Привкус металла

      Атмосфера в машине была напряжённой: наполненной незаданными вопросами и подавленными эмоциями. Генерал точно не собирался оставлять увиденное, будто ничего не произошло, и Лэйн это понимала.       — Откуда у тебя кровь отродья? — наконец спросил он. Его взгляд был серьёзный, сосредоточенный на дороге.       Час назад.       Дмитрий сдержал своё обещание и, как только отряд вернулся в Оксфорд, переехал на этаж, где жила Лэйн. Подобрал ближайшую к ней комнату.       Лэйн решила позвать его на обед. Она ощущала некую неловкость после их первого поцелуя, но избегать Дмитрия казалось глупым.       Генерала в комнате не оказалось. Как она выяснила впоследствии у ребят, его пригласила на разговор Донован.       Вернувшись из столовой, Лэйн застыла в дверях своей комнаты от неожиданности. Дмитрий стоял перед ней, держа в руках цилиндр крови, которую Лэйн собрала из своего шрама…       Она переводила взгляд то на цилиндр, то на генерала.       Дмитрий пристально смотрел на неё.       Глубоко внутри генерал открывал в Лэйн какие-то давно забытые чувства, но на её лице не было никакого замешательства.       Её безразличный взгляд убивал. Дмитрий и представить себе не мог, как эта девчонка будет влиять на него спустя время. Зачем он дал волю своим чувствам? Показал их ей? Этой холодной, беспринципной… Нет, больше так нельзя!       Смерив Лэйн грозным взглядом, Дмитрий швырнул цилиндр на кровать.       — Собирайся. — повелительным тоном произнёс он. — Донован дала срочное поручение, необходимо осмотреть одно из поместий. Жду в машине.       Он прошёл мимо, даже не взглянув на неё, и вышел из комнаты.       

***

      — Лэйн?! — молчание затянулось. Он грубо окликнул её.       Взглянув на Дмитрия, она поняла, что взгляд его не предвещал ничего хорошего. Доверие к ней снова подорвано.       «Могу сказать, что Анна попросила подержать у себя, боясь, что её украдут. Вдруг, кроме Ника, в отряде есть ещё предатель?»       «Нет, скорее всего, она попросила бы об этом самого Дмитрия…»       — Откуда. У тебя. Кровь. Отродья? — сквозь зубы повторил он вопрос.       «Врать сейчас будет глупо…»       — Нашла этот цилиндр на корабле. Не успела никому сообщить. — вырвалось у Лэйн, прежде чем она успела обдумать ответ.       «Что, если меня отправят на какие-то исследования?» — перед глазами всплыли картинки одного из кабинетов ушедшей под землю базы, где, вероятно, творили ужасные вещи с бессмертными. Только ли с ними?..       «Я не могу сказать, что это кровь из моего шрама. Слишком рискованно».       Чувства, что начали зарождаться к Дмитрию, выбивали из колеи и сбивали с цели. Необходимость врать ему доставляла какой-то дискомфорт внутри.       — Ты лжёшь. — уверенно произнёс Дмитрий. — Лэйн, почему? Разве я не дал понять, что ты можешь мне доверять? Я защищу тебя.       — А я? Разве не доказала, что верна отряду? Не помогала, рискуя собой?       Дмитрий перевёл на неё взгляд. Выражение лица Лэйн по-прежнему оставалось нечитаемым, в то время как сам он едва сдерживал бурю чувств, что образовалась внутри.       Она оставалась загадкой. Загадкой, что невозможно разгадать. Девчонка, появившаяся из ниоткуда, делала его растерянным, заставляла терять бдительность.       Для него это было ново.       — Ты доказала свой интерес к переводу книги, не более. Возможно, для тех, на кого ты работаешь на самом деле, это тоже важно и перевела ты уже гораздо больше. — его взгляд упал на бардачок, в котором могло храниться оружие.       Лэйн чуть не задохнулась от возмущения.       «Куда мы вообще едем?» — пронеслось в её голове.       Дмитрий продолжил:       — Ты так и не рассказала ничего о том, где была эти три года. Не поделилась ни одним воспоминанием. Хотя уверен, что во время твоих обмороков ты могла что-то вспоминать. Почему я до сих пор ничего о тебе не знаю, Лэйн? Ничего!       Хотелось разорвать её на кусочки. Посмотреть, есть ли там внутри вообще хоть что-то? Или лишь куски льда…       Он бы не удивился, учитывая, каким ледяным было её тело.       — Я уже рассказала всё, что помнила. — проговорила она, отведя взгляд к окну.       Дмитрий резко вывернул руль и съехал на обочину.       — Что ты делаешь? — удивлённо воскликнула Лэйн.       Остановив машину, генерал выдохнул. Его грудь тяжело вздымалась, словно в этот момент он боролся с самим собой.       Дмитрий устало потёр переносицу. Лэйн словно ждала от него этого жеста, знала, что он всегда так делал, когда что-то шло не так. После вышел из машины. Достал из кармана джинсов пачку сигарет и закурил.       Немного понаблюдав за генералом, Лэйн вышла следом.       Дмитрий стоял, повернувшись к машине спиной, пытался собраться с мыслями. Он слышал, как открылась пассажирская дверь, но не стал поворачиваться. Не хотел снова встретить её равнодушный взгляд.       Она подошла сзади и коснулась его руки.       — Дмитрий… — тихо произнесла Лэйн. Мысли путались. Она ощутила желание быть открытой и честной до конца, но…       «В первую очередь он генерал. Я не могу признаться. Пока не могу».       — Больше мне нечего тебе рассказать. Всё, что помню, уже говорила. — продолжила Лэйн.       Он развернулся и молча, пронзительно посмотрел на неё. Возникало ощущение, что генерал видел её насквозь, читал мысли и принимал какое-то решение.       Хотелось отвести взгляд, сбежать куда глаза глядят, но Лэйн выдержала. Сглотнув, она спросила:       — Нам ещё долго ехать?       Дмитрий усмехнулся, продолжая рассматривать её. Он не понимал, почему к ней так тянет. Почему достаточно одного лишь её касания и он готов забыть всё, что произошло несколько минут назад. Закрыть на всё глаза…       — Ты вообще чувствуешь хоть что-нибудь? — спросил он.       Она опустила взгляд.       — Лэйн, порой мне кажется, что ты больше похожа на отродье, чем на человека. Вспоминаю тот день, когда увидел тебя впервые и как эта тварь не тронула тебя. Уверена, что ты на той сторо…       Лэйн не дала генералу договорить. Знала, к чему он клонит. Может, она не умеет проявлять эмоции, как все люди и не может сейчас быть достаточно честной, но это не значит, что она совсем бесчувственная и кто-то имеет право сравнивать её с противными чудовищами. Хрупкая рука девушки громко хлопнула о щетинистую щеку генерала. На улице, на этой богом забытой дороге от резкого звука разлетелось несколько птиц.       Дмитрий же не шелохнулся. Не пытался остановить, не отвёл взгляда, ничего. Такая реакция, а точнее, полное отсутствие, страхом пронеслась по её телу.       Нужно срочно что-то сказать, извиниться… Лэйн попыталась подобрать нужные слова, но они стремительно замерли на губах, уступая место чему-то более искреннему. Дмитрий не дал ей шанса ответить. Что странно, ведь мужчине больше всего хотелось слышать её голос всюду, знать о её вкусах и привычках.       Какой кофе она любила до начала конца? А какую музыку предпочитала слушать? Если бы они сейчас отправились в ресторан, какую кухню предпочла бы Лэйн? Хотелось знать всё — от неважных на сегодняшний день мелочей, до того, где была все эти три чёртовых года, что замышляет и как ему с ней… быть? Привыкшему к тотальному контролю генералу катастрофически необходимо было знать хоть что-то.       Но не сейчас.       Сейчас он впился в её мягкие губы голодной хваткой. Соскучился. Одного раза в тесной каюте было катастрофически мало. Хотелось целовать её постоянно, до головокружения, нехватки дыхания, чтоб сердце выскакивало из груди, а лёгкие горели. Хотелось выпить её до дна.       А она поддалась. Спустя несколько секунд замешательства ответила на поцелуй.       Он был стремительным и наполненным сжигающей страстью, смешанной со рвущимся наружу отчаянием. Встреча губ была похожа на столкновение двух миров, таких разных и одновременно столь нуждающихся друг в друге.       Оторвавшись от мужчины, дабы набрать воздуха, Лэйн провела рукой по его груди, исследуя новые границы дозволенного, а тот, не выдержав её взгляда, только и смог, что на выдохе прошептать её имя.       — Лэйн.       На этот раз не выдержала она, резко потянув мужчину вниз за шею для поцелуя, Лэйн, несмотря на свою холодную сущность, пылала.       «Неужели я могу так просто сдаться ему? Зачем всё это, что я творю?» — пронеслось в её голове отрезвляющим шёпотом, но разве это могло подействовать, когда горячие губы держали в своей власти, а надёжное колено мужчины уже устроилось между трясущихся ног.       К чёрту, мир рушится, так пусть рухнет и всё остальное.       Дмитрий крепче обнял её за талию, продолжил целовать, выпустив все свои желания наружу. Запустил руку в её растрёпанные волосы, слегка оттягивая пряди назад, тем самым оголяя тонкую шею. Пока Лэйн, ведомая ощущениями, полностью расслабилась в стальной хватке, он с лёгкостью прижал её к машине.       Оперевшись на капот, Лэйн ощутила, как холод металла смешивается с теплом касаний Дмитрия. Столь яркий контраст отозвался внутри чем-то давно забытым, родным, чужим. Внутренний порыв почти заставил её оттолкнуть Дмитрия, — всё это было слишком. Но она лишь сильнее запрокинула голову, предоставляя всю себя для самых откровенных поцелуев.       И что они творят? Всё вот-вот рухнет, за каждым углом тебя поджидает опасность, но до остального сейчас не было никакого дела. Только он и она. Не криптограф, с огромной ответственностью перед человечеством, не генерал как надежда на спасение, а просто Дмитрий и Лэйн. Двое людей, случайно повстречавшихся в непонятных обстоятельствах. Нечаянно открывшие свои сердца друг другу в неподходящий момент. Но разве у них когда-то будет этот самый подходящий момент? Маловероятно. Им ничего не остаётся, кроме как жить здесь и сейчас. Дмитрий как никто понимал, что каждый пережитый час, теперь напоминал о том, насколько хрупка и скоротечна жизнь.       Уже, почти разложившись на холодном металлическом капоте, грудь Лэйн вздымалась всё чаще, поцелуи потеряли и проблеск невинности, а взгляды обоих говорили намного больше слов.       Грубые ладони Дмитрия бесстыдно бродили по её изгибам, то выше, то ниже; ритмично, моментами сжимая нежную кожу под слоем одежды. В его движениях не было особой нежности, не сегодня, не сейчас. Страсть затмила его взгляд плотной дымкой, он наконец-то позволил своим желаниям одолеть сдержанного генерала в этой битве. Нет, это точно наваждение. Наваждение, которое он с издёвкой зовёт своим лаборантом.       — Помнишь, ты тогда говорил… — учащённо дыша прошептала Лэйн, пока губы Дмитрия впивались в её на удивление тёплую шею — говорил в каюте, что не хочешь думать о том, что мне была уготована такая судьба?       — Я не отказываюсь от своих слов.       — Я хотела сказать, что не согласна с тобой. — После этих слов Дмитрий с усилием оторвался от неё, но всё ещё оставаясь достаточно близко, чтоб чувствовать её аромат. — Мне кажется, всё случилось так, как должно было случиться.       — Ты слишком жестока к этому миру.       — К чёрту мир, я о тебе. И обо мне. О нас. Я хотела сказать, что для нас с тобой всё случилось правильно.       — В тот день, когда я нашёл тебя… — Дмитрий отвёл свой взгляд на мгновение, пытаясь понять, что же он почувствовал тогда на самом деле, пытаясь признаться самому себе, что было сделать сложнее всего. — Думаю, в этом есть смысл.       — Дмитрий, — мягко произнесла Лэйн. Её рука снова скользнула по щетинистой щеке, а карие глаза, полные искренности смотрели прямо в его. — Я не враг тебе.       — Только мне?       — Этого для тебя недостаточно?       — Плевать. Если кто-то и всадит нож в мою спину, пусть это будешь ты. Лэйн, мне кажется, что от твоей руки я даже умру с внутренней улыбкой.       И это была чистая правда. Он свято верил в то, что во время конца света, где каждый прожитый час бесценен, смерть от руки любимого человека — это один из лучших худших исходов жизни.       Хотя Лэйн и так его убивает. Убивает прямо сейчас, впившись в его шероховатые губы. Желание обоих стало непреодолимым, или же никто просто не хотел с ним бороться.       Дмитрий уложил её на капот старой машины, как голодный зверь, принялся стаскивать с неё одежду, одаривая каждый обнажённый сантиметр кожи поцелуями.       Свитер летит в сторону. Дорожка поцелуев по животу. Выше.       Ключицы. Снова поцелуи. Дорога утонула в тумане, может, кто-то за ними наблюдает? Всё равно.       Тонкая рука со шрамом оттягивает чёрные, как смоль волосы. Рык. Влажные поцелуи в шею.       Ниже. Женский топ летит вслед за свитером. Туда же и его футболка. Хочется ещё ближе.       Это сводило с ума. Прижавшись голым торсом ещё ближе, Дмитрий обхватил губами её сосок. Лэйн стонала, задыхаясь от удовольствия, но генерал не собирался останавливать сладкое мучение.       Его рука скользнула ниже, медленно, очерчивая свой путь едва ощутимыми касаниями. Забравшись под юбку большими пальцем надавливая на чувствительное место через тонкую ткань белья.       Параллельно то покусывая, то поочерёдно посасывая соски, оттягивая их на себя, не переставал круговыми движениями, как искусный художник своей кистью, вырисовывать круги на клиторе.       Лэйн тонула в этом. Но ей не нужен был спасательный жилет рядом с ним. Извиваясь на уже нагретом теплом тела металле, изнемогала, прерывисто, стараясь сдержать стоны удовольствия, что получалось отнюдь плохо.       Ускоряя движения руки, впился в покусанные губы, заглушая очередную волну стонов. Как сладко она звучала. Дмитрий и раньше заслушивался её звонким голосом, вечно пытаясь её разговорить, и насладиться этим вновь. Но сейчас, именно так, как сейчас, готов был слушать до последнего вздоха. А осознание того, что ледяная Лэйн так тепло звучит, находясь в его власти, в его покрытых шрамами руках срывало крышу.       — Боже, Боже! — Зажмурившись от удовольствия, Лэйн опрокинула голову назад, ещё крепче вцепившись в чёрные волосы.       Свободной рукой Дмитрий расстегнул свои брюки, взяв твёрдый от возбуждения член, сделал несколько рваных движений до основания. Пока он сдвигал промокшее бельё Лэйн в сторону, она наконец-то открыла глаза, найдя его взгляд.       Не переставая смотреть в раскрасневшееся милое лицо, Дмитрий взял её за бёдра, резким движением потянул Лэйн к краю капота и вошёл в неё.       — Лэйн, чёрт! — Выругался он, в ответ на её жалобный писк.       Не делая никаких движений, Дмитрий продолжал стоять смирно, попутно зажмурившись, наслаждаясь новым, казалось, давно забытым ощущением. Ждал, пока она привыкнет, откроет свои глаза, хотелось, чтоб она смотрела, чтоб знала кто сейчас с ней, в её мыслях, в её теле, целиком и без остатка в ней. Пусть видит, чья она.       Когда наконец-то получилось обуздать нахлынувшие ощущения, Лэйн схватила его за шею, прижимая ближе, вцепившись в губы мёртвой хваткой, обвивая его язык, как виноградная лоза столб, в надежде возвыситься над землёй.       Не отрываясь от поцелуя, Дмитрий начал двигаться. Медленно, нарочито тягучими, но грубыми толчками пытался почувствовать каждый сантиметр её тела, впитать глубоко под кожу её заглушённые поцелуями стоны, запомнить, как она извивается и жаждет большего.       — Быстрее. Прошу, — неразборчиво, на выдохе смогла выдавить из себя Лэйн.       Он так хотел не поддаваться ей, не идти на поводу, но уже не мог себя сдерживать. Хотелось вдавить хрупкое тело Лэйн в этот чёртов капот, навсегда оставить память про этот момент в куске металла.       Оперевшись одной рукой на капот, а в другой попутно сжимая трясущуюся от толчков грудь, Дмитрий ускорил движения. Его рельефные мускулы натянулись от напряжения. Наблюдая за тем, как она не в силах сдерживать себя стонала, извивалась, царапала его плечи, покрытые шрамами, Дмитрий готов был взорваться.       Ещё несколько грубых толчков. До предела. Снова стон. Её ноги соскальзывают. Дмитрий знал, чего хочет и не боялся это брать, отдавая всего себя взамен.       Он резко выходит. Трясущиеся ноги Лэйн уже на его истерзанных плечах. Резкий толчок.       Стон. Её поясница выгнулась дугой. Слишком. Это предел.       Вокруг его члена всё сжалось. Тесно. Приятно до боли.       Грубый звук сквозь плотно закрытые губы. Больше похоже на рык. Дмитрий с усилием успевает выйти из неё.       Тёплое семя растекается по её животу. Дыхание. Тяжёлое дыхание, к которому привыкли лишь профессиональные спортсмены после марафона.       Усталость. Его лёгкая, скрытая улыбка.       Блаженство. Её искусанные губы опухли, покраснели.       Тихо. Никто не решался первым нарушить молчание.       Лэйн осмотрелась, не зная, что сказать. Почувствовала себя неловко. Что это было и что будет дальше? Но Дмитрий не дал ей продолжить внутренний спор с самой собой. Наклонившись, оставил несколько поцелуев на её губах, щеках, у виска.       Несвойственно самой себе, Лэйн ласково улыбнулась, смотря на генерала.       Дмитрий помог ей скорее одеться, и они снова оказались в машине. Оба тяжело дышали и ещё не осознали произошедшее до конца.       «Мне кажется, в отряде и так подозревают, что наши отношения с Дмитрием гораздо ближе. Теперь скрывать неловкость будет ещё труднее».       — Лэйн… — Дмитрий заговорил первым. Наверное, он должен попросить прощения.       Пока он подбирал слова, она мягко коснулась пальцами его губ и провела по ним.       Волна эйфории прошла, и на Дмитрия обрушился шторм. Он начал жалеть, корить, ругать себя за то, что всё произошло именно так и здесь. Лэйн была достойна большего: она должна была получать удовольствие на мягких простынях, в тепле и уюте, она заслуживает, чтоб ей преклонялись. А он… как первобытный человек, взял её на улице, уложив на ржавую машину. Он боялся, что это её заденет, но что сделано, то сделано. Однако Лэйн разрушила его сомнение одной искренней улыбкой и нежным прикосновением.       — Помада… — отводя взгляд, сказала она.       Дмитрий улыбнулся и завёл мотор.       — Спасибо.       Слов подобрать не удалось. Позже…       В мыслях генерала царил хаос. Впрочем, как и в голове Лэйн.       Главный вопрос оставался открытым. Словно прочитав его мысли, Лэйн произнесла:       — Я расскажу. Только дай мне немного времени.       Оба понимали, что впереди их ждёт разговор. Вдруг Дмитрий всё же отвернётся от неё, когда она обо всём расскажет?..       А может, их уже ничего не ждёт? Вполне вероятно, что им даже не суждено вернуться в Оксфорд и мир разрушится раньше.       «Если так… я счастлива, что последние минуты жизни нахожусь рядом с ним».                           «Счастлив, что последние минуты жизни нахожусь рядом с ней».       Пронеслось у обоих в мыслях.       — Мы на месте, — произнёс Дмитрий и затормозил у одного из полуразрушенных домов.       Они вышли из машины и услышали до ужаса знакомый противный рёв. Высоко над ними пролетело несколько отродий.       Взглянув друг на друга, Дмитрий и Лэйн взялись за руки и вступили на порог дома…