Voice of the Desert

Виктор застегнул последний клапан защитного костюма, проверяя герметичность швов. Плотная ткань сдавливала грудь, фильтры дыхательной маски шипели при каждом вдохе. Раньше подобная предосторожность показалась бы ему абсурдной — теперь же стала единственным способом остаться в живых. За неделю они потеряли двенадцать человек дворцовой прислуги. Болезнь приходила незаметно — легкое покашливание, которое можно было списать на сухой воздух пустыни. Затем температура. Слабость. И через несколько дней… Виктор остановился перед входом в покои герцога. Два гвардейца в таких же защитных костюмах стояли по сторонам. Они молча кивнули наследнику, открывая путь. — Отец. Лето Атрейдес сидел в постели, опираясь на подушки, и изучал карту столицы, окруженный папками и отчетами. — Виктор. — Голос звучал чуть хрипловато, но в нем не было слабости. — Как дела во дворце? Юноша опустился в кресло рядом. — Держимся, — коротко ответил он. — Гарни Халлек взял на себя координацию безопасности. Финансовые дела пока ведет помощник Суфира Хавата. — Хават… Как он? Виктор сжал челюсти. — Сегодня утром его состояние ухудшилось. Врачи… все еще не могут определить природу болезни. Герцог отложил свои дела и внимательно посмотрел на сына. — Сколько еще заболело? — спросил он деловито. — Четверо за последние два дня. — Наследник не видел смысла скрывать правду. — Мы изолировали все восточное крыло. Лето кивнул, словно ожидал услышать именно это. Легкий кашель заставил его прервать размышления, но он быстро взял себя в руки. — Виктор. — Голос стал серьезнее. — Подай мне документы из верхнего ящика. Юноша поднялся, недоумевая. Отец указал на письменный стол. — Не это. Запечатанный конверт. В самом углу. Пальцы нащупали плотную бумагу с официальной печатью Дома Атрейдесов. — Вскрой. Виктор надорвал печать и развернул пергамент. Его глаза быстро пробежали по строкам, но мозг отказывался воспринимать написанное:

«Указ о временной передаче полномочий герцога Лето Атрейдеса наследнику Виктору Атрейдесу на период восстановления…»

— Нет. Отец, ты не можешь… — Я не спрашиваю твоего мнения, — спокойно сказал Лето. — Решение уже принято. — Но ты справишься с болезнью! Врачи создадут лекарство, ты восстановишься! — Сын. Сядь. Наследник послушался, хотя внутри все кричало о желании бежать, не слышать того, что скажет отец. — Я не сдаюсь, — произнес Лето. — Но я должен быть реалистом. Дому нужен лидер. Не завтра, не через неделю — сейчас. Он подался вперед, и Виктор помог ему удобнее устроиться среди подушек. — Император уже начинает задавать вопросы, — добавил герцог. — Ландсраад официально выражает обеспокоенность «стабильностью ситуации». Завтра или послезавтра они могут предложить «помощь» в управлении. — Мы не позволим… — Да, если будем действовать на опережение. Власть не терпит пустоты, сын. Если мы не заполним ее, это сделают другие. Виктор опустил взгляд. — Но я… не готов, — отчаянно прошептал он. — Иного выбора нет, — Жестокая честность была болезненной, но необходимой. — Но у тебя есть все, что нужно лидеру. Острый ум. Сердце — достаточно большое, чтобы заботиться о людях. И воля, способная принимать трудные решения, даже когда цена высока. А самое главное — ты умеешь видеть суть вещей, а не только поверхность. Юноша чувствовал, как тяжесть ответственности опускается на его плечи. Тысячи людей, чьи судьбы теперь зависели от него. — Джессика… — начал он. — В безопасности. Я перевел ее в блок «R» еще до того, как понял серьезность ситуации. — Лето откашлялся, но тут же продолжил. — Гарни будет твоей правой рукой. Слушай его советы, но решения принимай сам. Виктор кивнул. — Что касается внешней политики… — герцог нащупал одну из папок и открыл ее, доставая листы. — Здесь список союзников, на которых можно положиться. И тех, кому доверять нельзя ни при каких обстоятельствах. — Ты говоришь так, словно собираешься надолго отойти от дел. — Я готовлюсь к худшему, надеясь на лучшее. — Лето улыбнулся. — Это то, чему меня научил мой отец. И то, чему я учу тебя. Документ о передаче полномочий все еще был в руке Виктора, но теперь он не казался приговором. Это была возможность доказать, что Дом Атрейдесов справится с любыми испытаниями. — Я не подведу тебя, — сказал он твердо. — Знаю. — Лето вновь потянулся к карте. — А теперь иди. У тебя много дел.

***

Джейс ждал его у входа в блок «F», молча прислонившись к стене. — Как герцог? — тихо спросил он, когда Виктор приблизился. — Отец… — начал юноша и замолчал, качая головой. — Держится. Он сильный, справится. Фримен кивнул, не настаивая на подробностях. Тяжелая дверь открылась, впуская их в зараженную зону. Запах ударил в нос даже сквозь фильтры — смесь лекарств, антисептиков и чего-то еще, что невозможно было замаскировать никакими химикатами. Запах смерти. Длинный коридор тянулся перед ними, освещенный тусклыми светильниками. По обеим сторонам располагались комнаты, переоборудованные под палаты. Виктор медленно шел вдоль них, заглядывая через приоткрытые двери. Джейс молча шел рядом. Его лицо оставалось бесстрастным, но иногда взгляд задерживался на особенно тяжелых больных. Они свернули за угол, и наследник замер. Двое мужчин выносили из палаты завернутое в белую ткань тело. — Это третий за сегодня, милорд, — сказал один из врачей, заметив правителя. — Болезнь прогрессирует быстрее, чем мы… — Милорд, — к нему подошла новая заведущая блоком «F». — У нас проблема с… с размещением. Нам нужно решение о дополнительном месте для… Голос женщины становился все более далеким. Виктор смотрел на нее, видел движущиеся губы, но слова сливались в неразборчивый гул. В голове нарастал шум — голоса больных, стоны, шепот медиков, скрип каталок. Все смешалось. От него ждали решений. Ждали, что он скажет, куда складывать трупы его подданных. Где хоронить людей, которых он знал много лет. — …милорд? Милорд, вы меня слышите? Виктор моргнул, пытаясь сосредоточиться. Паника поднималась из груди, сдавливая горло. Он не справится. Не сможет. Слишком молод, слишком неопытен, слишком… — Северное крыло подземного уровня, — спокойно сказал Джейс. — Там есть помещения с системой охлаждения. Временно подойдет. Заведующая кивнула и быстро удалилась. Другие тоже разошлись по своим делам, получив четкое указание. Фримен развернулся к юноше и мягко потянул его за руку. — Пойдем, — сказал он. — Здесь ты больше ничем не поможешь. Виктор позволил увести себя из блока. Они прошли через несколько контрольных точек, где их костюмы обрабатывали дезинфицирующими растворами, затем оказались в пустом зале для официальных приемов. Наследник сорвал защитную маску и швырнул ее на пол. — Гарен, Лиора, Алекс… — от ужаса он закрыл лицо руками. — Диана… когда я был еще ребенком, она играла со мной и другими слугами в прятки, пока отец был занят на совещаниях. Талиса ухаживала за садом на Каладане. Как жена Орена расскажет двум своим маленьким детям о том, как умер их отец… Юноша не мог остановиться перечислять умерших, постепенно впадая в истерику. Джейс быстро подошел и прижал его к себе. — Тише. — План был предельно прост, — Виктор уткнулся лицом в грудь фримена. — У меня были все карты на руках: изобрести «Ментальный щит», затем выйти публично, объявить о разработке и поставить им ультиматум. Или же анонимно распространить эту технологию среди масс, мне плевать, главное поставить под вопрос их репутацию, создать противовес чертовым ведьмам! Как же я был глуп и наивен, Джейс, не думал, что они могут зайти так далеко — им даже не нужен Голос, чтобы я ощущал их присутствие за своей спиной. Пальцы фримена мягко скользили по волосам юноши, успокаивающе поглаживая. — Возможно… у меня есть способ остановить их, — осторожно начал Джейс. — Но я не знаю… Быть может, мы найдем другие варианты… — Что? — Виктор резко поднял голову. — Говори. Прямо сейчас. Он отстранился, чтобы полностью видеть фримена. Тот глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. — Скажи, почему Бене Гессерит боятся даже Великие Дома, а император им благоволит? — Они искусные манипуляторы и лгуньи! — тут же с гневом выпалил юноша. — И только? — У них есть память предков, — ответил он, не понимая, был ли вопрос наводящим или Джейс действительно не знал об этом. — Квинтесенция опыта прошлых поколений помогает им предугадывать будущее, поэтому император, как и другие влиятельные люди, прислушивается к их советам. — А с помощью чего они ее получают? Ответ пришел мгновенно: — Проходят испытание спайсовой агонией. Убивают червей, извлекая из них концентрат меланжа — Воду Жизни. — Правильно. — Джейс кивнул. — Видишь ли, я много экспериментировал в древнем ситче. Учился управлять песком и водой на совершенно ином уровне: изменять консистенцию, структуру, добавлять… — он сделал паузу, — или убирать определенные свойства. Виктор нахмурился, пытаясь понять, к чему клонит фримен. Затем его глаза расширились — отдельные детали начали складываться в единую картину. Светящийся песок, растительность, теплая вода… Эйфория от осознания захлестнула наследника. — Ты хочешь сказать, — с придыханием спросил он, — что можешь изменить специю? Сделать так, чтобы она больше не открывала доступ к памяти? Если это действительно возможно, значит новых Преподобных больше не будет. Мы уничтожим их влияние на корню! — Именно. — Но… — юноша замолчал, быстро просчитывая последствия. — Это будет означать конец старого мира. Полный крах существующего порядка. — Я понимаю. Это серьезный шаг. Но на данный момент у нас нет других вариантов. Атрейдес начал громко и неискренне смеяться, хватаясь за живот. Это была единственная реакция, которую он смог из себя выдавить после услышанного. — Ты что, не понимаешь? Навигаторы Гильдии не смогут прокладывать безопасные маршруты. Межзвездные полеты прекратятся. Торговля остановится. Связь между мирами оборвется! — Виктор, — спокойно произнес Джейс, — я был здесь тысячи лет назад. Человечество как-то обходилось и без даров меланжа. Смех наследника стих. Он совершенно забыл, что перед ним человек, который видел гораздо больше, чем какой-то юнец. — Только… в твоем плане есть изъян, — подметил Виктор, вернув самообладание. — Допустим, ты изменишь структуру специи на всем Арракисе. Я уверен, что у Бене Гессерит есть огромные запасы. Пройдут годы, прежде чем они исчерпаются. Фримен отошел к окну, глядя на пустыню за стенами дворца. Заходящее солнце превращало песчаные дюны в море расплавленного золота. Долгое молчание. Казалось, он готовился принять какое-то важное, тяжелое решение, но все же что-то удерживало его от последнего шага. — Возможно, — слова дались ему с трудом, — я смогу изменить меланж во всей вселенной. — Прости, что?! По коже пробежал холодок. Джейс повернулся к Виктору, и его взгляд стал отчего-то грустным. То ли от того, что он открылся ему со стороны своего первородного могущества, то ли по другой причине. — Но я не уверен, что точно смогу это сделать… — Тогда начнем с Арракиса, — решительно произнес наследник. — Лишив их возможности пополнять хранилища, мы нанесем первый удар. Даже если лишь мои далекие потомки увидят мир без Сестринства — это того стоит! — Изменить свойства специи, даже на этой планете, — та ещё задача, — с горечью произнес фримен. — Я слишком слаб, чтобы полностью вернуть… свою истинную суть, кем был тысячелетия назад. Но знаю, что может помочь мне ненадолго обрести прежнюю силу. Раньше существовали устройства… скажем так, они были способны усилить работу мозга. Виктор оглянулся по сторонам, убедившись, что никого рядом нет, и накрыл рот Джейса ладонью. — Ни слова больше, — прошипел он. — Ты не можешь говорить о таких вещах! Это запрещено! Глаза фримена расширились от удивления. Юноша убрал руку, но голос его остался напряженным: — Такие машины под абсолютным запретом с момента Джихада. За одно упоминание о них казнят без суда и следствия! — И их больше не существует? — Джейс слабо улыбнулся, очевидно зная ответ. Наследник нервно сжал губы. На Иксе у него были связи — люди, которые помогали ему доставать некоторые компоненты, когда становилось скучно копаться в простых устройствах. Вслед за утоленным любопытством всегда были страх и стресс от незаконных исследований. — У меня есть… возможности достать что-то подобное, — неохотно признал он.

***

Фейд-Раута перекатился влево, уходя от второго удара, но его клинок успел оставить глубокий порез вдоль ребер противника. Наемник зашипел от боли, но не отступил. Харконнен с трудом поднялся на ноги, чувствуя, как кружится голова. Проклятая болезнь выбирала самое неподходящее время, чтобы напомнить о себе. Очередной приступ кашля подступал к горлу, но он заставил себя сосредоточиться на бое. Отступив к холодной стене, на-барон выжидал. Когда противник вновь бросился вперед, он резко присел и полоснул кинжалом по его ногам. Тот рухнул, и Харконнен добил его одним ударом. Тяжело дыша, он вытер губы. На коже остались темные пятна крови. В углу заброшенного склада лежали еще шесть человек. Раута едва справился с ними всеми. Месяц назад такая схватка не составила бы для него труда, но теперь… На-барон окинул взглядом помещение. Четвертое убежище за две недели. Торвальды работали эффективно — каждое новое место продержалось не больше трех дней. Кто-то очень хорошо информировал их о его передвижениях. Он быстро собрал немногочисленные вещи в небольшой рюкзак. Оставаться здесь больше нельзя — если пришли семеро, значит, где-то рядом могут быть еще. Натянув капюшон, Раута выскользнул в узкий переулок. Не пройдя и сотни шагов, он услышал торопливые шаги за спиной. Рука тут же легла на рукоять клинка. — Подождите! П-прошу! На-барон обернулся. К нему бежал мальчишка лет пятнадцати. Обычный уличный ребенок — потертая одежда, грязные руки, растрепанные волосы. — У меня для вас сообщение! — выпалил тот, едва отдышавшись. — Очень важное! Отправитель сказал, что вы будете заинтересованы. Харконнен мгновенно приставил нож к горлу незваного гостя. Мальчик взвизгнул и попытался отшатнуться, но лезвие следовало за каждым его движением. — Кто послал? — резко спросил на-барон. — Я… я не знаю! — задыхался ребенок. — Мне просто дали это и сказали найти вас! В его руках был небольшой предмет. Проектор размером с кулак. Раута недоверчиво покосился на устройство. — Включай, — приказал он, не убирая оружия. — Что? — Сейчас же! Мальчик судорожно заморгал, но послушался. Пальцы нащупали кнопку, и в воздухе возникла мерцающая голограмма. Три фигуры в черных одеяниях. Лица скрыты. — Фейд-Раута Харконнен, — проговорила центральная фигура. — Как самочувствие? Понравился поцелуй Антонии? В памяти на-барона невольно всплыл последний вечер на Гьеди Прайм, когда Махарат пыталась соблазнить его… — Мы полагаем, ты уже догадался, — продолжила другая с легкой издевкой в голосе. — Наша дорогая Сестра была весьма… заразна в тот вечер. — Врачи Атрейдесов уже усердно работают над этим, — третья фигура заговорила более сухим тоном, — Но чтобы победить болезнь им потребуются недели, если не месяцы. Вирус оказался весьма… изобретательным. — К счастью для тебя, — вмешалась вторая, — у нас есть лекарство. И мы готовы поделиться им… при определенных условиях. Пауза затянулась. Раута понимал, что молчание было частью игры. — Мы также слышали, что герцогу Лето нездоровится, — с ложным сочувствием проговорила первая. — Такой достойный правитель… Было бы трагедией потерять его. — Но вернемся к тебе, — голос стал деловым. — Все наемники Торвальдов, которые сейчас охотятся за твоей головой, получат приказ отступить. С нашей помощью ты вернешься на Гьеди Прайм живым и здоровым. Барон примет тебя с распростертыми объятиями. Прошлые разногласия будут забыты. Твое положение восстановлено. Звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой. Раута закашлялся, придерживаясь за грудь, и, стиснув зубы, приготовился услышать подвох. — Взамен мы просим лишь незначительную услугу, — продолжила одна из Сестер. — Завтра начнется охота. За очень опасным человеком. Ты можешь к ней присоединиться. — Но ты — лишь запасной план, — добавила третья с холодной честностью. — У нас есть свои исполнители. Если они потерпят неудачу… тогда твой час. — Будь в южной части города, в Тал’Сакаре, — заключила первая. — Ты поймешь, когда придет время действовать. Если вернешься с результатом — лекарство и свобода будут твоими. Мы будем ждать тебя на Валлахе IX, в сердце Капитула. Голограмма начала мерцать, готовясь отключиться. — У тебя осталось не так много времени, на-барон Фейд-Раута Харконнен. Изображение погасло. — Мне очень жаль, — сказал Раута, поворачиваясь к ребенку. Клинок вошел в сердце быстро и точно. Мальчик удивленно охнул и осел на землю, не понимая, что произошло.

***

— Запрос отправлен, — устало произнес наследник, продолжая мерить шагами свои покои. — К утру должны получить ответ с Икса… Завтра нужно будет еще раз проконтролировать состояние больных. Медики, кстати, говорят, что новый препарат помогает — температура у большинства начинает спадать. Правда, никто пока не выздоровел, а тех, кто нуждается в помощи становится все больше, — он развернулся и пошел обратно. — И еще не забыть бы проведать герцогиню. Она изолирована от всех, а беременность делает ее особенно уязвимой. Да и Хават тоже ждет, я обещал прийти к нему еще вчера, но руки все не доходят… — он остановился, явно терзаясь сомнениями. — Хотя, может, навестить их прямо сейчас? Джейс молча наблюдал за этим беспокойным хождением. Юноша то подходил к столу, просматривая донесения, то возвращался к окну, глядя на ночную пустыню, то снова принимался расхаживать. — Виктор. Наследник замер на полушаге, внезапно вспомнив о присутствии фримена. — Ты думаешь, что если не будешь спать, люди перестанут умирать? — Нет, но… — Думаешь, что твоя боль каким-то образом облегчит их страдания? — Я просто не знаю, как выключить это, — он жестом показал на свою голову. — Мысли не прекращаются. — Тогда позволь мне помочь. Джейс взял его за руку и повел к постели. Сел на край, потянул Виктора за собой и начал медленно расстегивать его рубашку. — Ляг на живот. Юноша послушался, устраиваясь на мягких подушках. Руки фримена начали мягко разминать мышцы плеч. — А теперь закрой глаза. Виктор вздохнул и позволил векам опуститься. Теплые ладони скользили по спине, то сильнее, то мягче, словно стирая невидимые следы тревог. Мужчина наклонился ниже, его губы осторожно коснулись основания шеи. — Лучше? — тихий вопрос прозвучал прямо у самого уха. — М-м, — наследник не мог заставить себя говорить. Впервые за долгие недели мысли начали замедляться. Джейс продолжал целовать его — нежные прикосновения губ к позвонкам, к лопаткам. Не страстно, а утешающе. Фримен почувствовал, как что-то влажное скатилось по его собственной щеке, грозя упасть. Быстро перехватил слезу ладонью, на мгновение отстранившись, затем сразу же продолжил. Руки легли на бока Виктора, рисуя успокаивающие круги на пояснице. — Пожалуйста, — голос наследника стал сонным, — обними меня. Джейс осторожно развернул его к себе. Юноша тут же обвил его ногами, уткнувшись лицом в его шею. Фримен одной ладонью поглаживал затылок, другой — талию. Напряжение постепенно покидало хрупкое тело, мышцы расслаблялись, а сознание начало ускользать в блаженную пустоту. — Джейс… — имя прозвучало как вздох, полный нежности и доверия. — Я здесь, — ответил фримен. — Спи. Через несколько минут дыхание наследника выровнялось, стало глубоким и спокойным. Виктор немного сдвинулся во сне, его лицо повернулось набок, открывая профиль. Мужчина смотрел на него — такого молодого, такого красивого. Ресницы темными полумесяцами лежали на щеках, губы слегка приоткрылись. Джейс осторожно поправил одеяло, укрывая их обоих. Прижался лбом к виску Виктора — жест единения, который когда-то совершали фримены только с самыми близкими. В такие моменты границы между душами стирались. — Сладких снов, мое сердце, — прошептал он в темноту и закрыл глаза.

***

В подвальном помещении заброшенной фабрики было полно людей. Наемники, контрабандисты, головорезы — отребье с дюжины планет, собравшееся за щедрую плату. Кайран спускался по ступенькам, стараясь не показывать волнения. Семнадцать лет, а он уже здесь, среди профессиональных убийц. Но боль и ненависть привели его именно сюда. На груди, под рубашкой, покоилась серебряная цепочка с кулоном в форме капли воды. Единственная память о его любимой Исе. — Ну что? — гортанный голос заставил всех поднять головы. В центре стоял высокий человек с глубоким шрамом от виска до щеки. — Всё готово? Десятки голосов ответили утвердительно. — Отлично, — мужчина оскалился. — Завтра мы идем на охоту.

***

На следующий день:

Солнце поднялось высоко, превращая воздух в раскаленную печь, но двое фрименов продолжали свой путь с упорством, присущим детям пустыни. За спинами у обоих висели объемные рюкзаки, набитые до отказа пустыми флягами и бурдюками. — Ну и зачем мы тащим всю эту утварь? — проворчал Халид, поправляя сползающую лямку. — Говорю тебе, это обман. Амин покачал головой: — Цветок помнишь? Ты сам держал его в руках. — Ха! — фыркнул Халид. — Кто знает, какие хитрости… — Двадцать дней прошло с их визита. Он до сих пор не завял, — терпеливо напомнил Амин. — Наиб до сих пор не может поверить. Халид замолчал, вспоминая тот день. Девушки появились в их ситче как мираж — четыре фигуры в конденс-костюмах. Они показали цветы, которые казались невозможными на Арракисе — зеленые, сочные, благоухающие. Рассказали о человеке, живущем в столице, который дает воду всем нуждающимся. Даром. — Я все равно уверен, что придется чем-то платить. Информацией, службой, лояльностью… Бесплатного ничего не бывает. Они продолжили путь в молчании, каждый погруженный в свои мысли. Постепенно песок сменился утоптанной дорогой, а затем и мощеными улицами Арракина. — Смотри, — Амин указал вперед. На горизонте показались очертания старого храма. Даже издалека было видно, что вокруг здания творится что-то необычное. Толпа людей тянулась от входа, теряясь где-то в глубине улицы. — Ха! — выдохнул Халид, останавливаясь как вкопанный. — Да их там десятки… — И посмотри, — прошептал Амин. — Видишь? Только тары. Халид прищурился, изучая очередь. Амин был прав. Люди стояли с кувшинами, флягами, ведрами — и больше ни с чем. Никаких признаков того, чем они собирались расплачиваться за драгоценную влагу. — Неужели правда не врали, — пробормотал он. Но Амин уже протискивался через толпу, увлекая за собой спутника. Фримены не церемонились. Они пробились к самому входу, игнорируя недовольные взгляды горожан.

***

Внутри храма было удивительно прохладно — каменные стены все еще хранили ночную свежесть. По всему помещению стояли массивные бочки, каждая размером почти с человеческий рост. Взрослые выстраивались в длинную, но подвижную очередь, поддерживая почтительную дистанцию до алтарной части. А вот дети носились без всяких ограничений — смеялись, играли в догонялки между колоннами. Никто не делал им замечаний. Джейс стоял возле одной из бочек, принимая от пожилой женщины потертую флягу. Рядом с ним суетился помощник — молодой парень из местных, который помогал переносить тяжести. Фримен опустил руку в емкость, и песок под его пальцами задрожал. Сухие крупинки потекли между пальцев, становясь все тяжелее и холоднее. Золотистый цвет сменился прозрачностью, твердость — текучестью. Никто из людей не видел истинного чуда — как песок превращался в кристально чистую воду. Для них это была просто щедрость загадочного человека. Старуха приняла сосуд дрожащими руками, прижала к груди и слегка поклонилась. — Благословения твоей семье, — произнесла она и тут же направилась к выходу. Не успел фримен перевести дух, как к нему тут же подбежала группа детей. — Скажи что-нибудь на том странном языке! — попросил мальчик лет семи. — Как в прошлый раз! Джейс отложил свои дела и присел на корточки, оказавшись на одном уровне с малышней. Произнес что-то мелодичное на древнем фрименском наречии. — А что это значит? — спросил другой ребенок. — «Где бы я ни был, я буду твоими глазами», — перевел Джейс. Дети переглянулись, явно не понимая глубины фразы, но восхищенные загадочностью. — Красиво звучит, — решил мальчик. В этот момент к фримену подошла девочка с каштановыми волосами, заплетенными в две небрежные косички. Она держала в руках небольшой мешочек из грубой ткани и робко потянула его за край одежды. Джейс повернулся к ней и присел еще ниже, чтобы быть с ней на одном уровне. — Что такое, малышка? Девочка молча протянула свой дар, ее большие глаза внимательно следили за его реакцией. Маленькие пальцы быстро двигались, пытаясь что-то объяснить жестами. — Это мне? — спросил фримен, осторожно указывая на себя. Та энергично закивала. Джейс бережно принял мешочек, ощущая знакомую тяжесть внутри. Развязав его, он заглянул внутрь — обычный песок. Малышка взволнованно заерзала, показывая ручками на подарок, затем прижимая ладошки к груди, потом снова указывая на него. — Ты сама собрала? — догадался фрримен. Девочка просияла и закивала с удвоенной силой. — Спасибо, — искренне сказал он. — Это очень ценный… — Господин Джейс? Фримен поднял голову и увидел двух гвардейцев. Старший был мужчиной средних лет со шрамом на верхней губе, младший — новобранец с легким подергиванием века. Джейс поднялся. Дети, почувствовав перемену в его настроении, сразу же отступили назад. — В чем дело? — спросил он. — Его высочество Виктор Атрейдес, наследник Великого Дома и будущий правитель Арракиса, требует вашего немедленного присутствия, — официально произнес старший воин. Фримен окинул взглядом ожидающих людей, детей, которые притихли и с любопытством наблюдали за происходящим. И после повернулся к своему помощнику: — Продолжай раздавать. Я вернусь через несколько часов. — Конечно, — кивнул доброволец. Джейс набросил на плечи накидку и направился вслед за солдатами, но маленькая девочка вдруг забежала вперед, преграждая путь. Она указала на его талию, потом на мешочек в его руках, повторяя жесты. Разгадав ее просьбу, фримен закрепил подарок на поясе рядом с генератором щита, убедившись, что тот надежно привязан. Девочка обошла его по кругу, проверяя крепление, затем удовлетворенно кивнула. В ее широкой улыбке показалась очаровательная щербинка между передними зубами. — Теперь хорошо? — он невольно улыбнулся в ответ. Вместо жестов малышка неожиданно обняла его за колено, прижавшись щекой к ткани брюк, а затем убежала обратно к другим детям.

***

Выйдя из храма, Джейс направился по привычному маршруту, но старший гвардеец остановил его: — Не туда. Нам в другую сторону. Фримен задумался на мгновение, затем вспомнил вчерашний разговор с Виктором о запрещенных технологиях с Икса. Возможно, подобное устройство действительно лучше держать подальше от дворца. Они направились по широкой улице на юг. Миражи плясали над раскаленными камнями, размывая очертания зданий вдали. Молодой солдат то и дело вытирал пот со лба, старший держался стойко, но Джейс видел, как тяжело им дается переход. Внезапно полуденное солнце затмили огромные тени. Фримен поднял голову и увидел приближающиеся массивные черные корабли — множество треугольных машин двигались над городом, каждый длиной в несколько десятков метров. Ближайший летел прямо над их улицей, остальные — параллельными курсами по соседним кварталам. Воздух наполнился низким гулом двигателей. — Что за чертовщина? — пробормотал Джейс, наблюдая, как корабли начали что-то распылять. — По решению совета проводят профилактическую обработку, — пояснил старший, не останавливаясь. — Лекарство, смешанное с водой. Чтобы предотвратить распространение болезни. Что-то в происходящем настораживало. Фримен инстинктивно отступил под козырек ближайшего дома. Младший гвардеец последовал за ним. — Удачно встали, — улыбнулся он. Старший остался посреди улицы и рассмеялся: — Эх вы! Зря боитесь — только здоровее будете! Он раскинул руки, встречая облако мелкодисперсной влаги. Жидкость окутала его с головы до ног, но никакого вреда не причинила. — Как освежает! — воскликнул мужчина, вытирая лицо. — Ну что, долго еще будете там стоять? Корабли улетели дальше, продолжая свою работу над другими районами города. Джейс недоверчиво проводил их взглядом. В воздухе пахло металлом и чем-то химическим, но опасности он не чувствовал. Они свернули на соседнюю улицу Тал’Сакара и вскоре подошли к воротам. За ними простиралась обширная территория, в глубине которой возвышалась старая крепость — приземистое строение с маленькими окошками. Войдя через ворота, они оказались на пустой площади, покрытой песком. Вдоль внутренних стен тянулись длинные строения с множеством закрытых дверей — бывшие склады или мастерские. Возле некоторых стояли скамейки, но место выглядело давно заброшенным. Крепость встретила их прохладой. Главный зал был пуст, только в глубине виднелся длинный узкий коридор. Они направились к нему, но у самого входа солдаты остановились, молча пропуская Джейса вперед. — Что-то не так? — фримен остановился, почувствовав неладное. — Наследник ждет вас, — ответил старший воин, указывая путь. — Хорошо, — кивнул Джейс. — Ведите. Гвардейцы замялись. — Мы… мы останемся здесь, — робко пробормотал младший. — Для охраны. — Охраны чего? — фримен прищурился. — Пустого зала? Тот отвел взгляд, а старший настойчиво повторил: — Таков приказ. Идите. Вы не заблудитесь. Джейс оглядел узкий проход. Стены с обеих сторон, потолок достаточно низкий, чтобы высокий человек мог коснуться его рукой. Идеальная ловушка. — Как удобно, — сухо заметил он, активируя щит. Старший гвардеец тут же потянулся к рукояти меча, но фримен не позволил — песок из мешочка на его поясе вырвался наружу, просочился сквозь поле и змейкой обвил горло, сжимаясь удушающим кольцом. Младший же успел включить рацию и выкрикнуть: — Я… Джейс мгновенно схватил его за запястье, обрывая передачу. — У твоего наставника осталось не так много кислорода, — раздраженно произнес он. — Поторопись и объясни, что происходит. — Я… я не знаю всего плана! — запаниковал младший, глядя на товарища, который синел от удушья. — Нам просто приказали привести вас сюда и убедиться, что вы пройдете дальше! Клянусь, это все, что я знаю! Фримен резко сжал кулак. Песчаные путы прижали задыхающегося гвардейца к полу и потащили его к коридору, по которому должен был пройти Джейс. — П-подожди! — хрипло прокричал он. — Ты… ты все не так понял! Но песок был неумолим. Он тащил мужчину все дальше, а тот отчаянно царапал когтями каменные плиты, пытаясь зацепиться. — Я не хочу умирать!

***

В одном из заброшенных складских помещений солнечный свет проникал сквозь дыры в крыше тонкими лучами, высвечивая клубы пыли в застоялом воздухе. Посередине на грубо сколоченном столе лежала портативная рация. Насфар откинулся на деревянном ящике, который заменял ему стул, и лениво покрутил в пальцах короткий нож. Загорелое лицо наемника выражало привычную скуку. Он плюнул в сторону, попав точно в трещину между камнями. — Да когда уже, — проворчал мужчина, рассматривая лезвие на свету. — Сидим тут как дураки. Он окинул взглядом остальных обитателей. Наемники расположились кто где. Одни проверяли снаряжение, другие дремали, прислонившись к стенам. Но особенно его внимание привлекали люди Атрейдесов. Большинство не были гвардейцами — обычные рабочие, слуги. И в отличие от профессиональных убийц, эти горели каким-то внутренним огнем. Насфар покачал головой. За свою долгую карьеру он видел всякое: убивал за деньги, за территорию, по политическим мотивам. Но работать с людьми, у которых счеты личные… Это всегда заканчивалось кровавой баней. В углу сидел мужчина средних лет в форме дворцовой охраны. Он что-то бубнил себе под нос, сжимая и разжимая кулаки. Насфар прислушался и разобрал: — Должен сдохнуть… должен сдохнуть… Терпение наемника лопнуло. Он медленно поднялся, потянулся и протяжно произнес: — Э-э-э… слушайте, это, конечно, не мое дело, но… — он почесал затылок, делая вид озадаченного, — а че он вам сделал-то вообще? Мужчина в углу резко поднял голову, взглянув исподлобья: — Из-за этой твари умерла моя жена! Насфар начал ковыряться ножом в зубах, отчего его слова стали еще более небрежными: — Ну и… прирезал ее, что ли? Солдат вскочил на ноги, рука потянулась к мечу. Мгновенно несколько товарищей схватили его за плечи, удерживая от необдуманных действий. — Спокойно, спокойно, — Насфар поднял свободную руку с улыбкой. — Мы же не враги. — Этот… фримен, — охранник произнес слово как проклятие, — он заставил мою Уанну выпить отравленную воду. Она мучилась неделю, а потом… умерла. — И ты сам это видел? — поинтересовался наемник. Солдат замялся. — Я… Ну не сам, но… — А-а-а, — протянул Насфар, качая головой. — Понятно. — Что понятно?! — взорвался солдат. — Половина дворца болеет! А он там, в своем храме, воду раздает! Какая еще нужна связь?! — Да, да, — согласился наемник. — А ты случайно не знаешь, сколько людей из этой воды пили и не заболели? — При чем тут… — Да забей. Мне все равно. Деньги есть деньги, а работа есть работа, — он снова откинулся на ящике. — Тем более все говорят, что дело плевое. До нас вряд ли очередь дойдет, а плату все равно получим. В этот момент рация на столе ожила треском. Из динамика донесся голос, но тут же оборвался на полуслове: — Я… Тишина. Все насторожились, переглядываясь. — Э-э-э… это все? — протянул Насфар, — Можно награду забирать и по домам? Не успел он договорить, как снаружи прогремел оглушительный взрыв. Пыль посыпалась с потолка, несколько досок треснули. Все вскочили на ноги, хватаясь за оружие. — Выходим! — крикнул кто-то из солдат. Люди потоком хлынули из склада на внутреннюю площадь. Насфар выбежал одним из последних, на ходу активируя щит. Голубое мерцание окутало его тело. Перед ними предстала картина разрушения — вход в крепость был завален обломками. Камни, балки, куски металла громоздились неровной горой. Все присутствующие уповали на то, что первая часть плана сработала и фримена просто разорвало на куски. Наемники и солдаты рассыпались по территории, заняв позиции на всякий случай. Снайперы забирались на крыши, готовя лазганы. Среди обломков что-то зашевелилось. Камни начали сдвигаться, и из расщелины показалась человеческая фигура. Это был Джейс — оглушенный, но живой. В одной руке он держал молодого гвардейца, волоча его за ворот. Даже через дым и пыль было видно, что тот солдат жив, но явно не в состоянии сражаться. — Это он! — заорал охранник, потерявший жену. Сразу же с крыш зашипели лазганы. Линии смерти прочертили воздух, нацеливаясь прямо в грудь фримена. Все ожидали увидеть либо мгновенную смерть от прямого попадания, либо ослепительную вспышку взрыва от взаимодействия лазера и щита Хольцмана. Но вместо этого… Лучи ударили в невидимый барьер вокруг фримена и… отразились. Один луч прошел всего в нескольких сантиметрах от головы Насфара, заставив того инстинктивно пригнуться. Другой едва не попал в группу Атрейдесов — если бы он столкнулся с их щитами, взрыв уничтожил бы половину площади. — Что за… Джейс сам удивленно посмотрел на небольшой генератор у себя на поясе — детище бессонных ночей Виктора. Щит нового поколения. В отличие от Хольцмана, он не вступал в реакцию с лазерными лучами. Наследник решил проблему взрывной аннигиляции, но создал новую. Рикошеты. Медленные атаки по-прежнему проходили сквозь барьер, а отраженные лучи становились смертельной угрозой для всех вокруг. Именно поэтому такое устройство нельзя было использовать в войсках — отраженные выстрелы могли поразить гражданских или союзников. Но для защиты одного человека в критической ситуации… Мысленно фримен поблагодарил своего гениального юношу. Без этого устройства он был бы уже мертв. Но один из отраженных лучей нашел цель — попал в лежащего рядом молодого гвардейца. Тот даже не успел вскрикнуть. Гнев вспыхнул в глазах Джейс. Он поднял руку, готовясь призвать песок и покончить с этим безумием одним движением. Золотистые потоки должны были подняться из-под земли, обвить противников, раздавить их… Ничего не произошло. Фримен нахмурился, сосредоточился вновь. Способности никогда прежде его не подводили… Снова ничего. — Что он делает? — прошептал кто-то. Джейс опустился на одно колено и зачерпнул горсть. С виду обычные мелкие крупинки. Но на молекулярном уровне структура была полностью разрушена. Он мог видеть песок, ощущать текстуру, однако воздействовать — нет. Корабли над городом. Распыление… — Черт, — пробормотал фримен, поднимаясь. — Хорошо подготовились. Он попытался нащупать песок глубже под поверхностью, но наткнулся только на бетонные плиты фундамента. Вся территория крепости была мертвой для его способностей. Пока он разбирался с ситуацией, противники не теряли времени. Из складских помещений высыпали новые группы, снаружи через ворота прошли еще дюжины вооруженных людей. Джейс сбросил потрепанную накидку на землю, подошел к мертвому гвардейцу и снял с него меч. Обычное оружие против нескольких десятков противников. Шансы были не самые радужные. Он оглянулся на развалины крепости за спиной. Если позволит им прижать себя к стене — конец. Нужно выиграть пространство для маневра. Наемники и местные расположились неравномерно. Большая группа справа от него, поменьше — слева. Выбор был очевиден. Джейс медленно начал смещаться влево. Противники зеркально двигались вместе с ним, не желая упускать добычу, но и не спеша лезть в бой первыми. Когда дистанция сократилась до критической, один из наемников не выдержал. — Всю жизнь мечтал убить фримена! — крикнул он, бросаясь в атаку. Джейс сделал два шага назад, заставляя противника потерять равновесие от собственного порыва, затем резко метнулся вперед. Подсечка. Тот рухнул на спину. Фримен попытался добить его медленным ударом меча, но тот вцепился руками в лезвие. Щит наемника мерцал красным, показывая, что лезвие почти проникло сквозь защиту. Еще секунда — и… Ногой в ребра. Еще один удар в спину. Несколько противников одновременно атаковали Джейса, заставляя его отпустить меч и отскочить в сторону. Наемник под ним, потеряв весь свой боевой пыл, отполз подальше от опасности. На его место встали двое других — более осторожных и опытных. Четверо против одного. Двое впереди, двое чуть поодаль. Джейс снова нагнулся за песком. Один из мужчин усмехнулся: — Все еще надеешься, что пустыня тебе поможет? — Да, — спокойно ответил фримен. И швырнул горсть прямо в лицо противнику. Пока тот отступал, протирая глаза, Джейс выхватил нож у второго наемника и тем же оружием неторопливо вонзил клинок ему под ребра. Щит завибрировал и пропустил смертельный удар. Оставшиеся двое атаковали одновременно. Первого фримен ударил в челюсть, затем дернул за голову вниз, ломая шею. Второму он перехватил руку с мечом, вывернул ее и отключил генератор щита. Взяв противника в захват, Джейс приставил лезвие к его горлу и оглядел остальных. Если они дорожат жизнью товарища… Никто даже не дрогнул. Наемники равнодушно смотрели на происходящее. Фримен, поняв, что блеф не сработал, хладнокровно перерезал пленнику горло и сбросил тело в сторону. Но теперь на него шла уже не горстка смельчаков, а настоящая толпа, понимавших, что в одиночку им не справиться. Фримен глубоко вдохнул, перехватил меч поудобнее и ринулся им навстречу. Весь бой превратился в непрекращающееся мерцание — голубые вспышки то и дело сменялись красными всполохами.

***

Несколько часов спустя:

— Раз, два, взяли! Солдаты Атрейдесов подняли очередной ящик с осторожностью, которую обычно проявляли при транспортировке взрывчатки. Виктор кусал губы, наблюдая за разгрузкой. Основная часть устройства — массивный блок размером с небольшую комнату — уже была водружена на антигравитационные платформы и доставлена в глубины дворца. Теперь оставались лишь детали, требующие ручной перевозки: хрупкие компоненты, кабели, модули управления. Каждый элемент запрещенной машины заставлял его сердце биться чаще. Если бы кто-то посторонний узнал о том, что происходит в посадочной зоне дворца Атрейдесов… — Почти готово, Вик. Голос заставил его обернуться. Рядом стоял молодой человек примерно его возраста, темные волосы которого были небрежно собраны в пучок на затылке, позволяя нескольким прядям свободно обрамлять лицо. Темно-серая куртка с металлическими вставками и множеством карманов для инструментов резко контрастировала с традиционными одеяниями дворца. Острые скулы и пронзительный взгляд карих глаз выдавали в нем человека, который привык играть с огнем и получать от этого удовольствие. — Уже не терпится увидеть, что такой гений, как ты, да еще с таким оборудованием, сможет дать этому миру, — произнес Касурис, поправляя ворот. Виктор почувствовал укол совести. Если бы иксианец знал, для чего на самом деле предназначена эта машина… — Это… не для меня. Касурис по привычке почесал подбородок, прищурившись: — А для кого же? Наследник уклонился от прямого ответа, наблюдая, как солдаты переносят груз. — Долгая история, — он помолчал, затем добавил с некоторой неловкостью: — Ты все же точно уверен, что я тебе ничего не должен? Иксианец рассмеялся, похлопав друга по плечу: — Конечно, Вик. Помощь тебе ощущается лучше, чем… — он лукаво прищурился, — чем секс или благотворительность. Виктор невольно усмехнулся. Касурис всегда умел разрядить обстановку. — Потребуется помощь с настройкой машины? — спросил иксианец, переводя разговор в практическую плоскость. — Нет, я много читал о подобных устройствах. Имеющихся инструкций будет достаточно, — уверенно ответил наследник, хотя про себя понимал, что теоретические знания — это одно, а практическая работа с запрещенной технологией — совсем другое. Касурис грустно вздохнул: — Эх… Скучаю по тем временам, когда ты был на Иксе чуть ли не чаще, чем на Каладане. В этот момент к ним подлетел светоглобус — простейшее антигравитационное устройство, которое использовалось повсеместно в Империи. Иксианец перевел на него взгляд и добродушно усмехнулся его примитивности по сравнению с тем, что было только что выгружено. — Помнится, ты говорил, что после наших экспериментов возвращение домой удручало тебя ограниченностью технологий, — заметил он. Виктор задумался на мгновение, затем поделился откровением: — Недавно я понял, что мне интересен не только мир шестеренок и схем… Глаза друга загорелись энтузиазмом. — Мне тоже, Вик! — воскликнул он. — Недавно я изучал труды Скайтейла по генетической инженерии. Не думал, что манипуляции с ДНК могут быть такими увлекательными! Представь только — возможность создавать новые формы жизни, восстанавливать утраченное… — Я имел в виду немного другое, — мягко поправил юноша. Касурис прищурился, пытаясь понять, что может быть интереснее генной инженерии. В этот момент к ним подошел один из его людей — пожилой мужчина в похожей серой форме. — Сэр, все детали переданы Дому Атрейдесов. Можем отбывать. Иксианец кивнул, и техник удалился. Остальные члены экипажа выстроились в ожидании своего лидера. — А тот… для кого предназначено это устройство, — начал Касурис, внимательно изучая лицо наследника, — сможет в полной мере оценить его красоту? В его вопросе звучало нечто большее, чем простое любопытство. Два гения понимали друг друга без слов. Для них эта машина была произведением искусства, воплощением человеческого стремления к познанию. — Не думаю, — честно ответил Виктор. — Но мне этого и не нужно. Касурис хмыкнул, озадаченный таким ответом, и направился к своим людям. Дойдя до трапа, он повернулся лицом к другу и стал подниматься задом наперед: — Ты-ы не Виктор Атрейдес! — крикнул он с наигранным обвинением. — Он бы такой чуши не сказал! Передай ему, — он указал в сторону дворца, имея в виду того загадочного получателя, — что его всегда с радостью будут ждать на Иксе! Иксианец помахал рукой. Юноша ответил тем же жестом, наблюдая, как корабль закрывается и готовится к взлету. Слова Касуриса глубоко засели в его голове — действительно ли он так сильно изменился? — Виктор! — запыхавшийся Гарни Халлек вбежал на посадочную площадку, прерывая его размышления. — У меня плохие новости.