Assassin's creed 2. А что если?

Когда Джованни и Эцио покинули комнату, где они оставили Сари, они заметили, что вся семья собралась в гостиной и оживлённо беседует. — Что случилось? — поинтересовался Джованни. — Дорогой, я понимаю, что наша гостья ранена, но меня беспокоит, что она оказалась у нас не просто так. — Да, отец, и ещё то, что она нам сказала перед тем, как все вышли… — задумчиво произнёс Эцио. Семья замерла в ожидании: — И что же она сказала? — спросил Петручио. — Она утверждает, что 29 декабря нашу семью ждёт трагедия, но не уточнила, какая именно, — ответил Джованни, задумчиво глядя вдаль. — Также она сказала, что это нельзя предотвратить, иначе будущее изменится, и от этого, как она выразилась, зависит моя судьба и судьба всего Рима, — взволнованно добавил Эцио. — Может ли быть, что она как-то видит будущее? — спросила Клаудия. — Кто её знает, сестра, но мы должны за ней присмотреть, — добавил Федерико. — Хорошо, давайте пока дадим ей отдохнуть, подождём, пока она проснётся, и пообщаемся с ней. Все согласны? — предложил Джованни. — Отличная идея, дорогой, — ответила ему Мария. .         Pov. Сари: Мне снился сон... Мне приснился сон. Я будто наблюдала за собой со стороны: я лежала на больничной койке, а рядом сидели мои родители. Мама держала меня за руку и плакала: — Как же так?! Я же её предупреждала: никогда не торопись на светофоре, даже если опаздываешь! — причитала она, а папа пытался её успокоить. — Дорогая, ну ты же знаешь, какие у них там правила, ей нельзя было… — папа запнулся и тоже заплакал. — К чёрту правила, мы должны засудить того, кто её сбил! Он не останется безнаказанным! — Мама! Папа! — я пыталась докричаться до них, но это было бесполезно. На этом моменте я проснулась вся в слезах. — Ха-ха! Мамочки, это всего лишь сон… — когда я успокоилась, то заметила, что не одна. Рядом со мной на стуле сидел Эцио и смотрел на меня. Был уже вечер, и в комнате было темно. — А? Ты уже проснулась? Всё хорошо? Я зашёл к тебе, потому что услышал, что ты плачешь, и остался с тобой. Ты не отпускала мою руку, пока не проснулась. — А? Я и не заметила, что ты здесь… Спасибо, что остался. — поблагодарила я. — Не за что, bella. Что же тебе снилось, что ты плакала? — спросил он с беспокойством, снова взяв меня за руку. — Мои родители, они плакали, я лежала у лекарей… — я почувствовала, что у меня щиплет глаза. — Я очень по ним скучаю, — проговорила я, плача. — Сари, не плачь, я с тобой, — Эцио прижал меня к себе. Я уткнулась ему в грудь, не успокаиваясь. — М-можно мне стакан воды, пожалуйста? — попросила я. — Конечно, bella, — он отошёл к столу, который я раньше не замечала. На нём стоял графин с водой и стаканы, также я заметила тарелку с едой. Там была какая-то паста. «Bella, это же красавица? Хи, очень мило с его стороны… Он мне ещё и еду принёс, видимо, Аннета приготовила и для меня. Нужно как-то постараться быть полезной, они все столько для меня сделали…» — рассуждала я в мыслях, пока Эцио наливал мне воду. Слёзы текли уже не сильно, но всё ещё не останавливались. — Вот, пей на здоровье, я также принёс тебе поесть, думаю, ты голодна. Если считать, что мы нашли тебя в обед, а уже почти ночь, ты голодна, — проговорил он, протягивая мне стакан. Я взяла его, и он продолжал говорить. Я пила живительную жидкость, будто была жара. "Сколько же я проспала? Пять часов? Неудивительно, что мне так хочется пить."          Я выпила воду и вернула стакан Эцио. Он поставил его на стол и вернулся с тарелкой еды и столовыми приборами. — Спасибо большое, — поблагодарила я, когда тарелка оказалась у меня в руках. — Не за что. Это долг семьи Аудиторе — помогать и защищать слабых и раненых, — объяснил он. — Да? Какие вы благородные. — Я начала есть пасту. Попробовав её, поняла, что это парные кусочки курицы с сыром в сливочном соусе с нотками томата и какой-то итальянской приправы. — Ммм, какая вкуснятина! Чем-то похоже на то, что я делала родителям, когда была ещё дома, — сказала я. — Приятного аппетита. Ты умеешь готовить такие блюда? — спросил меня с любопытством Эцио. — Ну, не прямо такие. Помнишь, я упоминала, что из будущего? — Он кивнул. — Так вот, в моё время люди научились придавать форму мясу. Мы называем это колбасные изделия и сосиски. Большинство людей их готовят почти каждый день. В своё блюдо я жарю сосиску, лук и томаты. Затем сваренную пасту или макароны смешиваю с получившейся массой. Вот и готово, быстро и вкусно. — Понятно, звучит очень увлекательно и аппетитно, — проговорил он с энтузиазмом. — Да, мои родители наверняка очень за меня волнуются. Как бы я хотела им как-то сказать, что со мной всё в порядке, — проговорила я с грустью, продолжая есть. — Не грусти, Сари. Я уверен, что с ними не всё так уж и плохо. Хочешь, после того как ты поешь, мы спустимся в гостиную, и ты расскажешь Петручио обещанную ему историю? — предложил с улыбкой Эцио, погладив меня по щеке. — Ммм, хорошо, я не против, но можно ли мне вставать? — спросила я, помня наставления врача. — Доктор упомянул прогулки на свежем воздухе, но не долго. А учитывая, что ты будешь сидеть в кресле в гостиной, думаю, можно. Я могу пронести тебя на руках туда, чтобы лишний раз не напрягать твоё тело, — объяснил он. От идеи Эцио я покраснела, но кивнула. — Хорошо, я не против, — ответила со смущением, пытаясь встать. Только сейчас заметила, что я в другой одежде. Это было домашнее платье, как спальное. — Ой, я и не заметила, что меня переодели, — рассуждала я вслух. — Да, не переживай, это были мама и Аннетта, — объяснил он, беря меня на руки. По привычке я ухватилась ему за шею. — Осторожнее, bella, — с улыбкой проговорил он. – Хи, извини. — Ничего страшного. — Мы прошли по коридору, точнее Эцио со мной на руках, спустились по лестнице и оказались в другом коридоре. Внезапно перед нами со всех ног побежал Петручио, а за ним — Клаудия. — Ха-ха-ха! Не догонишь! О, братец Эцио и леди! — Он подбежал к нам и попытался обнять Эцио, но тот держал меня на руках, и у него не получилось. — Всё настолько плохо, что тебе пришлось нести её на руках от самой комнаты? — спросила его сестра. Я смутилась. — Не то чтобы, мне уже лучше. Я же обещала Петручио историю, — объяснила я. Петручио запрыгал от радости: — Ура-ура-ура, леди расскажет историю! — Зови меня Сари, — решила представиться я. — Хорошо, леди Сари, — сделал поклон малыш. — Хи, какой маленький джентльмен, — не смогла сдержать улыбку я. — Это ты сейчас так говоришь, а на самом деле он такой неугомонный! — ответила Клаудия, и Петручио надулся. — Я не неугомонный! Просто люблю играть! — ответил он сестре с той же интонацией. — Не обращай внимания, они всегда спорят, — шёпотом сказал мне Эцио, посмеиваясь. — Хи. — Идёмте в гостиную, родители заждались, — проговорила Клаудия и пошла в сторону упомянутого помещения. Мы последовали за ней. Когда мы вошли в гостиную, я увидела много кресел, больше похожих на стулья, и большой стол. На нём лежали книги и тарелка с фруктами. Также там стоял старинный комод, в котором было много книг и деревянных статуэток. В середине гостиной горел камин, а на стенах в подсвечниках стояли горящие восковые свечи, освещая помещение На нас сразу обратили внимание трое: Джованни, Мария и Федерико. Мария выглядела обеспокоенной: — Эцио, ей стало хуже? — спросила она с тревогой. Эцио сел в кресло и посадил меня к себе на колени, придерживая за талию, чтобы я не упала. — Нет, Мария, мне уже лучше. Не переживайте. Я обещала Петручио рассказать историю и попросила Эцио помочь мне дойти до гостиной. Спасибо, Эцио, — попыталась успокоить её я и объяснила ситуацию. Все выдохнули с облегчением. — Хорошо, что вам лучше, — сказал Джованни. — Да, — я заметила, что все, кроме Петручио, стали серьёзными. — Что такое? — спросила я, не понимая. — Мис Сари, расскажите нам поподробнее, что за трагедия должна случиться? — попросил Джованни. Я не знала, как объяснить им всё, не нарушив будущее. — Эмм, как бы вам объяснить и не нарушить будущее… Могу сказать только одно: опасность будет исходить от Родриго Борджия, но главный заговорщик — это Уберто Альберти, его и наймёт Борджия, чтобы обвинить вас в том, чего вы не совершали. Пока на этом всё… И Мария, Клаудия, постарайтесь уберечь Петручио от всего этого, когда начнётся нападение на Палаццо… Все были в шоке. Петручио подбежал ко мне, я нагнулась и обняла его. — Ну, ну не плачь, я обязательно тебя защищу, чего бы мне это ни стоило! — поклялась я, пытаясь его успокоить. — Ху, угу. Можно обещанную историю? — Конечно, — погладив Петручио по голове, он сел рядом с нами на соседнее кресло. — Жила-была необычная принцесса, у неё была особенность — глаза разного цвета. Все считали, что на неё наложено проклятье, но это было не так. Помимо этого у неё также имелись белоснежные волосы. Это выглядело красиво, но опять же подданные считали её проклятой. Однажды горожане устроили бунт, её связали и хотели поджечь на костре. Этого не случилось, благодаря одному храброму рыцарю в белых одеждах. Остановив  горожан, тот убедил их, что её внешность — просто её особенность. За спасение принцессы, король королевства наградил принца. Принцесса полюбила рыцаря, и жили они долго и счастливо. Конец. Все замерли в удивлении и улыбались. — Ого, какая интересная история! Спасибо, Сари, — начал первый Петручио, выказывая своё мнение. — И правда, очень необычно, — поддержала Мария. — Соглашусь с женой, — ответил Джованни. ​ — Хммм, а принцесса — это случайно не ты? Ты описала свою внешность. — Ммм, да, это я. У меня дома меня тоже сторонились, я росла в одиночестве, не считая родителей. Поэтому я скромная и тихо разговариваю, — оправдалась я на догадку Клаудии. — Да, мы ещё тогда с Эцио это заметили, да, брат? — проговорил Федерико, глядя на нас. — Согласен, брат. Сари, у нас тебе нечего бояться, нам нравится, как ты выглядишь, — проговорил Эцио, всё также придерживая меня. — Спасибо вам. Я очень рада, — ответила всем с улыбкой. Внезапно у меня очень сильно заболела голова. Я начала хвататься за неё. — Сари, что с тобой! — воскликнул Эцио. — Ааааа! — я всё кричала и кричала, и внезапно потеряла сознание. Приоткрыв глаза, я снова заметила, что я в том же пространстве, что и в тот раз, когда бог меня перенёс в прошлое. Я вспомнила, как его зовут... Меня ослепила вспышка, и тот мужчина снова предстал передо мной. — Юпитер, я вспомнила! Ты один из Предтечь, Юпитер! Вот кого ты мне напомнил. Почему я снова здесь? — спросила я с выкриками, потому что не понимала, зачем он снова меня сюда перенёс. — Ты нестабильна в своём мире, там твоё тело борется за жизнь. Поэтому ты потеряла сознание, — я была удивлена его объяснением. — Ч-что!? Значит мой сон… — догадывалась я — Да, в тот момент у тебя была клиническая смерть, но твоё тело решило бороться до конца. — Что же мне делать? Вернусь — навсегда останусь несчастной, и я должна выполнить миссию!? — заволновалась я. — Тебе придётся выбрать… В каком времени ты хочешь жить, прошлое или будущее? Решать только тебе, — объяснил мне всю ситуацию Юпитер. «Что же делать? Если вернусь, снова буду жить серой и скучной жизнью. Если останусь, то никогда больше не увижу и не обниму родных! Агрх! Почему всегда такой сложный выбор!?» — я приняла решение, борясь со своими желаниями. — М-могу я на несколько минут или секунд вернуться в сознание в своём времени и поговарить с родителями? — Нет, но ты можешь сказать мне, что хотела бы им сказать, а я бы передал это им через сны, — объяснил он и огорчил этим меня. — Да? Жаль, я бы хотела их обнять на прощание, — проговорила грустно. — Я понимаю, но я не в силах вернуть тебя назад. – Хорошо, записывай... ​ Мама, я тебя очень люблю и буду любить всегда! Не плачьте и не грустите по мне. Знайте, со мной всё в порядке, просто я в другом времени. Я думаю, вы бы сказали, что это чушь, но я всё равно вас люблю. Папа, ты всегда поддерживал меня и очень любил нас с мамой. Твоя вера в нас сделала меня такой, какая я есть. Не плачьте обо мне, знайте, со мной всё хорошо. Передай маме, что она самая лучшая. Проговаривала девушка со слезами на глазах, но не знала, что в этот момент её родители спят и слышат её слова.​​