Узор из бездны

Тишину маленькой комнаты разорвал тихий шелест: Никита осторожно скользнул взглядом по тёмно-красному ковру, расстеленному на полу. Каждый витиеватый узор, казалось, двигался в полумраке, словно считал, что его тайны осталось хранить недолго. Никита не мог отвести глаз от этих переплетённых узоров — страх сжимал горло; стоило только представить себе, что ковёр шевелится, тянется к нему, и внутри всё холодело.

***

С того момента, как Никита себя помнил, ковры вызывали у него странное отвращение и страх. А ведь в детстве у всех друзей в квартирах и домах стены и полы были завалены коврами: пёстрые восточные, скучные однотонные, вышитые цветами и геометрией. Он вспоминал бабушкин дом: длинный коридор с густым ковровым ворсом на полу, и ему всегда казалось, что стоит только сделать неверный шаг, как ковёр потянется к его босым ногам и затянет в себя. Неразумный детский ужас? Может быть. Но чувства из прошлого не исчезли, а наоборот — за годы окрепли и окутали сознание липким ужасом. Во дворе соседи смеялись над его «глупой» фобией. Даже друзья подшучивали, им казалось забавным, что кусок ткани может вызвать панику. Никита слушал насмешки и чувствовал, как ему всё тяжелее объяснить, почему при одном взгляде на узорный ворс у него начинается тахикардия, а ладони покрываются потом. Никто и не понимал толком, с чем ему приходится жить.