Травоядный Или Нежный Хищник?

Бакуго и Мидория вместе уже месяца 3. Но за всё это время Изуку до сих пор не смог обнять или потрогать Кацуки, тот всегда одергивал его руки. Даже когда они целовались он не давал положить ладони себе на плечи или приобнять за них. Он просто их сбрасывал. Такое поведение настораживало Мидорию, он не понимал, что не так делает. Или может он просто всё ещё противен блондину...? Накручивая себя всё больше и больше, он не мог отделаться от этой мысли. Однажды в какой-то из будних, очень чему-то обрадовавшись, Изуку запрыгнул на Бакуго, чуть не сваливая того с ног. Хоть блондин сначала придержал зелёного, в итоге он всё равно его скинул. Успев среагировать Мидория приземлился на ноги. - Каччан, ты чего? - не понимающе произнес Изуку. - Не смей больше так делать! - огрызнулся Бакуго. - Скажи, Каччан, я тебе всё ещё противен? - глаза блондина округлились. - Что за хуйню ты несёшь? Во-первых, ты никогда не был мне противен, а во-вторых если бы был, я не стал бы с тобой встречаться. Ты это понимаешь? - Мидория лишь кивнул. - Но мне интересно, что навело тебя на эту ебучию мысль. - Просто ты не разрешаешь мне тебя обнимать или трогать. Хотя сам делаешь всё тоже самое! Я не понимаю, почему ты так делаешь! - тихо сказал зелёный. - Ты не знаешь, что я могу с тобой сделать, если не сдержусь... - А что именно ты можешь сделать? - Ты, что правда настолько тупой? - Но я правда не понимаю, что тебя останавливает. Вот он я, набрасывайся! - Ты нормальный говорить мне такое? Да трахнуть я тебя хочу! - лица обоих залила густая краска. - Ну так, что тебя останавливает? - продолжал недоумевать Изуку. - Я боюсь, что сделаю тебе больно. - Каччан, ты никогда не сделаешь мне больно! - сказал Мидория, обнимая блондина. - А про такое нужно просто говорить! - Я же просил... - его перебили. - Если это всё, что тебя отталкивает, то я не против. Набрасывайся! - после этих слов Кацуки взял на руки зелёного. Они зашли в комнату Бакуго. Блондин повалил Мидорию на кровать, начиная целовать его тело, которое отвечало тихими стонами. Кацуки аккуратно стягивал одежду с себя и своего партнёра. Через минуту оба были голые. Продолжая жадно целовать кожу Мидории, он пытался найти что-то в тумбочке. В итоге, он выудил оттуда тюбик со смазкой. Выдавив немного на пальцы, он бережно ввел первый. Изуку дернулся и застонал. Кацуки ввел второй, и начал ими двигать. Нежно и аккуратно. Тело под ним выгибалось и слышались стоны. Растяжка была, для Бакуго, важной частью таких занятий. Через несколько минут, когда мышцы Мидории прогрелись и растянулись, блондин пристроился. - Если будет больно или захочешь остановиться, говори. - Изуку кивнул. Тогда Кацуки подался вперёд, входя на пол длины. Тело вздрогнуло и был слышен нервный выдох. Спустя пару минут Бакуго вошёл до конца, и отсчитав минуту начал двигаться. Изуку выгибался, стонал и кричал, но не просил останавливаться. Ему это нравилось, не меньше чем блондину. Совсем потеряв голову от нахлынувшей похоти, Кацуки вдалбливался в Изуку, который выгибался теперь пуще прежнего. Руки Бакуго ходили по всему телу его партнёра, а губы целовали всё до чего дотягивались. Спустя час Бакуго излился в Изуку, а второй себе на живот. Сделав ещё несколько вялых поцелуев они всё же улеглись. Сомнения, терзавшие обоих до этого момента окончательно отступили, давая место новым эмоциям - удовольтворению и радости от неоправданных переживаний.