Истина вне времени и пространства

«Кто смотрит слишком долго в бездну,

рано или поздно увидит,

как бездна смотрит в ответ.»

— Фридрих Ницше

Судьба — упрямая сила, которая порой кажется неумолимой, но даже у самой свирепой бури есть конец. Переломы событий неизбежны, и ничто не остаётся неизменным. Когда Софи снова пришла в себя, она оказалась в каком-то каменном замке, точнее, в его дворе. «А где же мой любимый лес?» — невольно, не без доли иронии пронеслось у неё в мыслях. Серые стены угрюмо возвышались вокруг, создавая ощущение ловушки. Света было мало, и в воздухе витал запах сырости и древности, словно сама история давила на неё своим весом. Приглушённые голоса и шелест шагов раздавались где-то вдали, но откуда именно — понять было сложно. Её взгляд ещё оставался затуманенным, тело казалось тяжёлым, словно она провела долгие часы в насыщенном сне. Сделав глубокий вдох, Софи попыталась осмотреться и успокоить потрёпанные нервы, которым определённо нужна была пауза. Её разум сопротивлялся происходящему, но окружающая обстановка не оставляла сомнений — она действительно оказалась в другом времени. Судя по всему, её теперь встречает эпоха Средневековья — по крайней мере, архитектура замка явно намекала на это. Массивные стены, украшенные гобеленами с изображениями битв и пиров, говорили о величии этого места. Всё выглядело так, словно оно застыло во времени. Каменные арки поднимались высоко ввысь, отражая свет редких факелов, закреплённых на стенах. Она очнулась возле телеги, полной свежих буханок хлеба. Софи успела быстро сообразить, что её одежда слишком бросается в глаза. Современный крой, непривычные материалы — всё это выдавало её, как белую ворону в стае. Ещё мгновение назад сердце девушки колотилось от волнения, но теперь пришло осознание, что медлить нельзя. Ей необходимо как можно быстрее слиться с толпой и не вызывать подозрений. Оглянувшись, она заметила на лошади около телеги старую тёмную мантию. Возможно, её оставил один из слуг или торговцев. Не раздумывая долго, она подкралась ближе, оглянулась, убедившись, что никто не наблюдает, и быстро накинула мантию поверх своей одежды. Она была тяжёлой, с толстыми складками, которые могли хорошо скрыть фигуру. Ткань выглядела грубой и чуть потрёпанной, словно её носили не раз и слегка пахла дымом, но сейчас это было наименьшей из её проблем. Её задача — стать невидимой, хотя бы на какое-то время. Вокруг раздавались голоса. И теперь Софи слышала их чётче. Люди переговаривались, обсуждая последние события при дворе, кто-то смеялся, а кто-то, напротив, говорил приглушённым, напряжённым тоном. Блондинка сделала несколько шагов назад, сливаясь с тенью высокой колонны, не забыв прихватить одну маленькую буханку из телеги с собой. Уж очень хотелось есть. Желудок ныл от голода, и это был единственный шанс утолить его, пусть даже ненадолго. Она чувствовала, как запах свежего хлеба щекотал её обоняние, вызывая непроизвольное слюноотделение. Тёплый, с хрустящей корочкой. Удаляясь подальше от места преступления, Софи осторожно отщипнула кусочек, позволяя ему медленно растаять на языке. Восхитительный вкус. Она поняла, что никогда прежде не наслаждалась едой так, как сейчас. Видимо, голодание и перемещения обострили её восприятие, делая хлеб чем-то почти божественным. Она закрыла глаза, словно продлевая удовольствие, но реальность тут же вернула её в напряжённое состояние. Нужно понять, куда идти дальше. Дорога назад, в её мир, казалась чем-то невозможным, но интуиция подсказывала, что выход должен быть. Главное — не попасться. Сердце бешено колотилось. Софи осторожно выглянула из-за угла, оценивая обстановку. Взгляд её скользил по лицам людей, занятых своими делами, но каждое движение казалось подозрительным. Кто угодно мог обратить на неё внимание. Она глубже натянула капюшон, сжавшись в попытке стать невидимой. Вокруг сновали слуги, таща подносы с блюдами, где-то вдалеке звучали звуки скрипки, добавляя сцене атмосферу почти нереальности. Нужно искать возможность уйти незаметно, но сделать это в таком людном месте было не так просто. В стороне, у одного из прилавков, раздался энергичный голос. Торговец, грузный мужчина с седыми волосами и хитрым прищуром, с жаром рекламировал свой товар — стеклянные бутылки с некой целебной водой. — Друзья! Необыкновенная живая вода! Снимает усталость, придаёт сил, лечит от недугов! А ещё, как говорят, творит чудеса! Толпа начинала прислушиваться, люди с интересом косились на бутылки с прозрачной жидкостью. Торговец, словно опытный актёр, жестикулировал, поднимая одну из них над головой. — Вы не верите? Давайте же испытаем её силу! — с азартом проговорил он и, обведя взглядом собравшихся, вдруг указал прямо на Софи. — А вот юная загадочная леди! Подходите, попробуйте и скажите нам всем, действительно ли вода столь чудесна! Софи моргнула. Привлекать внимание она точно не собиралась, но пересохшее горло напоминало ей, что жажда сейчас важнее осторожности, даже несмотря на то, какое сомнительное варево могло там быть. «А была не была», — подумала она и уверенно шагнула вперёд. Торговец с самодовольной улыбкой протянул ей бутылку, театрально подняв вторую, показывая зрителям, что они сейчас станут свидетелями настоящего чуда. Толпа замерла в ожидании. Под тяжестью множества взглядов блондинка лишь пожала плечами, взяла бутылку обеими руками и сделала глоток, затем ещё один. Почувствовав неожиданную лёгкость, она осушила её залпом. Неутолимая жажда превратилась в неудержимое желание насладиться каждым мгновением этого простого удовольствия. Во взглядах окружающих же читалось восхищение и лёгкое недоумение. Толпа оживилась, зашепталась, кто-то кивнул в знак одобрения, а торговец довольно развёл руками, словно подтверждая, что его товар — настоящее чудо. Люди начали активно подходить к прилавку, роясь в карманах в поисках монет. Таков он, местный маркетинг и сила внушения. Софи, отходя от суеты, усмехнулась про себя: «А ведь это просто вода с добавлением какого-то фруктового сока. Напоминает яблоко и лимон… Похоже, я сделала ему настоящую рекламу, сама того не думая. Можно ли зачесть это как восстановление кармы за украденную ранее буханку?» Софи издала лёгкий смешок. Это слегка разрядило её внутренний комок напряжения. Удивительно, мир всегда позаботится о тебе и не даст умереть с голоду или жажды. Пусть приключения и вгоняют её в стресс, но они подтверждают этот факт. Пока она продолжала изучать окрестности, её внимание привлекло движение у входа в замок. Поток людей в нарядных одеждах выходил из двора и других частей строения, направляясь внутрь. Среди гостей мелькали придворные дамы, чьи платья переливались золотыми нитями, а мужчины в тяжёлых бархатных камзолах неспешно проходили мимо, иногда бросая заинтересованные взгляды на вновь прибывших. Софи задумалась: возможно, слиться с толпой — это шанс узнать больше. К тому же этот двор закрытый. Выхода наружу здесь нет, а его нужно отыскать. Она поджала губы, глубже натянула капюшон и осторожно направилась внутрь, решив не терять возможности. Её сердце билось быстро, но любопытство брало верх над сомнением. Ей удалось уловить обрывки фраз, которые абсолютно ничего не дали. Нужно было пройти дальше и узнать больше. Внутри замка царила суета, все куда-то спешили. Софи изо всех сил старалась сохранять спокойствие. Осторожно передвигаясь по коридорам, она надеялась не привлекать внимания. Мысли вихрем проносились в голове: что будет, если её поймают? Такая странная, одетая в непонятно что, она наверняка вызовет подозрения. Будут ли её пытать, требуя признаний в шпионаже или ереси? Или же просто сожгут на костре, не церемонясь? В груди похолодело от этой мысли, и ноги сами ускорили шаг. Мантия помогала скрыть странную одежду, но ей срочно нужно было найти выход в город. Вокруг обсуждали бал, но это не имело к ней никакого отношения. Главное — выбраться. Интуиция привела её в просторный зал, где уже собрались гости. Несколько сотен человек, одетых в роскошные наряды, наполняли пространство шелестом тканей и приглушёнными разговорами. Всё выглядело, как сцена из исторического романа. Запах благовоний смешивался с ароматами вина и цветов, а мозаичный пол отражал мерцающий свет огромных люстр. Восхищение и тревога боролись внутри неё. Воздух в зале стал тяжелее. Она оглядывалась в поисках выхода, но в какой-то момент была окружена толпой. Каждый взгляд, каждый незнакомый силуэт внезапно начал казаться опасным. И вдруг раздался знакомый голос. Глубокий, чуть насмешливый, пронизывающий пространство. Её тело напряглось, словно на неё направили кинжал. Она замерла, повернув голову, и увидела его — Клауса. Снова он! Судьба, похоже, играла с ней, сталкивая их вновь и вновь, будто проверяя, сколько ещё она выдержит. Клаус был неподалёку и, казалось, её не заметил. Софи сжалась на месте, затаив дыхание, ощущая, как слегка дрожат пальцы от поднявшегося в крови адреналина. Её сердце билось так громко, что, казалось, он мог его услышать. Она молила судьбу, чтобы он прошёл мимо. И он прошёл. Но… вдруг остановился. Его нос приподнялся, словно Клаус уловил знакомый запах. Софи поняла: он мог узнать её по аромату духов. В их последнюю встречу вампир уже реагировал на её запах, когда оказался крайне близко. Девушка быстро развернулась и пошла в другую сторону, надеясь исчезнуть из его поля зрения. Но было слишком поздно… — Привет снова, — произнёс он, внезапно оказавшись у неё за спиной. Одним быстрым движением Майклсон снял капюшон с её головы, позволяя свету осветить лицо. — Всё та же прекрасная незнакомка, — его голос прозвучал с мягкой угрозой, когда он обошёл её, вставая впереди. Страх обдал волной, и Софи снова встретилась с этими глазами — холодными, насмешливыми, но исполненными ожидания. Его взгляд был таким пронизывающим, что казалось, он мог заглянуть в её душу и сожрать. — Ты знаешь, как долго я тебя ждал? — Клаус усмехнулся, в его голосе скользила нотка торжества. — Я уже начал думать, что это никогда не случится. Но вот ты передо мной. Она сделала несколько шагов назад, но он незамедлительно двинулся за ней. — Я пытался найти ответы с помощью слухов, книг, даже древней магии. Перерыл множество манускриптов — но нигде не нашёл даже намёка на кого-то, подобного тебе. Ты словно не должна существовать, — сказал Никлаус, не отрываясь от девушки. — И это сводит меня с ума. Все эти исчезновения и возвращения — это нечто, что не укладывается в рамки обычного волшебства, не так ли? — он наступал, как хищник, а она отходила, чувствуя, как стены замка становятся теснее. — Ты — тайна, которую я намерен разгадать. Теперь, когда ты здесь, я не собираюсь позволить тебе просто исчезнуть, — Клаус приблизился ещё на шаг, его глаза полыхали триумфом. Он смаковал её беспомощность, наслаждаясь каждым моментом. — Я даже обращался к ведьмам, — добавил он, не отводя взгляда. — Они никогда не встречали ничего подобного. Ни одно пророчество, ни один ритуал не дали мне ответов. Ты — загадка в моей картине мира. Он глубоко вдохнул и продолжил: — В этот раз ты не уйдёшь, — его голос прозвучал твёрдо, почти ледяным тоном. В глазах вспыхнул мрачный огонь. — Если потребуется, я подниму всю стражу замка. Ты ведь понимаешь это, да? — на его губах заиграла зловещая ухмылка. Софи пыталась найти хоть какой-то выход, хоть одну возможность вырваться, но каждое его слово, каждый взгляд сковывали её, приближая тот момент, когда выбора у неё не останется. — Что же ты молчишь? — он прищурился, склонив голову в сторону, будто изучая её. Его шаги были ленивыми, но угрожающими, он снова приблизился. — Или тебе просто нечего сказать? Думаешь, ты сможешь снова исчезнуть и обхитрить меня? Нет, любовь моя. Это не игра. И я не тот, с кем можно играть. Ты даже не представляешь, насколько далеко я готов зайти, чтобы получить то, что хочу. Он уже почти вплотную стоял перед ней, его взгляд, пронизывающий насквозь, пытался вытянуть правду силой. Паника охватывала её, мысли метались, словно в клетке. Что он пытается узнать? Поймёт ли он, что даже она сама не знает ответов? — Говори. Кто ты? Почему каждый раз, когда я тебя нахожу, ты исчезаешь? Я требую ответов! — его голос гремел в её ушах, наполняя ужасом и бессилием. Клаус был уверен в себе, в своей власти над ней, и это раздражало её, заставляя чувствовать себя как никогда уязвимой. — Ты скрываешься от меня снова и снова, но я не намерен играть в эти игры, — Майклсон опустил голос, и в его тоне прорезалась нотка скрытого раздражения. — Отвечай, или я заставлю тебя говорить. Софи замерла. Единственное желание — бежать. Но куда? Повсюду были гости, а он слишком близко. Вокруг продолжалось бальное празднество: звуки музыки, звон бокалов, смех гостей. Мужчины и женщины, одетые в роскошь, кружились в танце, не подозревая о её борьбе. Для неё всё это словно затихло, как приглушённый шум далёкого эха. Она заметила, как Клаус подал едва заметный сигнал женщине в возрасте, облачённой в тёмное платье, покрытое множеством амулетов и символов. Её худощавые пальцы, испещрённые тёмными знаками, мгновенно замерли, и она подняла на него проницательный взгляд. Ведьма быстро кивнула и начала подходить к первородному. В её глазах не было сомнений, лишь холодная решимость. Прежде чем он произнёс хоть слово, ведьма склонила голову, выражая покорность. — Ты знаешь, что делать:Vincula Tenebris, — тихо, но властно проговорил он. — Разумеется, мой господин, — её голос прозвучал приглушённо, будто слова были пропитаны ветхостью. Она быстрым шагом направилась в противоположном направлении, скрываясь за одной из массивных дверей, за которой, казалось, мерцал тусклый свет свечей. Софи почувствовала, как её сердце сжалось. Что бы ни замышляли Клаус и его таинственная союзница, она знала, что это не сулит ей ничего хорошего. — Теперь ты никуда не денешься, дорогуша, — произнёс Клаус хладнокровно, его голос звучал с ледяной уверенностью. Софи будто оказалась в самом странном сне, который только можно представить. И всё же, то, что происходило, было настоящим. «Не знаю уж, какие там скрывшаяся дамочка собиралась читать заклинания, но я-то не ведьма, у меня способностей нет, а эта телепортация вообще хрен пойми что и откуда. Судя по всему, они делают ставку на магию или хотят поставить барьер на зал, а может, попытаться блокировать мои силы, которых, собственно, нет. Ведь я бы знала… Хотя сейчас я уже ни в чём не уверена. В любом случае, выяснять надо на практике!» — подумала Софи и резко бросилась бежать в сторону коридоров, где располагался большой выход из бального зала. Клаус, казалось, никуда не торопился. Он спокойно наблюдал, словно ожидая, что ведьма справится с ситуацией, но затем что-то изменилось в его взгляде. Его челюсть напряглась, а глаза вспыхнули решимостью. Он сорвался с места вслед за ней. Софи обернулась, ведь у неё была фора. Сердце стучало, как барабан. Она видела, как Клаус двигался — быстро, почти бесшумно, как охотящийся волк. Девушка знала, что не сможет соперничать с ним в скорости, но ей нужно было время, хотя бы несколько секунд. Блондинка резко свернула за колонну, затем метнулась в другую сторону, стараясь скрыться среди гостей. Раздались возмущённые возгласы, чей-то бокал упал на пол и разлетелся на осколки. В толпе возникла неразбериха, но это было лишь на мгновение. Клаус был слишком опытен, чтобы потерять цель из виду. Он уверенно двигался мимо гостей, не отвлекаясь ни на что. В глазах его сверкало предвкушение. Для него это была игра, но для неё — борьба за выживание. Софи затылком ощущала его взгляд, пристальный, сосредоточенный. Нужно было что-то придумать. Она перешла на быстрый шаг, стараясь скрыться в толпе. Люди расступались, бросая на неё удивлённые и подозрительные взгляды. Некоторые недовольно перешёптывались, другие с недоумением отступали, освобождая ей путь. Софи избегала их взглядов, надеясь, что никто не решится вмешаться. В какой-то момент она задела подол платья одной из дам, и та испуганно вскрикнула, отшатнувшись. Гости всё ещё наполняли зал, и Клаус не мог раскрыть свою вампирскую сущность — его кулаки были сжаты, а грудь тяжело вздымалась, но он сохранял невозмутимое выражение лица, стараясь не выдать себя. Это давало ей шанс. Вылетев в коридор, Софи толкнула нескольких человек, оказавшихся на её пути. «Шах и мат вашей магии!» — подумала она, обернувшись на мгновение, и встретила ошеломлённый взгляд Клауса, который одними губами произнёс: «Не может быть». Кто-то, видимо из охраны, попытался схватить её, но она увернулась, резко изменив траекторию, и устремилась вверх по каменной лестнице, подгоняемая осознанием опасности. Это был её единственный путь, все другие были отрезаны. Мантия почти слетела, но всё ещё прикрывала её неподходящую для этой эпохи одежду. Людей становилось меньше. Шаги Клауса становились всё ближе. Кто-то попытался его приостановить, заговорив, но он лишь коротко отмахнулся. Софи знала, что если он догонит её сейчас, у неё не будет шанса. Она чувствовала, как дыхание становится прерывистым, но нельзя было останавливаться. Девушка сделала резкий поворот, ещё один. Ещё немного, и она найдёт способ выбраться. Она поднялась выше, затем ещё выше, пока не добралась до самого верха башни. И только тогда осознала — ей некуда бежать! Отсюда нет выхода! Но когда она убегала, это был единственный необрезанный путь… Лёгкие уже горели, в ушах звенела кровь. А Клаус настигал её, приближаясь на вампирской скорости. Теперь, когда свидетелей больше не было, он мог дать волю своей истинной природе. «Ну, приехали!» — воскликнула про себя девушка. Софи сделала первое, что пришло в голову. Она перелезла через ограждение, встав на край внешней стороны башни. За ней был только обрыв. Клаус остановился в паре метров, внимательно изучая её. Он понял, что ей некуда деваться. — Хватит убегать, — его голос прозвучал, как хищное рычание, а на лице проявились прожилки чёрных вен. Софи тяжело дышала, мантия сорвалась с её плеч под мощным порывом ветра, обнажая современную одежду. Клаус задержал взгляд на её наряде, его глаза сузились, и в них отразилось одновременно удивление и подозрение. — Красивый наряд, но совсем не как у тех, кто здесь живёт, — его голос стал напряжённым и грозным. — Кто ты? Что за силы привели тебя сюда? — Он сделал шаг к ней, и Софи отступила, почувствовав, как её ноги коснулись края парапета. — И почему на тебя не действуют никакие сдерживающие силы? — его голос звучал раздражённо, но в нём было не только негодование, но и скрытая тревожность. Ведь это означало, что девушка могла быть в разы сильнее его. — Я заставил ведьму использовать чёрные заклятия, самые мощные барьеры, но всё оказалось бесполезным. Ты противостоишь магии, которая с лёгкостью сдержала бы любого. И что в итоге? Просто стоишь здесь, будто ничего не произошло? — Он замолчал, стиснув челюсть, и в его взгляде полыхало не только непонимание, но и проблеск чего-то ещё — осознания, что перед ним нечто, выходящее за грань привычного. Софи напряжённо сглотнула, ощущая, как горло сдавливает сухость. Значит, гипотеза о ведьме оказалась верной. Её заклинание действительно не работало на ней так, как они бы того ожидали, и это выбивало первородного из колеи. Но теперь, осознав это, она не чувствовала облегчения — напротив, её волнение только усилилась. Если даже самые тёмные силы не могли её удержать, то что это значило для неё самой? Она почувствовала, как холодок пробежал по спине. Если это правда, значит, она была аномалией. Нечто, что не вписывалось в их систему знаний, их магические законы. Клаус выглядел так, словно не просто пытался понять, а отчаянно искал ответ, который мог бы объяснить происходящее. В его глазах читалось не только раздражение, но и голод к разгадке, почти болезненное желание узнать правду. Мысли метались в голове Софи. Возможно, всё дело в её происхождении? В её реальности? А может, она действительно не просто случайно оказалась здесь? Если её невозможно было сдержать магией, то, возможно, она сама была частью чего-то куда более сложного, чем просто человек, оказавшийся не в своём времени. Эта догадка вызвала у неё мурашки. Ведь если бы она была обычным человеком, заклинания должны были бы подействовать. Но что, если она — ключ к чему-то большему, чем сама могла представить? Она взглянула на Клауса, который, казалось, злился всё больше. Его терпение явно истощалось, а непонимание переходило в раздражение. Софи осознала: чем дольше она молчит, тем сильнее нарастает его ярость. И тем меньше у неё остаётся времени разобраться в этом самой. — Неужели ты действительно не понимаешь, почему их магия на тебя не действует? — продолжил Клаус, его голос стал почти угрожающим. — Или ты просто притворяешься, как будто всё это не имеет значения? Я не привык сталкиваться с чем-то, что не поддаётся объяснению. Что ты скрываешь от меня? — последнюю фразу он буквально прорычал. — Мне страшно, — прошептала Софи, глядя на него. Её ноги дрожали, она не рассчитала расстояние, и всё произошло слишком быстро. В следующий момент она оступилась, потеряла равновесие и начала падать вниз с башни. Ветер свистел в ушах, а сердце сжалось в ужасе. В доли секунды перед глазами пронеслась вся жизнь, осознание неминуемого конца пронзило её разум. Но всё случилось так стремительно, что она не успела даже осознать. Клаус, не раздумывая, метнулся вперёд. Вампирская скорость позволила ему мгновенно сорваться с места и устремиться вниз по лестнице, чтобы поймать девушку. Земля неслась ей навстречу, холодный воздух разрывал лёгкие, но внезапный резкий толчок прервал её падение. Крепкие руки сомкнулись вокруг неё, удерживая в воздухе. Сердце Софи с силой ударилось в рёбра. Клаус поймал её на лету. Его хватка была настолько крепкой, будто он разрывал само пространство, чтобы не дать ей погибнуть. Она ощутила его силу. Он прижал её к себе так сильно, что казалось, будто удерживал не только её тело, но и саму её жизнь в своих руках. Пальцы девушки слабо сжались в его одежде. И в тот момент, когда она осознала, что ещё жива, её сознание начало ускользать, затопляемое странной смесью кошмара, разрядки и чего-то необъяснимого. Она чувствовала, как её тело слабеет, а разум теряется в зыбком тумане. Последнее, что запомнила Софи, — это встревоженный взгляд Клауса, в котором отражались страх и облегчение, и его голос с красивым британским акцентом, тихо обращающийся к ней, прежде чем она погрузилась в темноту.