Теперь можно

«Теперь - можно!» Наконец-то этот бесконечный день позади, вот и вечер. Никто не хотел оставаться в разрушенном замке, где кровь, ужас, хаос после битвы. Артур, обнимая рыдающую жену, предложил Гарри и Гермионе переместиться вместе с ними в Нору - там всем место найдется. Гарри был так измучен, что думать не мог или не хотел и согласился, как и Гермиона. Билл насильно забрал обезумевшего Джорджа к себе в Ракушку.  Все аппарировали недалеко от Норы и Артур помог преодолеть защитный барьер. Войдя в дом Молли сразу поднялась к себе, туда же отправился и Артур. Джинни, взяв на себя обязанности хозяйки, пыталась организовать чай, но палочка её не слушалась, глаза застилали слезы, руки дрожали. Гермиона обняла Джинни за плечи и повела наверх. Рон стоял потерянный, - хочешь чаю? Спросил он Гарри. - Нет, Рон, я ничего не хочу, только забыть все это! - Да, это было бы неплохо! А вообще я валюсь с ног, пойду спать. Ты идешь? - Я пока тут посижу, ответил Гарри, садясь на диванчик под окном.  Гарри сидел, запуская пальцы в волосы, сжимая виски, и пытался не думать, гнал прочь мысли о погибших, о покалеченных, о Фреде, о Римусе и Тонкс, но их образы не хотели исчезать. Наверно, надо попытаться уснуть, решил Гарри, и лег там же, на этом диване, закрыл глаза. Но несмотря на жуткую усталость сон не шел, а мысли хаотично бились о черепную коробку, - надо подумать о чем-то приятном, иначе мне не уснуть! Приятное? Ну конечно! Она! Её улыбка, её полный нежности и заботы взгляд, её тонкие пальцы, прозрачные запястья. Хочется взять её маленькую ладошку в руку, согреть своим теплом, поцеловать. Теперь - можно! Теперь - все позади!  Зайдя в комнату Джинни, Гермиона усадила её на кровать, достала из своей бисерной сумочки успокоительное зелье и дала его Джинни. Та безропотно выпила весь пузырек, пару минут посидела, неподвижно смотря в стену, а потом легла прямо поверх покрывала. Видя, что Джинни засыпает, Гермиона укрыла её одеялом с другой кровати. Ей бы самой принять такое же зелье, но его больше не было. Гермиона знала, что не уснет, её сердце ныло, она никак не могла перестать думать о Гарри. Вспоминая о Гарри на руках у Хагрида она забывала как дышать, леденящий ужас охватывал все её существо, будто рядом кружит стая дементоров. Обнимая себя за плечи, Гермиона убеждает саму себя, что Гарри жив, с ним все в порядке. Или не в порядке? Гермиона, понимая, что уснуть не получится, решает пойти на кухню, может у Молли найдется успокоительный чай, или хотя бы мята.  Она осторожно ступает босыми ногами по отполированным теплым деревянным ступеням. Но все же одна из половиц скрипнула, в тишине дома этот звук показался намного громче, чем был на самом деле. В кухне полумрак, окно не завешено, а под окном на диване кто-то лежит. Гермиона замирает, всматриваясь, пытаясь разглядеть кто это. Темные растрепанные волосы, красивый тонкий профиль - Гарри! Облегченно вздыхая, Гермиона медленно подходит к спящему, на её лице улыбка, рука сама тянется коснуться его лица.  Гарри толи спит и видит сон, толи мечтает, реальность это или нет? Ему кажется, что кто-то идет, сначала скрип, потом еле слышный шорох, вздох. И тут он чувствует, как холодные пальцы касаются его лба, отводят волосы, проводят по шраму, вдоль носа и замирают на губах. Точно не сон! Она! Её запах он узнает всегда! Аккуратно, чтобы не напугать, Гарри кладет свою руку поверх её пальчиков, прижимает их к свои губам и целует. Открывает глаза, и хотя он без очков и вокруг полумрак, он видит её! Свою Гермиону! «Теперь - можно!»