Страницы нашей истории

— Он твоя первая любовь, — говорит ей Клаус после того, как сообщает, что позволит Тайлеру вернуться в Мистик Фолз. — Я надеюсь стать последней. Кэролайн настолько ошеломлена, что даже не замечает, как пристально смотрит на первородного гибрида, не отрывая от него взгляда. В ней смешались чувства: шок, удивление и облегчение от того, что Тайлер наконец-то может жить свободно. Но почему-то она не ощущает радости и счастья. — И не важно, сколько времени на это потребуется, — добавляет Майклсон с уверенностью, нежно прикасаясь губами к её щеке, оставляя на ней теплый поцелуй. Прошла неделя с их последней встречи, и Тайлер вернулся в город, но он изменился до неузнаваемости. Парень постоянно говорил о своей мечте отомстить Клаусу. Кэролайн не узнавала в нём того молодого человека, в которого когда-то влюбилась и считала, что это «любовь на всю жизнь». Она была так утомлена этим, что предложила Локвуду выбор: либо она, либо месть. Он без колебаний выбрал последнее. На мгновение Кэролайн почувствовала… Облегчение? Она сама не поняла, что это было за мимолетное ощущение. Но затем она осознала выбор Локвуда, и, не сказав ни слова, просто развернулась и ушла. Девушка была на грани срыва. Слёзы душили её, она чувствовала, как усталость охватывает её. Ей надоело скрывать свои истинные чувства к Клаусу, несмотря на всю боль, которую он причинил ей и её друзьям. Его привлекательность словно магнитом притягивала её к себе. В очередной раз она включает голосовую почту, где сохранено его голосовое сообщение: «Кэролайн, я стою в своем самом любимом месте на земле. В окружении еды, музыки, культуры и искусства. Всё, о чём я могу думать, это о том, как сильно хочу показать это всё тебе. Возможно, однажды ты позволишь». Она хочет, чтобы это произошло, но страх перед осуждением друзей не даёт ей сделать шаг. Да, она боится. Боится, что Елена не поймёт её решения, если Кэролайн уедет в Новый Орлеан. Боится, что Стефан начнёт презирать её из-за того, что Клаус однажды сделал с ним. Боится, что Деймон будет напоминать ей об этом до конца жизни, а для вампира это целая вечность. По какой-то причине только Кэролайн всегда могла с лёгкостью понять выбор и поступки своих друзей. Она приняла решение Елены выбрать Деймона, поняла, что Стефан не виноват в гибели множества людей на побережье Калифорнии, поскольку находился под внушением Клауса. Она также понимала Деймона, который влюбился в девушку своего брата, в то время как Стефан пожертвовал своей свободой ради его спасения. Кэролайн осознавала и принимала все эти события, но почему-то ей казалось, что её никто не сможет понять. Она влюбилась в своего врага. Её сердце покорила привлекательность первородного гибрида — самого сильного существа в мире. Он часто снится ей, его улыбка и ямочки на щеках, сводящие её с ума. Она скучает по нему, мечтает ещё раз увидеть, но знает, что он не вернётся. Внезапно её размышления прервал стук в дверь. Блондинка быстро вытерла слёзы и, спустившись в прихожую, увидела за дверью Елену. Меньше всего она хотела видеть сейчас кого-то из друзей, находясь в таком подавленном состоянии. Но с другой стороны, ей так хотелось поделиться своими мыслями с кем-то, кто мог бы её поддержать, пусть и не в том, чтобы она влюбилась в Клауса. Ей нужно было просто дружеское плечо. — Кэролайн, с тобой всё хорошо? — обеспокоенно спросила Елена, как только её подруга открыла дверь. Её взгляд, полный печали и слёз, сразу привлёк внимание Гилберт. — Елена, я больше не могу! — воскликнула Кэролайн, обнимая свою шокированную подругу. — Может быть, заварим наш любимый имбирный чай и обсудим всё, что на душе? — предложила Гилберт, и Кэролайн с радостью согласилась. Заварив две чашки ароматного чая, или, как однажды выразился Деймон, «непонятного пахучего варева», подруги устроились на диване в гостиной. Кэролайн заметила, что её подруга тоже чем-то расстроена. — Что с тобой? — спросила Кэролайн. — Стефан уехал, и я чувствую себя ужасно, ведь это моя вина, — призналась Елена, впервые признавая свою ответственность за страдания Стефана. Она понимала, что не Клаус и не её кровная связь с Деймоном, а именно она стала причиной всего, что с ним случилось. — Знаешь, раньше я осуждала тебя за выбор плохого брата, — усмехнулась Кэр. — А теперь я тебя понимаю. Я уверена, что однажды Стефан простит тебя. А вот меня… Никто не простит за правду, которую я держу в себе уже долгое время. Кэролайн почувствовала непреодолимое желание рассказать всё Елене. — Кэролайн, просто расскажи мне, я уверена, что тебе станет легче. Нельзя держать всё в себе, — говорит Гилберт, нежно кладя руку на плечо подруги в знак поддержки. — Я влюбилась, — слёзы снова подступили к глазам девушки, но она старалась их сдержать. — Я так устала скрывать свои истинные чувства за враждебностью, презрением и ложью. Я не хочу, чтобы меня осуждали, но я поняла, что больше не могу так жить и обманывать себя. Каждый день я мучаю себя, а каждую ночь снова и снова переслушиваю его голосовое сообщение. Елена пыталась понять, о ком идёт речь, но почему-то никто не приходил ей на ум. — И тот, о ком ты говоришь, это… — Клаус, — затаив дыхание, признаёт блондинка. — И я не прошу понять или принять это. Я просто хочу с кем-то поделиться своими мыслями, потому что они меня съедают. — Я понимаю тебя, — неожиданно произносит Елена, заставив подругу застыть на месте. — Да, не стану отрицать, он причинил нам много боли. Но в то же время, он спас нас на выпускном от шайки безумных ведьм. Вспомни, Деймон тоже причинял нам боль в начале. Он убил Джерами, он использовал тебя, но ты всё равно приняла мой выбор. И какой же я буду подругой, если не смогу принять твой? — Мы все не безгрешны, — заключает Кэролайн. — Ты права, все мы в той или иной степени совершали ужасные поступки. Но ты не должна терзать себя. У тебя впереди целое лето, чтобы быть счастливой. А осенью мы вместе будем учиться в колледже, строить планы на будущее и жить полной жизнью. — Обе уже не могли сдержать эмоций, и на их щеках блестели слезы, но на лицах сияла улыбка. Они продолжали разговаривать около часа, прежде чем Деймон осознал, что Елены уже нет очень долго. Перед уходом подруга предупредила её, чтобы завтра она в городе не находилась. Для Кэролайн слова Елены имели огромное значение. Не раздумывая больше, она взяла телефон, нашла нужный номер в списке контактов и нажала кнопку вызова. Секунды казались часами, руки дрожали, но она терпеливо ждала ответа на другом конце провода. — Привет, любовь моя, — услышала девушка знакомый британский акцент. — Клаус… — её голос дрогнул, и она могла поклясться, что лицо первородного стало серьёзным, ведь он понял — она плакала. — Могу я приехать? — Ты могла бы и не спрашивать разрешения, — услышала она его улыбку.

***

После семи часов в пути Кэролайн наконец-то прибыла в Новый Орлеан — город, созданный Клаусом, город, который он так страстно желал ей показать. И вот она здесь, готовая увидеть всё, о чём он мечтал. Она хочет, чтобы он больше не исчезал из её жизни, чтобы Клаус Майклсон всегда был рядом с ней. Для вампира всегда — слишком долгий срок. Она знает, что он ждёт её. И вот, стоя на пороге его дома, Кэролайн вновь замечает эту улыбку, предназначенную только для неё, эти ямочки и этот взгляд. — Дорогая, — его привычный тембр голоса, который стал для неё таким родным, произнес эти слова. — Добро пожаловать в Новый Орлеан! Надеюсь, ты решила приехать сюда не из-за каких-то ужасных событий. Она не ответила, лишь подошла ближе к нему, вглядываясь в его выразительные черты лица. Он наблюдал за каждым её движением. И каково же было удивление Клауса, когда глаза блондинки остекленели, на лице появилась лёгкая улыбка, а она, обняв его, прижалась к его шее, крепко обнимая. — Возможно, однажды я появлюсь на пороге твоего дома и позволю вручить мне весь мир, — тихо проговорила девушка, чувствуя, как его руки обнимают её за талию, она готова поклясться, что тонет в его объятьях. — И я хочу этого. Я хочу провести с тобой это лето, потому что не могу больше скрывать свои чувства к тебе. — Только лето? — усмехнулся Клаус, крепче обнимая хрупкую блондинку. — Да, — с улыбкой ответила девушка, заглядывая ему в глаза. — Потом я уеду в колледж, но буду приезжать к тебе на выходные. — Тогда у тебя будет самое незабываемое лето, — пообещал Майклсон, стирая слезинки, которые покатились по её щекам. Он был так рад видеть её, так счастлив, что эта девушка, которая заняла столь важное место в его тёмной душе, выбрала его. Клаус подался вперёд, не отводя взгляда от её глаз, и когда заметил, что она отвечает ему тем же, их губы слились в долгожданном поцелуе. Однажды она появилась на пороге его дома и позволила подарить ей весь мир.