Damn evening.

Дазай Осаму появился в дверях офиса, выглядя как будто его потрепал не только ветер, но и чьи-то губы. Шарф наизнанку, волосы взъерошены, на шее подозрительные следы. Очень подозрительные. — Доброе утро, страдальцы бюрократии, — протянул он, театрально опускаясь в кресло. — Я почти опоздал, потому что любовь... она требует жертв. Ацуcи уронил папку, Кёка покраснела. Куникида перестал писать в ежедневник — беспрецедентно. — Ты опять куда-то ввязался? — простонал Куникида. — Это укусы? — Возможно, — с загадочной улыбкой сказал Дазай, оглядывая зал. — Или следы страсти. Открыт шкаф — только бинты и аспирин. Полка с косметикой — похоже, Дазай утащил его увлажняющий крем. Ублюдок. — Где мазь… где мазь… Где ты, родная моя, спасительница? — бормотал Чуя, переворачивая всё, включая баночку с надписью "От ожогов. Не для засосов. Не пробовать на себе!" Прошёл час. В этот момент он остановился, посмотрел на себя в зеркало — со взъерошенными волосами, с поцелуями, укушенный, с банкой в одной руке и зубной щёткой в другой. — Я — уважаемый человек. Исполнитель. Бывший глава отряда. А сейчас ищу мазь от засосов. После течки. После ДАЗАЯ. Он сел на край ванны и схватился за голову. — …Мне нужна не мазь. Мне нужна психотерапия. Он закрыл лицо руками. — О, нет… Я могу быть беременен. Глаза расширились. — Нет-нет-нет, погодите. Это не… Хотя… Была же та статья: «Вероятность наступления беременности во время совместной течки у нестабилизированных партнёров — 87%». — Мне срочно нужен тест. И психиатр. Или просто верёвка и глухой лес. Тест лежит на раковине. Чуя сидит на крышке унитаза, обняв колени, словно подросток, который впервые в жизни сделал что-то потенциально жизнепереломное. Прошло пять минут. Он набрался храбрости, медленно наклонился… и взглянул на результат.Одна полоска. Тишина. Сначала — ничего. Потом… вздох. Глубокий. Тяжёлый. — Отрицательный… — прошептал он, не веря. — Нет беременности… нет…Он осёкся. В груди — странное ощущение. Не радость. Не облегчение. Что-то другое. Как будто он сам себе не верит. Он снова взглянул на тест. Под разным углом. С подсветкой. Протёр глаза. Но вторая полоска не появлялась. — Может, рано… — прошептал он. — Может, я сделал его слишком рано… Или… тест просрочен? Дазай сидит за столом. Перед ним — стопка документов, папка с делом и кружка с остывшим кофе. Он держит в руках ручку, но уже минут десять просто вертит её между пальцами.Лицо у него — спокойно-ленивое, как всегда. Только вот взгляд уходит в пустоту. Глубже, чем обычно.— Хм… — тихо протянул он, глядя в окно, — ...а если он действительно… беременен? Он откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы за головой. Прямо как будто думает над логикой преступления. Но нет. Это была мысль пострашнее убийства.— Совместная течка. Без блокаторов. Его запах… он был таким сильным, таким чистым. Он хотел меня. Я хотел его. Мы не думали. Мы просто… сгорели. Вместе. Он закусил губу. — Чуя. Беременен. От меня. Молчание. Полное. Пауза. Потом... — Боже. Эта малышка будет такая же вспыльчивая. Такая же громкая. Такая же рыжая. Наверняка научится материться раньше, чем ходить.Дазай невольно хихикнул. — А если это будет мальчик?.. Он будет стоять перед зеркалом, поправлять волосы, и говорить: “Я не мелкий! Просто гравитация — лжёт!” — А я… буду... отцом? Тишина снова накрыла. Он сел ровно, опустив взгляд в стол. — Чуя никогда не говорил, хочет ли детей. Он ненавидит слабость. Близость пугает его. А ребёнок — это… это слишком близко. Навсегда. Он сжал ручку чуть сильнее. — И если он уже узнал… и боится сказать мне?.. В этот момент в кабинет заглянул Куникида: — Дазай! Ты закончил отчёт? Нет. Я — мысленно в декрете. У меня, возможно, ребёнок. — …Ты просто хочешь сбежать от работы, да? — Вовсе нет. Я морально готовлюсь к тому, что мне придётся объяснять Чуе, что новорождённые не могут использовать гравитационные способности, даже если "у них это в крови". Куникида закрыл дверь. Молча. Чуя огляделся. Одежда валяется. Простыни на выброс. Подушка пахнет Дазаем — раздражающе успокаивающе. Но уже не трясёт. Значит, всё точно прошло.Ну и слава богу, — буркнул он, — мне точно не время рожать мини-Дазая. Пока я сам не выжил после его последнего укуса. Он с тоской посмотрел в зеркало. Засосы. Следы зубов. Лёгкий синяк на ключице — воспоминание об особенно эмоциональной ночи - Потрясающе, — выдохнул он. — Выгляжу, как будто меня откачивали дефибриллятором страсти. Он включил душ, бросил в воду соль с лавандой — чисто чтобы "очиститься от проклятия" — и полез в воду. Долго отмокал. Очень долго. Пару раз вслух стонал, когда трогал особенно чувствительные места. После душа он вышел в полотенце, глядя на своё отражение с новым чувством: "Я выжил. Я цел. И, кажется, даже не беременен." Он привёл в порядок волосы, слегка замаскировал засосы тональником (вдохновившись видео в интернете: «Как скрыть следы, если вы омега, но вам завтра на работу»), надел свежую одежду и открыл окно. Прохладный ветерок ударил в лицо. — Свобода, — прошептал он. И в этот момент… зазвонил телефон. Чуя только что собирался немного расслабиться после бурной недели, но звонок заставил его вздрогнуть. Он взял трубку с лёгкой неохотой. — Алло? — сказал он, пытаясь звучать спокойнее, чем чувствовал. — Чуя, это Мори, — голос сдержанный, но чёткий. — Нам срочно нужен ты на работе. Произошла небольшая накладка с проектом, и без твоей помощи не обойтись. Чуя прикусил губу. – Но я только вышел из отпуска, и… — начал он. — Отпуск отменяется, — перебил Мори. — Ситуация серьёзная, и я ожидаю тебя на месте через час. — Понял, — выдохнул Чуя, сжав руку в кулак. — Буду. — Отлично. И больше никаких оправданий, — голос стал чуть мягче, но по-прежнему без вариантов. — Рассчитываю на тебя. — Есть, босс, — коротко ответил Чуя и повесил трубку.Он вздохнул и посмотрел в зеркало. В глазах уже не было той расслабленности, что была несколько минут назад. простая футболка, поверх — лёгкая куртка. В зеркале проверил волосы — они всё ещё немного взъерошены, но уже не так, чтобы пугать коллег. Дальше — тщательная маскировка засосов тональным кремом и лёгким корректором. — Так, маскировка уровня «профессионал», — усмехнулся он.