было стать для артефакта вообще последним. Могло ли именно это сыграть свою роль?.. Обернулось ли всё тем, что Кубок не справился с поставленной задачей, исчерпав свой лимит, и его мироздание, оно просто- Глядя на обманчиво спокойные воды реки Хан, Сун Джинву впервые за очень долгое время искренне надеется, что его домыслы о стёртом использованием Кубка родном мироздании - просто мрачные фантазии, навеянные депрессивным настроем, шоком и злобным бормотанием того, чье тело он занял. И даже, если он тут, где-то на просторах вселенной всё еще существует его мир, его Земля. Джинву действительно... хочет, искренне хочет обоими своими сердцами верить в это. Что его дом по-прежнему где-то существует, пусть и без него. От мрачных мыслей его отвлекает движение на реке и - вы только гляньте на это! Джинву не может сдержать улыбки (что чувствуется так странно с этими, словно задеревеневшими, лицевыми мышцами), глядя на небольшой, эм... плот?.. это можно назвать плотом?.. с одиноким, упорно гребущим человечком на нем. Ю Джунхъек странно хмыкает в его подсознании, пока Теневой Монарх поднимается с места, невольно почесывая шею: от завихрений мерзкого отравленного тумана, появившегося на поверхности не так давно, нет особого вреда, кроме легкого темного ихора на коже - всё же, как оказалось, его иммунитет ядам каким-то боком влияет и на нынешнюю тушку. Но не сработай иммунитет, и дело запахло бы паленым. Очень сильно. Здешние Сценарии - вещь странная и на удивление продуманная в плане всяких гадостей и подлянок. Джинву на полном серьезе размышляет, не может ли быть к ним причастен один знакомый ему Архитектор?.. Ким Докча выглядит основательно потрепанным, что не мудрено - его, на минутку, проглотил чертов ихтиозавр. Но все же внутри что-то неприятно натягивается, стоит Джинву заметить следы - и весьма обширные - явных ожогов кислотой, не говоря уже о слишком очевидном измождении и этой впечатляющей синеве под глазами. Что бы ни сотворил с той морской тварью Ким Докча за прошедшие три дня - далось оно ему чертовски трудно. Когда сравнительно новый знакомый ступает с шаткого 'плота' на берег и у него подкашиваются ноги - Джинву рядом, предусмотрительно ловит мужчину, не позволяя упасть на землю. В ответ на него недоумевающе взирают темные глаза: восхитительные звездные омуты с вспыхивающими созвездиями по радужке, и черное сердце - где бы оно сейчас ни было, учитывая чужую позаимствованную тушку - пропускает удар, пока вполне человеческое заходится в трепете. Ю Джунхъек в его голове что-то буркает, слишком тихо и невнятно; Джинву не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы сразу же понять - тот тоже впечатлен и при этом несколько растерян. Они оба не заметили это в первую встречу с Ким Докчей. Ю Джунхъек был в ярости от захвата его тела, а самого Джинву больше интересовала внезапная осведомленность мужчины напротив незапланированной одержимостью. Потом же... была лишь кривая улыбка замыслившего каверзу демона, проступившая на краткий миг через скрадывающиеся черты вполне человеческого лица. И вслед за этим - шаг назад с моста. Туда, где разинула пасть морская голодная тварь. Поэтому не удивительно, что они оба сейчас на миг словно выпадают из реальности. ...у людей не может быть таких глаз, верно же? Как и какой-то хрени во рту, к слову говоря, и Джинву осознает наличие этой самой хрени только, когда Ким Докча пытается ему - им - что-то сказать. Невнятно так. На вырвавшийся смешок Теневого Монарха Ким Докча реагирует закатыванием глаз, после чего из ниоткуда - Системное хранилище?.. - достает еще одну помятую хреновину и сует ему в руки, предварительно молча показывая на тянущийся по шее Джинву ихор. Смысл вполне понятен, но бывший Охотник ещё некоторое время крутит штуковину в руках, пока Система - голубая с белым, все еще несколько непривычная - не именует ту как 'Легкие Обезьяны Элейн' и не советует засунуть их в рот для фильтрации воздуха. Гадость какая... Попытка вернуть подарок ничего не дает. Ким Докча смотрит на него с трудночитаемым выражением, и начинает идти с сторону полуразрушенного города. Настолько бойко, насколько ему позволяют явно не слишком подчиняющиеся ноги. Подглядывать за кем-то, кто переодевается, это весьма смущающе... было бы, не закопай Джинву свой стыд некогда глубоко и живьем. В его родном мире слежка за другими была частью его тактики, но, учитывая нынешнюю ситуацию с его силами, бойца в тень Ким Докчи запендюрить еще не скоро удастся, так что Теневой Монарх решает проследить за всем лично. Он не сводит глаз с худощавой молочно-белой спины, покрытой болезненными покраснениями в местах ожогов. Ю Джунхъек с отвращением именует его извращенцем. Ким Докча от себя тоже добавляет нечто подобное, невнятно из-за 'Легких Обезьяны Элейн', после чего жестами показывает сперва на самого себя, а потом на ближайший продуктовый магазин, каким-то чудом пока что не обнесённый никем от и до. Жест весьма понятный, и Джинву молча кивает, демонстративно поигрывая выданными ему ранее 'Легкими'. Отравление не критичное и его иммунитет скоро избавится от всех последствий, вот только Докча, конечно же, не в курсе, а потому взглядом говорит ему, что он имбецил, прежде, чем направиться к магазину. Сун Джинву, хмыкнув, следует за ним. Что-то подсказывает ему, что, контролируй тело Ю Джунхъек, отношение Ким Докчи было бы совершенно иным. Возможно, именно наличие 'импостера', не желающего таиться перед ним, позволяет мужчине вести себя так фривольно. Мысль весьма дельная, и на миг даже мелькает мысль проверить её на деле, но Теневой Монарх отметает задумку в сторону. Если он хочет выяснить как о хозяине тушки, в которую попал, так и об этом мире со Сценариями, ему лучше внушить Докче, что он в некоторой степени зависим от него. Это облегчит их общение в разы. Ю Джунхъек в его голове странно хмыкает, но оставляет свое мнение при себе, в кои-то веки не высказываясь о решениях Джинву в негативном ключе. По связи Игрис отчитывается, что с Ли Джиё все в порядке и они готовы выдвинуться по первому его слову. У Джинву мелькает мысль, что девчонка по итогу станет чуть ли не образцовой мечницей с таким наставником: сам он особо всерьез поучения одного из своих генералов не воспринимал, однако Игрис всегда выкладывался на полную, и недооценивать его наставления всё же не стóит. Успокоенный сообщением главнокомандующего, Джинву следует к магазину, засунув руки в карманы вычурненного плаща а-ля 'Блэйд'. Ну и вкусы у Ю Джунхъека, стоит отметить... К слову о Ю Джунхъеке. | Этот человек слишком спокоен, | выдает внезапно его 'сосед по тушке', заставляя на миг сбиться с шага. | Особенно для того, кто выбрался из ихтиозавра... | «Особенно для того, кто был ихтиозавром проглочен», поправляет про себя эту фразу Джинву, и Джунхъек лишь странно мычит на это в его подсознании. Странность Ким Докчи бросалась с глаза с первого мига их встречи, и растёт она всё сильнее, хотя они и были знакомы всего ничего. Джинву сам тут чужак, чего уж говорить, но даже он, не посвященный в тонкости <Звездного Потока> и Сценариев, отмечает, как слишком ненормально быстро адаптировался к происходящему звездецу этот человек. В условиях апокалипсиса он - бесценен. Но и чертовски подозрителен, если вы спросите Сун Джинву. | Его не было раньше, | неожиданно бросает в его подсознании Ю Джунхъек, и будто этого мало, чтобы насторожить Джинву, добавляет: | Ни разу не было. | 'Ни разу', м? И это даже подозрительнее, чем тот шаг Ким Докчи с моста. А если сложить странную уверенность Ю Джунхъека ранее, что в соседнем вагоне должны были остаться двое выживших, не говоря уже о его знании о местонахождении Ли Джиё в той школе и парочке низкоранговых подземелий с тайниками... Ю Джунхъек резко умолкает в его голове, аж позволяя расслышать шелест Теней, и догадки Джинву приобретают еще больше четкости. Этот ублюдок не просто знал обо всем этом. Если отбросить закостенелые фразы о том, что подобное невозможно - и вспомнить тот же Кубок Перерождения в его родном мире, остается лишь один вариант. Ю Джунхъек уже переживал всё происходящее раньше. Джина в свое время зачитывалась новеллами на эту тему. Как там их главные герои назывались? Ах, да... «Регрессор, значит?» Молчание Ю Джунхъека на задворках его сознания приобретает мрачно-угрожающий оттенок. Теневой Монарх растягивает чужие губы в говорящей улыбке, со стороны больше походящей на оскал. О чем ему и говорит Ким Докча, вышедший из магазина не только с пакетами, полными еды, но и, эм... бесчувственной барышней на руках? - Подевфи, - цедит мужчина сквозь зубы и 'Легкие Обезьяны Элейн', и Сун Джинву принимает на руки оба пакета. Женщину ему не доверяют, и судя по косому взгляду на его лицо, еще не избавившееся от усмешки, Джинву догадывается, почему. | Не вздумай больше улыбаться моим лицом, | буркает Ю Джунхъек в его подсознании, еще более мрачно, чем обычно. Джинву лишь лыбится сильнее. Чисто назло. Позаимствованная тушка достаточно сильна, чтобы он джентельменски обеспечил проход для Докчи с его чутка оклемавшейся поклажей - вызвав у мужчины крайне скептический взгляд. Конечно же, настоящий Ю Джунхъек бы не стал этого делать: это слишком очевидно, но Докча лишь молчит, юркая внутрь. Джинву следует за ним, только сейчас отмечая, что своими действиями явно спугнул тех, кто ошивался тут ранее. Справедливости ради, любой бы поспешил свалить, увидев, как невесть чьи пальцы сминают металл задвижки, без труда ту поднимая. Ну, или почти любой, если вспомнить, как Ким Докча сам шагнул с моста на рандеву с ихтиозавром. О нет, ему не надоест это вспоминать! Джинву видел в своем мире много зарвавшихся Охотников, что считали, будто им все дозволено, хотя они получили по воле судьбы лишь C-ранг или B-ранг. Тем не менее, их бравада быстро сменялась неверием, смешанным с ужасом, стоило им понять, что они нарвались на кого-то, кто им не по зубам. Но Теневой Монарх редко когда встречал тех, кто действительно балансирует на грани гениальности и безумия. Тех, для кого страха на самом деле не существует. И в какую бы сторону ни склонялся Ким Докча... это очаровывает. Джинву ловит себя на мысли, что этот человек уж точно бы не сбежал на месте тех, кто тут отсиживался. Еще бы подошел и вежливо поинтересовался, не мешают ли пакеты и не подержать ли их, пока 'дорогие гости' заходят. Барышне оказывают первую помощь - с помощью третьей партии 'Легких Обезьяны Элейн', и сейчас Джинву может своими глазами увидеть, как эта хрень реально работает. Затемнения на теле женщины плавно бледнеют, но если следы отравы можно убрать, то вот намеки на нечто иное - другое дело. Джинву молча стаскивает плащ, оголяя крепкие руки, и кидает Докче, намекая, чтобы тот накрыл барышню, чья юбка щеголяет разрывами, явно не предусмотренными дизайном. Он может лишь смутно надеяться, что их находка смогла отбиться, вот только следы побоев и отпечатки пальцев на запястьях... явно говорят о другом. Вспоминая 'Ящериц', что становились причиной бесследного исчезновения многих низкоранговых Охотников в подземельях, Сун Джинву в полной мере осознает - апокалипсис стирает и без того мутные грани человеческой морали, независимо от мироздания. Ким Докча смотрит на него долгие пару секунд прежде, чем накрыть женщину плащом. Его и без того странно ускользающее от внимания лицо словно теряет любое выражение. Джинву не возражает. В полной тишине они наблюдают, как дыхание барышни выравнивается, цвет лица становится лучше. Сравнительную идиллию нарушает топот со стороны лестницы, и группа типичной гопоты не тянет на приветственную делегацию. Джинву хочет лично указать направление, куда тем топать, а еще лучше катиться кубарем по лестнице вниз - вряд ли кто-то из этих гнусно ржущих и бахвалящихся совершенной мерзостью утырков может быть сильнее тушки Ю Джунхъека; но в этот миг Ким Докча плавно поднимается, выуживая один из... шипов? Сун Джинву не нужно раздумывать, для чего. Пока Тени с одобрением шелестят в его подсознании при виде избиения Докчей быстро растерявших задор ублюдков, Теневой Монарх отмечает, как подозрительно затих Ю Джунхъек. Словно тот тоже наблюдает, пристально и не желая упустить ни единого мига. Что ж, Джинву не может его осуждать. Ким Докчу не трогает бравада особо крупного утырка, что строит из себя черте что. Не трогают его подначки и странные фразочки. И не трогает эта низкая радость противника, когда тот задевает его вскользь трубой. Джинву не может сказать, что дерется Докча виртуозно или умело, но каждый удар точный и жесткий, без сомнений и колебаний. И он видит холодный взгляд этого мужчины. Есть люди, которых ярость делает уродливыми. Но также есть и люди, что в ярости завораживают. Ким Докча явно относится к последним. - Почему ты так поступил? Джинву относит этот вопрос мужчины к риторическим, так как избитый бугай явно не способен дать дельного ответа. Он отмечает, как на миг Ким Докча замирает, словно в каком-то осознании. А потом его удары становятся еще решительнее. Когда всё кончено, Теневой Монарх не может удержать смешка при виде сбившихся в кучку ублюдков, что смотрят на Ким Докчу, словно тот - монстр, выползший из Врат. Это действительно смешно: то, как резко они изменили поведение, осознав, что противник куда сильнее. Что стало с теми уверенными в себе гангстерами, решившими, что во времена упадка мир принадлежит им? Он смотрит на Ким Докчу, что отпихивает бесчувственного здоровяка к его дружкам прежде, чем поднять на руки женщину. От начала и до конца тот не смотрел на него, словно даже в голову не брал, что Джинву может вмешаться. Он прав. Как бы Сун Джинву посмел вмешаться, когда перед его глазами такое зрелище? С лица бывшего Охотника не сходит улыбка, когда он слышит: - Ведите нас к своей группе.

-

Ю Джунхъек прекращает играть в дохлую рыбу в его подсознании, пока Докча раздает сухпаек своим товарищам, как выяснилось, тоже выжившим в том вагоне. Вероятно, известие, что выживших было аж пятеро, а не двое, сильно его впечатлило. | Ким Намвуна тут нет. | Джинву понятия не имеет, кто этот самый 'Ким Намвун', но, похоже, для Джунхъека он играл какую-то роль. Судя по еле ощутимым отголоскам какой-то горечи - ту же роль, что и Ли Джиё. Был ли упомянутый в прошлом, эм, регрессе сторонником Ю Джунхъека? Уточнить у 'соседа' Джинву не успевает. | Спроси его. | Теневого Монарха на миг дергает мысль, что Ю Джунхъек специально избегает называть Ким Докчу по имени. Когда Докча протягивает ему пачку печенья, Джинву не торопится брать подарочек. Это тело хорошо тренировано, может довольно долго продержаться чисто на воде, но почему-то очень хорошо усваивает приготовленное мясо монстров. И Джинву не хочет отвечать на вопрос, как он сам это выяснил и какими эпитетами его крыл Ю Джунхъек, когда он наотрез отказывался кормить Ли Джие мясом какой-то крысовидной твари. Что ж, по крайней мере, навыки готовки Джинву заставили Джунхъека заткнуться. - В вагоне должен был быть некто по имени 'Ким Намвун', - он говорит неспешно, игнорируя как любопытные взгляды компашки на спиной Докчи, так и настороженные - сборища на станции. Докча не меняется в лице, но мерцание звезд в его глазах чуть меркнет. - Он мертв, - мужчина намекающе шлепает пачкой печенья по накаченным грудным мышцам его нынешнего тела. У Джинву мелькает мысль, что сделано это намеренно. Ю Джунхъек молчит в его голове, и бывший Охотник никогда бы не подумал, что молчание может быть настолько красноречивым. - Как он погиб? - съестное приходится всё же взять, Докча чертовски настойчив, хотя те же голодные взгляды толпы поодаль он мастерски игнорирует. - Сценарий, - слегка пожимает плечами он, и Ю Джунхъек тут же рыкает в голове Джинву: | Брешет! | Звучит это так категорично, что даже не по себе. - Сценарий, м? - Сун Джинву открывает пачку и с хрустом откусывает от печенья, приподняв одну бровь. Докча странно смотрит на него, будто бы чутка зависнув, но ответ приходит без долгой заминки: - Верно. Он не смог доказать свою... ценность, - и прежде, чем Джинву успевает уточнить, объясняет: - Не сумел убить. Джунхъек рычит на задворках его сознания, пока Сун Джинву немигающе смотрит на чужое лицо. Только сейчас он ловит себя на мысли, что подобные скрадывающиеся, словно стирающиеся из памяти черты лица - это не нормально. Навык? Атрибут? Или как тут зовется нечто подобное?.. Ким Докча ерошит волосы парнишки, что жмется к нему сбоку, волчонком глядя на Джинву. Голос мужчины звучит расслабленно, когда он тянет: - Точнее, я не позволил ему убить. И - о. О. Это многое объясняет. Включая ошарашенно заткнувшегося Ю Джунхъека.

-

Игрис рапортует, что они с Ли Джиё скоро будут на месте, но Джинву отсылает их на станцию Чунгмуро, решив подыграть чертовски угрюмому Ю Джунхъеку. В конце концов, он занял его тело и должен хоть как-то за это отплатить, хотя бы на первых порах. А там... там видно будет. Кто-то мог бы сказать, что сборище на станции Гумхо состоит из слабых и сильных, но Сун Джинву видит лишь безвольных и наглых. И нет ничего удивительного в том, что наглые очень быстро заграбастали тут себе всю власть. В апокалипсисе такие и будут процветать, особенно, если найдется кто-то, кто способен взять над ними контроль. Собственно, тут это некий Чон Инхо, и Джинву категорически не нравится эта его скользкая ухмылочка. Из чертовски неохотного бубнежа на задворках сознания, он делает вывод, что в 'прошлом' к этому моменту Джунхъек уже успел засветиться тут, немного подсобить выжившим и слинять - как раз на ту самую станцию Чунгмуро, куда были отосланы Ли Джиё и Игрис. На вполне резонный вопрос, а с какой стати он в принципе в 'тот раз' помогал местным выживальщикам, если прям источает такое нежелание тут в принципе находиться, регрессор вновь угрюмо замыкается в себе. Игра в 'дохлую рыбу' начинает новый раунд. Чон Инхо пытается вымогать еду у Ким Докчи для 'честного распределения', что сам Джинву переводит для себя как 'позолоти ручку, дорогой'. Ким Докча мастерски выворачивает ситуацию в свою пользу, благодаря чему 'позолоти ручку' волшебным образом превращается в 'нет, этотыпозолотимнеручку'. Естественно, конкуренции в хитрожопости Чон Инхо не выдерживает и отваливается, как шмат грязи, оставляя Докчу с довольной, но какой-то зловещей улыбкой. - Полагаю, наживать врагов у местных властьимущих - это часть твоего плана? - нет, Джинву не пытается острить, но его слегка напрягает, что с момента на мосту и до сих пор Ким Докча так и не вызвал его на разговор тет-а-тет. Сам бы Теневой Монарх уже зажал бы его в укромном углу, намереваясь выбить всю доступную информацию из странного типчика. Однако Докча ведет себя так, будто всё пучком и ничего непонятного не происходит. Как если бы Ю Джунхъек перед ним это действительно Ю Джунхъек. Конечно же, Сун Джинву хотел розыграть карту 'я немного от тебя зависим', но ситуация поворачивается таким боком, что он может и впрямь в будущем нехило так зависеть от этого человека. Учитывая, что роль 'дохлой рыбы' у Ю Джунхъека выходит ну очень хорошо, словно была прописана исключительно для регрессора. - Считаешь его крупной шишкой? Чон Инхо не из их числа, - пофигистично пожимает плечами Ким Докча, после чего кидает в плавно подползающую к ним поближе толпу веское: - 10 монет за одну вещь, - и на все возмущения веско припечатывает, что он не Армия Спасения, а группе Чон Инхо не доверяет. Причем сказано это с такой говорящей улыбкой, что Джинву про себя добавляет еще 'и вам тоже'. Если и есть кто-то в толпе, кто захотел бы отнять что-то из съестного силой, или же украсть, то вид расслабленно стоящего рядом с Докчей 'Ю Джунхъека' быстро заставляет их одуматься. Джинву не против побыть своеобразной гарантией безопасности. Но, глядя на отходящих прочь с ропотом людей, он не может не протянуть вполголоса: - И ты думаешь, что они вернутся? - Они вернутся, - мужчина звучит равнодушно, кивком приветствуя очухавшуюся спасенную ими барышню. Ту, как они уже узнали от слегка нервного здоровяка из группы Докчи, зовут Чон Хивон, и она якобы пропала во время вылазки группы Банг Чольсо - судя по всему, того самого ублюдка, которого измордовал чуть раньше Ким Докча. Джинву слегка морщится. 'Пропала', хах. И много так вот 'пропадает' людей во время поисков пищи на улицах?.. Вслух он этого не спрашивает. Тупые вопросы не делают никому чести. Джинву кидают его плащ обратно с благодарным оскалом: Чон Хивон уже переоделась, а затемнений на коже стало куда меньше. От Теневого Монарха не скрывается та агрессия, с которой женщина зыркает в сторону местного главаря и его прихвостней. У барышни явно есть личные счеты к этой компашке, но Джинву выкидывает это из головы. Он уделяет куда больше внимания группе Ким Докчи. Миловидная женщина, чем-то напоминающая Ча Хаён, носит имя Ю Сангах и, судя по всему, работала вместе с Докчей до начала всего этого звездеца. Бугая зовут Ли Хёнсон, лейтенант, хоть его темперамент, по мнению Джинву, и плохо сочетается с военной карьерой. Прилипшего аки банный лист к себе мальца Докча называет Ли Гильюнгом, и бывший Охотник сразу понимает, что выжил тот явно благодаря странному мужчине. Беру слегка шебуршит в его подсознании, заставляя Ю Джунхъека настороженно встрепенуться - о, неужели тот наконец осознал, что он там не один?.. Монарх делает пометку насчет непонятной реакции муравья на мальчонку. Судя по тому, что Чон Хивон держится рядом с Докчей, группа упомянутого автоматически пополнилась на одного человека. Джинву не может в чем-то упрекать женщину: он и сам бы предпочел спасшего его человека кучке скользких ублюдков, пославших его на смерть. Выбор Чон Хивон вполне логичен. Откровенно говоря, он становится еще логичнее, если припомнить, что Ким Докче известно о творящемся апокалипсисе явно побольше, чем обычным людям. Но знает об этом лишь Джинву. Ну, и Ю Джунхъек, конечно же. И ведь оголодавшие местные действительно возвращаются. Ближе к ночи, оглядываясь и неохотно перечисляя Докче нужную сумму монет. Примечательно, что по большей части подходят те, кто так или иначе связан с Чон Инхо. Джинву встречает их кривой усмешкой и приподнятой бровью, заставляя нервничать, но Докча поразительно спокоен. В какой-то момент он и вовсе хлопает его по крепкому плечу: Ю Джунхъек как-то странно всхрапывает в подсознании бывшего Охотника. - Иди, поспи немного, - Ким Докча фамильярно делает жест ладонью 'шу-шу отседова'. Сун Джинву подозревает, что дело в том, что своим видом он пугает потенциальных покупателей из 'вражеского лагеря'. Других причин просто нет, так как вряд ли Докча настолько переживает о его самочувствии. Но это можно обыграть. - Я не устал, - Джинву пристально следит за тем, как этот непонятный человек выкладывает остатки еды из пакета. От него не скрывается то, что предварительно мужчина прячет пару батончиков и снэков, явно намереваясь распределить их утром среди своей группы. Откровенно говоря, Джинву мало видел таких заботливых и предусмотрительных лидеров даже среди глав гильдий в своем мире. Поведение Докчи чем-то напоминает аккуратную опеку Го Гунхи. ...в груди чуть болезненно тянет. - Он силен и вынослив, но и у него есть свои лимиты, - Ким Докча не поясняет, о ком именно говорит: ему это не нужно. Ю Джунхъек странно ощущается в этот миг там, в подсознании, и Джинву это отмечает. - И поверь, он зачастую на грани, - Докча пихает его в сторону более-менее чистого угла, намекающе так. - Поспи. Джинву хочет сказать, что и ему самому нужен отдых. Синева под глазами Ким Докчи стала насыщеннее, сильно контрастируя с бледной кожей. Но в итоге он лишь молча устраивается там, куда ему указали, кутаясь в плащ. | Слишком много знает... Слишком, | шелестит на задворках его сознания голос Ю Джунхъека, полный какой-то горечи. Джинву не отвечает. Он проваливается в дремоту, наблюдая за фигурой Ким Докчи.

-

То, что мир внезапно оборачивается только-только прочитанной новеллой, которой ты отдал десять лет своей жизни - это не может не шокировать. Но когда вышедший к тебе Протагонист, которого ты знаешь от и до благодаря упомянутой новелле, оказывается... чем-то иным... вот, что такое настоящий шок, мать вашу. Ким Докча до сих пор не понимает, что именно случилось. Каким конкретно образом он с первых мгновений осознал, что перед ним - не Ю Джунхъек, а кто-то еще, просто носящий его облик, словно пустую оболочку. Виновато ли было необычное для Протагониста поведение, или странное чувство, возникшее, пока тот подходил к нему этой расслабленной походкой... Докча просто знает, это - не Ю Джунхъек. Его уверенность в этом знании становится непоколебимой, когда его атрибут 'Список Персонажей' активируется сам собой, и- Он по-прежнему задается вопросом, что это, мать его, за хрень?! Уже примелькавшаяся сине-белая табличка странным образом глючит, мерцает, выдавая данные Ю Джунхъека - вот только поверх неё наслаивается что-то еще: черно-золотое, сплошь забитое цензурой и дрожащее пикселями, оно словно пытается слиться с первым Системным окном, не позволяя рассмотреть ни единого слова. Глаза горят болью, стоит ему всмотреться в пляшущие столбцы слов получше, и, прищурившись, Докча в тот миг неосознанно выдает, особо не контролируя себя: "Ты не Ю Джунхъек." Что-то еще - кто-то еще - лишь улыбается, заинтригованно глядя на него, чуть щурясь, будто бы в ответ. Эта улыбка неправильная, ненормальная, порождает внутри чувство Жуткой Долины. "Определенно, не Ю Джунхъек." Было ли это Созвездие? Мог ли контроль над телом Ю Джунхъека перехватить - чем черт не шутит - его Спонсор, чье имя ни разу не указывалось в произведении? Но почему сейчас, в 3-ем регрессе - а Докча уверен, что именно эту цифру он рассмотрел за битыми и искрящимися пикселями из золота, тьмы и лазури... И всё же - Протагонист всё еще где-то там. Внутри этого тела, движимого чужой волей. Докча знает, что, сложись всё по-другому, их первая с Ю Джунхъеком встреча была бы иной. Регрессор - это параноидальный ублюдок, что предпочтет избавиться от любой 'переменной', нежели прислушаться к чужаку и объединиться с ним, хотя бы временно. Для Джунхъека доверие равнялось алмазной крошке, и эту крошку он брезговал даже показывать тем, кто не доказал, что стоит потраченного на него времени. Вот почему Ким Докча делает тот шаг с моста, прямо в пасть ихтиозавру. Не только потому, что ему требуется Контракт <Звездного Потока> с Бихъенгом и ядро Морского Командира. Если Ю Джунхъек всё еще там, то он тоже видит все и вся этими глазами, через которые сейчас смотрит абсолютно иная сущность. И, рано или поздно, но он найдет способ вернуть себе контроль над телом. По крайней мере, попытается. Докча знает Ю Джунхъека. Очень хорошо знает. Но вот тот, кто занял его тело - это другой вопрос. И, когда Докча добирается до берега спустя три дня беспрерывной борьбы за собственное существование внутри гребаного ихтиозавра, реальность это доказывает. Потому что Протагонист - тот, кто занял его тело - тут. На берегу. Ждет его. И подхватывает, не позволяя упасть наземь. ...то, чего настоящий Ю Джунхъек стопроцентно не стал бы делать вот от слова 'вообще'. Докча не знает, что нужно 'импостеру' от него. Сложно предугадать действия и цели того, кого не знаешь. Еще сложнее всё это из-за того, что этот 'кого не знаешь' носит личину человека, которого 'знаешь как облупленного'. Легко просчитаться, легко ошибиться. Но Докча не смеет отмахнуться от происходящего. Поэтому, когда 'импостер' следует за ним, чертовски нагло пялясь за процессом переодевания, Докча смиренно это принимает. Стиснув в зубах артефакт, мысленно матюкаясь, но всё же - смиренно. Нужно просто игнорировать чужую наглость. Просто игнорировать, да! Немного раздражает то, с какой легкостью чужак игнорирует ядовитый туман и щедро выданные 'Легкие Обезьяны Элейн'. Несмотря на выносливость, тело Ю Джунхъека всё еще вполне себе так восприимчиво к отраве, так что у Ким Докчи уходит бóльшая часть выдержки на то, чтоб не впихнуть 'Легкие' в зубы 'импостеру' силой. Хотя не факт, что вышло бы. Свою тушку регрессор давно прокачал на совесть, так что чужаку достаточно лишь слегка сжать запястье мужчины, чтобы превратить то в месиво. Жизнь несправедлива, и для Докчи эта фраза начинает играть совершенно новыми красками. Внеплановое спасение женщины, чье имя Докча узнает позже - Чон Хивон - несколько отвлекает его от происходящего, позволяя понять, что даже, если тело Главного Героя кем-то одержимо, история продолжается. Впереди их ждут Сценарии независимо от того, чья сущность обосновалась в тушке Главного Героя, а потому Докче придется в любом случае воспользоваться знаниями новеллы на практике. Пока Ю Джунхъек - настоящий Ю Джунхъек - не использует свою пресловутую Стигму Регресса, стирая эту версию мироздания и отматывая время к исходной точке, Докча и все остальные продолжают колупаться в Сценариях, пытаясь выжить и дойти до конца. Он не знает, успокаивает ли его это осознание, или же вводит в еще большее уныние. Где-то на станции его ждут выжившие товарищи, за которых Докча так или иначе несет некоторую ответственность, как бы это ни отрицал. Проходить Сценарии всегда легче в группе, не говоря уже о планируемом им приобретении статуса 'Короля Без Смертей', а потому лишнее доброе дело не повредит в любом случае. Не говоря уже о том, что, как позднее выясняется, Чон Хивон каким-то боком занесена в 'Список Персонажей' и обладает чертовски любопытным атрибутом. Направив пробуждение упомянутого в нужное русло, можно получить сильного союзника. Это приятный бонус. 'Ю Джунхъек' следует за ним на станцию Гумхо, как на привязи. В стычки не встревает, в разговоры не лезет, лишь наблюдая, и это вполне объяснимо нервирует. Докча не может отделаться от мысли, что каждое его действие тщательно изучают и взвешивают. Это абсолютно не похоже на регрессора, который бы уже с угрозами зашугал всех местных бандюганов и гордо свалил в туннели. При появлении кривой усмешки на лице 'Джунхъека' в сторону Чон Инхо, разница между 'импостером' и настоящим Ю Джунхъеком бросается в глаза всё сильнее. Докча действительно рад, что здесь никто, кроме него, не знает о подмене. Лишь позже, когда 'Ю Джунхъек' погружается в сон, Ким Докча вспоминает об одной немаловажной детали, которую до сих пор счастливо игнорировал. Ю Миа. У Протагониста где-то там осталась младшая сестра. И вот уж кто и впрямь устроит ад всем и вся, без труда отличив 'подделку' от 'неповторимого оригинала'. Продавая последнюю пачку лапши быстрого приготовления кому-то из прихвостней Чон Инхо, Докча мысленно выдыхает. Ему стоит заочно подготовиться морально к тому, что его ждет...

-

Его будит хлопок по плечу. Вероятно сильный, но характеристики этого тела обнуляют весь потенциальный урон. Судя по не впечатлённому лицу Ким Докчи, тот этого вполне ожидал. - Держи, - перед носом Джинву покачивается энергетический батончик. - Советую съесть сейчас, - на объяснения мужчина явно не хочет тратить время; за его спиной скептически прячет печенье в карман Чон Хивон, в то время как тот же Ли Гильюнг по-мышиному сосредоточенно грызет какую-то лепешку из воздушного риса. Остальные двое из группы Ким Докчи не уверены, что конкретно им делать со своими порциями, но в стороне происходит то, чего Джинву ожидал еще вчера. А именно - подлянка со стороны Чон Инхо. Игнорировать советы проницательного и чересчур много знающего Докчи - себе дороже, так что Сун Джинву вгрызается в батончик, наблюдая за тем, как местное управление в лице скользкого ублюдка и его подпевал устанавливают цену на выкупленные у Докчи продукты. Попутно - конечно же - высказывая упомянутому за идею отдельное 'мерси'. Неудивительно, что толпа начинает недобро поглядывать на мужчину, и Джинву не знает, смеяться со столь низкопробных гадостей Чон Инхо уровня паскудного младшеклассника, или же поражаться тупости людей на станции. Кто не работает - тот не ест. В условиях апокалипсиса это святая истина. И, пусть Чон Инхо и Ко и поступают сейчас откровенно по-свински, некая логика в их действиях всё же присутствует. Жестокая, наглая, но столь подходящая творящемуся звездецу вокруг. Никто из этих людей не рискует выползти из безопасной зоны и попытать счастья в поисках провианта самим. Они сидят на жопе ровно, как те птенчики, ожидая подачки с раскрытым клювом. Вот только ни Ким Докча, ни Чон Инхо - не любящие мамочки-орлицы. Они не будут кормить всякую приблуду просто потому, что те раззвевают рты с требовательными писками. Ким Докча уже был достаточно лоялен, назвав цену в 10 монет. Не его проблемы, что люди со станции зажопились. Теперь им озвучивают цену куда более жесткую - 200 монет, это вам не хухры-мухры. Так что поздно щелкать клювом. Джинву проглатывает остатки батончика, пока толпа в стороне начинает паниковать. Кто-то торгуется, кто-то пытается давить на жалость... а кто-то предлагает бартерный обмен на пищу, и Сун Джинву не нужно гадать, что именно хотят сделать за порцию сухпайка те двое девушек, заикнувшиеся об этом. Он не смотрит им вслед, абсолютно равнодушный, в отличие от закипающей Чон Хивон. Ту останавливает Докча, и Теневой Монарх вяленько размышляет, стоит ли ему вмешаться. | Она чересчур эмоциональна, | голос Ю Джунхъека звучит в его голове неожиданно: он-то полагал, что регрессор будет еще долго играть в молчанку. | С такой реакцией на подобное, в апокалипсисе она долго не протянет. | Джинву слишком ленив, чтобы что-то отвечать на это. Он спокойно смотрит, как Чон Хивон мрачнеет от доводов Ким Докчи, и только сейчас замечает... - Хо-о? Его странный всеведущий знакомый выглядит так, будто ждет чего-то. Чего-то конкретного, и Джинву совершенно не удивлен, подмечая, каким довольным становится лицо Ким Докчи в тот миг, как воздух на стации наполняется алыми искрами. Ю Джунхъек тихо матерится на задворках его сознании, пока черный меховой комок - | Доккэби, | рычит регрессор - заикаясь, приветствует взбудораженных выживших. И, пусть это создание на первый взгляд кажется весьма безобидным, однако полное исчезновение всех съестных запасов и жесткие штрафные санкции с ежедневной платой за жизнь вкупе с садистским смехом говорят сами за себя. | Ублюдочные твари!.. | яростно плюется в его голове Ю Джунхъек. Джинву игнорирует его. Как игнорирует и возрастающую панику среди людей. Он смотрит. Неотрывно, несколько алчно. Ким Докча смеется. Не то, чтоб до этого Джинву не видел тех, кто дает волю эмоциям посреди хаоса. Подземелья зачастую раскрывали людей с самых разных сторон - от злосчастной храбрости у слабаков, и да, он себя прошлого тоже учитывает... до кровожадной эйфории у тех, кто обладает хоть какой-то силой. Словно кожуру с апельсина, подземелья и чуждая мощь, сочащаяся из них, срывали маски с любого, кто был достаточно глуп, чтобы войти во Врата. Но смех Докчи... совершенно отличается. Это смесь облегчения - будто некий груз пал с его плеч в момент обьявления штрафных санкций; восторга - непонятно от чего, но такого сильного, что его нотки звенят в этом смехе; и странно вплетающегося во всё это... смирения. Ким Докча прекращает смеяться раньше, чем окружающие обращают на это слишком уж пристальное внимание. Джинву не удивится, если они малодушно сбросят всё на нервное перенапряжение. Люди склонны придумывать оправдания чему бы то ни было, если не желают видеть правду. А они не желают. Это заметно по тому, как Ю Сангах и здоровяк Хёнсон старательно не смотрят на всё еще слегка посмеивающегося Докчу. Избегают смотреть. Лишь Ли Гильюнг пристально вглядывается в странно расслабленные ускользающие от памяти черты лица своего 'хёна'. Ну, и Сун Джинву начисляет плюс один балл за внимательность Чон Хивон, что аккуратненько интересуется у Докчи, не знал ли он обо всем заранее. Хоть кто-то высказал эту мысль. Хоть кто-то задумался. Серьезно, обычный человек не может быть настолько спокойным во время творящегося звездеца. Сун Джинву не в счет, он и не в такой хренотени барахтался, но даже Ю Джунхъек в его голове сейчас злобно рычит нечто нелицеприятное, а это что-то да говорит. Ким Докча, с его умиротворенной аурой, сильно выделяется на фоне окружающего хаоса. Словно рожден для него. Рожден из него. Эта мысль оседает горько-сладким налётом в его голове, вынуждая регрессора резко умолкнуть, будто подобное заставило его задуматься. - Я ожидал подобного, - тем временем расслабленно тянет Докча, и айш, это очевидная ложь. - Я думал, что доккэби явно не оставят людей в покое, - чересчур очевидная, но вполне совпадающая с реальностью. | Он Пророк, | внезапно буркает на задворках сознания Джинву голосом Ю Джунхъека, и это... любопытно? В мире Теневого Монарха не было никаких 'Пророков'. Даже Норма Сэлнер не обладала подобной силой, хотя и считалась чем-то из ряда вон выходящим благодаря своим способностям. Ю Джунхъек делиться бóльшими подробностями об этих самых 'Пророках' наотрез отказывается, вновь врубая режим "дохлой рыбы". Даже Тени ощущаются более живыми, чем этот упрямый ублюдок. Джинву закатывает глаза, благо в поднявшейся суете на это никто внимания не обращает. Почти никто. Ким Докча подходит ближе, глядя пристально. Его лицо серьезно, словно не он недавно заливался смехом посреди погруженных в отчаяние людей. То ли потрясающий самоконтроль, то ли и впрямь намек на нечто сродни атрибуту. Не Джинву, впрочем, осуждать. Его собственная человечность в свое время была качественно пожрана сущностью Теневого Монарха. Поэтому если кто и будет тыкать в потенциальный атрибут Ким Докчи по блоку лишних эмоций, то только не он. Напротив... Что-то внутри сладко сворачивается при мысли, что у них есть нечто общее, пусть и разного происхождения. - Мы собираемся в туннели, - Докча говорит без обиняков и открыто. Сун Джинву приподнимает одну бровь. Дается это уже легче: похоже, тело начало наконец принимать нового хозяина. - Хочешь, чтобы я составил тебе компанию? - он умышленно игнорирует группу Докчи. Для него они не представляют особого интереса, хотя мальчонка обладает недурным потенциалом. Однако Сун Джинву не может сказать это про остальных тоже. Как сказал Джунхъек про Чон Хивон, так и сам Джинву может высказаться про двух остальных из компашки Ким Докчи - они слишком эмоциональны. Если Ю Сангах и Ли Хёнсон не адаптируются под условия наступившего апокалипсиса, их будущее будет довольно мрачным. Добросердечные тонут первыми в водах, на которых могут удержаться лишь утратившие добродетель. Джинву ждет кивка от Докчи. Прогулка по туннелям не кажется такой уж проблематичной, пусть он и несколько не понимает, как именно должно такое- - Нет. ...и это неожиданно. Не менее неожиданно, чем внезапный смешок Ю Джунхъека в его голове. | Он действительно Пророк, | если ранее в этом голосе звучало явное недовольство, то теперь Джинву отчетливо может различить одобрение: его чуйка нашептывает, что это каким-то боком связано с отказом Докчи от общей прогулки в полумраке туннелей метро. | Он хочет обчистить Темное Хранилище. | И опять же - регрессор сразу же демонстрирует режим 'дохлой рыбы', игнорируя какие-либо вопросы Джинву. Ублюдок. Ким Докча поворачивает голову в сторону платформы. Чон Инхо смотрит на него оттуда со всем только возможным подозрением, и запашок очередной каверзы от младшеклассника-переростка уже начинает обретать четкость. Джинву не верит, что сам Докча этого не понимает. Вот почему он решает уточнить: - Ты уверен? "Дохлая рыба" в его подсознании неожиданно решает сыграть в Франкенштейна, резко оживая: | Конечно же, он уверен, | Ю Джунхъек звучит откровенно насмешливо; Джинву размышляет, может ли кто-то из Теней преподать тому урок или это вне их компетенции. | Если его цель Темное Хранилище, то он сделает всё, чтобы ты не отправился следом за ним. Предметы там слишком ценны даже по меркам более поздних Сценариев. | И Сун Джинву делает себе ментальную пометочку на основе неосознанно брошенных ему крупиц информации. Сценарии, что идут сейчас, какими бы паршивыми они не были - явно ничто в сравнении с теми, которые придут им на смену. Мужчина кидает взгляд на всё еще не успокоившуюся толпу в стороне. Если уж сейчас люди превращаются в безвольное и паникующее стадо баранов, то в дальнейшем 'естественный отбор', спровоцированный доккэби и их интригами, отсеет еще больше народу. ...но зачем им это? Ситуация с Вратами и Подземельями в его родном мире была более-менее понятна Джинву. Правители таким извращенным образом 'учили' человечество, готовя то к битве против Монархов. И готовили они его с той еще степенью паршивости, если вспомнить стычку Охотников S-ранга с тем же Ликаном, при виде которого из общей кучи не потеряли волю к сражению лишь пара человек, один из которых был сильнейшим из них всех, а второй не столько сильнейшим, сколько, ну... отбитым на всю голову, да. Иначе охарактеризовать Томаса Андрэ с его замашками Джинву не мог. Хотя, глядя на Ким Докчу перед собой сейчас... Теневой Монарх не может не поймать себя на мысли, что тот вполне может дать Томасу порядочную такую фору. Безумие, плотно смешанное со здравым смыслом - это страшно. Зачаровывающе, но - страшно. Рассматривая - и не в силах как следует рассмотреть - ничего не выражающее лицо человека перед собой, Джинву внезапно преисполняется уверенности, что если кто и дойдет до конца всех этих Сценариев, так это Ким Докча. Его намерение приватизировать этого человека становится лишь сильнее. - Это всего лишь вылазка на охоту, - не замечая его цепкого взгляда, неспешно тянет Ким Докча. - Ничего такого, что потребовало бы твоего присутствия. Джинву не согласен, категорически. Хотя бы потому, что ему теперь любопытно, что конкретно может учудить этот гениальный безумец. Настолько любопытно, что он не против повторить вслед за Ю Джунхъеком и поиграть в 'дохлую рыбу', игнорируя чужое недовольство и возможные вопросы. - И всё же, не будет лишним еше один человек, способный управляться с оружием, - Джинву не спрашивает, он утверждает. Демонстративно глядя в сторону черного зова туннеля, но при этом ощущая на себе чужой недовольный взгляд. Тот, впрочем, почти сразу же пропадает, сменяясь трудно читаемым выражением на скрадывающемся лице, которое сам бывший Охотник может расценить только как 'чем бы дитя не тешилось'. Докча поправляет шип, невесть как закрепленный на его поясе. У Сун Джинву мелькает мысль предложить оружие куда лучше этой безделушки, но они с мужчиной еще не достигли хотя бы минимальной стадии доверия. А внезапная щедрость, причем на пустом месте, этого самого доверия никогда особо не вызывала, ни у кого. Плюс, это явно будет из разряда 'ООС', не так ли? | Так ли, | нежданно-негаданно подает голос явно недовольный Ю Джунхъек из глубин его подсознания, заставляя Джинву криво улыбнуться. Похоже, не он один тут алчный собиратель лута. Регрессор определенно не оценил его мелькнувшую в мыслях идею снарядить Ким Докчу. Даже учитывая, что снаряжение будет браться из личных запасов самого Теневого Монарха. Кстати, это странно. Его собственное тело черте где, но оно явно где-то находится. Джинву спокойно может открывать свое хранилище, пусть даже из-за определенных ограничений нынешней тушки ему не под силу достать оттуда что-то действительно хорошее. А вот пространственные карманы плаща типичного охотника на нежить - да, Система сдала тайничок Ю Джунхъека почти сразу же - Сун Джинву открыть не может. Для него это и впрямь просто плащ. Как эта хрень работает? Есть ли привязка к мане или даже душе владельца? Раньше Джинву особо этим не интересовался, все же, личное пространство для хранения вещей было не у каждого в его мире... Но тут это явно если не норма, то широко распространено. Даже, если для подобного требуются какие-то подручные вещи по типу того же плаща. Размышляя об этом, Джинву наблюдает, как Ким Докча собирает свою компашку, инструктируя их о том, что спускаются они в туннели, и не просто для спортивной прогулки, а для прогулки с целью надыбать мяска. Когда Чон Инхо подходит к ним в сопровождении своих подпивал, одна бровь Джинву слегка приподнимается: он ждет, что Докча с обыденной скользкой улыбочкой заправского плута отошьет ублюдка, но мужчина его удивляет. Он безропотно принимает в группу еще одно лицо, очкастое и явно нервничающее. Судя по косым взглядам на Докчу от Ю Сангах, это самое очкастое лицо им обоим знакомо, причем знакомство явно приятным не назовешь. Но женщина молчит, и вся команда по добыче провианта спускается с платформы на рельсы. Джинву отстраняется от стены и потягивается, похрустывая позвонками. Он ловит на себе завистливо-опасливые взгляды толпы, однако его это ни в коей мере не трогает. Подобное не сравнится с тем вниманием, которым его одаривали СМИ и Гильдии в родном мире. Возможно, потому что внимание нынешнее щедро приправлено страхом. Джинву ловит себя на мысли, что это весьма удобно. Быть может, в дальнейшем ему стоит показатель этого страха чутка повысить?.. | Псих, | выносит вердикт в его подсознании Ю Джунхъек, на что Джинву ментально показывает ему средний палец. Он пока что не знает подробностей о своем 'соседе по тушке', но как только общение с Докчей будет налажено, Теневой Монарх определенно пороется в чужом нижнем белье. Чисто назло тому, кому это самое белье принадлежит. Он все еще помнит требование Ю Джунхъека допросить Ким Докчу с пристрастием на том мосту. Так что слово 'псих' по большей части относится именно к регрессору, нежели к нему. Криво улыбнувшись на рычание в своей голове, Джинву спрыгивает с платформы, следуя за Докчей в темноту туннелей.

-

...так, ладно, этого он не ожидал. Вид Ким Докчи, помятого после недавней стычки с монстрами, но сосредоточенно разделывающего тварь по прозвищу 'крысопес', довольно очарователен, даже учитывая кровавые брызги на бледном лице. Еще больше странного, какого-то поистине первобытного очарования этой картине добавляют сгрудившиеся вокруг работающего мужчины товарищи. Однако это не вполне то, что Джинву рассчитывал увидеть. Он полагал, что 'добыча мяса' была лишь оправданием. Разве Ю Джунхъек не уверенно заявил, мол де, 'Пророк' намерен обчистить какое-то там 'Теневое Хранилище'?.. Собственно, на это Сун Джинву и хотел посмотреть. Однако... они и впрямь... разделывают тушу монстра?.. Это ненормально перекликается с воспоминаниями Джинву о прошлом, когда он и другие низкоранговые Охотники выполняли роль носильщиков добытых кристаллов маны или - что тоже бывало нередко - освежевателей туш всяких монстров. За эту, куда более грязную работу, и платили чуть больше. Джинву в бытность 'Слабейшим Оружием Человечества' пару раз повезло попасть в такие рейды. Руки неожиданно словно чешутся отнять у Докчи... чем бы он там труп твари ни кромсал... и разделать упомянутый самолично. Джинву внезапный альтруистический порыв подавляет, под одобрительное хмыканье Ю Джунхъека, что заставляет призадуматься, а было ли это неуместное желание точно его?.. Очкастый засланец от группы Чон Инхо крутится неподалеку, но, учитывая, что Ким Докчи он почему-то побаивается, а остальные из группы 'добытчиков' на него особо внимания не обращают, он как-то сам по себе. Джинву прям видит над его головой красный значок мишени для какого-нибудь выжившего монстра. Слишком уж откровенно его отсекают от основной команды. И, отмечая, как Докча периодически бросает на упомянутого косые взгляды... Джинву даже не удивлен. Он уже упоминал, что Ким Докча - довольно опасен? Если нет, он с готовностью заявляет об этом. Ким Докча - опасен. | Это весьма многое о нем говорит, | подает голос Ю Джунхъек, уловив размышления Сун Джинву. | Впрочем, глупо ожидать что-то иное от Пророка. Они всегда используют людей себе во благо, | и есть в этой фразе что-то, что чутка настораживает. Совсем немного. Теневой Монарх хмыкает. Похоже, опыт общения с кем-то из Пророков у Ю Джунхъека был аховый. Глядя на по-детски радующихся первобытным поделкам из костей крысопсов людей, Джинву адово хочет закатить глаза. Нет, он понимает, что на безрыбье и рак рыба, а на безоружьи - и заточенная кость монстра сгодится в бою, но бога ради! Это даже не шип кого-то-там, как у Докчи! Говоря откровенно, боевые показатели у упомянутого, и то выше, чем у этих безделушек!.. Поглощенный мысленным сéтованием, Джинву почти упускает весьма важный момент из разговора, к которому пассивно прислушивается: - ...а как нам их готовить? Не думаю, что мы можем есть их прямо так. - Мы не можем их есть прямо сейчас, но скоро сможем, - и ответ Докчи такой спокойный, что Джинву хочется хохотнуть. Благо, он сдерживается. В отличие от злорадствующего просчету 'Пророка' Ю Джунхъека. Регрессор не смеется, но это фырканье на задворках сознания красноречивее самого громкого смеха. Любой может сказать, что такая фраза не просто подозрительна, а чертовски подозрительна. - Докча-сси, может быть... ты что-то знаешь о происходящем? Джинву ощущает какую-то странно предвкушающую щекотку на задворках сознания. К его удивлению, это не только заинтригованные Тени во главе с пощелкивающим Беру, но и Ю Джунхъек. Почему регрессора интересует ответ 'Пророка' на вопрос Ли Хёнсона, бывший Охотник не знает, но заочно находит это подозрительным. Ю Джунхъек загадка не меньше Докчи, и Джинву прекрасно это осознает. Сам Докча, к слову, странно молчит, словно выжидая чего-то. Джинву отмечает спокойствие этого человека, отказывающегося выдавать свои секреты, и на миг его это невесть почему смущает. Есть ли что-то... опасное в том, чтобы раскрыться хотя бы своим товарищам? Не ему, конечно же, задаваться таким вопросом. Сам он практически до последнего таил свою сущность Теневого Монарха, раскрывшись с шиком-блеском, но что может быть такого в статусе Пророка?.. | Много чего, | Ю Джунхъек неожиданно негромко вмешивается. | Не могу сказать за ту с■ку... но для Пророка без влиятельного Спонсора опасно раскрываться. | Вопрос, о ком регрессор так нелицеприятно подумал, отпадает сам собой. Судя по всему, это та Пророк, с которой он имел некогда неудовольствие пересечься. Что важнее... «Что еще за Спонсоры?» Молчание Ю Джунхъека в этот раз звучит не так, словно он решил сыграть в 'дохлую рыбу'. Оно отдает недоумением и каким-то смутным недоверием, и проходит пара секунд прежде, чем на задворках сознания Джинву различает: | В каком смысле 'что еще за Спонсоры'? Разве ты, ублюдок, не один из- | Остаток вопроса тонет в визге. Высоком и совершенно не характерном для мужчины средних лет, которым является очкастое подставное лицо из компашки Чон Инхо. Джинву должен признать, что он расслабился. Ощутимо так. В противном случае мимо него не прошмыгнула бы не слишком сильная тварь, которая теперь сноровисто тянула в нору яро сопротивляющегося 'крота' Чон Инхо. Мужчина лишь кривится, когда к одному визгу добавляется второй. Ну... уже не только 'крота'. Хотя можно ли приписывать крысопсу в качестве жертвы еще и Ю Сангах, если ту утянул орущий очкарик, это хороший вопрос. Чисто из чувства вины за недосмотр, Сун Джинву уже хочет вмешаться, когда в его голове резко произносят: | Стой. | - и это непостижимо накладывается на строгий взгляд Ким Докчи, который тот кидает в его сторону. Джинву замирает. Просто из-за неожиданности от того, как слаженно внезапно сработали 'Пророк' и регрессор, пусть даже и не подозревая об этом. Только поэтому. Взгляд Докчи совершенно точно не имеет над ним никакой власти. Просто-напросто не может иметь. Ни Ким Докча, ни резко заткнувшийся в голове Теневого Монарха Ю Джунхъек причин своего поведения не разъясняют. Поэтому после успешного хищения монстром аж двух из группы вместо предполагаемого одного, Джинву вполне ожидаемо становится в этой ситуации крайним. - Ты!.. - Чон Хивон хватает его за грудки с силой, неожиданной для еще не вполне оправившейся жертвы ядовитого тумана. - Какого хрена ты просто стоял и ни черта не делал?! - в глазах женщины полыхает пламя ярости. Увы, Джинву не впечатлен. - А я должен был вмешаться? Правда?- если уж он взялся играть роль ублюдка, то почему бы и нет? Слегка кривя губы в подобии снисходительной улыбки (Докча в стороне странно вздрагивает и отводит взгляд в сторону, что-то бурча себе под нос), бывший Охотник разжимает чужие пальцы на отворотах плаща. Разжимать приходится аккуратно, так как сломать эти пальчики для него ничего не стоит. Барышня еще не вложилась в характеристики, а потому для него не крепче захудалого курёнка. Чон Хивон рычит, вырываясь. - Ты ведь в нашей группе! - Ты уверена? - одна бровь Джинву приподнимается, уже отточенно-изящно: это лицо подчиняется ему всё легче. - Возможно, Хивон-сси подумает еще раз? - Какого-... Джинву указывает в сторону Докчи. - Я последовал не за вами. Я последовал за ним,- он улыбается точно так же, как когда-то улыбался ему Эшборн в Подземелье Игриса. - Выживите вы или нет, вернетесь в полном составе на станцию или нет - это не мои проблемы. Ю Джунхъек в его подсознании молчит. Впечатленно так. Ну, не то, чтобы он не говорил правду. С самого начала целью Джинву был именно Докча. Остальные же... просто являются дополнением к нему, и не сказать, чтоб приятным. Судя по некоторым моментам, эта компашка гарантирует куда больше проблем в творящемся вокруг апокалипсисе, чем возможной пользы. В этом отношении его Тени - в тысячу раз предпочтительнее. Джинву не обещал их защищать. Не вызывался прикрывать им спины. И уж точно не подписывался спасать из нор всяких тварей. До сих пор он просто стоял и наблюдал - и как они сражались с крысопсами, и как Докча мастерил им оружие и обучал их этому. Неужели они не сделали из апатичного поведения Теневого Монарха абсолютно никаких выводов? В таком случае, у него для них дурные вести. Сун Джинву снисходительно улыбается кипящей от негодования Чон Хивон. Откровенно говоря, вот от неё он точно такой реакции не ожидал. И причина подобного очень проста. Женщину только недавно предали и использовали в самом грязном смысле этого слова бывшие товарищи по команде. Почему, пройдя через подобное, она с такой легкостью вообще доверилась совершенно незнакомым людям, которых знает от силу пару дней? Просто потому, что те следуют за Ким Докчей, что вытащил её с поверхности и отмудохал надругавшихся над нею ублюдков? Серьезно? Пусть даже он ей и помог, но после всего случившегося всегда остаётся мысль – ‘а что, если’? И в отношении мало знакомых людей она обязана работать постоянно. Джинву улыбается. Пустой, но такой красноречивой улыбкой. Что не так с этой женщиной? Он не спрашивает за остальных: они болезненно прилипчивы к Ким Докче, как Беру болезненно прилипчив к нему самому - будто тот является если не смыслом их существования, так путеводной звездой уж точно. Джинву не знает их истории, однако подозревает, что дело в произошедшем в том вагоне, где должны были по словам Ю Джунхъека выжить лишь двое. Но, даже так... Не слишком ли это? Докча вмешивается раньше, чем ситуация обостряется еще сильнее. Он встает между Джинву и злобно пыхтящей Чон Хивон, и его доводы, что стоит поспешить спасти Ю Сангах, удачно привлекают к себе внимание. Забавно, но Чон Хивон моментально переключается с попыток испепелить его взглядом на ругань в сторону Хан Мьюнго - так вот как зовут того очкарика - и в этот миг у Теневого Монарха что-то щелкает в голове. Вот оно что... Апокалипсис, даже самое его начало - это не то, что психика человека может вынести без вреда для себя. Резко начавшаяся хрень, со Сценариями, издевающимися доккэби и кучей кровожадных монстров... добавьте к этому человеческое лицемерие - и получúте полный набор, необходимый как минимум для пары психологических травм. В его мире каждый второй Охотник страдал этим. Он тоже не исключение, и пусть сила Теневого Монарха и беспрекословная преданность Теневой Орды смогли смягчить последствия прошлых моральных травм, сами эти травмы никуда не делись. Просто похоронены достаточно глубоко, чтобы про них не вспоминать бóльшую часть времени, желательно - никогда вообще. Острый взгляд Джинву перебегает с раскрасневшегося от гнева лица Чон Хивон на мрачную мину растерянного и явно разочарованного в самом себе Ли Хёнсона... потом на сосредоточенную мордашку Ли Гильюнга, что цепляется за рубашку Докчи аки клещ. Не ему, конечно судить. Он в принципе не знаток чего-то подобного. Но... ...ох, как всё плохо. На словах Докчи, что в нору за Ю Сангах и менее ценным для группы очкастым балластом полезут сам Ким Докча и Ли Гильюнг, Чон Хивон выдает возмущенный возглас. Вот тут Джинву её понять может: ребятёнок хоть и показал себя весьма жестким в некоторых решениях и действиях, но всё еще - дитя малое. То, что выбор Докчи пал именно на него, не может не напрягать оставшихся двух 'добытчиков', вот только 'Пророк' шустро разъясняет им, что Хивон еще не восстановилась и ей самой нужна бы защита в случае появления еще монстров. По мнению Сун Джинву, причина аховая, но почему-то на боевой парочке срабатывает. Он всё еще не понимает этих людей. Когда Докча проходит мимо него с Гильюнгом под руку, Теневой Монарх слегка сдвигается, но ему тут же упираются чужие пальцы в грудь. Намекающе так. Джинву приподнимает одну бровь, глядя в темные глаза человека напротив - единственное, что он может точно рассмотреть на этом лице. - Хочешь, чтоб я тоже присмотрел за 'еще не поправившейся' барышней? - он расстягивает слова, говорит вполголоса, и ему в грудь давят сильнее. - Не переигрывай, - никогда еще в жизни Джинву эта фраза не несла столько смысла. Бывшему Охотнику не стóит труда понять, что речь не только о его спектакле 'плохого парня'. Ким Докча тщательно отслеживает "излишки" так называемого ООС-а. Соблюдает у него образ 'Ю Джунхъека'. Это даже трогательно. - Там вряд ли будут только крысопсы, - Джинву нутром чует, что Темное Хранилище не является простым складом. Если там есть лут с уровнем качества выше среднего, значит, и охрана там должна быть на высоте. Крысопсами все не обойдется. - Разумеется, - Ким Докча не таит этого ни от него, ни от Ли Гильюнга, но мальчишка по-прежнему спокоен. Словно он точно уверен, что его 'хёну' всё по плечу. Джинву тоже так думает. Этот человек не полезет туда, где не сможет отыскать для себя лазейку. - В таком случае... - Чунгмуро, - Ким Докча не дает ему закончить, слегка отпихивает от себя. Не то, чтоб у него это вышло, но Теневой Монарх попытку оценил. - Не заставляй Ли Джиё ждать где-то там. Она еще дитя и не справится со всем в одиночку. - Тебе не стоит переживать, - его нынешнее лицо и впрямь подчиняется всё лучше; усмешка дается весьма легко. - Я оставил с ней своего подчиненного. Докча миг-другой смотрит ему в глаза, и Джинву готов поклясться, что видит, как по мерцающей звездами радужке скользит любопытство. Но 'Пророк' умеет расставлять приоритеты. Если бы не умел, скорее всего уже бы умер. - Не хочу знать, - отрезает он, вызывая у Теневого Монарха подобие легкого сожаления. - Уверен? - В любом случае, направляйся в сторону Чунгмуро. Туда, - Ким Докча делает паузу, явно имея ввиду Темное Хранилище, - тебе не стоит соваться. Это звучит, как предупреждение. И при этом - как чертов вызов. Джинву даже не пытается скрыть усмешку, скользящую по губам. Взгляд Докчи слегка темнеет. - Ты сам сказал, - это странно, видеть, как звезды тонут в этой темной глубине, сливающейся со зрачком, - там вряд ли будут только крысопсы.

-

Джинву молча смотрит, как дуэт из взрослого и ребенка исчезает в темном зеве норы. Внутри назревает чисто детское желание сделать всё наперекор, и это даже хорошо, что оставшаяся парочка не видит сейчас его лица. - Кстати, Хёнсон-сси,а как ты познакомился с Ким Докчей? - видимо, Чон Хивон судорожно ищет способ игнорировать его присутствие, раз начала этот разговор. Джинву не против. Откровенно говоря, ему и самому любопытно. Ли Хёнсон издает странный горловой звук. - Хивон-сси же тоже... проходила Первый Сценарий, верно? - он спрашивает как-то нерешительно, будто опасаясь задеть чувства женщины. - 'Доказательство Ценности'? Было дело, - голос Чон Хивон неуловимо меняется: - Та еще хрень... 'Доказательство Ценности', хм... Сун Джинву припоминает, что сам он попал сюда во время уже другого Сценария. По крайней мере, цифра там была точно иной, но он не может сказать наверняка - слишком много всего за раз тогда произошло и, говоря откровенно, бывшего Охотника не покидает мысль, что его разум выкинул часть произошедшего, чтобы не 'перегрузиться'. В чем именно заключался тот, самый первый, Сценарий?.. Он помнит безголовые тела учеников в полуразрушенной школе, но, если Сценарий включал в себя массовую бойню, то как смогла выжить Ли Джиё? Девчонка ни разу не поднимала эту тему. 'Доказательство Ценности', он ведь точно уже слышал об этом прежде... Что-то скребется на задворках сознания: то ли Беру, то ли Ю Джунхъек, чем черт не шутит, и в этот миг Джинву вспоминает. О. О... Точно. Ким Докча ведь говорил про того паренька, Ким Намвуна. Что тот погиб, потому что он не позволил ему совершить убийство. Но тогда... - Хивон-сси... пришлось убить? - тихо спрашивает Ли Хёнсон, и в ответ слышится смешок. Слишком высокий, по мнению Сун Джинву. - Я предпочитаю считать, что это была самозащита, - сказано это слишком самоуверенно, и Теневой Монарх без колебаний делает вывод, что Чон Хивон ни хрена так на самом деле не считает. - Тот подонок полез на меня первым. Я просто... оказалась быстрее. И - да. Эта часть звучит уже куда тише. Итак... В Первом Сценарии нужно было действительно убить кого-то другого. Хах. Определенно, ощущение, что на <Звездный Поток> батрачит Архитектор. Причем на голом энтузиазме, чисто за идею. Джинву слегка щипает себя за переносицу. Настроение чутка падает, когда он осознает, что излишне принципиальным людям из окружения Ким Докчи уже пришлось потоптаться по своим моральным принципам - лишь бы выжить. Он знает, каково это. Прекрасно помнит свое первое убийство в том подземелье, куда его и Ю Джинхо взял отряд 'Ящериц'. Убей или будешь убит - довольно суровая проверка на прочность. Даже для взрослого человека. ...а тот же Ли Гильюнг - еще ребенок. - Ли Хёнсон-сси тоже? - голос Чон Хивон несколько теряет былую уверенность, но ответ приходит на удивление быстро: - Нет, нет! Мы... Нам удалось избежать этого. - Что?.. ...что? Джинву прикусывает кончик языка, чтобы не заговорить вместе с ошарашенной женщиной. Не обернуться тоже требует определенных усилий. Если Первый Сценарий требует убийства, тогда как-... - У Ли Гильюнга была переноска с насекомыми. Кузнечиками, - кажется, Ли Хёнсон улыбается, когда говорит это. - Докча-сси заметил её. Благодаря этому мы пятеро выжили. - Пятеро, - тупо повторяет за рим Чон Хивон. - Так тот тип в очках, Хан-как его там?.. - Да, мы были в одном вагоне. Ему... повезло поймать кузнечика тоже. - 'Повезло поймать'?.. Дальше Джинву слушает уже вполуха, погруженный в свои мысли. И не только в свои, если уж начистоту. | Кузнечики... | Голос Ю Джунхъека шелестит пожухлой листвой, уныло и как-то устало. | Насекомые... Насекомые тоже считаются... Конечно, они ведь живые существа... | Джинву чудится смешок на задворках сознания. Сухой и блёклый. | Он знал об этом... Он определенно знал об этом... | Джинву задумчиво шагает в сторону норы. Захваченная разговором парочка не замечает этого. Как и Ю Джунхъек, явно погруженный в одному ему понятные терзания. | Если бы он был в моем вагоне... Тогда, быть может... | Теневой Монарх больше не хочет прислушиваться. ...кажется, он начинает понимать, почему эти люди так зациклены на Ким Докче. Мужчина делает шаг в черноту прохода.