Сквозь занавес

Однако точного ответа от Римуса я не получила. Он лишь прислал записку, где было написано, что он всё объяснит дома, на что я вздохнула. На следующий день после злополучного вечера в Клубе Дуэлянтов в больничном крыле появился тот самый пуффендуец, на которого хотела напасть змея. После этого всё и началось. Идя по коридору, я нередко получала замечания вроде: «Разгуливает тут, хотя должна уже сидеть в Азкабане» или «Я всегда знала, что Блэк мутная». Гарри также получал шепотки в свой адрес, хотя, как мне показалось, ему не осмеливались заявить всё в лицо, как мне. К моему счастью, близнецы меня в беде не оставили. Я почти не ходила одна, — близнецы или девочки ходили за мной. Во время урока зельеварения, на котором Снейп был особенно не в духе, до меня донёсся шёпот Пьюси. — Эй, Блэк, знаешь, я думал, ты, как и все гриффиндорцы — такая же отбитая. Но я должен сказать тебе спасибо за этих грязнокровок, что лежат в больничном крыле, век не забуду. — Пьюст, ты ходи и оглядывайся, для тебя могут сделать исключение, как для чистокровного, - ухмыльнулся Фред, подключаясь к перепалке. К моему счастью, семестр быстро закончился, и я вскоре вернулась домой на Рождество. — Можешь быть спокойна, Сара, - за ужином в сочельник сказал мне Римус, когда я поделилась с ним этой историей, - главное, что ты не совершала этого всего. — А что насчёт парселтанга? Ты выяснил что-нибудь? - заинтересованно спросила я, доедая курицу. — Ну, - протянул крёстный, - можешь быть уверена, что Сириус не был змееустом, это точно. Я поспрашивал у его кузины Андромеды. Можешь быть уверена, род Блэков в этом плане чист. — А мама? — А вот про неё мне ничего не известно, к сожалению. В школьные годы она об этом не говорила, если была змееустом, так что, как ты знаешь, выяснить мы это ни у кого не можем, она росла с бабушкой, а та скончалась после твоего рождения. Однако даже эта мрачная тема не смогла испортить рождественское настроение. Утром я принялась открывать подарки. Новые карамельные духи от Алисии, коробку магловских сладостей от Анджелины, от Фреда с Джорджем также какие-то сладости, среди которых было несколько карамелек, и парочка штучек из «Зонко», коробку конфет и игрушку для Эли (мышку, которая бегала по кругу), коробку ирисок и вязанный свитер бордового цвета от миссис Уизли с буквой «С», и небольшой фотоальбом с фотографиями Римуса, отца, мамы, Поттеров и Питера Петтигрю, где было несколько фотографией маленькой меня и Гарри от крёстного. Спустившись, я заметила Римуса, сидящего в кресле и с любопытством рассматривающего мой подарок. Я сделала ему небольшую игрушку, почти своими руками, если не считать Анджелину, волчонка. Анджелина, конечно, не спрашивала, почему именно волчонка, но я все равно подметила, что волк — любимое животное крёстного, чтобы не было подозрений. — Мило, - сказал он, немного ошеломлённый моим подарком, - спасибо. — И тебе за альбом. Вскоре я вернулась обратно в «Хогвартс». Дальше жизнь шла обычным чередом: куча уроков, ведь через год СОВ, насмешки слизеринцев, за что те получали от близнецов Уизли. А вскоре появилась и другая новость, не менее значимая. — Целовались?! Ты шутишь?! Алисия шокировано расхаживала по комнате, смотря на Анджелину, что сидела на кровати с какой-то блаженной улыбкой. — Нет... - ответила Анджелина, смущённо смотря в пол. Буквально пару минут назад Анджелина вбежала в комнату со словами: «Я поцеловалась с Ли». — И что дальше? – поинтересовалась я, ухмыляясь. — Ну... мы теперь вроде встречаемся, - смущённо заулыбалась Джонсон, - я не могу, он так это сказал... — Могла бы и нам сказать, что он тебе нравится, - я подняла бровь, оттаскивая Эли от подарка Римуса. — Так вы же и сами догадывались, - пожала плечами Анджелина, - вы думаете, я не видела? Смешно. — Да, но тымогла хотя бы подтвердить наши догадки, - Алисия наконец уселась, смотря в одну точку и переваривая информацию. — Ой, заткнись. Сама ждёшь, что Локонс тебе валентинку отправит через пару недель. — Очень смешно, Анджелина. Я хмыкнула, после чего открыла карамельки, которые мне подарили на Рождество близнецы и съела одну. — Кстати про эти карамельки... - Спиннет вдруг ухмыльнулась, от чего я сглотнула, - это же от Фреда, да? — От близнецов, - поправила я её. — Нет, это от Фреда. Он у меня спрашивал, что ты из сладкого любишь, ну я и сказала, что карамель. — Ты их не отличаешь, - хмыкнула я, хотя приятное чувство разлилось у меня внутри. — Да, но я тогда знала, что Джордж помогал с чем-то Флитвику, поэтому я говорила с Фредом, - Алисия ещё шире ухмыльнулась. — И что? Подарил же не он отдельно, а они оба, - хмыкнула я, после чего сама ухмыльнулась, - ты не волнуйся, я обязательно скажу Локонсу, что ты ненавидишь лиловый, в отличии от него. Ли с Анджелиной сияли как никогда. Из-за того, что те начали часто гулять вдвоём, мы с Алисией часто проводили время вместе с близнецами. Если это вообще можно было назвать прогулками, когда те просто закидывали нас снегом так, что мы выглядели как собаки. На День Валентина я получила от первокурсника-когтевранца валентинку в исполнении гнома, что мне припоминали Анджелина с Алисией ещё неделю, за что я не поделилась с ними коробкой конфет. Странно для меня было то, что я будто ждала хотя бы какой-то знак (валентинку не сильно хотелось) от кого-то ещё. От кого-то другого. В тот же самый день, когда я убегала от Пивза, я чуть не съехала по лестнице, если бы меня не придержал Оливер Вуд — шестикурсник с Гриффиндора, который также был капитаном квидиччной команды. Что оказалось ещё более странным, я словно стала чаще замечать Вуда в коридорах. Хоть мы тогда и перебросились лишь парой слов, вроде: «Извини» и «Пока», это словно оставило на мне какой-то отпечаток. — Ну Вуд ничего такой, - сказала Анджелина, когда я рассказала ей и Алисии о том, что происходит со мной всю последнюю неделю, - скорее всего, у тебя к нему возникла симпатия. У меня такое было. — Ну не знаю... он же, наверное, даже имени моего не знает. — Мерлин, Сара! - возмутилась Алисия. - Покажи мне хотя бы одного человека в «Хогвартсе», который бы тебя не знал. В глубине души я с ней согласилась. — Если хочешь, можем чаще тебя упоминать на тренировках, тогда он точно тебя запомнит, - предложила Анджелина. — Нет! - резко сказала я. - Только хуже будет. Не смейте. — То есть, по-твоему, вопрос решиться сам собой? Какой же бред! – возмущённо воскликнула Алисия. — Не нагнетай, всё, я спать - хмыкнула я, отвернувшись от них. Как оказалось, симпатия к Вуду была неслучайна. Одна из шестикурсниц сварила очень плохую амортенцию для «подруги» и добавила в конфеты, чтобы так влюбилась в Вуда, а её неприятельница выкрала её и выкинула, каким-то чудом коробка оказалась у меня, как именно — непонятно, но есть версия, что Люси, сова Алисии, которая в последнее время от скуки приносила всякую всячину, и принесла её мне. Девочек наказали, а действие зелья выветрилось, после чего моя жизнь наладилась. Но ненадолго. Чудовище Слизерина нашло ещё одну жертву, но уже в лице Гермионы Грейнджер. Из-за этого отменили матч с Пуффендуем, к которому так готовилась команда. Из-за этого из моей головы вылетели экзамены, которые уже должны были наступить. Анджелина сидела и плакала, переживала, что может стать следующей жертвой. Также на неё влияли и экзамены, к которым она пыталась готовиться, но не выходило, и отсутствие прогулок с Ли, так как теперь учащиеся уже должны были находиться в гостиной. Спустя пару дней я уже начала ложиться спать, как вдруг в спальню вошла профессор Макгонагалл, слегка взбудораженная и вымотавшаяся. Пару часов назад она же и отправила всех учеников по гостиным, видимо, не просто так. — Мисс Блэк, вас ожидает директор. Не став задавать лишних вопросов, я лишь накинула мантию и пошла за ней. Наконец дойдя до кабинета, она ушла, после чего я прошла внутрь. Я, наверное, и обратила бы внимание на чудной кабинет, если бы не увидела Гарри, всего мокрого, наспех собравшегося мужчину с платиновыми волосами, как у Драко Малфоя, и домового эльфа. Как только мужчина с эльфом вышли, а Поттер, взяв какую-то мокрую книжку, заляпанную в чернила, пошёл за ним, я посмотрела на директора. — Профессор Дамблдор, вы хотели меня видеть? — Да, мисс Блэк, - спокойно сказал он, садясь в кресло, - наверное, у тебя есть вопросы, что именно сейчас произошло. — Честно говоря, да, сэр, - ответила я, мельком осмотрев кабинет. — Что же... если вкратце, то чудовище Тайной комнаты повержено никем иным, как мистером Поттером. — Правда? Кто её открыл, профессор? — Мисс Джинни Уизли. Не без посторонней помощи, разумеется. Для такого нужен истинный Наследник Слизерина, а мисс Уизли им не является, - он потёр переносицу, после чего добродушно посмотрел на меня. — Тогда... тогда кто ей помог? - я знала, что возможно задаю слишком много вопросов, но раз меня позвали сюда... — Том Реддл, - ответил директор, - более известный под именем Лорд Волан-де-Морт, и, возможно, Гарри вам расскажет всю историю. Но я позвал вас не для этого, а кое-что рассказать вам, - услышав, что я слушаю, он продолжил, - чтобы попасть в Тайную комнату, нужно знать парселтанг, змеиный язык. Гарри его знает, но, к сожалению, неясно почему. Насколько я знаю, вы тоже понимаете его, - Дамблдор достал из стола письмо, где я увидела подчерк Римуса, - ваш крёстный был озадачен почему вы тоже понимаете его, мисс Блэк. Он попросил меня найти ответ. И я, к моему великому счастью, его нашёл. Я удивилась. Сейчас, сейчас всё и станет ясно. — Том Реддл был сыном Меропы Мракс, у которой был брат Морфин. Этот род, род Мраксов, наследников Салазара Слизерина, был обречён на гибель. Однако Морфин был... весьма неусидчивым волшебником. Так получилось, что какое-то время он встречался с одной чистокровной волшебницей Ханной Скотт, от которой у него появился сын, Ричард. Морфин был неосмотрителен и не знал. Вскоре он и скончался. Но не в том суть, а в том, что у Ричарда Скотта появилась дочь Элис, ваша мама. Ричард унаследовал от своего отца способность говорить на змеином языке, и в последствии, эту же способность унаследовала и ваша мать. И теперь, вы являетесь змееусткой. Я пыталась переварить информацию. Слишком много информации. То есть, если проще говоря... — Вы оправданно являетесь Наследником Слизерина, мисс Блэк, - словно прочитав мои мысли, сказал Дамблдор, - в ваших жилах течёт кровь самого Слизерина, одного из основателей «Хогвартса». — И... я могу открыть Тайную комнату? - спросила я, стараясь сделать так, чтобы это действительно казалось любопытством, хотя, так оно и было. — Да, мисс Блэк, - внезапно Дамблдор улыбнулся, - однако, если бы вы хотели напустить монстра на маглорождённых, боюсь, монстра там уже нет... — Нет-нет, профессор, я лишь поинтересовалась...! — Понимаю, мисс Блэк, я не думаю, что вы бы напустили что-нибудь плохое на вашу подругу мисс Джонсон, - директор слегка посмеялся, - однако, я удивлён, что вы до сих пор не спросили о самом Томе Реддле. Я пошевелила мозгами, после чего в моей голове что-то щёлкнуло. — То есть... Волан-де-Морт является... моим родственником? — Да, мисс Блэк, и не абы кем, а троюрдным дедушкой. У меня всё свело изнутри. Это казалось чем-то невозможным. Троюрдная внучка самого опасного волшебника за последние годы. — Что же, спешу вам сообщить, что, насколько мне известно, Том Реддл не знает о том, что у него есть кузен, так что беспокоиться вам не о чем. А сейчас, я думаю, мне стоит вас отпустить в спальню, мисс Блэк. Доброй ночи. *** На новость о том, что я являюсь практически внучкой Волан-Де-Морта, поразила всех. Даже Анджелину, хоть та и была не из волшебной семьи. — Ты смотри не прибей меня во сне, - усмехнулась Алисия, сидя на одном из диванов в гостиной, так как экзамены отменили. — Очень постараюсь, ты смотри, не беси меня, а то я дедушке пожалуюсь, - ухмыльнулась я, разложившись на диване с Эли. — Мы были правы, Джордж, она самый настоящий Наследник Слизерина, - усмехнулся Фред, после чего к нему на колени приползла Эли и улеглась. — Жаль, нельзя никому рассказать, я бы попугал Пьюста, больно довольный он ходил, - подхватил Джордж. — Он и так кислый ходит после того, как мы кубок забрали, - обнимая Анджелину, сказал Ли. В таком настроении, приподнятом, без экзаменов и с тем, что я пыталась заставить Эли спать у себя на коленях, а не у Фреда, закончился мой четвёртый курс, наверное, один из последних спокойных в «Хогвартсе».