Тише

Они с Ником были близки лишь в раннем детстве. Родители разделили их, когда им обоим было не так много. С этого все и началось. По обоюдному решению родителей Айви осталась с матерью, а Ник с отцом. Однако родители вновь сошлись спустя четыре года, осознав, что развод был ошибкой. И что-то произошло за эти 4 года, потому что когда Айви и Ник снова стали жить под одной крышей, таких близких отношений, как раньше, между ними уже не было. Совсем не похожие на родных, они ругались, спорили и дрались, не щадя своих рук, ног, глаз и волос. Сине-багровые пятна и расшибленные в кровь губы стали их верными спутниками, пока с возрастом драки не переросли в перепалки, полные сарказма, боли и унижения. Постепенно Ник перешел все границы, поливая сестру мерзостью и грязными словами, и Айви медленно начинала замыкаться в себе. Родители, устав их растаскивать по разным углам, долго ломали голову над тем, как детей примирить, и не придумали ничего лучше, чем поехать всем вместе за город. Прекрасным поводом стал день рождения мамы, который выпадал на ближайшую дату. Утром за завтраком, когда вся семья была в сборе, а Ник и Айви даже не смотрели друг на друга за столом, находясь опять на грани войны, мать со звоном положила вилку на стол, привлекая внимание к себе. - Пока у вас каникулы, я решила, что на мой день рождения мы поедем в наш домик в Нью-Селс. - У меня планы, - подал голос брат. - У меня вообще-то тоже, - Айви подняла глаза на мать. Та не переменилась в лице. - Ничего не знаю. Собирайте вещи на неделю. Завтра утром приедут тетя Ро и дядя Джо и вместе поедем. - Ну, ма-ам.. - А остальные родные подтянутся ближе к выходным, - ее голос звучал холоднее стали. - Я понятно объяснила, что нужно делать? Она уставилась на детей испепеляющим взглядом, и те, сжавшись, закивали. Айви проснулась под жужжание ос и подскочила, как на углях, когда, распахнув глаза, увидела у себя на потолке несколько крупных особей этих желтобрюхих чудовищ. Выбегая в коридор в майке и трусах, она застала за дверью брата, сложившегося пополам от смеха. - Твоих рук дело?! Ник кивал, утирая слезы. - Я открыл твое окно, чтобы добиться сквозняка этой знойной ночью, кто же знал, что осы тебя так любят? - он делал невинные глаза, однако Айви несколько раз просила его убрать осиное гнездо над окном. Слезы обиды блеснули в ее глазах и она прямо так, почти голая, пошла по дому с криком: - Ма-а-м! - Стой-стой! - Ник схватил ее за руку. - Ябедничать прям так пойдешь? - он демонстративно осмотрел ее с ног до головы, задерживая взгляд на секунду дольше на ее груди, которая едва ли не просвечивала через легкую ткань. До Айви только сейчас дошло, в каком она виде. Она нахмурилась, скрещивая руки на груди, тем самым хоть немного прикрываясь. - Если ты сейчас же не выгонишь этих чудовищ из моей комнаты, - прошипела она. - Я расскажу отцу, что ты, зная о моей аллергии, специально запустил их ко мне. Ник с секунду смотрел на нее. Его глаза скользнули с ее лица вниз, вдоль тела, опускаясь к оголенным бедрам и ниже, останавливаясь на босых ступнях. - Ладно, - странновато сухо бросил он, пожав плечами, и пошел в ее комнату. Дальше он вел себя отстраненно и даже больше не грубил, что было ему не свойственно. Когда приехали тетя Ро с мужем, то еще одним сюрпризом, помимо поездки за город, оказалось то, что у родственников сломана машина и поедут все шесть человек на одной. - Может, тогда я не поеду? Мы все в одну тачку не поместимся, - Ник даже не стал вытаскивать сумку с вещами из своей комнаты. - Нет, ты поедешь, - мать заговорила сдавленным от злости голосом. И, будто зная, что Айви хотела вставить свое слово, перевела наполненные огнем глаза на нее и зашипела. - И ты тоже поедешь! Никто не остается! Предвкушая всю безысходность данной ситуации, Айви взяла из комнаты сумку с собранными еще ночью вещами и уныло и лениво поплелась по лестнице, спускаясь. Ступеньки под ее ногами стонали и молили ее остаться, но мать была непреклонна. Замерев у машины, Айви вновь скрестила руки на груди, раздумывая, как им вшестером уместиться в одной машине. Солнце жутко палило, а мерзкое жужжание не оставляло Айви ни на мгновение, и она постоянно оборачивалась по сторонам и все чаще обмахивалась руками. Она задрала голову вверх, и солнце тут же ослепило ее. Горячее, почти жидкое тепло потекло по ее бровям, скулам, подбородку, стекая вниз, сочась под майку. Ждать всех в этом адском пекле было явно не самым лучшим началом не самой лучшей поездки. Тетя Ро, которая была барышней излишне пышных форм, явно была также недовольна сложившейся ситуацией. - Ты здесь самая худая, думаю, не возникнет проблем, если посидишь немного на коленях у брата, - заключила она, задрав нос. - Ну уж нет! - Ник вырос за спиной Айви громадной тенью. - Мои ноги отвалятся, если она будет сидеть на мне пару часов. Тетя Ро сощурила глаза. - Тогда могу предложить альтернативу, - мама вышла из машины, тоже желая послушать. - Ты, Айви, сядешь на колени к Джоржи, а ты, Николас, ко мне, либо потеснишься в углу, как вам такой расклад? Мама закрыла рот рукой, чтоб не засмеяться, пока Айви смотрела на дядю Джо и представляла, как сидит на его коленках и как он держит ее... Фу! Видимо, Ник думал о чем-то подобном, но только с собой в главной роли, ибо они с Айви одномоментно завопили, что согласны на первый вариант! - Ну и замечательно! - тетя Ро хлопнула Ника по плечу, да так, что он едва устоял на ногах. - Поспешим же! - Мда, поездка обещает быть увлекательной, - прошипел Ник, странно оглядывая Айви. Мурашки потекли по ее ногам от его взгляда, и она обреченно застонала: - Вот черт! Почему я именно сегодня напялила юбку?! - Айви немного одернула ее, но та так и не стала длиннее и еще прилично недотягивала до ее колен. Они с трудом запихнули в багажник почти все вещи, а остаток взяли с собой в салон, как будто и без них места было много! Отец устроился за рулем, запасаясь бутербродами, а рядом с ним мама, которая положила все свои гаджеты в бардачок, предвкушая длительную поездку. Тетя Ро заняла большую половину задней части машины, и бедный дядя Джо весь сжался и, кажется, даже не дышал, чтобы уместиться рядом с ней. Можно было бы, конечно, посадить его ей на колени, однако чисто физически бедный Джоржи не вместился бы. Следом на заднее сидение пролез Ник, придвигая сумку ближе к дяде, отчего тот измученно простонал. - Ну, - на выдохе сказал Ник. - Запрыгивай. Айви едва поборола приступ тошноты, но в итоге устроилась на коленях у брата. Тот совсем притих, однако она ощущала его огненный взгляд у себя на затылке. Дыхание брата скользило по оголенной шее, и всякий раз Айви вздрагивала, ощущая его, а Ник только громче выдыхал. А дальше началось их увлекательное путешествие до домика в пригороде Нью-Селс, полное духоты, тесноты и максимального физического контакта друг с другом. Городские постройки за окном быстро сменились лесом, а плавная дорога - ухабами, поворотами и ямами. Уже через пару часов у Айви успело заболеть всё: ноги, спина и даже руки, которыми она вцепилась в спинку переднего сидения. Она старалась минимизировать контакт с братом, пощадив его ноги, но, как оказалось, это было ее главной ошибкой. Ямы и ухабы на дороге со временем попадались все чаще, и Айви сильнее напрягалась, чтобы удержать равновесие. Кисти и пальцы уже сводило от боли, но дорога продолжалась. Несколько раз Айви все же стукнулась головой о потолок машины и пару раз плюхнулась на Ника, и один раз звезданула затылком ему прямо в нос. Тот тихо рычал ей в волосы и чуть ли не ежеминутно шептал в ухо, как сильно он её ненавидит. Спустя пару часов, когда у них всех окончательно все затекло, папа решил сделать остановку посреди леса, чтобы выйти и размять ноги. Небо из ясно-синего плавно перетекало в огненные цвета, а это значило, что близился закат. - Еще долго нам ехать? - К полуночи доберемся, - пробурчал отец, попивая лимонад. Пиво он себе позволить не мог, поэтому довольствовался этим. Мать наобещала ему прекрасных выходных, поэтому даже лимонад вместо пива его не удручал. Отец все еще был в приподнятом настроении. - Жуть! - Айви была в ужасе. - Зачем надо было покупать дом так далеко? - Зато там чистый воздух и прекрасная природа, - мама также разминалась, стоя у машины. - Ага, и полчища чудовищ, на которых у меня аллергия! - Ой, Айвс, не начинай, хорошо? Вон твоему брату плохо, но он не возникает! Мама указала на кусты, в которых пару минут назад скрылся Ник. Он как-то странно-болезненно стонал, когда они решили остановиться, и пулей вылетел из машины, так что теперь все его ждали. - Тебя укачало? - спросила Айви у него, когда Ник, наконец, вышел к ним. - Тебе какое дело?! - рявкнул он, залезая в машину. - Надеюсь, тебя на меня не стошнит. - Если бы только это, - Ник отвел глаза, поправляя шорты. - Поехали уже! Мама была недовольна тем, что Айви медлила, и та, снова вскарабкавшись на колени брата, села в машину. Громко хлопнув дверью, она поймала недовольный взгляд отца в зеркале заднего вида и постаралась сесть поудобнее, чтобы снова ничего не заболело уже через 15 минут поездки. Машина тронулась, и легкий джаз, который так любил отец, плавной музыкой заскользил внутри салона. Небо над дорогой стремительно темнело, а тетя Ро с дядей Джо почти одновременно погрузились в царство Морфея. Храп звучно перемешивался с прекрасной музыкой, создавая свое собственное монотонное, диковато-отвратное звучание и Айви хмурилась, не зная, куда себя спрятать от этих звуков. - Ты можешь не елозить? - прорычал Ник ей в ухо, напрягаясь. - Да не еложу я, - зашипела она в ответ. - Нет, ты елозишь! На дороге снова появились ухабы и Айви стала подскакивать на них, как на американских горках. Брат продолжал сыпать на нее ругательства, но что она могла сделать? Дорога в Нью-Селс была такой, и отец вел как мог, аккуратно и плавно, но этого было недостаточно. Айви снова подскочила на кочке, как вдруг Ник обхватил ее руками, прижимая к себе. - Спасибо, - пробурчала она, услышав в ответ лишь тишину. Мама задремала на переднем сидении, сидя в наушниках за просмотром своего сериала, а дядя с тетей продолжали спать, как убитые, и никакими кочками, ухабами и пушками их не разбудишь. На очередном вираже Айви едва ли не подпрыгнула и снова не стукнулась темечком о потолок, однако брат снова прижал ее к себе. - Хватит ёрзать, - его шепот вдруг обжёг ей мочку уха. - Это не от меня зависит. - Да ты это специально! - Я не специально, - обижено произнесла она, снова подпрыгивая на нем. Он уже проклинал и ее саму, и эту поездку, и эту чертову дорогу, которая вся сплошь и рядом состояла из ям и кочек, а сестра продолжала скакать на нем, как на родео. - Вот чёрт! - выругался он. - Что? - Айви уже устала от его выпадов, как вдруг почувствовала, что что-то внизу начало давить на нее. Ее глаза округлились и она замерла. - Это что? - Сиди спокойно. Айви замерла, вцепившись в спинку переднего сидения, пылая от смущения и возмущения. Брат молчал. Кочки шли одна за другой, и как бы Айви не старалась, усидеть спокойно она не могла. Оставалось лишь молиться о том, чтобы дорога уже стала ровнее. - Да ты издеваешься? - Ник прижал ее к себе сильнее, и она уже отчетливо ощутила то, чего не должна была. Стало слишком душно. Жар прилил к щекам, и то, что упиралась в ее бедра, только подливало масло в огонь. Телефон вдруг выпал из рук и завалился за коврик в ногах. Айви без задней мысли чуть сползла с колен брата в поисках сотового, пока Ник не зарычал за ее спиной. "Зачем я это сделала? Сидела бы спокойно!" - в ее мыслях вертелось лишь одно и то же, пока брат сильнее прижимал ее к себе. Тут же сев обратно, Айви почувствовала его горячие напряженные руки у себя на коже. - Ты специально, - тихо сказал он ей, убирая локоны волос с плеча. - Хорошо, будь что будет, ты сама захотела, - Ник шептал ей в ухо странные вещи, пока одной рукой держал ее за живот, а другая рука скользила вниз по юбке и потом по голой коже. - Ты чего? - Ты сама захотела, - повторил он, и его ладонь проскользнула под юбкой и поползла вверх. - Ты больной? Она едва не закричала, когда поняла, куда скользит его рука. Снова вздрогнула и снова его крепкие руки, будто цепи, приковали ее к нему. - Тише, - прошептал он, оставляя влажные поцелуи на ее шее. Дикая дрожь прошлась по ее коже, и Айви дернулась. - Сиди спокойно. Его ладонь скользила выше, оставляя за собой горячий след. Ловя ее дрожащее дыхание, Ник скользнул еще выше, прямо к нижнему белью и начал пальцами гладить сестру там. Айви снова дернулась, убирая его руки, однако слишком слабо. - Ты же сама хотела, - шептал он ей, поглаживая набухающий бугорок сквозь ткань ее белья. - Нет, я не... Он закрыл ей рот рукой, и прошипел: - Если ты не хочешь, чтобы родители узнали, какая ты грязная шлюха, то веди себя тихо, сестренка, - его пальцы сильнее надавили и Айви задрожала, глотая слезы. Страх кружил голову, а внизу медленно поднималась и натекала волна из тепла и жара. Это было отвратительно, но Айви не могла это остановить или как-то контролировать, а только тихо плакать. Ник двигал пальцами, медленно и настойчиво, заставляя завязываться чувствам в ее животе в тугой узел. Он будто играл этими пальцами на оголенных проводах, заставляя Айви дрожать в его руках. Огонь и дрожь поднимались выше, а к ногам и рукам подступало онемение. - Я не... - полувздох-полустон сорвался с ее губ, но Ник закрывал ей рот, поэтому услышал его только он. - Чейз рассказывал мне, как ты кричала под ним, - Николас слегка прикусил ее кожу на шее, а пальцы внизу задвигались жестче. - Рассказывал, как ты, шлюшка Айви, выгибалась под ним, ласкалась, словно кошка, умоляя, чтобы ее трахнули. Его дыхание почти переплелось с ее. Такое же горячее, рваное. Ник сдвинул ткань белья в сторону и резко вошел внутрь. Айви ойкнула и затряслась. Схватилась за его руку и впилась в его кожу ногтями. Слезы брызнули с глаз. - Боже, да ты вся мокрая, - сказал он со злостью и медленно вошел в нее снова, снова и снова, ощущая, как влага стекает по руке. - Не знал, что тебе нравится, когда родной брат суёт в тебя пальцы. Он начал двигаться быстрее, и Айви услышала свои же хлюпающие звуки. Внизу все отдавало тревожной, напряженной, но приятной болью. Айви продолжала вздрагивать, пока Ник тихо смеялся ей в шею, опаляя кожу. Айви, не контролируя себя, двигалась в такт его пальцам, сжимая их внутри. Боль смешивалась со страхом, а страх смешивался с нарастающим возбуждением. Внизу натягивалась нить, которая от каждого движения Ника отбрасывала вибрации по всему телу. Айви задвигалась быстрее, прижимаясь к нему, отбрасывая голову на плечо брата, от чего он мог видеть ее лицо. - Шлюшка Айви, ты также вела себя с Чейзом? Ему явно все это нравилось, ведь с лица не уходила злобная довольная ухмылка. Ник добавил еще один палец и также резко вошел, как и в первый, и Айви шумно выдохнула. - Пожалуйста, остановись, - простонала она, пытаясь убрать его руки. - Тебе же нравится, - выдохнул он, целуя ее за ухом. Его язык проскользил по тонкой коже, и волна мурашек пробежала по спине. Она мотала головой и продолжала умолять его, но о чем она его молила, уже сама не понимала. Он добавил третий палец и проникал все глубже в нее. Ник перестал закрывать ей рот, и другая его рука спустилась ниже, забираясь под майку. Он стал гладить ее маленькую грудь. - Ты хочешь этого, - он начал двигаться быстрее внутри нее, и она вся потекла под его руками. Хлюпания стали громче. Айви чувствовала себя действительно грязной, но волна странного незнакомого наслаждения подкатывала к горлу. Она сжимала пальцы, впиваясь в кожаное сидение, пока брат двигался внутри нее. Его пальцы ласкали ее внизу и ласкали ее грудь, нажимая и сдавливая, заставляя Айви поддаваться ему. Она двигалась вместе с ним, пока сама не закрыла себе рот ладонями, чувствуя, как крик вырывается наружу. На пару секунд Айви провалилась в бездну, не чувствуя и не слыша, как Ник рычал ей в шею. Вся задрожала. Вся онемела. Перед глазами на мгновение повисла темнота. Она сжимала его пальцы внутри себя, дергаясь и извиваясь под ним, пока он оставлял следы от своих губ за ее ухом. - Грязная Айви, которая кончила от рук брата. Тошнота подкатила к горлу. Боже, что они только что сделали! Слезы застыли в ее глазах. - Привстань, - прохрипел он, однако Айви не шелохнулась. Казалось, все ее тело парализовало. - Привстань, или мама с папой узнают, какую шлюшку они вырастили. Айви покорно приподнялась, и Ник тут же приспустил с нее мокрое насквозь белье до колен, а потом и сам закопошился. Она увидела в зеркале заднего вида лицо отца. Спокойное и безмятежное. Он уныло смотрел на дорогу и ехал под любимый джаз, пока за его спиной дети делали ужасные вещи. - А теперь сядь на меня, шлюшка Айви, и покажи, как ты трахалась с Чейзом в его машине, - Ник взял ее за талию и потянул вниз. Айви почувствовала, как его член уперся в нее и замерла. - Я не спала с ним, - единственное, что она сказала перед тем, как брат стал медленно насаживать ее на себя. Слезы брызнули с глаз. Она закусила губы. - Я еще не... - Ну да, конечно, Чейз описал все так красочно, - его шепот - звериный рык, а улыбка - волчий оскал. Сейчас Ник, когда сжимал ее бедра и тянул на себя, и говорил так, пугал ее больше того, что рядом находились родители. - То, как ты скакала на нем, плача от удовольствия. Я сам едва не кончил от его рассказа, - прорычал он ей в ухо. - Пока... представлял тебя такой... А сейчас, когда ты вся мокрая от одних моих пальцев, ты не сможешь меня обмануть, Айви. Ник крепко сжал ее бедра и опустил ниже, проникая в сестру до самого конца. Она вся сжалась, ощущая, как он внутри дрожит от желания и нетерпения. Держа руки на ней, Ник заставлял ее двигаться вверх и вниз. Медленно. Тяжело. Тесно. Горячо. Он проскользил рукой у нее между ног, немного помогая себе, когда заметил на пальцах кровь. Он промолчал, лишь сильнее сжимая ее бедра, заставляя двигаться быстрее. Среди ее тихих всхлипов он стал различать стоны, вздохи. Ник ловил собою ее дрожь. Нежно целовал за ухом, скользил по шее, вдыхая запах ее волос и детского шампуня. - Тише, - шепнул он, другой рукой лаская ее грудь. Айви прерывисто задышала, продолжая двигаться на нем с каждым толчком быстрее. Сжимала брата в себе сильнее. Она закусывала губы до крови, до сладкой боли, что разливалась по языку и внизу, по животу и телу. Она сдерживала стоны, крики, не могла дышать, когда дошла почти до пика. Ник прижал ее к себе и замер, прикусывая шею, оставляя заметный след. Зарычал и застонал. Он не дышал. И Айви задохнулась тоже. Потерялась. Провалилась в темноту. Вся сжалась, затряслась и не заметила, как утирала мокрое от слез лицо. Потом онемение прошло. Она расслабилась. Забылась или отключилась. Пришла в себя, когда машина резко встала, и брат легонько тронул ее за плечо. Айви в ужасе отшатнулась от него. За окном еще темно, она вылетела из машины, сжимая в руках мокрое белье, которое слетело с ног. Рванула к дому и понеслась наверх, закрылась в комнате. Забилась, спряталась в углу, сливаясь с темнотой. Плакала, слушая недовольный родительский гомон, а потом до самого рассвета - его тихий-тихий стук.