Voice of the Desert

Джейс шел по коридорам, касаясь кончиками пальцев шероховатой поверхности стен. Он знал каждый поворот, каждую трещину в камне. Заброшенный ситч — пустой, безмолвный, наполненный памятью давно ушедшего народа. Но что-то изменилось. Он почувствовал это раньше, чем осознал — чужое присутствие. Тень движения на периферии зрения. Фримен резко обернулся. В конце прохода, погруженная в полумрак, стояла фигура. Человек был облачён в черный костюм. Его голова была опущена, волосы цвета песка спадали до плеч, скрывая лицо. Незнакомец медленно опустился на колени, затем склонился в глубоком поклоне — лбом к полу, руки вытянуты перед собой. Джейс нахмурился. — Кто ты? — голос фримена эхом разнёсся по пустому пространству. Человек не ответил, оставаясь в той же покорной позе. Джейс медленно приблизился и опустился на корточки перед незнакомцем. Он заметил, как из-под рукавов костюма выглядывают символы — те же самые, что покрывали стены ситча. Линии, изгибаясь, уходили дальше под ткань. — Посмотри на меня, — приказал фримен. Человек медленно поднял лицо, и Джейс отшатнулся. Тио. По бледному лицу чужака катились слёзы, оставляя влажные дорожки на пыльной коже. Глаза, некогда янтарные, теперь сияли пронзительной лазурью — не лёгким оттенком ибад, а глубоким, насыщенно голубым. Расширенные от страха, они были прикованы к лицу фримена. — Пожалуйста, — прошептал он дрожащими губами. — Пожалуйста… Джейс потянулся, чтобы коснуться юноши… …и резко проснулся, судорожно хватая ртом воздух. Он провёл ладонями по лицу, пытаясь стереть остатки сна. Что это было? Лисан резким движением отбросил тонкую ткань и сел на краю ложа. Через узкую щель в скальной породе пробивался тусклый свет нового дня. Фримен сделал глубокий вдох, собирая разрозненные мысли. Медитация. Ему нужна медитация, чтобы очистить разум от странных образов.

***

Гарни Халлек знал, что каждый шаг может быть под наблюдением, каждое слово — услышано. Именно поэтому встреча с Хаватом должна была состояться не здесь. Солнце уже заходило, когда двое мужчин встретились на небольшой смотровой площадке над городом. Ветер нёс песок, и его шорох создавал естественную защиту от подслушивания. — Ты уверен? — тихо спросил Хават, не глядя на собеседника. Гарни положил руку на каменный парапет, пальцы его были напряжены. — Абсолютно. Последнее сообщение пришло ровно за день до того, как тело инженера остыло. Он был единственным каналом связи. — Гарни сжал кулак. — Кто-то умело использовал расстояние и изоляцию западных баз. Заставил нас поверить, что наследник жив. Ментат медленно кивнул, впитывая информацию. Его разум уже просчитывал варианты, строил схемы и вероятности. — А как там… — Фейд-Раута? — Халлек скривился. — Нанял контрабандистов. Ищет Виктора среди фрименских ситчей. Представляешь? Харконнен, ищущий Атрейдеса среди дикарей. — Его одержимость… полезна, — задумчиво произнёс Хават. — Пусть ищет. Если Виктор и Дункан живы и у фрименов, Раута может оказаться нашим единственным шансом найти их. Нужно продолжать докладывать герцогу, что сообщения приходят. А пока… — Суфир посмотрел в глаза Гарни. — Наблюдай за леди Махарат. — Думаешь, она причастна? — Бене Гессерит всегда причастны, Гарни. Вопрос лишь в том, какую игру они ведут на этот раз.

***

Антония мерила шагами свои покои, её обычно безупречная причёска была слегка растрёпана. Хемминг стоял у двери, наблюдая за её метаниями с нескрываемым беспокойством. — Ты говорил, что он мертв! — она повернулась к советнику. — Ты поклялся, что орнитоптер был уничтожен! — Так и есть, — голос Хемминга дрожал. — Взрыв был достаточно мощным, чтобы… — Тогда как он может быть в здравии?! — Антония резко остановилась. Её голос снизился до опасного шёпота, наполненного такой силой, что мужчина невольно отступил к двери. — Ты предал меня? Предал свой Дом? — Никогда! — в глазах Хемминга читался искренний страх. — Клянусь, наследник не мог выжить. Возможно… возможно, Халлек лжет. Проверяет нас. — Может быть, — Антония прикрыла глаза, собираясь с мыслями. — Мне нужно увидеть последние сообщения, которые были присланы до отлёта Рауты. — Невозможно, миледи. Они поступают напрямую к Хавату и герцогу. Леди Махарат подошла к окну, глядя на пустыню: — Тогда мне нужно увидеть базы. Лично. Хемминг побледнел: — Но, миледи, это слишком рискованно и вызовет подозрения. — Хуже уже не будет, — прошипела она. — Что-то пошло не так. Если Атрейдес выжил… если он каким-то образом узнал о нашем плане… — Она не закончила фразу. — Подготовь запрос. Скажи, что я хочу лично посетить месторождения меланжа, чтобы усилить торговое партнёрство. Пусть думают, что я ищу новые возможности для Дома. — Как прикажете, — поклонился Хемминг, но в его глазах читалось сомнение. — А если нам откажут? — Тогда мы будем уверены, что они что-то скрывают.

***

Фейд-Раута стоял у края скалы, неподалеку от западных баз, наблюдая за приближающимся орнитоптером контрабандистов. Ледяной ветер ночного Арракиса трепал его плащ, но на-барон не замечал холода. Прошло две недели. Две недели отчаяния и гнева, кипящего внутри. Орнитоптер приземлился, поднимая вихрь песка. Из него вышел рослый мужчина с обветренным лицом и левым глазом, закрытым пластиной. Он махнул рукой своим людям, приказывая оставаться в машине. — Господин, — главарь контрабандистов низко поклонился. — Мы проверили еще двадцать шесть… — И? — нетерпеливо перебил Харконнен. — Ничего. Ни следа людей из Арракина, ни упоминаний о пленниках. Фейд-Раута сжал кулаки так, что костяшки побелели. — Двадцать шесть из…? Сколько ситчей у фрименов? — Никто не знает точно. Может пятьдесят, может сто. Они появляются и исчезают. Пустыня — их дом. — Вы проверили не все, — процедил он сквозь зубы. — Продолжайте поиски. — Но, господин… Мы потеряли уже восьмерых, — контрабандист покачал головой. — Фримены не любят чужаков, а после того, как вы устроили бойню у ситча Табр… В общем, они чувствуют, что мы ищем кого-то конкретного. Еще немного, и никакие деньги… Движение было молниеносным. Фейд-Раута схватил контрабандиста за горло и прижал к скале, лезвие кинжала замерло в миллиметре от его единственного глаза. — Тебе заплатили достаточно, чтобы купить хоть собственную планету, — прошипел на-барон. — Я не просил рассказывать мне о трудностях. Я требую результатов. Он отпустил контрабандиста, тот закашлялся, хватая ртом воздух. — Если в следующую встречу я не получу информацию, — добавил Харконнен, — ты будешь молить о смерти.

***

Жара безжалостно давила на плечи, забиваясь под робу и выедая последние силы. Виктор в очередной раз наклонился к лопасти, пытаясь придать ей нужный изгиб. Мышцы спины горели огнем, руки дрожали от напряжения. Он не помнил, сколько времени провёл над этими проклятыми ветряными ловушками… В другой части ситча Джейс завершал долгую медитацию. Возвращаясь по коридору, он уловил странный звук — тихий, равномерный. Фримен остановился и прислушался. Звук доносился из соседнего коридора. Повинуясь скорее любопытству, чем необходимости, он свернул и оказался в просторном зале, где в беспорядке лежали различные детали. В дальнем углу, прислонившись спиной к каменной стене, сидел юноша. Тио. Его голова была опущена так низко, что подбородок касался груди. В безжизненно лежащих на коленях руках покоилась изогнутая лопасть. Замерев на месте, Джейс наблюдал за спящим. Дыхание чужака было медленным и глубоким — он определённо спал. Фримен хмыкнул. Слабак. Не выдержал даже простейшей работы. Уже собираясь развернуться и продолжить свой путь, Джейс заметил необычную деталь. Рассеянный солнечный свет падал на голову юноши, и в этом положении стало заметно, что тёмные волосы у корней имеют совершенно иной оттенок — цвет песка. Точно такой же, как во сне. Дыхание фримена невольно сбилось. — Что за… — пробормотал он, подозрительно щурясь. Не доверяя своим глазам, Джейс осторожно приблизился к юноше, нависнув над ним и внимательно вглядываясь в корни волос. Вздор. Волосы всегда были такими, просто раньше он этого не замечал. Сон есть сон — он исказил реальность, придал ей странные, туманные черты. — Интересно смотреть на спящих? — неожиданно прозвучавший тихий женский голос заставил Джейса резко отпрянуть. В проеме стояла Рахийя с корзиной в руках. Её проницательные глаза смотрели на фримена с лёгкой насмешкой. — Он спит посреди рабочего дня, — холодно ответил Лисан, пытаясь скрыть смущение от того, что его застали за таким странным занятием. — Чужак трудится над этими лопастями со вчерашней ночи, — шепотом возразила Рахийя, подходя ближе и внимательно глядя на Тио. — Ему тяжело справляться с такой работой. Джейс окинул взглядом худощавую фигуру Тио. Только теперь он заметил, что руки юноши, все еще сжимающие лопасть, покрыты свежими мозолями, а ногти сбиты и покоцаны. — Ты слишком его жалеешь, — произнес фримен, отворачиваясь от спящего. — За все время пребывания здесь он ни разу не пожаловался, — задумчиво проговорила целительница. — А Кавейт с каждым днем только усиливает нагрузку. Может, поможешь ему? Ты ведь сейчас свободен. — Иди заниматься своими делами, — резко оборвал её Лисан. Рахийя только фыркнула в ответ, поправила корзину на сгибе локтя и направилась прочь из зала. Проводив женщину взглядом, Джейс погрузился в размышления. Спустя некоторое время он подошел к разложенным на полу лопастям. Десятки заготовок ожидали тщательной обработки — каждую нужно было выгнуть под определенным углом, чтобы ловушка собирала драгоценную влагу из воздуха пустыни. Среди множества деталей фримен заметил несколько уже готовых. Способ, которым эти пластины были изогнуты, отличался от традиционного метода, принятого в ситче. Джейс взял одну пластину и внимательно проверил её изгиб. Интересно.

***

Виктор очнулся от резкой боли во лбу. Он дёрнулся и обнаружил, что головой ударился о лопасть, которую держал в руках. Юноша застонал, потирая ушибленное место, и медленно огляделся. Снаружи доносились приглушённые голоса федайкинов, возвращающихся в ситч. Неужели уже полдень? С тревогой осматривая помещение, его взгляд остановился на аккуратно сложенных пластинах. Все они были выгнуты идеально — не так, как обычно делали фримены, а по-настоящему эффективно. Именно так, как нужно было ему. Кто-то выполнил всю его работу, но кто? Юноша медленно поднялся на ноги, чувствуя странное головокружение. Ему необходимо завершить установку. Взяв несколько лопастей, он направился к ловушкам и начал крепить детали к основанию, но руки слушались плохо — тяжёлые части выскальзывали из пальцев. В какой-то момент он почувствовал, что ноги подкашиваются, и едва не упал. Но сильные руки подхватили его сзади. — Не думал, что ты все же справишься с этой работой, — прозвучал хриплый голос за спиной. Виктор обернулся. Высокий фримен выхватил у него из рук пластину и поставил её на пол. — Можешь продолжить завтра, — произнёс Кавейт неожиданно спокойно. — Но сначала пойдём со мной. Нужно кое-что обсудить. Сердце юноши сжалось, но он покорно последовал за фрименом, собираясь с мыслями. Кавейт привёл его в пещеру совета — просторное помещение, где обычно собирались старейшины и Преподобная для решения важных вопросов. Сейчас оно пустовало. — Не бойся, подойди ближе, — произнёс фримен, указав рукой на стол. Виктор осторожно приблизился, внутренне готовясь к любому повороту событий. — Должен признать… твои знания оказались весьма полезны, — протянул Кавейт, водя пальцем по карте. — Благодаря этому мы успешно провели уже несколько набегов. Юноша не смог скрыть удивление. — Если бы вы взяли меня с собой, пользы было бы куда больше, — осторожно заметил он. Кавейт поднял взгляд, и юноша замер под его пристальным изучающим взором. — Невозможно, — отрезал фримен. — Чужак не может быть равным нам. — Я был бы рад любому исключению, — не отступал Виктор. — Возможно… есть способ? Кавейт прищурился, словно пытаясь прочесть что-то в его взгляде. — Я уже много времени провёл среди племени, — продолжил юноша, выпрямляясь и глядя прямо в глаза фримену. — Мои руки знают ваши инструменты, мой разум понимает ваши технологии. Я готов рисковать жизнью ради ситча, который спас меня от гибели. Если существует путь для чужака стать частью вашего народа, я готов пройти его до конца. Холодная расчётливость, свойственная наследнику, сейчас звучала в его голосе как искренняя преданность. По лицу Кавейта скользнуло едва заметное удовлетворение. — Если ты хочешь стать частью Джакаруту, то ты должен принять наши обычаи и традиции, — медленно проговорил фримен. — На следующей неделе будет тау-ритуал. В нём принимают участие все фримены. Чужакам там не место, но раз ты так стремишься доказать свою верность… — Я согласен, — прервал его Виктор. — Что нужно делать? — Тебе? — Кавейт усмехнулся. — Ничего особенного. Только ты должен запомнить, что новички не могут брать в первый ритуал. Атрейдес нахмурился, пытаясь понять смысл его слов. — Вы имеете в виду специю? — И это тоже, — загадочно ответил фримен, сворачивая карту и пряча её за пояс. — Докажи свою преданность, Тио, и тогда пойдёшь в набег вместе с нами. Виктор склонил голову в знак согласия. Фримен развернулся и направился к выходу, не дожидаясь юноши. Атрейдес едва сдерживал радость. Ему позволят выйти из ситча! Он слышал, что многие обряды фрименов связаны со специей. Возможно, этот будет посвящён её сбору? Но за внешним воодушевлением скрывался и другой, не менее важный расчёт. Если план с Лисаном провалится, этот набег станет его возможностью дать знать о себе. Оставив незаметный знак — метку, которую сразу опознают разведчики его Дома, — он получит новый шанс на спасение. Главное — выделиться на ритуале, чтобы завоевать доверие Кавейта. А пока нужно как следует изучить странную связь…

***

Полуденный зной постепенно отступал, но в глубоких коридорах ситча всегда царила прохлада. Джейс сидел возле колодца, его руки ловко поворачивали небольшой цилиндрический предмет под рассеянным светом. Ильмия ушла в свою яли, оставив его наедине с размышлениями. Он пользовался такими моментами относительного затишья, когда большинство жителей приходили в себя после дневной трапезы, а некоторые даже позволяли себе короткий отдых. Идеальное время, чтобы снова взглянуть на странное устройство. Джейс осторожно вертел цилиндр в руках, внимательно изучая каждую деталь корпуса. Сколько он ни пытался, механизм не поддавался, словно не хотел раскрывать свои секреты. Он уловил колебания — кто-то приближался, явно стараясь ступать как можно тише. Джейс усмехнулся. Тио. Думает, что сможет подкрасться незаметно? Забавно. Фримен не стал прятать находку. Он продолжил изучать механизм, сделав вид, что не заметил приближения чужака. Только когда звук шагов был уже очевиден даже для обычного слуха, Джейс поднял голову. — Уже поздно делать вид, что ты проходил мимо. Виктор замер на мгновение, словно пойманный врасплох, но быстро взял себя в руки. — Я не прятался, — ответил он, приближаясь. — Просто старался не мешать. Его взгляд тут же прикипел к устройству в руках фримена. В глазах юноши мелькнуло что-то похожее на узнавание, но он тут же скрыл это выражение. — Пытаешься разобраться с этой штукой? — спросил он как бы между прочим. — Я могу помочь, если позволишь. Джейс замешкался. Доверять было не в его привычке, но он уже несколько дней наблюдал за Тио и должен был признать его несомненный талант в работе с механизмами. — Я никак не могу понять, как оно открывается, — наконец признался он. — Что это, по-твоему? Виктор сел рядом, протянув руку. — Можно? Фримен не ответил. Устройство стало для него чем-то большим, чем просто головоломкой. Когда мысли становились слишком тяжелыми или голоса пустыни слишком настойчивыми, мерное вращение цилиндра в руках успокаивало. Но любопытство пересилило, и он протянул находку. Виктор принял его с таким благоговением, что Джейс невольно напрягся. — Это локатор для отслеживания червей, — произнес юноша, вертя цилиндр в руках. — Смотри, видишь эти две метки? Они почти незаметны, если не знать, куда смотреть. Он указал на крошечные выступы на противоположных сторонах устройства. Джейс подался вперед, чтобы лучше рассмотреть. — Нужно совместить их и одновременно нажать, — объяснял Виктор, поворачивая корпус. — Вот так. Его пальцы легко нашли нужное положение. Послышался тихий щелчок, и половина корпуса плавно отъехала в сторону, открывая сложное переплетение проводов и датчиков. — Невероятно, — прошептал Джейс, внимательно рассматривая внутренности устройства. — Как ты узнал? Виктор улыбнулся, но в его глазах промелькнуло что-то настороженное. — В Арракине мне приносили подобные вещи… на ремонт. Он начал разбирать цилиндр, продолжая объяснять: — Видишь эти датчики? Они улавливают вибрации песка на разных глубинах, — юноша увлечённо показывал отдельные детали конструкции. — Эти сенсоры определяют разницу вибраций и могут предсказать появление червя за несколько минут до того, как его заметит наблюдатель. Джейс внимательно наблюдал за руками чужака — они двигались уверенно, словно не раз собирали и разбирали подобные механизмы. — Бесполезная штука, — хмыкнул фримен, пристально наблюдая за реакцией собеседника. — Я и сам могу сказать, где будет находиться червь задолго до его появления. Без всяких приборов. Виктор замер. — Ты можешь… предсказывать движение червей? — осторожно спросил он. — Как? Джейс не ответил сразу. Он и сам не до конца понимал свою особую связь с пустыней. — Каждый издает вибрации и колебания, — наконец сказал фримен, подбирая слова. — Я слышу их. Чувствую их так же, как другие ощущают ветер на коже. — Это удивительно, — произнёс юноша медленно. В его голосе не было недоверия — скорее научный интерес, смешанный с искренним восхищением. — Как давно у тебя эта способность? Мужчина некоторое время молчал, словно решая, стоит ли продолжать разговор. — Сколько себя помню, — фримен поднял взгляд на чужака. — Что это, по-твоему? Дар Шай-Хулуда или наука может объяснить такое? Виктор задумался, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на азарт. — Возможно, это особая чувствительность к электромагнитным полям, — начал он осторожно. — Но, я не исключаю и того, что… В этот момент Виктор собрал прибор в исходное состояние и на мгновение задержал его в своих руках. В голове вспыхнула идея. Локатор был создан не только для приема сигналов, но и для их передачи — так Атрейдесы отслеживали местоположение друг друга во время сбора специй. Если он сможет модифицировать, усилить его сигнал, возможно, сумеет отправить сообщение в Арракин. Даже одного мощного импульса могло быть достаточно, чтобы его собственный приемник в мастерской зафиксировал хотя бы примерное направление. А если кто-то заглянет туда… — Тио? — голос Джейса вернул его в реальность. — Ты слишком долго молчишь. Виктор моргнул, осознав, что застыл на полуслове, погрузившись в свои мысли. — Прошу прощения, — фальшиво улыбнулся он. — Задумался… Знаешь, я мог бы переделать локатор, приспособить для целей ситча. Если позволишь мне забрать его на несколько дней… Джейс протянул руку и забрал цилиндр. — Нет, — твердо сказал он. — Устройство останется у меня. — Но почему? — в голосе Виктора проскользнула нотка досады. — Ты сам сказал, что для отслеживания червей оно тебе не нужно. Я мог бы сделать его действительно полезным. Фримен не ответил, лишь сжал губы в тонкую линию. Его глаза вновь стали холодными и не выражали ничего, кроме непреклонности. Виктор нахмурился. Это всё осложняло. Раздражение поднималось внутри него, горячее и опасное, как песчаная буря. Сейчас, когда решение было так близко... Он вспомнил о символах на своей груди. Настало время для рискованного эксперимента. Расправив плечи, юноша прокашлялся, втайне коснувшись татуировки под робой, и стараясь, чтобы голос звучал властно и уверенно, сказал: — Немедленно отдай его мне. Виктор вкладывал в слова всю свою волю, все свое желание подчинить фримена. Джейс смотрел на него несколько долгих секунд совершенно неподвижно. На его лице последовательно сменились непонимание, удивление и, наконец, что-то похожее на раздражение. — Что ты сказал? — тихо спросил фримен, и в этой интонации была явная угроза. Виктор почувствовал, как внутри всё леденеет. Его план не работал. Он попытался выкрутиться: — Я хотел сказать… не мог бы ты… Лисан приблизился, и юноша тут же поднялся на ноги, инстинктивно отступая. — Немедленно? — тихо переспросил фримен. — Ты кем себя возомнил? Наибом? Или, может, герцогом? — Прости, я сглупил, — быстро ответил Виктор, опуская взгляд. — Джейс, пожалуйста… Он не успел договорить и понять, что произошло, как оказался прижатым к стене, с крисом у горла. Лезвие едва касалось кожи, но он чувствовал его смертоносное обещание. — Ты играешь с огнём, мальчишка, — прошипел фримен. — Не знаю, откуда ты знаешь это имя, но больше никогда… Шансов выбраться не оставалось — только отчаянный, безумный ход. Юноша внезапно обмяк в руках Джейса, расслабил плечи и посмотрел прямо в глаза. Затем медленно перевёл взгляд на его губы и снова встретился с глазами фримена. В его взгляде мелькнуло что-то, что он надеялся выдать за приглашение. Джейс на секунду застыл, его брови поползли вверх от удивления. Его хватка ослабла, и Виктор, почувствовав это, тут же рванулся в сторону и бросился бежать, чуть не споткнувшись о собственные ноги. Позади себя юноша не увидел, как фримен смотрел ему вслед с нахмуренным лбом. Человек в пустыне мог сойти с ума от жары и давящих стен, бывало и такое. Но чужака было жалко, он неплохо работал с оборудованием. Джейс опустил взгляд на локатор, сжимая его в руке. Горький привкус собственной жёсткости оставался на языке. Возможно, в этот раз он перегнул палку.