when I'm gone.

Плитка холодила кожу. Ступни и плечи ежились от мороза. Длинные пальцы стянули с тела ношеную одежду. Казалось, что она совсем свежая — будто надета всего пару дней назад, и за это время никто не потел, не пачкал её. Но ткань неприятно терлась о кожу и ощущалась как груз. Теперь она валялась у раковины, а тело дышало. Не двигалось. Нога ныла. Это было неудивительно: вчера куда-то пропала трость. На новую не было денег — это видно во всем. Например, в холодильнике из еды остались только сырые яйца, от которых уже тошнило, и какой-то соус. Виктор не был уверен, не превратился ли тот в биологическое оружие. Но выкинуть его было слишком энергозатратно. Да и он придавал холодильнику видимость наполненности и давал слабую надежду, что всё не так уж плохо. Почему не было денег? Полтора года назад Виктору сломали это чертово колено. Вспоминать причину не хотелось — боль становилась только острее. Теперь он не мог работать. Раньше его заработок был связан с волейболом. Он посмотрел на свои мышцы, которые исчезли от отсутствия спорта и нормальной еды. Штрафы и сбережения подходили к концу. Скоро всему этому придёт конец. Устроиться на новую работу он не мог: сотрясение мозга, больная спина и колено просто не позволяли этого. Похоже, всё и правда закончится так. Но убивать себя раньше времени Виктор не видел смысла. Если не получится, это только отнимет больше денег и здоровья. Он посмотрел в грязное зеркало. В полумраке тело казалось ещё худее, чем он думал. А может, он действительно стал таким, просто не заметил? Слёз уже не осталось. Осталась только нервозность, которая иногда превращалась в агрессию. Но сейчас не было ничего, кроме апатии. Виктору надоело разглядывать свой кривой торс, и когда кости начали промерзать, он аккуратно перелез в ржавую ванну. Длинные пальцы, когда-то столь ловкие на подачах мяча, выкрутили вентиль на полную. Горячая, почти кипящая вода намочила сальные волосы, и капли побежали по скрюченному сидящему телу. Виктор выдохнул. Когда он чувствовал себя чистым, тревожность и мысли на время уходили на задний план. Он сидел в воде, теряя счёт времени. Может, прошло полчаса, а может, всего пять минут. Он не боялся тратить воду — всё равно он сгниёт раньше, чем закончится месяц. Но внезапно голова закружилась, а глаза распахнулись. По распаренной коже покатилась струйка крови. На губах появился противный вкус, отчего Виктор плотно сжал их. Тыльной стороной ладони он стёр кровь под носом, но она продолжала течь. Давление. Он достал аптечку с полки и скрутил тампон, чтобы заткнуть кровоточащую ноздрю. Ничего. Пара таблеток и сон. Спокойный, который всё равно превратится в беспокойное утро. Наверное, стоит перестать пить кофе.