Ошибка

— Эй, Винс, как насчёт трахнуться прям щас? Ступор. Такое предложение от Клода было крайне.. неожиданным. Конечно, Винс уже более-менее привык, что этот мафиози может использовать его тело и такое было не раз, но обычно его даже не спрашивали. Обычно все проходило в грубой форме, под взглядами его дружков, с сильной болью "там" и слезами. И слезы эти были не только от неприятных ощущений, но ещё и от унижения, которое ему приходилось испытывать..последний такой раз был неделю назад и к этому времени все более-менее успело зажить внутри. И, если быть честным, ему хотелось, чтобы в целостности там все оставалось как можно дольше, вот только отказывать было страшно. Сейчас они находились один на один, комната, предоставленная для плотских утех, была в двух шагах и если подумать, то лучше уж Клод возьмёт его в таких условиях сейчас, чем разозлится и ему снова придется переживать весь тот кошмар. Робкий кивок, тихое "да" и вот они уже сидят на мягкой кровати. Пока Клод шарился в тумбочке, ища, предполагаемо, презервативы, Кавински опустился всем телом на кровать, наслаждаясь мягкостью одеял. Определенно, это будет лучше, чем на полу или жёстком диване..На самом деле, он просто пытался найти хоть какие-то плюсы в этой ситуации, хоть как-то приободрить себя перед предстоящей болью. —Эй, ты чё, уснул что ли? Я не настолько долго искал, чтобы ты мог уснуть! — матрас прогнулся под весом Клода, он явно не планировал передумывать, а значит блондину пора бы уже вынырнуть из своих размышлений. Он уже согласился, ничего не изменить.. Лицо брюнета совершенно неожиданно оказалось в пару сантиметров от его и Винс..Винс застыл, чувствуя как взгляд притягивают эти грубые черты лица, этот хищный взгляд, в котором читались огоньки возбуждения. До этого у него просто не было возможности рассмотреть все эти черты в такой близости, а сейчас ему была видна каждая родинка, каждый волосок, упавший на лицо. Звучит бредово, но этого всего хватило, чтобы внизу резко образовалось тепло, распространившееся по всему телу. А ещё бредовее звучала мысль, что Винсу нравится этот идиот и ему определенно не хотелось думать об этом сейчас, у него ещё будет время, уставившись в потолок, размышлять на тему почему же его так тянет к Клоду, почему он продолжает общаться с ним и ждет встреч, несмотря на все унижения. Ресницы дрогнули, вскоре прикрывая глаза, дабы взгляд не выдал все его потайные мысли. Грубый поцелуй прервал поток чувств и мыслей, заставляя сквозь напряжение тела открыть рот, дабы чужой язык проник внутрь, сразу же проходясь по кромке зубов. Опять это тепло, черт. Хотелось обнять мафиози за шею, притянуть к себе и ответить на этот поцелуй, но несмотря на все свои похотливые желания, Винс просто не мог не чувствовать себя загнанным в угол зайцем, которого отдали на растерзание лисе. Да и, если говорить честно, у него бы просто смелости не хватило послушаться своих желаний, а потому он мог лишь лежать, словно бревно, пока старший упивался поцелуем, кусая губы до крови. Аккуратные прикосновения к телу под одеждой заставили Винса в очередной раз застыть. Ему не показалось, Клод и вправду вел себя более..нежно? По крайней мере, ранее он будто бы и не знал, что такое прелюдия, да будь бы они в зале, он бы уже присунул ему, под одобрительный хохот своих соратников. Сейчас же он не спешил приступить к самому акту, вместо этого он, обнажив верхнюю часть тела блондина, начал всячески покусывать и посасывать смуглую кожу, время от времени кидая взгляд на выражение лица парня под ним. А выражение было сложным..все эти махинации были приятными и, может быть, он даже хочет больших стимуляций, но это ведь просто потребность глупого подросткового тела, верно? А значит он не может позволить себе отразить на лице всю ту гамму эмоций, что испытывает, но и полностью запереть их на замок не получилось, отчего и получилась крайне непонятная мина, но видимо Клод слишком уже научился читать парня, иначе Винс не знает как ему удалось вырвать из его уст стон. Это произошло настолько быстро, что Кавински даже не успел понять где и что сделал Клод, но черт возьми, это было слишком хорошо. За приятными ощущениями блондин и позабыл уже где он, с кем и зачем. Из забвения его достало ощущения холода внутри..быстро распахнув глаза, парень с ужасом понял, что Клод уже успел стащить с него не только штаны, но ещё трусы! И ужасал его даже не тот факт, что он голый, а то, что он, черт возьми, возбужден! От стыда по всему телу прошлась крупная дрожь, захотелось стыдливо прикрыться, он и в правду потянулся рукам, дабы скрыть свой позор, вот только Клод был быстрее. Жёсткая, довольно большая рука обхватила полувставший член, начиная равномерно двигать рукой по органу. — К-клод, т-ты чего? Прекрати.. — от дикого смущения и стыда Кавински начал запинаться и дергаться, явно не готовый к таким ласкам. Забавно, что половые акты случались у него часто, но так к нему прикасались в первый раз.. Обычно, насильники старались максимально избегать прикосновения к органу, заботясь лишь о своем удовольствии и благополучии. Так почему же Клод сейчас вел себя совершенно иначе? Блондин уже замечал, что без своих соратников мафиози ведёт себя как меньший придурок и с ним даже можно поговорить нормально, но кто же знал, что в интиме его изменения будут ещё сильнее! Несмотря на просьбу, парень продолжил водить ладонью по члену, порой уделяя внимание головке, у него определенно была цель возбудить Винса на все сто процентов! Зачем - не понятно, сейчас он должен следить за реакцией своего тела, чтобы не дай боже не поддаться удовольствию. К сожалению, практики в воздержании у него не было совершено, отчего приходилось прилаживать уйму силы, чтобы мозг не поплыл, благо, Клод все же убрал руку и, уставившись на Винса, начал чего-то ждать. Мысли шли туго, но как только до него дошло, волна смущения вновь захлестнула его. Раздвигать ноги перед кем-то не было чем-то новым для него, вот только если раньше ситуации, в которых приходилось это делать, были пропитаны грязью, то сейчас..сейчас этот момент ощущался до жути интимным. Прикрыв глаза, Кавински послушно раздвинул ноги, чувствуя как в животе начинает болеть от страха. От всех этих стимуляций он и позабыл о боли, которая его ожидает. Почувствовав прикосновение к анусу, он инстинктивно сжался, но тут же расслабился, не желая усугублять свое положение. Давление на анус и..стоп. Это явно был не член! То, что вошло в него было в разы тоньше и короче, неужели..вскоре догадка парня подтвердилась и он не пойми какой раз за этот вечер впал в ступор. Непонимание и куча вопросов кружились в его голове. Что блять такое произошло, что Клод мало того, что устроил прелюдии, так ещё и решил растянуть его? Да в жизни такого не было! Вслед за шоком в голову посыпались волнения. А не противно ли Клоду? И какого черта он вообще волнуется о благополучии мафиози в такой момент? По началу ощущения были крайне странным, но потом, в момент когда Клод наткнулся на бугорок нервов, в эту пучину противоречивых чувств вновь вмешалось удовольствие и вновь вопрос сдерживания себя встал на первую строку важности. Если говорить честно, то ему хотелось поддаться порыву чувств, показать насколько ему хорошо сейчас, но гордость, вернее её остатки просто не позволяли сделать это. Постепенно пальцы добавлялись, темп ускорялся, а удовольствие волнами распространялось по телу и если до этого Винс ещё надеялся, что член упадет, то теперь он откинул эту мысль, чувствуя как ноет член, желая ласки. Вот только предоставить это Кавински не мог. Он просто не мог начать мастурбировать себе, пока пальцы Клода в его заднице, а попросить о таком брюнета ещё более позорно. Казалось, он сойдёт с ума. Хотелось уже получить разрядку и перестать так умирать от стыда, но это ему светит ещё ой как не скоро, что он, что мафиози имели довольно хорошую выдержку в этом плане, да и если Винс кончит первым, Клод явно ещё не достигнет пика. Вдруг пришли сомнения..а сможет ли он вообще кончить? Хотелось бы получить хотя бы тухлый оргазм, это всяко лучше страдать от невозможности кончить или глушить все это возбуждение. Наконец-то пытка в виде растяжки закончилась и дело осталось за малым. Проникновение. Это было то, чего Винс просто панически боялся, каждый раз это приносило невыносимую боль и невозможность нормально ходить, а кровь на бумаге становилась нормой. Ему не хотелось вновь испытать это, умом он понимал, что этот раз пройдет глаже, растяжка явно улучшит дело, вот только от этого страх никуда не уходил, а только обострился, когда на этот раз уже головка коснулась сморщенной кожи. Вдох. Головка надавила на анус. Выдох. Орган плавно начала погружаться внутрь. Напряжение спало, в этот раз это все ощущалось иначе. Если раньше это было пиздец как больно, то сейчас это просто было непривычно, ощущение как инородный предмет такого размера входит в него отзывалось непонятными чувствами внутри. Лишь когда парень вошёл на три четверти Кавински начал чувствовать лёгкую боль, но это можно было довольно легко стерпеть, что блондин и сделал. От мысли, что сейчас член Клода находится внутри, пенис Винса неожиданно дернулся, что видимо брюнет воспринял как сигнал к тому, что можно начать двигаться. Твою ж мать. В прошлые разы член Клода доставлял лишь резкую боль, будто внутрь засунули нож, но сейчас..сейчас Винса закинуло блаженное удовольствие и к чёртову стыду он просто не мог сдерживать стоны. Слишком хорошо, слишком горячо, блять, быстрее..Сильные руки сжимали бедра, пока член быстро входил внутрь, отчего Винс только и делал, что хватался за парня, бормоча что-то не связное. И даже в этот момент он просто не мог отделаться от чувства стыда за то, что ему нравится происходящее и за то, что он показывает это. Единственный выход из ситуации — поцелуй. Да, это тоже был позор, но по великолепной логике подростка это было лучше. Обхватив мафиози за шею, парень пылко целовался с ним, с концами откинув всю свою гордость. Да блять, ему нравится тот факт, что его трахает Клод, да, он хочет, чтобы старший входил грубее, да, он..оргазм пришел слишком резко. Невероятная волна удовольствия поглотила его, заставляя укусив партнёров за губу и сжав его достоинства внутри кончить, простонал в поцелуй. А дальше Винс и не помнит, что произошло, единственное, что отпечатались в его памяти, это то как Клод нежно обтирал его тело от следов спермы, а позже лег рядом, накрывая их двоих одеялом. Да, это была ошибка, но жалеть он о ней не будет, не в этот раз.