Pentagon

      Он вернулся на работу так, будто бы и не уходил никуда. Оплатил штрафы за прогулы, раздал долги, а остальные деньги на карте планомерно спускал на наркотики. Оставалось в любом случае слишком много. Хотел бы вообще их не трогать, но не было сил. Отвлекался только на работу. Потому что иначе бы точно сдох.       Не сказать, что не пытался. После переголосования, когда кресты всё-таки победили, выжрал все пять оставшихся от Таноса таблеток. Потом проснулся в луже собственной блевотины. Больше не пытался. Голова теперь раскалывалась от громкой музыки. Раньше не замечал.       Только крутил в руках единственное, что осталось оттуда. Вычурный, как он потом узнал, из белого золота, крест Таноса. Ненавижу тебя, ебучая мразь. И перед глазами иногда — вспышками — лицо Сэми. Ещё чаще — видел Таноса. В толпе, потом бежал следом, натыкаясь на пустоту. Зачем? Сказать, что ты чертов идиот, как можно было так тупо подставиться? Бормотал себе под нос, привычно заправлял волосы за уши. Больше не улыбался.       — Глюк, ты просто сраный глюк, нет, тебя нет, — тихо сам с собой, пока мешал очередной коктейль вертевшемуся на табуретке… Таносу, верно. — Это не он, не он, не он.       — Hey, Намсу, ну че так долго? — проорал знакомый голос ему в ухо, когда он наконец, едва не расплескав, поставил напиток перед гостем.       — Намгю, — поправил машинально. Не, ну какой настырный глюк. Только волосы почему-то другого цвета. Какой-то светло-розовый. Да, идиотский цвет. Надо покурить.       Намгю хлопнул по плечу как раз вернувшегося из курилки второго бармена, сказал, что отойдёт ненадолго. Толкнул дверь служебного выхода, пытаясь полной грудью вдохнуть аромат помойки. Кружилась голова. Руки тряслись, пару сигарет уронил. Вытащил из полупустой пачки зажигалку, попытался подкурить. Только искры вылетали. Вспомнил, что зажигалка, перехваченная в круглосуточном магазинчике вместе с блоком сигарет (причём ее он спиздил принципиально и даже на мгновение испытал прилив какой-то радости), работала неважно ещё утром. И тут прямо возле него появился огонёк. Намгю подкурил, глубоко затянулся, выдыхая дым.       — Спасибо, — поднял взгляд. И тут же отшатнулся назад, чуть не переебался о сваленные на улице с утренней поставки ящики, кое-как удержался. Перед ним стоял, давя лыбу, легендарный, мать его, Танос. Дверь служебного входа открылась, вышел официант с сигаретой в зубах. Намгю тут же метнулся к нему, вцепившись в локоть.       — Слышь… имя, не помню как тебя. Скажи, а ты тоже его видишь? — указал на Таноса трясущейся рукой. Пальцы дрожали почти жалко.       — Обдолбался? — парень стряхнул с себя его пальцы. Танос тут же дёрнулся к ним. Намгю спрятал руки за спиной. Какая разница, обдолбался или нет? Можно просто ответить! — Ну вижу, да. Рэпер Танос, он же часто у нас тусуется. Здоров! — протянул руку в приветствии.       — Аа, че как, Бансок, — ответил Танос, усмехнувшись. И руку пожал. Намгю открыл рот, но тут же его захлопнул. То есть все это время… Танос был жив? И даже помнил, как зовут официанта? А как зовут его, он…       — Так ты жив, — вякнул, и не узнал своего голоса. Какой-то еле слышный, шипящий вдох, а не голос. Вообще, хотел сказать что-то вроде: ты что, не сдох, а вылетело это. Просто позорище.       Но как… да честно говоря, неважно, как. Может, этот Бансок его сейчас наебывает. Ну и ничего страшного. Надо домой, закинуться. Работа… за один прогул может быть и не уволят. А может и уволят, тогда найдёт себе новое место. Так-то он раньше вообще не барменом был, а администратором. Просто, когда вернулся, это место уже было занято, пришлось соглашаться на то, что есть. Потому что, кажется, он больше не помнил названий остальных клубов.       Дэмм, как бы сказал Танос. Намгю отпихнул его с дороги, не отказав себе в том, чтобы потрогать плечо. Целеустремлённо потащился прочь. Дома есть заначка. Осталось только перепрыгнуть через турникет в метро, а дверь он не запирал с того момента, как проебал ключи. Там все равно ничего ценного не было.       — Hey, Намсу, u stole у меня something, — Танос шел за ним, не отставая. Что было, впрочем, несложно. Намгю замер. Нет, только не это.       — Не отдам, — пропищал теперь уже совершенно точно жалко. Рукою сжал болтающийся на шее крест. В нем… не было наркоты, на стоимость — тоже было плевать. Но забрать единственное напоминание — нет, только не это. Возьмёт, и снова его не будет. Снова — смерть. Мысли тяжело путались в голове.       — What are u talking about? — фыркнул Танос и схватил его за плечи. — Ты украл мое се…       Дальше Намгю уже не слышал. Глупое тело, не выдержало такого резкого и нужного прикосновения. Глаза закатились, и он бы рухнул назад, если бы не руки Таноса, все также поддерживающие его. Не надо было так. Будто бы передоз.

***

      Когда очнулся, увидел над собой сразу два лица и один, уже почти опрокинувшийся, графин с водой.       — Стоять! — оглушительно гаркнул прямо в рожи Таноса и Бансока. Последний, и держащий воду, все-таки пролил немного прямо на нос, и Намгю закашлялся. Поднял голову, но тут же снова устало откинулся на подушки. Стоп. Подушки? Огляделся по сторонам. Одна из приватных комнат в Пентагоне, кроме огромной кровати, притулившейся рядом тумбочки и маленького журнального столика не включала в себя, собственно, ничего. Как-то раз отсюда, может из этой, даже трупак выносили. И чтобы не дошло до полиции, Намгю тогда…       Так стоп.       — Ты, — указал на Бансока. — Пошёл нахуй отсюда. А ты иди сюда и дай мне тебя потрогать, чтобы… — осекся, слова: убедиться, что ты настоящий, так и не сказал. Глупо как-то. Но Танос, расплывшись в улыбке, наконец выпихнул официанта за дверь и щёлкнул замком. Рухнул на кровать совсем рядом, закинув руки за голову.       — U can touch.       Намгю повернулся набок и схватился за край выбившейся из штанов рубашки Таноса. Ткань, такая мягкая на ощупь, мялась под пальцами. Выдохнул. Все ещё не исчез.       — Танос, я убил Сэми, — сказал то, что хотел бы сказать ему, если бы тот был жив. Ну ничего, скажет — этому. Жалеть… жалел, пожалуй, только о том, что Мёнги где-то сныкался, а она, со своим чванливо сморщенным носом, попалась под руку. Важно было, чтобы Танос знал.       — Мм, а я в первой игре толкнул человека, который стоял передо мной. С ним упали ещё двое. А я потом улыбался, когда их расстреливали, — задумчиво ответил Танос.       — Какого вообще хуя ты жив?       — А какого хуя ты спер мой крест?       — Так а че добру пропадать?       Танос повернул голову и посмотрел на него. На губах на мгновение мелькнула усмешка.       — Actually, после драки, ты мог хотя бы проверить, а вдруг я ещё дышу? Тогда бы не задавал таких тупых вопросов. Но нет, ты содрал с меня крест, а потом выдрал вилку из плеча.       — Из шеи, — озадаченно поправил Намгю. Танос дёрнул головой.       — Shut up, man, it's my speech. Должна была быть в шее, наверное, но где-то же мне должно повезти. Не попал он. Я и очухаться не успел, как уже ни креста, ни тебя. Nobody! Заполз в кабинку, перевязал футболкой, ну и так-то готов был сдохнуть, но чето все никак. Сидел, слушал, как трупаки убирают. Потом ещё эти выстрелы… и я тоже отключился.       Танос замолчал, Намгю не выдержал, рывком приподнялся, чтобы видеть его лицо, потому что Танос снова смотрел в потолок. В полумраке видно плохо, но у Таноса всегда все эмоции напоказ. Как хмурит брови, ухмыляется или щурит глаза. Намгю помнил каждую.       — И что дальше?       — Думал that's it. Но не, пришёл в себя. Кровь остановилась. Поперся назад, в общую комнату. А вы там как раз голосовали.       — И что? — Намгю заметил, что говорит Танос как-то странно, будто бы с трудом выталкивая слова. Бездумно протянул руку, Танос, видя его движение, усмехнулся и чуть откинул голову. Намгю нащупал под подбородком четыре шрамика. Ну вообще лучше так, чем в глаз.       — Проткнул мне язык. Крови дохуя, но ничего важного задето не было, как мне потом объяснили. А потом я успел прикрыть шею плечом. Второй удар пришёлся туда.       — Да нет, мы голосовали, и что? — поторопил Намгю. Голосование он помнил смутно. Помнил, как назвали его номер, как он подошёл, пялясь на свои руки, которые так и были все в засохшей крови. Он тогда даже не смотрел на табло, никуда не смотрел, все также нажал на круг. В мире за пределами игр ему делать было больше нечего.       — Я тебя увидел. Ты стоял, обдолбанный и весь в кровище. И я решил, что выиграл достаточно. На долги хватит, а заработать можно, если перестать проебываться. И нажал на крест. А потом нас отпустили, и я хотел найти тебя, но понял, что помню только имя. Даже клуб, в котором работаешь, и то забыл.       — Намсу, да?       — Уеs, — расслаблено выдохнул Танос. Намгю подавил желание начать немедленно его душить.       — Ладно, Танос, я все понял, рад, что ты жив, мне уже лучше. Я вернусь к работе, — скороговоркой произнёс Намгю, встал, зажмурил глаза, пережидая подступившее головокружение. Поправил мятую форменную рубашку, привычно заправил волосы за уши. — А че ты… во время голосования не подошёл?       — Почему же не подошёл? Говорю, Намсу, надеюсь ты не выжрал все оставшиеся таблетки. А ты пялился мимо меня… ну а потом газ этот, нас вырубило. Я очнулся в больнице. Мне потом сказали, что меня нашли прямо у входа, прикинь? Carefully.       Намгю вспомнил, как сам очнулся в какой-то подворотне, с также перемазанными кровью руками. В тот день, добравшись до дома, он и хотел выпилиться.       — Я ещё думал, если игры продолжатся, то ты не сможешь играть, — продолжал Танос. — Ну а потом, после больницы, я снова начал выступать. Я хотел найти тебя, хотя бы узнать, what's up, but… Paradise, Pentagon, People's, Plus, Poison — тебя нигде не было. А я remember — Намсу из клуба Paradise?       — Намгю из клуба Пентагон. Пошёл ты, Танос. Забирай свою хуйню и не приходи сюда больше, — Намгю снял с шеи крест и бросил его на кровать. Вон как, оказывается, дохуя таких клубов. И таких как он — тоже много. До двери — не более трёх шагов. Вечность в масштабах вселенной Таноса. Намгю сделал первый.       — Wait… подожди, Намгю, не уходи. I miss u. So much, — в конце фразы голос дрогнул в волнении. Намгю понял, что если обернётся, уйти точно не сможет. Резко, будто бы разрывая какую-то связь, сделал ещё два шага. Пальцы легли на ручку двери. Внутри все натянулось. Услышал позади скрип кровати, а потом Танос подошёл к нему и обнял, положив острый подбородок на плечо. — Мне с тобой даже не под кайфом кайфово было, — выдохнул в ухо, обдав волной горячего воздуха. Намгю закрыл глаза, чувствуя его руки. Больно, так больно было все это время знать, что он больше никогда не прикоснется к Таносу… обида забывалась, стиралась. Он отпустил ручку двери и обернулся.       Танос смотрел на него, чуть наклонив голову. Улыбался. Намгю слабо улыбнулся ему в ответ, взял лицо в ладони и поцеловал. Он бы никогда не смог подумать, что у Таноса такие мягкие губы. Что он замрёт напротив, так и сжимая его в объятиях и будет отвечать на поцелуй. Не грубо и не быстро. Намгю плавился от осторожных движений губ, от того, как ладони Таноса осторожно скользнули с его спины по бокам, погладили через рубашку. Намгю зарылся руками в его волосы, массируя кожу головы. Танос еле слышно выдохнул. Он шагнул вперёд, прижимая Намгю к двери. Ручка неприятно уперлась куда-то в поясницу, но это совсем не было важным. Намгю чувствовал, как Танос прижимается к нему и сам жался ближе, жалея, что невозможно сплавиться, слиться в единое целое. Наверное, если бы Танос хоть раз поцеловал его на играх, он бы не выдержал его смерти.       Он не выдержал и так. Кажется, только сейчас возвращался к жизни.       — Нам… Гю, очень хочу тебя, — интимно прошептал Танос ему прямо в ухо, на имени сделав почти неслышную заминку. Намгю посмотрел на него, закатил глаза и за руку повёл обратно к кровати.       Вместе рухнули в мягкое, лица совсем близко, Намгю пальцами гладил лицо Таноса, трогал волосы, кольца в ухе. Вспоминал, запоминал. Тот щурил глаза и подставлялся под руки. Придвинулся ближе, целуя снова. Намгю прикусил его нижнюю губу, и тут же провёл по этому месту языком, ловя чужое дыхание.       Вырубить бы ещё сраную красную подсветку — мелькало в сознании, но иначе не будет видно его лицо. Важнее этого не было ничего.       Намгю придвинулся ближе, втиснув колено между ног Таноса, бедром чувствуя его возбуждение. Тот тихо простонал прямо ему в губы. Руку положил наконец на живот, участок кожи между ремнём джинс и чуть задравшейся рубашкой. Кожа была мягкой и гладкой. Танос вздрогнул под его пальцами.       — Танос… давай разденемся, иначе я просто порву твою рубашку. А тебе мою рвать вообще нельзя, это форма, — пробормотал Намгю, попытался немного отстраниться, но Танос потянулся следом.       — I don't fucking care, — пробормотал он, они целовались снова, Намгю больше не пытался ничего сказать, поцелуи, прикосновения, выбивали способность говорить. Он только стонал, когда Танос медленно потирался о него внизу. А потом почувствовал, что его рубашку аккуратно и быстро расстегнули одной рукой. Пальцы прошлись по груди, снова выкрашенные в разные цвета ногти царапнули и сжали сосок. Намгю зашипел сквозь стиснутые зубы, Танос хмыкнул и перевернул его на спину, сам уселся на бёдра и, сука, какая сука, потерся задницей о член. Намгю закусил губу и, подыгрывая, положил одну руку Таносу на бедро, другой же накрыл его член, сжимая через штаны.       Танос откинул голову и застонал. Намгю прошибло током вдоль позвоночника. Только от этого глубокого, хриплого стона, он уже был готов кончить в штаны. Рывком приподнялся, стянул с себя рубашку, отбрасывая куда-то на пол, и снова смял губы Таноса, не переставая тереться об него, руками залезая под рубашку, оглаживая кожу. Хотелось бы залезть и под. Поселиться где-то у него в голове, знать, что не уйдёт больше никуда.       Танос и не уходил. Стянул всё-таки свою ебучую рубашку, и, отстранившись немного, снял штаны с трусами. Намгю сделал то же самое. Он пожирал Таноса взглядом, чувствуя на себе такой же, скользящий, горячий. Снова легли, прикосновения ощущались ярче, в голове было так легко и приятно, что Намгю всерьёз подумал, что может в слюне Таноса было что-то типа наркоты. Какой-то, действующей только на него.       Если и так, то похуй.       — Намсу, тут же есть смазка и презики? — Намгю, в этом время вылизывающий его шею, на мгновение замер, а потом вцепился в кожу зубами. Танос сжал в руке его волосы, но даже не дёрнулся. Намгю знал, что он ухмыляется.       — Ненавижу тебя, — выдохнул, отстранился. Конечно есть. Вытащил из прикроватной тумбочки горсть разноцветных квадратиков, швырнул прямо в Таноса. Смазки в клубе тоже были для одноразового использования. Танос фыркнул.       — Sorry, boy. Намгю, of course, — присел, стряхивая с себя квадратики, уставился на него, вполне мило улыбнулся. — Мне надо к этому привыкнуть.       — Ну а тебя как зовут? — Намгю сдвинул шелестящие упаковки, уселся Таносу на бёдра, снова вылизывая шею, с нажимом проводя языком по своему же укусу. Танос красивый — думал отстранённо, чувствуя голой задницей его член. Танос протянул руку вперёд, между их телами, обхватывая член Намгю, ведя от основания до головки. Рука его была скользкой от смазки, когда только блять успел. Ощущений было слишком много, он снова вцепился зубами в шею, уже ближе к ключицам, с удовольствием услышал шипение. Рука на члене ускорила темп. Что он там спрашивал? Танос скользнул пальцами ниже, надавил на вход. Намгю вздрогнул.       — Wanna fuck u baby, — пробормотал он куда-то в волосы Намгю.       — Да, — слишком громко, со стоном, выдохнул Намгю. Танос дождался ответа, и только после этого протолкнул внутрь один палец. Намгю вцепился в его плечи, прикрыл глаза и на мгновение прижался щекой к щеке. Танос прихватил губами прядку его волос и потянул, отвлекая. Протолкнул внутрь один палец, Намгю прикусил губу, опустил голову. Это не его первый раз в целом, но первый раз спустя довольно много лет. Интересно, а Таноса кто-нибудь?..       — Меня зовут Субон, — проговорил Танос, когда добавил второй палец. Намгю стонал, ноги затекли и тряслись, руки потели, и вообще, кажется, держался он только благодаря рукам Таноса, но на это нашёл силы посмотреть ему в лицо. Улыбнуться.       — Тансу, — громко простонал, уже сам насаживаясь на ласкающие его пальцы. Танос хрипло рыкнул что-то про факин щит, вытащил пальцы, Намгю тут же разочарованно выдохнул, но тот помог ему лечь на спину, прошёлся руками по ещё дрожащим ногам, сжимая и поглаживая. Намгю ухмыльнулся и приглашающе раздвинул колени.       — Выеби меня, Танос, — громко, чётко, с акцентом на имени. Надо было трахнуться ещё на играх, тогда, может, они нашли бы туалету лучшее применение, чем в последний раз. Воспоминания снова врезались в голову, не выдержал, приподнялся на руках, снова целуя. Танос, только собиравшийся что-то ответить, обезоруженно стонал в поцелуй. Когда оторвались друг от друга, Танос раскатал по члену неоново-зелёный презик, Намгю фыркнул, вспомнив, что в клубе были только разноцветные, а тот ещё раз нанёс смазку и, положив пальцы на бёдра Намгю, сжимая и поглаживая, толкнулся внутрь. Намгю почти перестал дышать. Боль, уже забытая от осторожных движений пальцев, снова дала о себе знать. Отвлекаясь, дрочил свой член и смотрел на Таноса. Может, было бы лучше, если бы он лежал на животе. Но как, если он хоть на секунду пропадёт из поля зрения, может оказаться, что…       — Танос, — позвал снова, только чтобы убедиться. Что реагирует, что смотрит. Что это он.       — Окей, Намсу, I'll take care of u. U look so good, — пробормотал Танос, двигаясь медленно и осторожно. Намгю болезненно выдохнул, когда тот всё-таки вошёл до конца.       — Поцелуй меня, — хрипло попросил, приподнимаясь на локтях. Танос выглядел так, будто бы и не слышит, судорожно дыша и замерев. — Kiss me, — обречённо повторил Намгю, собрав все знания английского, и Танос тут же наклонился к нему, втягивая в новый поцелуй. Намгю обхватил его ногами, вжимаясь ближе. Боль начинала отступать, и он нетерпеливо надавил на его поясницу. Танос понял без слов, начал двигаться. Намгю обнял его за шею и притянул к себе ещё ближе, заставляя почти лечь сверху. Танос выцеловывал линию нижней челюсти, двигался медленно и почти не опирался на руки. Намгю чувствовал его вес, и плавился от этого ощущения. Его член в таком же небыстром темпе терся о живот Таноса, Намгю стонал, путал пальцы в отвратительно-розовых волосах и, поворачивая голову, целовал, едва прикасаясь к губам. Танос совершенно точно здесь.       — Быстрее, — простонал Намгю, Танос чуть приподнялся и ускорил темп. Теперь боли практически не было, а на одном из толчков прошибло, перетряхнуло таким удовольствием, что Намгю почти взвыл, сам начиная подмахивать навстречу.       — I'm so close to u, — прошептал Танос, и Намгю запрокинул голову, изо всех сил вцепившись в запястье Таноса.       — Субон, — выдохнул и кончил, сперма выплескивалась на живот толчками, пару минут он ничего не осознавал. Танос последовал за ним через пару толчков, кончил внутрь, Намгю гладил его запястье и чувствовал, как сокращается член внутри. Потянул Таноса на себя, и тот снова лёг на него, отодвинул волосы и уткнулся носом в шею. Намгю мог бы вечно так лежать. Лежал, почти невесомо гладил пальцами спину Таноса.       В голове крутилось что-то вроде: это мой Тансу, и я тоже ему принадлежу. Вслух лишь прошелестел Таносу в ухо:       — Волосы чето хуево покрасил, тебе вообще не идёт.