ненавидеть и любить

tw: тошнота/рвота + религия посмотри на часы – похоже, уже 4.20, и я легко могу понять, насколько хороший ты человек. он стоит на коленях перед комодом. голова раскалывается, в глазах мутно, а нос противно щиплет. слезать с марафона было не лучшим решением, особенно резко. и смешивать траву с герычем – тоже. тело становится тяжелее, руки дрожат. тот ползет в таком положении до двери ванной, которую недавно снесли собутыльники тети. интересно, где сейчас эта шмара? перегибается через край ванны с пятнами ржавчины, после чувствует, что не зря – уже привычное чувство тошноты закрадывается ближе и ближе. горло дерет, а внутри все сжимается – одно слово, противно. это сейчас от голода. по итогу собакин выблевывает лишь воду и несчастный кусок хлеба, что после смывает. после эпизода чувствует себя максимально опустошенным и несчастным. отлежавшись на грязном полу, так же ползет в комнату, чтобы обратно лечь. побитая собака, наверное, ощущает себя так же ничтожно. вновь встает на колени. на комоде лежит цепочка с крестом. потом, проморгавшись, саша видит и несколько икон, а в центре – богоматерь и матрона. смотрит на них бесчувственно, просто есть и есть. она была тихой и спокойной, кроткой и доброй – у нее были теплые руки и самый ласковый голос, она буквально была его миром. саша до сих пор помнит, как приходил к ней на кухню и обнимал, ласкался, будучи маленьким. когда к папе приходила его сестра, она брала сашу за руку и уводила в дальнюю комнату, там играя с ним. просто не хотела, чтобы сын видел весь ужас алкоголя. это был март, саша тогда был в 2 классе. папа опять сидел в гостиной с сестрой, было поздно, а мама с собакиным–младшим была в той комнате. она взяла за руку мальчика и отвела его к маленькому шкафчику в углу, укрытое вязаной салфеточкой. подняв ее, пред взором второклассника оказались иконы, молитословы и кресты, а так же скляночки с водой. – видишь? это и есть уголок с богом. сейчас будем тебя учить.. – чему? – если очень хорошо и искренне попросить у бога, он может дать то, о чем просишь. детские молитвы он слышит лучше, так что.. когда отец сел за убийство, собакин отрекся от религии. сама эта концепция «помолись за..» вызывала сильное отвращение. но сейчас уже просто никак, молитва давала надежду. первая, вторая, саша шептал то, что помнил из детства и церкви. раньше все казалось проще. он слабее и слабее, уже даже лег, но продолжает шептать. поняв, что это слишком много, просто выдохнул последнее «господи, дай мне любимого человека» и отрубился. впоследствии, когда саша уже проснулся, от этого всего и не осталось следов – наверное, тетя отнесла в скупку. или иконы нельзя?.. тот постоянно закидывался шмалью. знал, что с тошей можно – он никогда не замечает ни странного состояния, ни запаха. а ведь собакин всегда был навеселе. и сейчас он просто смотрит в потолок, в трещинах потолка составляя портрет. тошин. с:: «тош, я тебя очень ценю» 15.06