Voice of the Desert

— …и в итоге они ждут меня там с головой фримена, — закончил Раута. Черная дыхательная маска скрывала выражение его лица, но глаза смотрели прямо на юношу. — В обмен на лекарство. Джейс сидел на краю кресла, вытянув ноги. Виктор устроился на стопке технических руководств, положив локти на колени. — Значит, операция со специей подождет, — сразу же отозвался наследник. — Каждый час промедления может стоить жизни отцу и остальным. Нужно собрать команду и лететь на Валлах IX. Планету контролируют Бене Гессерит, так что безопасной посадки не будет. Придется высаживаться в отдалении и… — Виктор, — перебил на-барон. — …пробираться пешком, если местность позволит. А после… — Виктор! Юноша замолчал. — Ты никуда не летишь, — спокойно произнес Джейс. — Именно, — кивнул Раута. — Забудь об этом. — Что?! С каких пор вы решаете за меня? — С тех пор, как герцог передал тебе временное управление Домом, — холодно отозвался Харконнен. — Твое место во дворце. — Атрейдесы никогда не прятались за спинами других! — вспыхнул наследник. — И я не собираюсь становиться исключением! — Покинуть Арракис означает оставить планету без руководства. Твой отец доверил тебе власть, а ты хочешь бросить ее ради личной прихоти? — Это не прихоть! Это… — Твоя обязанность. Остаться. И ждать. Виктор сжал кулаки, чувствуя, как ярость клокочет в груди. Все решения принимались за него. Отец, Гарни, теперь Раута… — А ты? — выпалил он. — Ты едва на ногах держишься! Тебе вообще не стоит покидать постель, не то что драться! — Я не позволю твоим солдатикам завалить всю операцию, чтобы потом мы получили в ответ что-то посерьезнее лихорадки. Сделаю все быстро и без лишнего шума. Помнишь, кто нашел тебя в пустыне? Кто вернул тебя домой? Когда все остальные были готовы объявить тебя мертвым, только я продолжал искать! — Ладно! — сдался Атрейдес. — Но только при одном условии. Ты возьмешь с собой Гарни. — Исключено. Я не могу ни на кого положиться. Все всегда приходится делать самому, — голос Рауты стал ворчливым. — Спасать наследника Атрейдесов из проклятой пустыни, убивать Антонию, чтобы не дать ведьмам шанса осуществить свои планы, вытаскивать этого дикаря из… — Заражать половину дворца. — как бы между прочим добавил Джейс. На-барон медленно повернулся к фримену. — Повтори. Джейс встретил его взгляд невозмутимо: — Ты расслышал все с первого раза. Харконнен рывком поднял стул, на котором сидел, и швырнул его в сторону фримена. Тот успел прикрыться руками. Деревянная конструкция разлетелась на куски, осыпав пол щепками. — Раута! — воскликнул Виктор, но на-барон уже направлялся к Джейсу, готовый разрешить их конфликт прямо здесь и сейчас. Наследник тут же шагнул между ними, положив руку на грудь Харконнена. Тот застыл, тяжело дыша через маску. — Пожалуйста, успокойся, — мягко попросил юноша. Затем повернулся к фримену: — Ты же понимаешь, что он не виноват? Его использовали. Прошу, больше не говори так. Джейс нехотя кивнул. Раута фыркнул, скрестив руки на груди. — А что известно о Валлахе IX? — поинтересовался фримен, как только на-барон отступил. Виктор задумался, перебирая в памяти сведения из учебников по галактической географии: — Практически ничего. Официально там находится только академия для обучения дочерей знатных домов. Неофициально… — он развел руками. — Можно только догадываться. Но к счастью, у нас есть к кому обратиться.

***

Путь к изолированному блоку «R» оказался долгим и утомительным. Виктор прошел через три контрольных поста. Процедура дезинфекции заняла еще десять минут. — Милорд, — поклонился гвардеец, когда все формальности были завершены. — Герцогиня ждет вас. Юноша кивнул, понимая логику предосторожностей. Джессика находилась на последних неделях беременности, и любой риск заражения мог осложнить роды. Она повернулась при звуке его шагов, лицо засветилось радостью: — Виктор! Как же долго тебя не было. Наследник остановился в нескольких шагах от нее. Герцогиня выглядела удивительно умиротворенной, но легкие тени под ее глазами выдавали бессонные ночи. — Простите, что так долго не навещал, — произнес он, устраиваясь в кресло напротив. — Как вы себя чувствуете? — За меня и Алию нужно волноваться в последнюю очередь. Мы защищены лучше, чем кто-либо на Арракисе. Взгляд Виктор невольно задержался на ее округлом животе. Казалось, что ребенок может появиться в любой момент… — Хочешь потрогать? — неожиданно предложила Джессика. Юноша растерянно моргнул: — Что… что вы имеете в виду? — Алия очень активна. Особенно когда слышит голоса, — в глазах герцогини мелькнули теплые искорки. — Она твоя сестренка, Виктор. Разве тебе не хочется познакомиться с ней? Наследник колебался. Прикосновение казалось неуместным. Но в то же время… Джессика терпеливо ждала, не настаивая. Наконец Виктор осторожно наклонился вперед и положил ладонь на теплую ткань платья. Сначала ничего не происходило. Но через несколько секунд что-то сильно толкнулось изнутри, заставив его руку дернуться. — А-алия? — выдохнул он, широко раскрыв глаза. Еще один толчок, потом еще. Сестренка словно отвечала ему, демонстрируя свое присутствие. Наследник ощутил странное щемящее чувство в груди — смесь восхищения, нежности и острого ожидания. — Привет, малышка, — прошептал он, не убирая руку. — Я твой большой брат Виктор. Я… я очень жду нашей встречи. Герцогиня наблюдала за ним с мягкой улыбкой. Еще несколько месяцев назад она и представить не могла такой сцены. Юноша неохотно отстранился, но улыбка не сошла с его лица. Впервые за долгое время будущее не казалось только источником угроз и проблем. — Виктор, — в голосе Джессики появилась легкая грусть, — я рада, что ты здесь. Но что-то подсказывает мне, что дело не только в желании проведать меня. Неловкость мгновенно вернулась. — Вы… правы, — признался юноша. Он собрался с мыслями, выбирая слова. История была сложной, но он рассказал все как есть. Как появилась эпидемия, как Бене Гессерит связались с Раутой, предлагая лекарство в обмен на смерть Джейса, и о плане тайно проникнуть на Валлах IX, чтобы выкрасть спасение для Дома. С каждым словом лицо герцогини становилось все бледнее. — Нет, — прошептала она, когда Виктор закончил. — Нет, этого не может быть. Мои источники… они уверяли меня, что Орден сосредоточился на внутренних проблемах. Конфликты между Школами, разногласия по поводу генетической программы… Я думала, мы получили передышку. Что они оставили нас в покое… Голос женщины дрогнул. Наследник видел, как она борется с нарастающим ужасом понимания. — Значит, всех моих информаторов раскрыли, — продолжила Джессика, и глаза ее горели яростью. — И теперь мне передают только ту информацию, которую Сестринство хочет, чтобы я знала. Собственная мать превратила меня в слепую и глухую марионетку. И пока я сижу здесь, она планирует уничтожить все, что мне дорого. — Валлах IX, — осторожно напомнил Виктор. — Что вы знаете об этой планете? Герцогиня выпрямилась, заставляя себя сосредоточиться на практических вопросах. — Это главная планета Ордена. Материнская Школа, резиденция Правдовидицы, основные архивы — все там. Это самое защищенное место в их владениях. — Вы бывали там? — Нет. Мое обучение проходило на другой планете. Но у меня есть… были связи. Несколько Сестер, которые разделяют мое недовольство политикой матери. — Они могли бы помочь? — Не уверена. После того, что я узнала сегодня… — Джессика покачала головой. — Я больше не знаю, кому можно доверять. Но если хоть кто-то из них остался вне досягаемости матери, я должна попытаться. Любая информация о ситуации на Валлахе IX будет полезна. — Сколько времени это займет? — Не знаю, — честно призналась женщина. — Связь между мирами Сестринства тщательно контролируется. Но если мне удастся до нее дотянуться… думаю, к завтрашнему дню я уже получу ответ. Наследник кивнул, но его лицо не выражало удовлетворения. — Хорошо, — он сразу же поднялся с кресла. — Благодарю вас. И покинул покои герцогини. Процедура выхода из блока заняла еще некоторое время. Когда он наконец оказался в обычном зале, за узкими окнами уже опускалась ночь. Звезды мерцали в бархатной темноте, холодные и далекие. Виктор остановился на мгновение, глядя на них. Где-то там враги готовили свой следующий удар. И он не собирался его ждать.

***

Гарни Халлек снял сапоги и поставил их у изножья узкой солдатской кровати. Плечи ныли. День выдался тяжелый. Сначала пришлось разнимать двух новобранцев, которые решили выяснить отношения прямо в оружейной палате. Потом целый час орать на офицеров, которые позволили своим людям разболтаться. А к вечеру еще троих гвардейцев на всякий случай отправили в карантин. — Черт бы побрал эту заразу, — пробормотал он, устраиваясь на жестком матрасе. Стоило голове коснуться подушки, как Халлек провалился в сон. Ему снился рассвет над Каладаном. Зеленые холмы, запах моря, песни птиц… — Гарни? Легкое прикосновение к плечу вернуло его в реальность. Он открыл глаза и тут же схватился за рукоять ножа под подушкой. — Старик, все хорошо, — прошептал знакомый голос. — Это я. Наставник медленно сфокусировал взгляд. В слабом свете он различил силуэт молодого человека, склонившегося над ним. — Виктор? — хрипло переспросил он, окончательно приходя в себя. — Какого дьявола… сколько времени? — Половина третьего, — тихо ответил наследник. — Прости, что разбудил. Но мне нужна твоя помощь.

***

Юноша шел впереди небольшого отряда, держа в руках контейнер с «Ментальными щитами». Единственный шанс на равный бой. — Милорд, — негромко обратился к нему Халлек, — я все еще считаю это безумием. Виктор не замедлил шага: — Отцу сегодня стало хуже, Гарни. Еще неделя — и все больные окажутся в могиле. У нас нет времени на осторожность. — Но и на глупую смерть тоже, — возразил наставник, поправляя ремень. — Валлах IX — их главная твердыня. Мы летим туда вслепую, без разведки, без плана… — План прост, — перебил его юноша. — Активируем щиты, лишаем их способностей, забираем лекарство и возвращаемся домой. К утру все будет кончено. Гарни скептически хмыкнул, но промолчал. За их спинами молча шли гвардейцы, готовые последовать за наследником хоть в самое пекло. Впереди показались восточные ангары. Два массивных купола, скрывающих космические корабли, способные доставить их к любой планете в Империи. Виктор указал на правый: — Возьмем «Сокола-1». Он быстрый и маневренный. Если что пойдет не так, сможем оторваться от преследователей. Массивные двери раздвинулись. Внутри, под голубоватым светом, покоился «Сокол-1». Его обтекаемые формы обещали скорость, а скрытые под панелями орудия — защиту. Наследник уже делал шаг к кораблю, когда чья-то широкая ладонь легла ему на плечо. — И куда же ты собрался? Виктор подскочил, едва не выронив контейнер, и резко обернулся. Прямо за ним стоял усталый и недовольный Джейс. Юноша поджал губы и бросил многозначительный взгляд на Гарни. Тот понял без слов: — Выходим, — скомандовал он остальным. — Проверим периметр. Когда двери закрылись, фримен скрестил руки на груди: — Что за чертовщина творится в твоей голове? Собираешься лететь один?! — Не один, — возразил наследник, пытаясь сохранить спокойствие. — С отрядом. И у нас есть преимущество. — Преимущество? — Джейс усмехнулся без капли веселья. — Ты летишь в логово тех, кто веками оттачивал искусство манипуляций. Они знают каждый твой ход наперед. — Тогда что ты предлагаешь? — вспыхнул Виктор. — Сидеть и смотреть, как умирает мой отец? Ждать, пока болезнь добьет остальных?! Мужчина замолчал. В его взгляде читалось понимание, но и неодобрение. — Джейс, я должен это сделать, — мягче продолжил юноша. — Это не просто упрямство или жажда славы. Это… — он поставил контейнер на пол и выпрямился. — Меня воспитали на одной истории. О том, что значит быть Атрейдесом. Позволь мне рассказать ее тебе. Фримен недовольно поджал губы, но кивнул. — Это было во времена, когда Атрейдесы и Харконнены вели открытую войну, — начал Виктор. — Мой далекий предок, герцог Эймонд IV, отправился в экспедицию в горы Каладана. Его сопровождали верные друзья, солдаты, даже слуги. Все были рады разделить с правителем его увлечения… Но никто не ждал нападения. Харконнены тайно проникли на планету, чтобы убить герцога. Они перебили почти всю охрану. Выжившим не оставалось ничего, кроме как бежать в горы и прятаться. Преследователи загнали их на самую вершину, в расщелину между скал. И начали забавляться — стреляли не для того, чтобы убить, а ради удовольствия. — И что сделал твой предок? — Когда огонь прекратился, один из врагов крикнул, что Эймонд IV — жалкий трус и малодушный слабак. — На губах юноши появилась горькая улыбка. — И тогда герцог вышел из укрытия. С прямой спиной и гордо поднятой головой. Он вызвал Харконненов на поединок. Один против всех. И пообещал, что если хоть один из них сможет его ранить, то собственными руками выроет себе могилу и позволит закопать себя заживо. — Он хотел дать время остальным сбежать? — Именно. Харконнены не смогли отказаться от такого предложения. — Виктор сжал кулаки. — Когда в отряде врагов появилось несколько трупов, смех стих. Когда число мертвых перешло за десяток, они начали переглядываться. А когда Эдмонд IV добрался до их лазганов… от отряда не осталось никого. Фримен обдумывал услышанное. — Эта история выгравирована на моей душе, Джейс, — завершил наследник. — Отец рассказывал ее мне с детства. Как ты думаешь, смогу ли я бросить свой народ умирать, не выполнив свой долг, даже не попробовав найти исцеление? — Если бы я продолжал делать то, что считал своим долгом несколько месяцев назад, то до сих пор совершал бы набеги на караваны в пустыне. — ответил мужчина. — Мы говорим о совершенно разных вещах! — взорвался Виктор. — Как ты не понимаешь? Одно дело — судьба человека, совсем другое — целого Дома! — А еще, — тон фримена изменился, — если бы я делал то, что считаю своим долгом и ответственностью прямо сейчас, то не стоял бы здесь с тобой. — О чем ты? Джейс подошел к нему ближе. — Ты помнишь, кто я? — Конечно помню, но… — Нет, не помнишь, — перебил фримен. — Ты видишь во мне того, кто был с тобой в пустыне, кто полюбил тебя. Но я больше чем просто этот человек. Я — носитель древней души, которая тысячелетиями исполняла свое предназначение без колебаний. Она не тянула время, не искала оправданий, потому что приходила в мир уже осознавая свой долг. В прошлый раз существо равновесия почти завершило миссию, но люди, опьяненные специей, помешали ему, обрекая Арракис на медленную гибель. Теперь эта душа вернулась в последний раз, но спала во мне. Тридцать один год я жил, не подозревая о своей истинной природе. И в отличие от древней души, что открыто являла себя миру, я действую иначе — скрытно и осторожно, постепенно возвращая утраченное. И знаешь, что заставляет меня медлить? Наследник молча покачал головой. — Ты. Ты — единственная причина, почему я сопротивляюсь. Если я позволю этой силе поглотить меня целиком, чтобы наконец полностью выполнить свой долг, то… — Значит, ты покинешь меня? — перебил юноша, не скрывая страха. — Виктор, — с укором произнес Джейс, — ты вообще меня слушаешь? Мы говорим о тебе. Это ты собираешься покинуть меня и свой Дом.

***

Утреннее солнце едва проникало сквозь окна зала совета, отбрасывая длинные тени на пол. Когда двери распахнулись, собравшиеся поднялись с мест, отдавая честь временному правителю Дома. Все, кроме Джессики, которая лишь слегка наклонила голову в знак приветствия. — Прошу, садитесь, — произнес наследник, направляясь к ним. Виктор обвел взглядом присутствующих. Гарни Халлек занял место слева от герцогского, по старой привычке держа ладонь на рукояти меча. Рядом полукругом расположились пять капитанов, возглавляющих операцию: Каэлис — вечно поглаживающий свои усы, Моранис — великан, которому приходилось пригибаться в проемах казарм, Селварион, чей внезапный рев во время обходов превращал сон дозорных в кошмар наяву, Таврекс, чье лицо хранило шрамы десятков сражений, и последний — Левиат — местная юная легенда среди вооруженных сил Атрейдесов. Он не обладал врожденными талантами, но железная дисциплина и упорство возвели его в этот ранг раньше многих одаренных сверстников. Молодой капитан выделялся не только возрастом, но и непривычной для Дома внешностью — природный блондин среди преимущественно темноволосых офицеров и седовласых капитанов. Его волосы были уложены в прическу, которая больше подошла бы аристократу, чем военному: чуть длиннее уставной, аккуратно зачесанные назад, но все же падающие на лоб отдельными прядями. Впрочем, эта вольность с внешним видом никак не сказалась на его карьере. Его ответственность и строгость к самому себе проявлялась в других деталях — например, он единственный из капитанов носил перчатки. Их было положено надевать офицерам его ранга согласно кодексу, который Левиат знал от корки до корки. Остальные Атрейдесы по-своему здраво рассуждали, что авторы кодекса, описывая униформу в условиях влажного и морского климата Каладана, даже не подумали о смене атмосферы на что-то более жаркое, а потому только морщились от мысли надевать этот аксессуар. Наследник уже собирался занять свое место напротив наставника, когда заметил фигуру в дальнем углу помещения. Раута, облаченный в герметичный костюм, сидел, небрежно откинувшись на спинку, и рассматривал клинок в своих руках. Заметив наследника, Харконнен поднял голову и дерзко подмигнул. — Что он здесь делает? — холодно поинтересовался Виктор. — Фейд-Раута не участвует в операции. — На-барон сообщил, что у него есть важная информация, — отозвался Гарни. — Надеюсь, она того стоит. — Какая именно? — уточнил юноша, усаживаясь в кресло. — Узнаешь, когда дойдет дело, — загадочно ответил Раута. Наследник закатил глаза, но доверился Харконнену, а затем обратился к Джессике: — Герцогине, что удалось узнать? — Валлах IX разделен на две основные зоны, — без предисловий начала женщина. — Архивы и исследовательские станции на северном континенте — там хранятся генетические записи. Административный центр в экваториальном поясе — там резиденция высшего руководства. — Где наиболее вероятно хранение лекарства? — Раньше все разработки велись на юге, — продолжила Джессика. — Но недавно основную лабораторию перенесли прямо в сердце административного центра. Туда, где находится Материнская Школа. Гарни наклонился над картой, нанося пометки: — Защита? — На высшем уровне. Орбитальные станции, щиты, патрули Сардаукаров. Планета неприступна. Любое вторжение будет замечено мгновенно. В зале повисло тягостное молчание. Командиры переглядывались, осознавая сложность поставленной задачи. — Но есть одна лазейка, — добавила герцогиня. — Дом Торвальд запросил официальную аудиенцию с руководством Ордена. Встреча назначена на сегодняшнюю ночь. Раута фыркнул: — У них что, появились другие дела? Все собравшиеся обернулись в его сторону, и он продолжил: — Кто-то должен подсказать этим пустоголовым, что я еще жив… — его резко перебил приступ кашля. На-барон согнулся пополам, прижимая руку к груди через костюм. Кашель был глухим, болезненным. Когда приступ закончился, он с трудом выпрямился, тяжело дыша через маску. На прозрачном материале остались темные капли крови. Харконнен попытался стереть их ладонью, но лишь размазал пятна по поверхности. Он раздраженно дернул рукой и опустил ее, делая вид, что ничего не произошло, и завершил свою речь: — Ну, по крайней мере, пока. Виктор почувствовал, как тревога холодной волной прокатилась по телу. Раута выглядел ужасно, и с каждым днем ему становилось только хуже. Наследник сжал кулаки под столом, борясь с желанием встать и заставить упрямого на-барона вернуться в медблок. Джессика обеспокоенно взглянула на кузена, но тоже не стала вмешиваться. — Прошу, продолжайте, — произнес юноша, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Капитан Моранис взял инициативу в обсуждении: — Мы можем переоборудовать наш корабль, сделав его визуально идентичным Дому Торвальдов. Так мы войдем в воздушное пространство планеты без дополнительных проверок. Каэлис дополнил: — Нужно будет стереть все следы принадлежности к нашему Дому: снять гербы, заменить навигационные коды, очистить бортовые логи, — мужчина вновь начал разглаживать усы. — Коммуникационные системы придется полностью переписать. Никакой связи с Арракисом, даже экстренных каналов. Малейший намек на контакт со штабом может выдать нашу подлинную принадлежность. На месте останутся только рации — для внутренней связи между отрядами. Таврекс откинулся на спинку, и все капитаны узнали этот жест — сейчас последует критика плана: — Значит, никакой подмоги ждать не стоит. Допустим, маскировка сработает при подлете к планете. Но что дальше? Ведь любая… — он явно хотел обозвать Сестер как можно грубее, чтобы выразить переполняющие его эмоции, но вспомнив о присутствии герцогини, осекся, — …вернее, любой, кто нам встретится, раскусит нас сразу по прилету на место. Юный Левиат быстро отреагировал: — Можно действовать по плану «Железный Рой», — произнеся это, он посмотрел на остальных товарищей и, вспомнив, что опыт у коллег больше практический, чем теоретический, дабы не ставить их в неловкое положение, продолжил: — Нам понадобится большой корабль, внутри разместим орнитоптеры. Как только войдем в воздушное пространство, на подлете к цели откроем рампы и выпустим их. Ночью, на малой высоте и минимальных оборотах, они будут незаметны для радаров. Это позволит высадить группы рядом с местом, где предположительно хранят лекарство. Селварион пробормотал что-то неодобрительное, а после озвучил свои сомнения: — А что с самим кораблем? Как только мы выйдем то сразу поймут, что мы не те, за кого себя выдаем. Левиат нашел ответ и на это: — А зачем выходить? После посадки корабль останется закрытым. Поскольку мы прилетим раньше положенного, встречающим потребуется время, чтобы собраться. Если посадочная площадка будет достаточно удалена от центра, у нас будет минимум полчаса форы. После завершения операции мы сразу же вернемся обратно, и никто даже не успеет понять, что произошло. Виктор, массируя виски, спросил: — Сколько человек понадобится? Левиат приободрился, осознав, что его план взяли на вооружение: — Пятнадцать орнитоптеров с пилотами, плюс экипаж корабля… — он быстро прикинул в уме. — Человек сто пятьдесят, полагаю. Наследник кивнул, остальные капитаны продолжали работать с картой, отмечая возможные маршруты подлета. Моранис ткнул пальцем в нужную точку: — Вот здесь отличное место. Хороший шанс сделать все по-тихому, если маскировка не подкачает, — он большим пальцем, словно невзначай, указал на Левиата. — Главное прикрыть шевелюру нашего блондинчика, а то нас точно заприметят в ночи. Гарни покачал головой, сдерживая улыбку: — Полетите в полной экипировке. Шлемы скроют любые приметные черты. Карту сменили на зарисовку предполагаемого плана здания, Джессика продолжила рассказывать то, что знала про внутреннее обустройство. На каком-то моменте повествования ее прервал Каэлис: — Герцогиня, а есть информация, что это за блок? — Эти помещения предназначены для особых гостей. Сейчас там усиленная охрана, в связи с прибытием «дикой» Преподобной. — И такие бывают? — Да. Мои информаторы сообщили, что недавно она прибыла с Арракиса и сразу же вошла в ближний круг моей матери. — С нашей планеты? — удивился наследник. — Удалось узнать ее имя? — Рахи… Лахи… Лахиях? Нет, не так… — Рахийя? — Точно! — Какого черта… — Ты ее знаешь? — Она была целительницей ситча Джакаруту, в который я попал после крушения… — он перевел взгляд на Харконнена, который замер, вслушиваясь в каждое слово. — Так, ладно. Раута, что у тебя за информация? На-барон задумчиво почесал подбородок, будто пытаясь что-то вспомнить. Его глаза блуждали по потолку. — Хм, — протянул он, поднимаясь. — А знаешь что, кажется, я забыл. — Что значит «забыл»?! — воскликнул юноша, уставившись на него. Но тот уже направлялся к выходу, небрежно насвистывая какую-то мелодию. Атрейдес резко встал, стукнув кулаком по столу и начал быстро говорить, удостоверяясь, что Раута его все еще слышит: — Гарни, не подпускать Харконнена ни к чему, что связано с этой миссией: ни к планам, ни к документам, ни к коммуникациям! Ограничения снимаются только после завершения операции! Это приказ! На-барон лишь лениво обернулся, и закатив глаза, вышел из зала совета. Спустя пару секунд обсуждение продолжилось: были обговорены всевозможные риски, слабые места и детали отступления. Наконец Гарни обратился к наследнику: — Последнее слово за тобой, Виктор. Атрейдес вновь оглядел всех присутствующих, а затем произнес: — Я утверждаю план. Приступайте.

***

Шестнадцать часов до вылета:

Несмотря на суету во дворце, Джейс, сидя со скрещенными ногами посреди комнаты Виктора, позволил своему сознанию раствориться в медитации. Резкий звук открывающейся двери разрушил это хрупкое равновесие. — Его здесь нет, — холодно произнес фримен, не меняя позы. — Знаю. — Раута вошел и закрыл за собой. — Я пришел не к нему. Джейс нахмурился, не скрывая недоумения. — Хорошо устроился, — заметил на-барон. — В покоях наследника Дома Атрейдесов. Помню времена, когда эта кровать была моей территорией. Когда он засыпал, слушая мой голос… Ревность в голосе была настолько очевидной, что фримен невольно усмехнулся: — К делу, Харконнен. — Как скажешь, — Раута остановился у узкого окна, глядя на столицу. — На сегодняшнем совете выяснилась интересная деталь. У Сестер появилась новая союзница. Случаем, не слышал о некой Преподобной по имени Раихья? — Рахийя, — машинально поправил фримен. — Ах… Значит, все-таки это что-то личное? — спросил на-барон, явно наслаждаясь эффектом. — Как интересно. Бывшая возлюбленная превратилась во врага? Или же наоборот? — Что ты от меня хочешь? — Дикарь, тебе совсем пустыня мозги осушила? Атрейдес отправит этих благородных дураков, но они лишь впустую потратят драгоценное время. — Раута подошел к Джейсу, практически наступая на него. — Необходимо личное присутствие, тем более, судя по твоим глазенкам, ты заинтересован в этом не меньше меня. — Он усмехнулся. — Да уж, мы с тобой похожи больше, чем мне хотелось бы признать. Оба готовы на все ради Виктора. Оба жаждем его внимания, его присутствия… его благодарности, — на-барон слегка наклонился. — Ну что, посмотрим, чье имя он произнесет первым, когда мы найдем лекарство? Твое… или мое? Фримен встал, чтобы быть на одном уровне с Харконненом: — Я так полагаю, и план у тебя уже есть? — Разумеется. Ты поможешь мне замаскироваться под одного из капитанов, участвующих в операции, а я проведу нас внутрь корабля. — Раута начал обходить комнату. Его взгляд остановился на низком столике, где лежало сочное яблоко. Он взял его в руки, рассматривая на свету. — Хм, и откуда оно здесь? — он протянул фрукт в сторону Джейса. — Будешь?

***

Пятнадцать часов до вылета:

Восточные ангары Атрейдесов превратились в улей. Десятки техников сновали между корпусом корабля и орнитоптерами, стирая все следы принадлежности к Дому. Капитан Селварион поймал очередных бедолаг, которые делали свою работу недостаточно быстро: — Опять зазевались, черт бы вас побрал!

***

Двенадцать часов до вылета:

Солдаты выстроились в идеально ровные шеренги перед своим капитаном. Моранис расхаживал вдоль строя, оценивающим взглядом изучая каждого. Закончив обход, он начал громко говорить: — Из вас я выберу лучших для специальной операции. Кто услышал свою фамилию и должность — сделать шаг вперед. Адъютант, стоявший рядом, раскрыл список.

***

Десять часов до вылета:

В комнату вошел очередной боец. Посреди помещения стояло кресло, рядом с которым доктор менял одноразовые перчатки. Жестом гвардейцу указали сесть. Когда тот устроился, доктор достал что-то из коробки и, осмотрев, обратился к бойцу: — Откройте рот, пожалуйста. Тот подчинился. Доктор закрепил на нижнем зубе миниатюрную капсулу и начал проверять надежность крепления. По лбу солдата выступила испарина, а в глазах мелькнуло понимание. Убедившись, что капсула установлена правильно, доктор спросил: — Не мешает говорить? — Никак нет. — В случае пленения — раскусить со всей силы. Понятно? Боец кивнул и поднялся с места. — Следующий!

***

Шесть часов до вылета:

Гвардеец не узнавал себя в безымянной форме без нашивок и эмблем. Он стоял напротив зеркала, пытаясь не думать о предстоящем. Помедлив, он снял обручальное кольцо и провел пальцем по гравировке на внутренней стороне: «Марек + Лиара = навсегда». — Эй, ты там заснул? — раздался голос из коридора. — Уже иду. Он спрятал кольцо в верхний ящик тумбочки и вышел к товарищу.

***

Четыре часа до вылета:

Молодой капитан Левиат в третий раз проверял снаряжение. Черные перчатки и комбинезон сидели идеально. Он нажал кнопку на воротнике — шлем с мягким шипением выдвинулся из ворота и сомкнулся вокруг головы. — Моего лица точно не видно? — приглушенно спросил он у своего помощника. Тот обошел его по кругу, придирчиво разглядывая: — Вас не узнать, капитан. Лавиат еще несколько раз потренировался с механизмом — вжих-вжих-вжих — на десятом разе помощник деликатно кашлянул. — Хорошо. Пока распоряжайся тут, я отойду, — бросил капитан и вышел. Он зашагал по длинному проходу, не подозревая о хвосте. В тридцати шагах позади, стараясь выглядеть непринужденно, крались фримен и Харконнен. Ливиат свернул за угол и толкнул дверь. Джейс тихо выругался: — Черт, он зашел в уборную. Раута насмешливо покосился на него: — И что? Вход запрещен тем, кто привык где попало мочиться в пустыне? Нам как раз и нужно место, чтобы нас не увидели. — Он подтолкнул замешкавшегося фримена. — Пошел-пошел! Джейс на секунду почувствовал, будто вернулся во времена Джакаруту, когда им управляли. Он открыл створку и, увидев, что капитан уже встал рядом с одним из писсуаров, остановился как вкопанный, не зная, что делать дальше. Левиат с непринужденным видом покосился на фримена. Они смотрели друг на друга несколько долгих секунд, пока внутрь не зашел и Харконнен. Раута подошел к писсуару справа от капитана, а затем обратился к Джейсу: — Чего уставился? Облегчиться уже нельзя? Фримен, отойдя от ступора, понял что тоже хочет избавиться от нужды, и поэтому встал к писсуару, слева от капитана, стараясь не думать об абсурдности ситуации. Боковым зрением Джейс увидел, как глаза на-барона на секунду метнулись в его сторону. Харконнен съязвил: — Да уж, я был о Викторе большего мнения. Ответ Джейса не заставил ждать: — А я думал из-за тебя он изобрел тот навороченный микроскоп. Раута оскалился: — Это ты сейчас так пошутил? Фримен довольно парировал: — Да, а что, недостаточно толсто для тебя? Левиат с умным видом прервал перепалку: — Парни, не обращайте внимания на свои природные недостатки. Главное — это техника, упорство и стремление, а остальное приложится. Кажется, это был единственный момент, когда Раута и Джейс возненавидели кого-то сильнее, чем друг друга. Все втроем, практически одновременно, застегнули ширинки. Капитан хотел направиться к выходу, но путь преградил Харконнен. — Вам что-то нужно? — спросил Левиат с недоумением. Фримен, находясь сбоку, замахнулся для удара, но тот мгновенно среагировал и подсечкой выбил у него землю из-под ног. На-барон тоже ринулся в атаку, однако получил такую звонкую пощечину, что в ушах зазвенело. Капитан, не теряя времени, резко дернул его на себя и врезал кулаком под ребра, заставляя Харконнена осесть. — Вы хоть соображаете, на кого руку подняли?! Я капитан гвардии! В этот момент Джейс потянул Левиата за штанину, на что тот, сделав оборот вокруг себя, со всей силы ударил фримена ногой по челюсти. Раута, взяв разгон, впечатал капитана в стену, но Левиат, тут же оправившись, отплатил нападавшему сокрушительным тараном локтя в грудь. Левиат испытывал странное чувство: с одной стороны он оборонялся, но с другой… избивал двух приближенных к наследнику людей… Пока те оправлялись, он попытался выбежать, но дверь оказалась чем-то подперта — в узкой щели он увидел что-то вроде затвердевшего песка. Видя попытки скорченного Харконнена встать, капитан ударил того ногой между лопаток и быстро метнулся к дальней стене. Вскочив на выступ, он дотянулся до решетки под потолком. Орудуя ножом как отверткой, выкрутил крепления, и металлическая панель повисла на одной стороне. Левиат подтянулся и начал протискиваться в открывшееся отверстие. Он почти скрылся в вентиляции, когда почувствовал железную хватку на своей лодыжке. Раута злостно закричал: — Помогай затаскивать его назад, чего разлегся! Джейс кряхтя поднялся и схватил вторую ногу капитана. Они дернули вдвоем, и Левиат с грохотом рухнул на пол. Фримен тут же навалился сверху, применяя удушающий захват. На-барон поспешил с советом: — Придуши его так, чтобы он потерял сознание. — Это как, черт возьми? — процедил Джейс сквозь зубы, еле удерживая вырывающегося капитана. — Меня такому не учили! Левиат пытался достать ногами до Харконнена, но фримен усилил захват. Раута заулыбался: — Это как душить до смерти, только останавливаешься раньше. Нужно, чтобы он отключился часа на четыре. Не меньше. — Ты видишь на нем кнопку с таймером, кретин?! Сознание капитана затуманилось. Последнее, что он услышал: — Все-таки своровать форму было бы проще…

***

Левиат медленно приходил в себя. Первой мыслью было, что он что попал в рай, или ад, или любой другой потусторонний мир, но здраво рассудив, что там навряд ли будет пахнуть залежавшимся бельем, он решил приложить усилия, чтобы выбраться из места, где находился. Вынырнув из контейнера, куда слуги обычно скидывали вещи на стирку, он глубоко вздохнул. Голова раскалывалась. Капитан машинально потер шею — фримен постарался на славу. Хорошо хоть не задушил до конца, хотя проклятий в адрес обоих негодяев это не убавляло. Вошедшая служанка взвизгнула от неожиданности. Левиат поморщился от резкого звука и хрипло спросил: — Сегодняшний вылет. Он еще не состоялся?

***

Виктор обошел уже все места, где предположительно могли находиться фримен и на-барон. Никого. Заметив на своем пути офицера Ланвиля, он остановил его: — Когда вы в последний раз видели Джейса и Рауту? И я нигде не могу найти Гарни. Ланвиль вытянулся по стойке смирно и отчитался: — На-барона не встречал с самого утра, милорд. А господина Джейса видели около получаса назад рядом с капитаном Левиатом. — Найди этих двоих, хочу знать, что они ничего не затеяли. Я буду в центре связи ждать сигнала, — наследник быстрым шагом направился в сказанное им место, — и отыщи мне Халлека! — Есть.

***

Девять минут до вылета:

Харконнен, в полной экипировке Левиата, расположился в самом удобном кресле командного пункта. Здесь исполнительность блондина сыграла с ним же злую шутку — ни у кого даже не возникло вопроса, почему капитан находится в полном боевом снаряжении за несколько часов до начала операции. Панорамные окна открывали вид на космический корабль, вокруг которого собиралось все больше людей. Уже было видно, как капитаны Каэлис, Моранис, Селварион и Таврекс ведут свои отряды к посадке. Напротив отжимались бойцы Левиата. Один из них посмотрел на замаскированного Харконнена, и тот жестом показал продолжать тренировку. Джейс стоял рядом, нервно переминаясь с ноги на ногу. Наконец, склонившись к уху самозванца, он тихо спросил: — Скоро вылет. Почему мы все еще торчим здесь? Раута положил руку фримену на затылок и, пододвинув того ближе, прошипел: — Хочешь, чтобы меня побыстрее раскусили? Этих простаков я еще могу занять упражнениями, но что делать, когда ко мне подойдет кто-то из настоящих командующих? Зайдем в корабль за пару минут до отлета. — Наверное, ты прав, — Джейс перевел взгляд на взлетную площадку и прищурился. — Слушай, а там случаем не наш… капитан? Вдали, среди солдат, кто-то в одном нижнем белье активно жестикулировал, что-то доказывая двум гвардейцам. Те отрицательно покачали головами и указали прямо на окна командного пункта. Левиат обернулся в указанном направлении. Харконнен резко встал: — Ладно, уговорил. Сваливаем.

***

Семь минут до вылета:

На-барон и фримен быстрым шагом шли по направлению к кораблю. — Харконнен, так мы с ним точно пересечемся! Нужно было идти другой дорогой, — нервничал Джейс. — Расслабься, не может же нам все время так не везти. Зайдя за очередной поворот, они замерли: посреди коридора стоял капитан Левиат. Он поднял кулаки и принял боевую стойку: — Раунд два, парни?

***

Четыре минуты до вылета:

Внутри корабля солдаты ходили из угла в угол от безделья, в томительном ожидании отправки. Четыре капитана наблюдали за ними с верхнего уровня, периодически переглядываясь между собой. Моранис первым озвучил то, что думали все: — Отряда Левиата все нет. Высшее командование что-то говорило про смену плана? Таврекс поддержал раздраженность товарища: — Нет. Что-то не так. Левиат никогда не опаздывает. — Он обернулся к остальными капитанам. — Может, перенесем вылет? Селварион прохрипел: — Времени итак в обрез, не стоит. Каэлис попытался разрядить обстановку: — Нам хватит и четырех отрядов. Возможно, это даже к лучшему.

***

Три минуты до вылета:

Раута лежал животом на полу, упираясь щекой в пол. Его руку, заведенную назад, держал Левиат. Коленом на спине Харконнена он не давал тому встать. Джейс хотел было навалиться на капитана, но тот предупреждающе покачал головой, показывая, что в любой момент может вывернуть кисть его напарнику. Левиат схватил рацию с пояса на-барона и активировал ее: — Прием, Альфа-один. Это капитан Левиат, как меня слышно? Из динамика ответил Селварион: — Левиат, а мы тут как раз обсуждали твое отсутствие. Где ты? — У меня возникли небольшие трудности. Дайте пятнадцать минут, и я буду у вас с отрядом. Добрый смех Каэлиса смешался с помехами сигнала: — Все нормально, Левиат, мы справимся. Побываем вместе на следующей операции, не переживай. Молодой капитан выкрикнул: — Нет, прошу, подождите! — Конец связи. Раута, воспользовавшись моментом, перевернулся и пинком сбросил Левиата. Затем достал гранату, выдернул чеку и прокатил ее к ближайшей стене. Взрыв прогремел, и образовавшееся отверстие открыло проход в другой блок. На-барон рванул туда, Джейс бросился за ним, а капитан помчался следом.

***

Две минуты до вылета:

Гвардеец стоял, полностью опершись спиной на орнитоптер. Внезапно в районе двигателя послышался неестественный стук. Он подозвал сослуживца, и они решили проверить причину. Открутив один из отсеков, они увидели то, что не могли описать. Неизвестный объект, словно живой, переливался между металлической и кристаллической структурами. Он постоянно менял форму, притягивая к себе новые детали. Устройство излучало тусклый, но нарастающий свет. Один из бойцов вскрикнул: — Быстрее! Нужно показать это капитану Каэлису!

***

Одна минута и тридцать пять секунд до вылета:

Ноги капитана Левиата начали вязнуть в песке, хотя на-барон и фримен бежали без проблем. Он не понимал, в чем дело, но продолжал преследование. Раута летел изо всех сил. Взлетная площадка была пуста, поэтому все зависело только от того, добежит он или нет. Джейс пытался догнать Харконнена, но тот был легче и потому быстрее. Разрыв между ними неумолимо увеличивался.

***

Одна минута до вылета:

Солдат ворвался в помещение. Игнорируя субординацию, он поспешил обратиться напрямую: — Капитан Каэлис, можно вас на минуту?! — Конечно, — мужчина убрал руку с усов. — Что случилось? — Мы нашли что-то странное… Такого раньше не видели.

***

Тридцать секунд до вылета:

На-барон продолжал бежать, едва касаясь земли. Сорвав защитную маску, чтобы лучше дышать, он увидел, что рампа корабля уже поднимается. Несколько десятков метров. Он должен успеть.

***

Десять секунд до вылета:

Каэлис, прихрамывая, добежал до орнитоптера. Объект изменился с момента обнаружения. Свет стал ярче, а сама конструкция — более организованной. Капитан мгновенно понял суть происходящего. — Проклятье! Это запрещенная технология! В тот же момент устройство со скрежетом вырвалось из машины и устремилось к центру корабля. Из стен начали выходить аналогичные компоненты — второй, третий, четвертый. Все детали, словно управляемые единым разумом, стремились соединиться воедино. Каэлис завопил во весь голос: — Хватайте их! Любой ценой не дайте этим частям объединиться! Все солдаты Атрейдесов ринулись вперед, но было поздно. Компоненты слились в цельный куб размером с человеческую голову и начали громко вибрировать.

***

Раута добежал до корабля, ухватился за выступ рампы и обернулся, чтобы насладиться видом отстающего Джейса. — Я обогнал тебя, фримен! — злорадно выкрикнул он. В следующее мгновение ослепительная вспышка озарила всю округу, подобно новому солнцу. Взрывная волна прокатилась по территории, сметая все в радиусе нескольких сотен метров. Корабль превратился в огненный шар, вздымая к небу столб пламени и дыма. Раскаленные обломки с воем разлетались во все стороны, вонзаясь в землю раскаленными метеорами. Воздух стал густым, пропитался горечью расплавленных деталей. Джейс мгновенно вскинул руки, и песок взвился стеной перед ним. Когда огненный ураган немного утих, он увидел лежащего в языках пламени Рауту. Фримену потребовалось несколько секунд, чтобы добежать до него. Сорвав с себя камзол, он принялся сбивать огонь с тела на-барона. Жар был нестерпимым. Подхватив Харконнена на руки, мужчина побежал прочь от пылающих обломков, к командному пункту. — Эй! Ты слышишь меня? Не смей умирать! Раута приоткрыл глаза: — Я… его… тебе… не отдам. Понял? Он хотел сказать что-то еще, но кровь хлынула из его рта. Гвардейцы массово хлынули на площадку, но никто не решался приблизиться к кораблю — спасать там было некого. Джейс с Раутой на руках вбежал во дворец, где на коленях стоял Левиат, не отводя взгляда от огненного столба. Взрывная волна вырвала его из песчаного плена, но он все равно не желал шевелиться. — Я сказал им… что понадобится сто пятьдесят человек, — прошептал молодой капитан. — Мои друзья и товарищи… — Соберитесь! Харконнен ранен, его нужно срочно доставить в медпункт. И мы должны найти наследника! Фримен поднял взгляд вверх. От увиденного он весь покрылся мурашками. В небе появились массивные космические корабли, затмевающие обе луны Арракиса своими силуэтами. Одни обрушивали шквал ракет на стены дворца, методично разрушая укрепления. Другие высаживали множество элитных войнов императора — Сардаукаров. Лазерные лучи прочерчивали в воздухе линии смерти, уничтожая любое сопротивление на своем пути. Рев двигателей, грохот взрывов и крики умирающих эхом разносились по всему Арракину. Дворец начали окружать стальным кольцом.

***

Девятью минутами ранее:

Виктор сидел в центре связи, нервно постукивая пальцами по столу и поглядывая на свое устройство. Комната была непривычно пуста. Все заняты операцией. Внезапный стук в дверь заставил его подпрыгнуть на месте. — Милорд, — послышался приглушенный голос, — я нашел Гарни Халлека и герцогиню Джессику. Они ждут вас в обеденной. — Ланвиль, это ты? Я не просил искать Джессику. А что с Раутой и Джейсом? Молчание. Юноша осторожно поднялся и еще раз окликнул офицера. Не услышав ответа и на третий свой зов, он потянулся к «Ментальному щиту» и закрепил его на задней части ремня. Пальцы машинально нащупали кнопку рации, но та отозвалась лишь белым шумом. Сердце забилось чаще. Виктор вышел в коридор и направился в указанное место. Во дворце были слышны лишь его шаги, гулко отдающиеся от каменного пола. Он толкнул тяжелую дверь обеденной и вошел внутрь. То, что он увидел, на мгновение парализовало его разум. По одну сторону длинного стола, в полном составе, восседали Сестры Бене Гессерит во главе с Правдовидицей императора Гайей Еленой Мохайем. Последняя смотрела куда-то вдаль без эмоций. По другую… Юноша задохнулся от ужаса. Гарни Халлек — человек, который учил его военному делу, который напевал ему мелодии, рассказывая через них историю Великих Домов, — сидел с запрокинутой назад головой. Глубокая рана пересекала горло наставника от уха до уха. Кровь пропитала его парадный мундир и капала на пол медленными, мерными каплями. Рядом Суфир Хават — ментат, который научил его анализировать, который первым разглядел в нем искру изобретателя и помог ей разгореться — застыл с широко распахнутыми глазами. Под его подбородком растекалась темная лужа. Ланвиль. Другие офицеры. Советники Дома. Люди, которые растили его, служили его семье десятилетиями, теперь безмолвными телами заполняли кресла залитого кровью зала. — Нет… — слово вырвалось из груди наследника как стон. — НЕТ! Он потянулся к ремню, чтобы активировать «Ментальный щит», но вовремя заметил герцогиню. Она сидела во главе стола, вся в слезах, обхватив себя трясущимися руками и дрожа так сильно, что кресло под ней скрипело. — Прости меня… прости, Виктор… Я пыталась… я не могла… Рядом с ней стояла молодая Сестра с обнаженным кинжалом, направленным прямо в живот беременной женщины. Острие почти касалось ткани платья. По периметру помещения стояли Сардаукары в полном боевом облачении. Обернувшись, юноша понял — выхода больше нет. Мохайем неторопливо повернула голову к наследнику. — Одно опоздание к встрече с гостями еще можно списать на юношескую оплошность, — начала она с хрипотцой. — Но второе? Это уже закономерность. Нерасторопность, помноженная на неуважение. — Правдовидица сделала паузу, позволяя ему в полной мере осознать свое положение. — Садись, юный человек. Переговоры, как видишь, уже в самом разгаре. Герцога, к твоему сведению, мы беспокоить не стали. К чему тревожить человека, который вот-вот сам избавит нас от необходимости с ним церемониться? — Ах ты тварь… — Сядь. Голос ударил как молот. Тело сразу же предало Виктора — ноги сами понесли к столу, руки опустились вдоль туловища. Юноша рухнул в пустое кресло. — Я убью тебя, — прошипел он. Правдовидица указала на его пояс: — Покажи. Рука наследника, словно чужая, сняла устройство и протянула старухе. Мохайем взяла «Ментальный щит», рассматривая его с холодным интересом. — Впечатляет. Изящная работа. Удивительно, как такие маленькие вещи порой способны доставить столько проблем… И почему же ты его не используешь? От стресса у Виктора онемело все тело. Правдовидица отложила устройство в сторону и продолжила: — Впрочем, это уже не имеет значения. В конце концов, я не могу винить тебя во всех ошибках в полной мере. Ты лишь набор неудачных генов: своевольной матери и слепого отца, который так и не удосужился понять свою роль. Лето не прислушался к умным людям и обвенчался с Кайлеей. А когда запас неочевидных намеков закончился, в ход пошли… более доходчивые способы. И, видимо, эта непокорность заразна, — она перевела взгляд на собственную дочь, — а заразные очаги подлежат полному уничтожению. В воздухе запахло гарью. — Чувствуешь? — Мохайем слегка наклонилась вперед. — Это горит твоя мастерская. Мы найдем каждую деталь, каждую схему, каждое твое изобретение против нас и… Прогремевший снаружи взрыв пошатнул всю немногочисленную мебель. — Что это? — испуганно произнес Виктор. — Звуки войны, которую ты объявил Императору. Дом Атрейдесов готовил нападение на Валлах IX, без формального объявления канли. Как только твои солдаты взяли курс на нашу планету, ты подтвердил свои намерения. Падишах-император предпочитает превентивные меры против таких… опрометчивых глупцов. Юноша почувствовал, как кровь стынет в жилах. Понимание происходящего обрушилось на него всей тяжестью. Все его люди… — Но вернемся к тебе, Виктор. — Мохайем сузила глаза. — Еще в колыбели ты казался мне угрозой, но Джессика убедила меня дать тебе шанс. Возможно, зря… Ведь ты считаешь нас чудовищами, но что ты знаешь о бремени нашего Ордена? Тысячелетия мы направляем человечество сквозь тьму, готовя приход того, кто предотвратит его неизбежную гибель. Каждая жертва, каждое решение — капля в океане необходимости. — Ее тон стал тише. — Если бы перед тобой стоял выбор: одна жизнь против миллиардов, если бы от этого решения зависело будущее всех миров… Что бы ты сделал? Как бы ты поступил на моем месте? Наследник промолчал. Отсутствие ответа, в какой-то степени, удовлетворило Правдовидицу.

***

Джейс опустил на-барона и вскинул обе руки к небу: вокруг начала подниматься песчаная буря. Видимость упала практически до нуля, и обстрелы Имперских кораблей прекратились. Левиат ошеломленно уставился на него: — Г-господин Джейс, как вы это сделали? Фримен положил руку ему на плечо: — Капитан, я обязательно все объясню, но позже, — он вновь подхватил бессознательного Харконнена. — Сейчас нужно, чтобы вы меня проводили.

***

Мохайем продолжала и продолжала свой монолог. Рассуждала о будущем Империи, хрупком равновесии и селективной программе, после чего подвела итог: — Итак, все твои изобретения уничтожены, но где гарантия, что ты не создашь новые? Что твой ум не породит еще более изощренные способы противостоять нам? Мне нужно понять, что ты уловил суть нашего сегодняшнего разговора. Докажи, что рациональность твоего, без преувеличений, великого ума сильнее эмоций. Кровь наставника все еще капала на пол. Кап. Кап. Кап. — Цианид, — голос Правдовидицы стал нарочито небрежным. — Именно от него сдохла твоя мать. Ее агония длилась меньше минуты. Что-то надорвалось внутри Виктора. Белая ярость залила глаза, стирая все остальное: страх, логику, инстинкт самосохранения. На миг наследник Дома Атрейдесов превратился в животное, полностью поглощенное жаждой мести. Он мгновенно вскочил и сделал единственное, что мог в этой ситуации: сжал со всей силы «Ментальный щит» и замахнулся, целясь прямо в морщинистое лицо старухи. Два килограмма металла рассекли воздух. Виктор уже представил, как устройство крушит хрупкие кости черепа Правдовидицы… Но в последний момент боковым зрением он уловил приближающееся темное пятно. Одна из Сестер, стоявшая неподалеку, занесла клинок для удара.

***

Фримен и капитан, облаченный в броню, снятую с мертвого солдата, пронеслись мимо площадки, где пятнадцать Сардаукаров окружали шестерых Атрейдесов. Джейс резко сжал кулак и вся императорская элита разом ушла под землю. Плоть и кости захрустели, когда песок вывернул им шеи. Один из Сардаукаров заметил их и начал доклад: — Вижу одну из целей. Передаю координаты с поправкой: ноль-ноль-восемь-три… Даже сквозь бурю стал виден яркий всполох — орбитальный корабль заряжал главное орудие, готовясь к выстрелу по указанной точке. Грохот. Раскаленный луч пронзил атмосферу, устремляясь к ним.

***

Взмах кинжала завершил свою траекторию. Виктор видел, как лезвие входит в плоть, как его кисть отделяется от запястья. Брызги веером разлетелись по воздуху, окрашивая стол бордовыми каплями. Первые три секунды он ничего не чувствовал. Только смотрел на свою правую руку, лежащую на столе, пальцы которой все еще сжимали «Ментальный щит». Потом боль ударила как молния. Юноша завопил и рухнул на колени, прижимая культю к груди. Кровь била фонтаном между пальцев левой руки, которой он пытался зажать рану. — Моя рука… МОЯ РУКА! — голос срывался, превращаясь в хрип. Наследник смотрел на отсеченную конечность с ужасом и недоверием, словно это была чужая плоть. Мозг отказывался принять реальность. Шок и адреналин заставили его действовать иррационально. Он вцепился левой рукой в ворот рубашки, рванул ткань и принялся исступленно царапать грудь. Ногти впивались в бледную кожу, оставляя борозды. — Помоги мне… — задыхался Виктор, продолжая терзать себя. — помоги… умоляю… помоги… помоги… помоги… Мохайем наблюдала за его агонией с хищным довольством: — Бедный мальчик. Совсем лишился рассудка. Жаль. — Она кивнула ближайшему бойцу. — Можете заканчивать с ним, здесь больше не с чем работать. Юноша пополз в угол, подобно раненому зверю. Под его ладонью грудь стала странно горячей, и сквозь царапины начали проступать символы, которые, в отличие от остальных, не исчезли в древнем ситче, а лишь спрятались под кожей.

***

У Сардаукара запросили новые координаты, но крупинки, забравшиеся под броню, уже лишили его жизни. Рядом с Джейсом и Левиатом выстрел оставил огромный дымящийся кратер. Неожиданно фримен вздрогнул. Фантомная боль пронзила его правое запястье, и он едва не выронил Рауту. — Господин? — капитан обернулся. — В чем дело? Джейс торопливо уложил Харконнена, закрыл глаза и погрузил обе руки в песок.

***

Трое солдат стремительно приближались к наследнику, держа мечи наизготовку. За пределами обеденной послышался крик. В следующее мгновение поток ворвался в зал, с грохотом сметая императорских воинов с ног. Виктор резко выгнулся, впервые в жизни ощутив это. Эхо чужой силы, текущей через связь. Разум не понимал происходящего, но тело уже знало, как направлять эту мощь. Его левая ладонь дернулась вверх. Песок послушно взвился в воздух, разделившись на множество тонких струй. — Что вы стоите! — вскочила со своего места Мохайем. — Убейте его! Немедленно! Сардаукары попытались подняться, но путы уже обвивались вокруг их тел, скручивая конечности в неестественные позы. Кости хрустнули под давлением. Юноша сжал кулак. Песчинки над головами Сестер мгновенно спрессовались в острые иглы и обрушились вниз. Те попытались использовать Голос, но их крики утонули в шуме падающего града. Последний взмах пришелся на саму Гайю Елену Мохайем. Правдовидица попыталась отступить, но волна настигла ее, заполняя рот, нос, легкие. Старуха корчилась на полу, хватая ртом воздух, который не приходил. Ее агония длилась не больше минуты. Когда все стихло, в зале воцарилась мертвая тишина. Виктор, бледный и дрожащий от потери крови, перевел взгляд на Джессику. Женщина продолжала сидеть за столом, широко раскрытыми от ужаса глазами глядя на устланный телами пол. — Спасибо за кулон, герцогиня, — с трудом выдавил из себя юноша.

***

Битва была не в пользу Атрейдесов. Бои переместились в длинные коридоры и тесные помещения. Сардаукары неумолимо продвигались вперед, используя численное превосходство и лучшую подготовку. Их броня давно утратила первоначальный цвет, покрывшись кровью, грязью и копотью. Джейс и молодой капитан ворвались в медблок, неся на руках Харконнена. Помещение было переполнено ранеными. Стоны и крики раздавались со всех сторон. Фримен осторожно уложил на-барона на ближайшую свободную кушетку. — Срочно! Тяжелые ожоги, множественные травмы! — выкрикнул он, подзывая медиков. Один из них склонился над Раутой, проверяя пульс на шее и прислушиваясь к дыханию. В этот момент двери с грохотом распахнулись — пятеро Сардаукаров ворвались внутрь. Левиат активировал щит и бросился навстречу. Первый из императорских воинов успел заколоть безоружного раненого, но тут же рухнул с мечом капитана в груди. Джейс обошел их сбоку, сразив еще одного, но с другой стороны появились еще двое. Левиат и фримен встали спина к спине, отражая атаки. Схватка продлилась недолго — пол усеялся мертвыми. Джейс повернулся к врачам, заметив, что один уже покинул комнату, а второй переключился на другого пациента. — Что происходит? Почему вы ничего не делаете?! Медик выпрямился, избегая взгляда фримена: — Господин… на-барон мертв. Судя по состоянию тела, он скончался еще до того, как вы сюда добрались. Капитан Левиат сочувственно сжал губы. Фримен оперся на стену, держась обеими руками за голову.

***

Виктор бежал по медблоку, его культя была наспех обмотана собственной рваной рубашкой. Боль пульсировала в такт сердцебиению, но он не обращал на нее внимания. Единственное, что имело значение — добраться до отца. Наследник мчался к нему от бессилия: он ни разу не участвовал в боевых действиях, а уж тем более не вел войн. Ему нужен был совет, план, хоть какое-то руководство от человека, который всегда знал, что делать. Императорские корабли продолжали обстрел, несмотря на нулевую видимость. Очередной взрыв сотряс стены дворца, и часть потолка обвалилась прямо за спиной юноши. Виктор перепрыгнул через завалы и побежал дальше. «Да, отец справится. Он мне поможет. Сколько историй я слышал о том, как он выходил из безнадежных ситуаций…» Добежав до покоев герцога, юноша распахнул створки. Пустая постель. Идеально заправленная, будто никто в ней никогда не лежал. Но на прикроватной тумбочке все еще хранились личные вещи: несколько документов, стакан с водой и массивное родовое кольцо с печатью Дома Атрейдесов. В углу стояли трое: медсестра, лекарь и один из телохранителей личной охраны герцога. Их лица были мрачными, полными скорби. — Где отец? — запыхаясь спросил юноша. — Его перевели в другую комнату? Лекарь сделал шаг вперед, опустив взгляд. — Милорд… Герцог Лето скончался около получаса назад. Мы только что… подготовили тело. Слова дошли до Виктора не сразу. Колени подкосились, и он схватился за дверной косяк, чтобы не рухнуть. В ушах зазвенело так громко, что заглушило все остальные звуки. Дыхание сбилось, превратившись в короткие, болезненные всхлипы. — Нет… — слово вырвалось против воли. — Не может быть… Он же… Он был стабилен, вы сами говорили… Телохранитель опустился на одно колено, медсестра и лекарь последовали его примеру. Их головы склонились в едином поклоне перед новым правителем. В этот момент в палату ворвались Джейс и Левиат. Фримен окинул взглядом слуг, пустую постель, культю юноши. Лицо побелело. — Виктор… — он сделал шаг вперед. Наследник медленно сполз по стене на пол. Тело сотрясалось от рыданий, которые он больше не мог сдерживать. — Они убили его, Джейс… Убили отца… и Гарни… и Хавата… и всех остальных… А я… я даже не смог… Капитан подошел к прикроватной тумбочке и взял родовое кольцо. Несколько мгновений он просто держал его в ладонях, словно ощущая вес ответственности, которую оно символизировало. Затем повернулся к юноше. — Виктор Атрейдес, первый носитель этого имени, наследник благородного Дома… — он протянул перстень дрожащими руками. — Примите печать своих предков. Атрейдесы нуждаются в своем герцоге. Виктор поднял заплаканные глаза на Левиата. Левой ладонью потянулся к кольцу. Промахнулся. Оно выскользнуло и покатилось по полу. Юноша уставился на него с безысходностью. Даже такую простую вещь он не мог сделать. Как же он будет управлять Домом? Без единого слова Джейс наклонился за кольцом, а затем встал на колено перед Виктором, осторожно беря его руку в свои теплые ладони. — Позволь мне. Бережно надев родовую печать, он притянул к юношу себе, позволяя тому спрятать лицо у себя на плече. — Все будет хорошо, — успокаивающе прошептал фримен ему на ухо. — Я все исправлю. Обещаю. Но ты должен довериться мне и пойти за мной. Прямо сейчас. Виктор кивнул, не поднимая головы. Впервые за этот кошмарный день он почувствовал, что не одинок. В наступившей паузе Левиат встревоженно спросил: — Милорд, а… где герцогиня Джессика? — В центре связи. Она… она в безопасности. — Тогда я отправлюсь к ней для обеспечения дополнительной защиты, — капитан поклонился новому герцогу и направился к выходу.

***

Джейс тащил за собой опустошенного Виктора. Тот уже едва держался на ногах. Смерть всех близких превратили его в подобие призрака. Когда они добрались до комнаты с иксианской машиной, фримен осторожно усадил юношу на стул у пульта управления. — Виктор, — Джейс присел перед ним на корточки, беря его лицо в ладони. — Посмотри на меня. Мутный взгляд с трудом сфокусировался. — Теперь я сяду в устройство, а ты его включишь, хорошо? Так мы сможем их победить. Виктор слегка приободрился. Наконец-то появилась хоть какая-то возможность остановить этот кошмар. — Да. Ладно. Я… я все подготовлю. Фримен наклонился к юноше, желая поцеловать, но тот отстранился. — Джейс, пожалуйста… Сейчас не время. Мужчина виновато посмотрел вниз. — Да, прости. Ты прав. Пальцы Виктора неловко скользнули по переключателям. Он привык работать двумя руками, и теперь каждое действие требовало переосмысления. — Потянуть… — пробормотал он себе под нос, повторяя знакомую последовательность. Машина откликнулась коротким писком. Экраны засветились, индикаторы замигали. Фримен опустился в кресло и обхватил пальцами кольцеобразные рычаги. Виктор подошел к нему и начал подключать сенсоры к голове. Провода несколько раз выскальзывали. Он тихо чертыхался, но упорно продолжал. — Джейс, — юноша зафиксировал очередной датчик, — а ты случайно не знаешь, где сейчас Раута? — Я его не видел, — солгал фримен, пытаясь скрыть свои эмоции. — Но как только все закончится, мы обязательно его найдем. — Хорошо, — отозвался Виктор с робкой надеждой. — Лишь бы с ним все было в порядке. Каждый взрыв снаружи сотрясал помещение. Пыль сыпалась с потолка, а где-то вдали раздавались крики умирающих. Закончив подключение, юноша вновь сел за панель, активируя оставшуюся систему. Машина откликалась уже знакомым гулом, готовясь к работе. — Готов? — спросил он, протягивая ладонь к главному переключателю. Джейс крепче сжал подлокотники и неожиданно, едва слышно, прошептал: — Поставь сто процентов. Рука Виктора замерла на полпути. Потом, словно сама по себе, переместилась к регулятору и установила максимальное значение. Юноша в ужасе огляделся, но не увидел рядом ни одной представительницы Бене Гессерит. Символы на груди вновь проступили и запульсировали. — Что… — испуганно начал он. — Джейс, что со мной происходит? Слезы потекли из глаз фримена. Он прошептал еще раз: — Привяжи себя. — Нет… — Виктор попытался сопротивляться, но его тело уже двигалось к ящику с инструментами. — Джейс! Джейс, останови это! Ладонь нащупала магнитную окову, предназначенную для удержания тяжестей на антиграве. Юноша отчаянно боролся сам с собой, пытаясь остановиться, но символы горели огнем, подчиняя его волю. — Джейс, что со мной?! — он кричал, пока пристегивал себя к металлической конструкции вдали от управления. — Прошу, пожалуйста, объясни! Я же доверял тебе! Я ДОВЕРЯЛ ТЕБЕ! — Такова природа этих знаков, — голос фримена надломился. — Я никогда не хотел поступать с тобой так. Клянусь, никогда… Но сейчас… у нас нет выбора. Прости меня за все. — Он закрыл глаза, слезы продолжали течь по его щекам. — Я люблю тебя. Джейс со всей силы вжал контроллеры вперед, высвобождая всю мощь устройства. Машина загудела с жутким ревом. Пространство вокруг головы озарилось ослепительно-белым светом. Мольбы Виктора растворились где-то на краю его сознания.

***

Падишах-император Шаддам IV Коррино стоял в окружении высших командиров, наблюдая за голографической проекцией Арракина. Несмотря на то, что его флагманский корабль находился на орбите планеты, ему больше нравились вспышки лазерных лучей на тактическом дисплее, чем реальный вид боевых действий. — Сопротивление практически подавлено, — доложил один из генералов. — Дворец будет взят в течение часа. Никаких шансов у мятежников. Император довольно махнул головой.

***

Капитан Левиат вместе с пятью гвардейцами сопровождал герцогиню по коридорам дворца, ведя ее в более безопасное укрытие. Джессика передвигалась очень медленно, одной рукой придерживая живот. Внезапно она остановилась, схватившись за ближайший выступ. — Герцогиня? — обеспокоенно спросил капитан. Женщина посмотрела вниз. По ее ногам стекала прозрачная жидкость, образуя лужицу на полу. — Алия, — выдохнула она, стискивая зубы от боли. — Прошу, потерпи еще немного… В другом конце блока показался отряд Сардаукаров. Один из них поднес рацию к губам: — Вижу вторичную цель. Координаты… — Проклятье.

***

Рахийя мерила шагами пустую комнату Материнской Школы. Она сама попросила запереть ее здесь на время операции, не желая знать подробности того, что происходит с Лисаном. Преподобная пыталась медитировать, но тревожные мысли не давали сосредоточиться. Тогда она начала молиться, чтобы все пошло по плану Сестринства.

***

Император пару раз обмахнул лицо рукой, расстегнул три верхние пуговицы рубашки и рассмеялся: — Что-то я разгорячился от волнения. Все остальные, подхалимничая, посмеялись в ответ и тут же поспешили расстегнуть свои воротники. Но когда император заметил, что жар испытывает не он один, его улыбка исчезла.

***

Сардаукар, сообщивший координаты герцогини, стоял в ожидании ответа, но тот не последовал. Повторил данные громче, но теперь из рации доносились лишь помехи. Встревоженный, он поднял голову к небу.

***

Преподобная Рахийя ощутила странное покалывание по всему телу. Обратив внимание на свои руки, она обнаружила, что крошечные песчинки, годами въедавшиеся в ее кожу за время жизни в пустыне, начали шевелиться и собираться воедино. Даже многочасовые ритуальные омовения, через которые она регулярно проходила, не смогли полностью очистить ее. Женщина отчаянно попыталась стряхнуть крупицы, но те не подчинялись. На ее глазах они сформировались в тонкую иглу, которая начала неумолимо продвигаться к ее сердцу. — Нет! — закричала Преподобная. — Это невозможно! Ты не можешь обладать такой силой!

***

Аварийные огни окрасили все вокруг красным светом. — Что происходит?! — император схватился за поручень, когда корабль содрогнулся. — Неизвестно, Ваше Величество! — главнокомандующий уставился на панель. — Все системы показывают критические отклонения! За иллюминаторами белое небо Арракиса потемнело до зловещей синевы. Шаддам почувствовал, как его прижимают к полу невидимой силой. Остальные также падали на колени, не в силах подняться под давлением увеличившейся в разы гравитации. — Невозможно… — прохрипел он, прежде чем его тело расплющило о пол. Весь имперский флот, словно притянутый гигантским магнитом, начал стремительно падать на поверхность планеты. Сотни кораблей превращались в падающие звезды, прочерчивая огненные линии в потемневшем небе.

***

В воздухе запахло озоном. Меч в руках Сардаукара значительно потяжелел. Сначала выскользнула рукоять, а после и сам клинок с грохотом впечатался в поверхность. Броня, еще секунду назад невесомая, теперь давила на плечи с силой обрушившегося здания. Вокруг него воины падали один за другим. Кто-то отчаянно срывал шлемы, судорожно хватая воздух. Кто-то тщетно дергал застежки костюмов, но пальцы отказывались сгибаться под собственной тяжестью. За считанные мгновения непобедимые отряды императорской гвардии превратились в месиво. Расплющенная броня хрустела, смешиваясь с останками тех, кто еще минуту назад штурмовал Арракин.

***

Крики боли заставили двух Сестер поспешить к запертой комнате. Рахийя лежала на полу с остекленевшими глазами. Из небольшой ранки на груди сочилась кровь, смешанная с песком.

***

Где-то в другом конце галактики капитан торгового судна стремительно шел по навигационному отсеку. Уже третий час они висели в пространстве, ожидая расчета прыжка. Он подошел к массивной герметичной двери, ведущей в камеру Навигатора. За толстым термостеклом в оранжевых парах меланжа виднелась огромная фигура мутанта, находившаяся в центре сферического резервуара. — Господин, — обратился мужчина через переговорное устройство, не скрывая раздражения. — Экипаж ждет. В чем проблема? В ответ раздался искаженный эхом голос: — Капитан… боюсь, прыжок невозможен. — Объяснитесь немедленно! — Что-то изменилось, — Навигатор медленно повернулся к стеклу. Его глаза, обычно светящиеся ярко-голубым светом предвидения, теперь были тусклыми. — В самой специи. Я больше не вижу… безопасных путей.

***

Пелена звуков и образов постепенно отступала. Мольбы Виктора, прежде заглушаемые гулом, теперь звучали с пронзительной отчетливостью. Машина испустила протяжный писк угасания. Экраны погасли один за другим. Джейс открыл глаза. Синева спайса в его радужках исчезла без следа, сменившись янтарно-зеленым цветом. Он посмотрел по сторонам и одним движением вырвал все подключенные к голове датчики. — Джейс! — юноша дернулся вперед, насколько позволяла окова. — Черт, как же я испугался… Ты в порядке? Мужчина поднялся с кресла, потянувшись и разминая затекшие мышцы. Стоило ему поднять кончик указательного пальца, как стена впереди рухнула, открывая вид на бескрайние дюны на фоне синего неба. Обломки разлетелись в стороны, но даже пыль не коснулась его тела. Он подошел к образовавшемуся проему, глубоко вдохнул и задумчиво произнес: — Предстоит много работы… — Джейс? — в голосе прозвучала неуверенность. Губы фримена тронула легкая усмешка. Он не обернулся. — В какой-то степени. — Что это значит? — тревога нарастала. — У нас получилось? Мы их победили? — Враги повержены. Меланж потерял все свои свойства. Все выполнено согласно договору. Юноша нахмурился, по позвоночнику пробежал холодок: — Какому договору? С кем? Только тогда фримен медленно повернулся. Его взгляд был пугающе безразличным: — С тем, кого ты звал Джейсом. — Я… я не понимаю. Пожалуйста, объясни, что происходит… Мужчина приблизился и присел на корточки перед пристегнутым герцогом. — За такую долгую жизнь я повидал множество вещей, которые буквально рассыпались у меня на глазах. Любая материя, как бы бережно ты ее ни хранил, в конце концов обращается в прах, уж поверь мне. Но есть одна вещь, которая при определенных обстоятельствах может пережить любую войну или катастрофу — обещание. Обет молчания, слово чести, клятва любви — такое я уважаю. Именно поэтому я пообещал ему рассказать тебе правду. Виктор попытался дотянуться до собеседника, но тот предусмотрительно держался вне его досягаемости. Жест выглядел жалко, беспомощно. — Тот, кого ты называл Джейсом, — спокойно продолжил фримен, — был лишь ошибкой. Личностью, которой не должно было существовать. Тридцать один год среди бесконечного цикла перерождений хранителя Арракиса — меня. Погрешность. Не более. — Нет… — слово вырвалось как стон. — Нет, это неправда… — Планета слишком долго находилась в упадке. — Мужчина поднялся и направился к выходу. — Настало время это исправить. — А ну сядь обратно в эту проклятую машину и верни мне моего Джейса! — задыхаясь от ярости, прокричал юноша, вновь дернувшись вперед. — Боюсь, ваши отношения слишком незначительны по сравнению с моей миссией. Отчаяние захлестнуло с головой. Виктор взвыл, рвался изо всех сил, пока кожа на запястье не начала слезать, но фримен продолжал удаляться. Сквозь всхлипы, все же послышался вопрос: — Подожди… — юноша глотал воздух, пытаясь обрести хоть немного самоконтроля. — Джейс знал? Знал, что потеряет себя? Шаги остановились. — Да. Он добровольно вернул мне тело в обмен на твою защиту. Теперь ты в безопасности со всех сторон: если кто-то, несмотря на измененную специю, все же сумеет достичь орбиты Арракиса, его корабль тут же сгорит в атмосфере. Любой снаряд, направленный из космоса в сторону этой планеты, сдетонирует, не достигнув и верхних слоев неба, а любой луч станет лишь безобидной световой вспышкой. Осознание того, какую жертву принес Джейс, сломило Виктора окончательно. Горечь от того, что он не поцеловал его в последний раз, разъедала изнутри. Тело вновь сотряслось безудержными рыданиями. — Нет, нет, нет, — он качал головой. — Я тебе не верю! Джейс не мог оставить меня! — Забавно, — равнодушно отозвался фримен. — Он говорил то же самое о тебе. Когда ты бросил его в пустыне. Слова пронзили острее клинка. Вина и боль слились в одно невыносимое чувство. Рука, уже посиневшая от попыток выбраться, приобрела багровый оттенок, но это было ничем по сравнению с душевной агонией. С хрустом окова наконец поддалась, и он бросился к уходящей фигуре. Но невидимые потоки воздуха тут же прижали его к полу. Каменная крошка впилась в щеку, из культи вновь потекла кровь. — Кстати, — мужчина обернулся в последний раз, — они тебе больше не понадобятся. Символы на груди Виктора вспыхнули, стирая себя без остатка. Жжение было нестерпимым, но гораздо хуже было чувство утраты. Последняя нить, связывающая его с Джейсом, оборвалась навсегда. — Не уходи… — голос превратился в шепот, едва слышный даже ему самому. Мир вокруг терял четкость, расплываясь в тумане угасающего сознания. — Прошу… не оставляй меня… одного… Но фримен уже покинул комнату.