Моложе и красивее

Они бросили её. Они бросили её один на один с разъярённым оленем, обезумевшим от горя. Но она заплатит свои долги. Она — Мирцелла Уотерс, бастард близнецов Ланнистеров... но никогда она не чувствовала себя Баратеоном так сильно, как сейчас. — Мне — ярость, — прошептала девушка, глядя на стоящего рядом с ней язвительного мужчину... мужчину, которого она называла отцом когда-то в прошлой жизни. После трагической гибели Джоффри её мать начала меняться. Она кричала во сне, была беспокойной и угрюмой, и только дядя Джейме, казалось, мог её успокоить. Она не хотела есть без него, начинала плакать, если его не было рядом... Ни Томмен, ни она сама не могли заполнить пустоту, которую оставил её первенец. И когда Томмен снова уехал в оруженосцы к лорду Старку, Серсея Ланнистер сломалась. Три недели спустя она исчезла вместе с братом. Через четыре недели после этого её дядя Станнис и лорд Аррен приехали с ужасными вестями. Серсея и Джейме Ланнистеры не были просто братом и сестрой. Они с Томменом — бастардаы. Ничто и никогда не будет прежним. От принцессы до плода кровосмешения. Лорд Аррен умолял признать Томмена и Мирцеллу Ланнистерами и дать им возможность уехать в Утёс Кастерли. Лорд Старк продолжал обучать Томмена, бастард он или нет, он отдал весь свой мир, чтобы сделать из него человека. Дядя Станнис настойчиво требовал возмещения ущерба от Ланнистеров и голов близнецов. Роберт Баратеон желал убить всех Ланнистеров — всех, начиная с Цареубийцы-сестроеба до этой больной ледяной пизды... и до их бастардов. Мирцелле пришлось покинуть свои покои и переехать в Башню Десницы, где её защищали и контролировали рыцари Долины лорда Аррена. Ни у кого, кроме лорда Аррена, не находилось для неё добрых слов, никто не желал рисковать гневом короля. Мирцелла была благодарна за тишину и покой, благодарна отцу... королю за то, что он не позволил отрубить ей голову. Это будет судьбой её матери и дяди Джейме, если их когда-нибудь найдут. Люди слагали песни о золотых львах, убегающих от черного вепря. Шутили, что олень не смог обрюхатить львицу... Он хотел доказать, что может сделать львицу беременной. А кто большая львица, нежели она? От принцессы до бастарда и шлюхи короля. С тех пор как её мать покинула его, король Роберт перестал пить, как любил прежде, — он хотел держать мысли ясными. Он «пригласил» её в свои покои. Мирцелла не опустила головы, несмотря на весь ужас и отвращение, что прошивали её естество, она не поморщилась. Не пьяный кабан пришел к ней в его покои, не человек, которого она всю жизнь называла отцом. Впервые она увидела короля. Хотелось рассмеяться. Он должен был стать королем для того, чтобы уложил её в постель? Ну, может, она и бастард, но воспитанная как принцесса, так что она не заслуживала ничего иного. Она мечтала о Роббе Старке, но получила другого Роберта, которого не желала. Может быть, было бы лучше, будь он пьян, — быстрее уж точно — но он был трезв и полон решимости заставить страдать всех Ланнистеров. — Ты девственница. — Да, Ваша Милость. Я дева. — Когда я женился на пизде твоей мамаши, я был слишком пьян, чтобы проверить, но я уверен, что шлюха не была девицей. Она тогда ещё не родилась, что он хочет услышать? — У неё была всего одна задача — родить мне наследников, но она предпочла трахаться со своим братом... мерзость, так тебя называют. Я знаю, что ты не Серсея, но ты должна оплатить их долг. Целла, ты родишь мне бастарда, после чего можешь исчезнуть. Цареубийцу и шлюху я убью сам, но тебя не трону. Должна ли она быть благодарна? Король Роберт спал с ней ночь за ночью, он не причинял ей вреда, а после кульминаци говорил с ней о том, что не хочет править, о своих родителях... о Лианне Старк. Мирцелла стала его доверенным лицом, его другом. Она ненавидела его, и её единственным другом был лунный чай — она не потерпит никаких бастардов. Спустя некоторое время её тело научилось отвечать на ласки короля. — Ты красивее её, ты теплая, — повторяет он ей. Он говорит ей, что она хорошая девочка, и как он хотел бы, чтобы она взаправду была его дочерью... при этом лёжа на ней, положив руки ей на бедра. Каждый подобный раз её желудок напрягается, а отвращение поглощает всё её существо. Он больше не посещает своих шлюх, он верен ей. Мирцелле абсолютно плевать на его верность. Она хочет, чтобы он никогда к ней не прикасался, но он касается, и ему остается только одно. Из королевской шлюхи в королевы. Он взял её невинность, чтобы жениться на ней, и, к удивлению всего королевства, Роберт Баратеон действительно женится на Мирцелле, теперь уже признанной Ланнистер. Через девять лун после свадьбы она рожает сына. Черноволосого, но с её зелёными глазами. За ним следуют дочь и ещё два сына. Королева-бастард прослыла доброй и умной женщиной. Щедрая к простому народу, преданная своим сторонникам, любящая, но справедливая мать для своих детей. Ей разрешается посещать малый совет, где она говорит, лишь когда её спрашивают, и её замечания неизменно остры и точны. Она королева, и не только по титулу, но внутри неё никогда не утихает неукротимый гнев. Серсея и Джейме Ланнистеры, её родители. Благодаря им она стала королевой, а хотела быть леди Старк. Она связана мужчиной, которого не любит, детьми, которых не хотела, и игрой, которую ненавидит. Однако, играть она умеет. Она переживет своего мужа, или, по крайней мере, надеется на это, потому что после ухода её матери образ его жизни стал гораздо здоровее: Роберт меньше пьёт и ест, занимается плаванием и тренируется со своим наследником. Он больше не представляет собой карикатуру на монарха. Каждый видит в Мирцелле его спасительницу. Мирцелла желает ему гореть в пламени Седьмого Пекла. Ей снится, что она снова стала маленькой девочкой, и по щекам её катились тихие слёзы (даже во сне она помнила, что она принцесса), когда она увидела мать и дядю Джейме, сидящих под деревом. Мать спала, прильнув головой к плечу дяди Джейме. Она подходит к ним тихо, чтобы не разбудить маму, дядя Джейме улыбается и жестом приглашает подойти ближе. Она садится к нему на колени, они вместе смотрят на её прекрасную мать, а затем к ним подходят Томмен и Джоффри. Они вместе, светловолосая зеленоглазая семья, которая любит друг друга. Львиный прайд. Королева просыпается и плачет. Она желала не корону, а любимую семью.