Our love.

– Маш, – произнес Юрка, с трудом выговаривая слова. – ты только не думай ничего плохого. – Вы ненормальные, вы больные! – Зачем вы это делаете? Это же неправильно! Так не бывает, так не делают, это совсем… совсем…Маша задрожала и всхлипнула. «Ещё чуть-чуть, – понял Юрка, – и у неё начнётся истерика! Прямо сейчас она пойдёт и всем!..» Он не закончил мысли. Тут залихорадило его самого. Перед глазами поплыло и потемнело. Казалось, Юрка вот-вот упадёт в обморок, а потом сразу под землю – от ужаса ноги не держали. Худо-бедно сохраняя хотя бы внешнее спокойствие, он не мог отвязаться от страшных картин, непрерывно всплывающих в воображении, картин того, что ждёт их с Володей, когда Маша всем расскажет: позор и осуждение. Они станут изгоями, их накажут, страшно подумать – как! Юра не мог расслышать последующий диалог. Буд-то через стену он разобрал обрывки фраз «Это баловство понимаешь?...» и «...У нас на самом деле ничего и нет». Это был последний удар. Володя ведь мог сказать, что они например учатся целоваться. Вдруг бы прокатило! «Мы с Юрой просто...» – колотило по вискам. Юра не мог не волноваться. Эти слова звучали.. правдиво? Юре было просто невыносимо слушать это. «В том, что ты говоришь, есть хотя бы капля лжи?». Мозгом Юра понимал, что сказать так единственный вариант, но сердцу то не прикажешь. – Пожалуйста, Маш, не говори об этом никому. Если о таком узнают… Это пятно на всю жизнь и испорченное будущее. Понимаешь? – продолжал Володя. Юрка стоял немой, как и прежде. – Ла… ладно… — всхлипнула Маша – Поклянитесь, что вы больше никогда такого… Володя глубоко вдохнул, будто собираясь с мыслями: – Клянусь. Больше никогда. – И ты, – Маша повернулась к Юрке. Её взгляд из умоляющего стал злым – Теперь ты! Юра больше не мог это терпеть. Откинув все "хочу и надо", "правильно и не правильно" он рванул в сторону выхода, задев при этом Машу плечом. Он уже не думал о чувствах Володи, просто не мог думать. Грудную клетку сдавило. Юрка бежал всё дальше от кинозала. Остановившись он узнал перед собой стройку. Ловким движением руки, Юра вытащил из тайника сигареты. Он обещал Володе не курить, но сейчас он очень нуждался в едком дыме. Докурив, он затушил сигарету о запястье, боль отрезвляла. Кажется теперь Юра понимал Володину "любовь" к кипятку. Кругом было уже темно. Худрук наверняка очень волновалался, но Юра возвращаться не планировал. Он просто не сможет сейчас пережить грусть и разочарование в любимых глазах. А ведь Володя будет винить себя, но как Юра может на него злиться? Зачем только настоял на поцелуе. Время тянулось медленно. Юра сидел на холодной земле погружённый в свои мысли. Он услышал знакомый голос, не успел Конев опомниться, как из-за кустов вышел Володя. Вожатый ошарашенно смотрел на растрёпанные волосы, опухшие от слёз глаза, несколько окурков от сигарет, которые валялись вокруг Юры на земли и ожоги на руках... Увидив последние, Володя только сильнее нахмурился. Худрук медленно подошёл к Юрке, боясь спугнуть. Он опустился на колени рядом с ним и медленно потянулся к рукам хулигана. Юра понял, что от него хотят и позволил коснуться себя. Володя рассматривал отвратительное ожоги, не скрывая разочарования. У Юры в груди кольнуло, как он вообще мог не подумать о любимом человеке. Володя же сам был весь на нервах, а Юра решил добить. Вечно он не думает о последствиях. – Юр... – начал было Володя, но запнулся. Имел ли он вообще право, сейчас говорить с Юрой? Он опять его оттолкнул, причиняя боль себе и любимому. – Володь... То что ты сказал... Ты правда так думаешь? – Нет! Конечно нет... Маша не поверила бы в другие оправдания. Она же девочка не глупая, просто не понимает, общество же считает это болезнью. – попытался успокоить его Володя. Ну вот! Опять Володя защищает эту дуру! Но всё же Юре стало легче, как камень с плеч. Юрка наконец-то упал в объятия Володи. Возможно их будущее не такое радостное, как хотелось бы, но сейчас они вместе. Они любят друг друга. Они справятся.