Грязнуля

Было утро. Конфессариус работал над своим новым проектом "Сарказская многоножка" в лаборатории и параллельно думал о своей сестре Шайнинг и о том, как обрадуется регент Терезис, увидев его новую работу. Он не мылся уже несколько недель, надеясь, что запах парфюма перебьет его собственный запах пота, не говоря уже о том, что у Кви'сартуштая не было привычки подтираться сзади или смывать за собой в унитазе. Маленьких сарказят в Казделе, которые пренебрегали гигиеной, пугали неким существом по имени Мойдодыр, огромным умывальником, который приходит к грязнулям и хватает их, насильно моя их в своём брюхе. Но Конфессариус знал, что это всё сказки, так как за тысячи лет перерождений и пребывания грязнулей он ни разу не столкнулся с Великим Умывальником. Конфессариус уже было хотел уйти из лаборатории, но тут он услышал громогласный голос: — Ах ты гадкий, ах ты грязный неумытый сарказёнок! Бессмертный белорогий король сарказов подскочил от удивления. Кто посмел так с ним обращаться? — У тебя на шее вакса, у тебя под носом клякса, у тебя такие руки, что сбежали даже брюки от тебя! — произнес голос. — Это что, какая-то шутка? Салус! — воскликнул Конфессариус, подумав на свою коллегу. Тут из спальни Салус, кривоногий и хромой, выбежал навстречу Конфессариусу огромного размера умывальник. — Я Великий Умывальник, знаменитый Мойдодыр, умывальников начальник и мочалок Командир! — громогласно прогудел умывальник, покачав головой. — Я Кви'сартуштай, бывший Король Сарказов, лидер Конфессариусов и личный некромант Его Высочества! И сейчас ты падешь от моей силы! — заорал Конфессариус и скастовал заклинание, но на умывальник это не подействовало. В ответ Мойдодыр схватил белобрысого за шкирку и поднес его к своей раковине. — Если топну я ногою, позову моих солдат, в эту комнату толпою умывальники влетят, и залают, и завоют, и ногами застучат, и тебе головомойку, неумытому, дадут — прямо в Мойку, прямо в Мойку сголовою окунут! — пригрозил Мойдодыр Конфессариусу. — Да как ты смеешь! Какой-то оживший умывальник, пошёл против истинного короля?! Сейчас я позову свою армию Конфессоров и тебя разберут на металлолом! В лабораторию влетели ожившие щетки и мыло и вцепились в беспомощного Конфессариуса, от хватки могущественного существа настолько ослабевшего, что он не мог использовать свои Артс. Сила вытекала из него, пока ожившие предметы стянули с него одежду и погрузили его в раковину Мойдодыра. Щетки щекотали его тело и мылили его волосы, пока Кви'сартуштай захлебывался в пене. — Погляди на себя в зеркало, грязнуля! Сейчас мы приведем тебя в приличный вид! — сказал Мойдодыр, пока Конфессариус, царапая его своими острыми грязными ногтями, пытался выбраться из его мыльного брюха. — Ааа!!! Спасите, кто-нибудь! — заорал Кви'сартуштай. Никогда в своём тысячелетнем цикле перерождений он не испытывал такого шока. В комнату влетел Калид'чоа, держащий топор. Прислужник Конфессариуса, созданный им же в лаборатории не мылся сто лет, и Мойдодыр сразу обратил внимание на его грязную, засаленную физиономию. — Ты чернее трубочиста! — заревел Мойдодыр, и его армия щеток схватила темнокожего сарказа и затолкнула его в раковину к его же господину. — Моем, моем трубочистов! Чисто, чисто, чисто, чисто! Будут, будут, трубочисты чисты, чисты, чисты, чисты! — приговаривали щетки, умывая двух орущих древних сарказов. В конце-концов щетки выпустили Конфессоров из своей хватки, и теперь они были чистые, без единой кляксы на лице, и сияли как два медных таза. — Вот теперь тебя люблю я, вот теперь тебя хвалю я! Наконец-то ты, грязнуля Мойдодыру угодил! — сказал умывальник Кви'сартуштаю. Конфессариус посмотрел на себя в зеркало. Теперь он каждый день будет мыться и вытирать задницу, лишь бы опять не угодить в лапы Мойдодыра. Терра — странное место, где за каждым казалось бы божеством в тенях прячутся более сильные существа, способные обратить их в прах. И Кви'сартуштай усвоил этот урок, и отныне и впредь он будет соблюдать правила гигиены.