Замёрзшая вишня.

Стало холодно. Му Цин не знал сколько часов он видел только бескрайнюю тьму. Было не слышно ни единого шороха, уж было Му Цин подумал что умер реально, он наконец услышал какой-то звук.. Благоговейное пение птиц опустило его с небес, он сонно открыл глаза и даже не помнил гле находится. Это уже не было тюрьмой для пыток, не было дворца «Возрождения», но комната показалась ему знакомой. Кровать была такой плюшевой и тёплой что вставать с неё было похоже на испытание, она обложена шёлковыми целинтровыми подушками и простынями, сверху свисали тюли и балдахины которые придавали спальному месту более богатый вид. Комната даже сама по себе была обложена разными ценностями и украшениями. Окно было большим, тоже уркашено разными завитушками и хрупкими маленькими цветочками из стекла. Они переливались на солнце, сквозь лепистки свет падал на пол и создавал радуги которые расплывались и искажались. Это слишком было роскошно для прежнего мира. Му Цин принял сидячее положение и сполз по кровати вниз, чтобы присесть на край. Он взглянул на свои бледные руки, такие же на вид холодные и фарфоровые, словно если к ним прикоснуться — они сразу могут растаять, или деформируются как пластилин. Мельком он увидел зеркало которое висело рядом с кроватью, овальное, но рама у зеркала была украшена искусно вырезанными зверюшками и клиновыми листьями. Где-то виднелись коты которых специально покрасили в чёрный, а где-то была пара орлиных глаз. Му Цин тихим шагом подошёл к зеркалу, и стоило ему взглянуть на себя, как лоб его покрылся холодным потом, а по спине пробежались мурашки. Глаза расширились от шока и слабо заслезились от осознания, его руки задрожали когда он приподнял свои кисти рук. Му Цин судорожно ощупал своё лицо, плечи, волосы. Всё казалось таким настоящим, когда он наконец понял, что находится в покоях его высочества. Ему нельзя здесь находиться, безопасно ли было вообще даже дышать здесь? —Нет, нет, нет... Му Цин не хотел это принимать. Он сразу побежал к двери словно увидел самую опасную нечисть в мире, он даже толком не посмотрел в какой одежде находится.. Его тёмные волосы которые слегка блестели и отдвались тёмным фиолетовым оттенком развевались локонами по его спине и были распущены. На теле была белая одежда которая предназначалась для сна, а на ногах и вовсе ничего не было. Он бежал босиком по каменному полу который сверху был покрыт плетёными циновками из бамбука. Шаг за шагом, но затем не успел он найти хоть одну дверь чтобы уйти от этой «реальности», он сразу столкнулся с слугой который служил при дворе. Оба рухнули на пол по разные стороны, второй слуга подбежал к Му Цину чтобы помочь встать, но Му Цин сразу отполз от него словно от голодного белого тигра. —Не трогайте меня! Не надо! —Ваше высочество?.. Что с вами? —Не называй меня так, это неправда! Это.. это не может быть реальностью! Ци Жун и Сань Лан переглянулись и застыли. Да, всё было слишком запущено. Сань Лан был личным телохранителем его высочества, в то время как Ци Жуну было поручено приготовить его высочество для праздника. Осталось всего пол часа! —Ваше высочество, вы плохо спали? Давайте мы поможем вам подняться?—Ци Жун говорил неуверенно, смотрел на Му Цина как на сумасшедшего. Однако отголоски привычного сапожника изредка были видны. Руки Му Цина дрожат, когда он сам пытается встать на ноги и пошатывается, Сань Лан всё же не мешкал, подошёл и придержал его высочество чтобы помочь встать. Ци Жун сделал практически то же самое, только с другой стороны, и начали вести его обратно в личные покои. Сань Лан поворачивается к напуганному выражению лица Му Цина которое померкло от недоумения и явного ужаса. Телохранитель ясно улыбнулся и прищурился. —Ваше высочество, вы увидели призрака? —Увидел вас... Слуги вновь переглянулись и не знали, плакать или смеяться. Его высочество вёл себя слишком странно, особенно в такой важный день. Му Цин даже пропустил момент когда его посадили на кровать и начали осматривать и прихорашивать. Ци Жун сидел сзади него и изящно заплетал волосы, наряжал разными цветами и бусинами, некоторые из них были кораллового цвета который отвечивался и мерцал, когда на него попадали лучи солнца. Му Цин ещё долго приходил в себя, но когда его осенило ещё больше, он сразу начал думать кому перепала его судьба. Верояно, самому Ци Жуну? Почему не Се Ляню? Но раз уж Хуа Чэн в этом мире был телохранителем его высочества, значит тот ребёнок которого должен поймать Му Цин... —После фестиваля я хотел бы срочно увидеть принца Сяо Цзина.. —Ваше высочество, но.. разве у нас есть такой принц?—Ци Жун прохихикал, и покачал головой. Точно.. всё ведь было совсем иначе. В этом мире такого принца и не сосуществовало, ведь у Му Цина не было двоюродного брата. Му Цин просто сидел смирно, его грудь вздымалась когда паника то поднималась то утихала при каждой мысли. Тишина нагнетала пока Сань Лан не стукнул каблуком своего сапога по полу и взревел. —Ну быстрее, сейчас же и тебе ещё одеваться! —Я пытаюсь, не говори мне под руку! Ци Жун приодел Му Цина и быстро ринулся к выходу чтобы начать прихорашиваться и самому. Му Цин точно помнил этот день, он узнал время Благоугодного фестиваля только по маске которую принёс Ци Жун и положил рядом, прежде чем заплести волосы Му Цину. Разве что осталось узнать где находится Се Лянь, и есть ли он вообще в этом мире. Му Цин повернулся к Сань Лану, имени он его не называл, поскольку не был уверен в выборе имени. Малоли ведь, демоны... —У Ци Жуна есть брат? —Разве что двоюродный, ваше высочество.. но что случилось? Почему вам вдруг стало интересно именно перед таким событием? —Неважно, я желаю чтобы его привели ко мне, без вопросов. Сань Лан лишь коротко кивнул и выбежал чтобы доложить о капризе наследного принца, который нужно исполнить без предисловий. Му Цин же надел на своё бледное лицо маску с златыми узорами, пора было выйти на площадь.

***

Улицы были забиты людьми и торговцами, со стен слуги и некоторые стражники посыпали площать лепестками нежного розового цвета, а некоторые небрежно швыряли алые пионы. Совершенно случайный мужчина кинул пион в сторону Му Цина который уже явился и стоял во всей красе в середине празденства. Взгляды были устремлены на него: юноша чьи волосы цвета вороньего крыла юлестели на солнце, одежды были светлыми, но края были обшити тёмным шёлком. Он поймал пион и, рассмотрев его поближе, даже не удосужился взглянуть на толпу. Однако он сразу взглянул на верх, подумать только, люди как в тот прошлый раз лезли на стены лиж бы увидеть наследного принца Сянлэ. Наконец он увидел саленького мальчика которого должен был словить и понял, пора начинать. Ци Жун вышел напротив, держал в руке саблю, и был наряжен в одежды в которые когда-то представился Му Цин. На пояс были надёжно пришиты маленькие черепки с размером в кошачий, на лице была маска демона, а волосы Ци Жуна были сплетены в косу. По бокам от его лица были свободные прядки которые из-за лёгкого ветра могли прикрыть некоторые участки маски. Вот так Благоугодный фестиваль и начался. Му Цин лёгкими, но твёрдыми шагами ринулся вперёд, скрежет металла об металл наполнил воздух. Его движения были не точны, уж слишком он слабо помнил движения Се Ляня во время их сценки, особенно когда роль демона играл именно Му Цин. Откуда ж ему нужно было знать что всё так выйдет? Какой дурак будет вспоминать подобное сражение чтобы повторить во сне? Придурки. Му Цин и Ци Жун моментами сиехронно исполняют свои движения и пируэты, боковым зрением Му Цин наконец увидел движение. Ребёнок падает со стены, вот он, «момент истины»! Волосы и одежды Му Цина кружатся в свободном танце, когда он отражает очередной наигранный удар Ци Жуна. «Шаг назад, поворот.. второй шаг назад, второй поворот.. третий шаг, прыжок!» Му Цин вложил в прыжок всю силу, его фигура буквально взлетела над площадью чтобы поймать маленького дитя на свои руки. Тень Му Цина омывала людей снизу что пришли посмотреть на фестиваль, Му Цин видит лицо мальчика и понимает, что чертами лица он действительно похож на Фэн Синя. Однако.. что-то была не так. Сильная негативная энергетика надавила на руки Му Цина, он словно обжёгся об это маленькое тело которое словил. Его лицо под маской исказилось от отстрой боли, он лёгкими движениями пошатнулся, но приземлился на твёрдую поверхность успешно. В следующую секунду он отпустил ребёнка и отпрыгнул сальтом назад. Он приподнял свой взгляд на мальчика, его глаза были цветом баярышника который пархает на ветру, такие блестящие и невинные... Точнее Му Цин так думал. Мальчик впился в него своим взглядом, люди в толпе прикрыли рты от недоумения и шока. Люди затаили дыхание. Мальчишка мягкими и слабыми шагами шёл к Му Цину, он в принципе выглядел неважно. Волосы были грязные, бинты поношенные и испачканные в грязи, одежда порвана. Босые маленькие ножки всё шаг за шагом приближались к Му Цину, генерал чувствовал как каждый его шаг излучает тяжесть и ненвисть, боль и тоску, смятение и боль, а в конце концов жажда мести и крови. Му Цин чувстовал как невольно всё воеруг похолодало, его кожу пробирало морозом вдоль до костей. Всё уж слишком было иным.. Мальчик взглянул на него исподлобья, время вокруг словно застыло, никто не смел шевелиться.. В моменте даже казалось что птицы перестали летать, вода перестала журчать, а колосья в поле стояли торчком, и ветра не было. Никаких внешних факторов. Маленькая фигура схватил его за руку и с невероятной силой натянула Му Цина на себя, наследный принц споткнулся и попросту упал на колени, теперь их взгляды были на уровне друг друга. Голос мальчишки был хриплым и безжизненным, таким мёртвым и холодным, что Му Цин не заметил как от зловонного запаха гнили и грязи его глаза заслезились. Не то что бы заслезились, жидкость из под веки текла рекой и в маске вода не собиралась, маленький призрак мог видеть как Му Цин плачет от вони. Можно было подумать, что его стошнит прямо сейчас. —Ты так ничего и не понял, верно? —... Му Цин даже не мог открыть рот. Мальчик так был похож на Фэн Синя... Но вся эта сцена разбила его догадки вздребезги и всё стёрлось в пыль. —Фэн Синь?...—Сказал Му Цин едва слышно, его голос дрожал, он всхлипнул и едва мог отстраниться. Его тело парализовало от страха, от того чувства, что он мог ошибиться. —Нет. —Се Лянь?... —Нет. —Цзюнь У?... —Нет. Му Цин больше ничего не видел, его глазные яблоки настолько заслезились от отвращения и разочарования, что фигура мальчика превратилась в непонятный силуэт из пятен. Вдруг из уст мальчика вылетели ядовитые слова с такой ненавистью, что заставили Му Цина вздрогнуть от неожиданности. —Какое же ты глупое существово!—Вдруг закричал мальчик. Резким и жестоким захватом он вонзился зубами в тыльную сторону руки Му Цина, генерал закричал от боли что есть мочи, его взгляд померк от чувства что из него высасывают энергию. Ноги не слушались и дрожали, кровь хлынула рекой из его раненной кисти руки. Крик продолжался до тех пор пока его голос не осел, а жизненные силы не покинули его. Горло болело а связки словно порвались, Му Цин прокашлялся, и когда призрычный мальчик его отпустил, он оторвал кусок плоти от руки Му Цина и в эту же секунду проглотил! Му Цина осенило. Это был малыш Цоцо, совсем непривычно видеть его в твёрдом теле, а не призрачным облаком тёмного тумана которые только и делает что творить беды и клубится где попало, лиж бы переродиться гаду! Кровь Му Цина омыла его одежды, жар поднимался по телу когда алая жидкость продолжала течь из повреждённого участка. Его взгляд помутнел, маска на его лица ращбилась вдребезги, её осколки вонзилмсь в его фарфоровую плоть и проткнули глаз насквозь. Му Цин почувствовал как его тело качает что-то невидимое, словно пытается... Разбудить? Малыш Цоцо захохотал от вида мучений Му Цина, он схватился за живот и чуть ли не катался по полу, пока из его рта вылетали тошнотворные скачки смеха. Внезапно он уставился на раненного генерала из которого постепенно вытекали силы, а под его телом земля омывалась лужей крови, словно ему вспороли живот. Му Цин сам не понимал почему кровопотеря настолько серьёзная, из последних сил он пытался перевязать рану и применить духовные силы, но их уже больше ни на что не хватало. Цоцо с глупой ухмылкой наблюдал за этим и довольно ёрзал на земле, дрыгал ножками и радостно извивался. —Сдохнет, сдохнет! Ля-ля-ля! Сдохнет, сдохнет! Йо-хо-хо! Сдохнет, сдохнет! Ха-ха-ха! Умри! После последнего ужасного слова Му Цин почувствовал как в его груди образовалась дыра. Он устал умирать из раза в раз и гадать где реальность, а где сон. Где галлюцинации, а где явь. Он уже ничего не мог отлечить. Он—это и есть его истинное «я», или очередная иллюзия? Что если он выглядит иначе, что если этот мир реальный, а тот где они счастливы с Фэн Синем — фальшивка? Му Цин уже ни во что не хотел верить. Его глаз кровоточил и попросту вывалился, окровавленный шарик покатился прямо к ногам мальчика, Цоцо тут же раздавил его своей ножкой. Му Цина чуть не стошнило от этой сцены, желч поднималась по гортани вверх, готовая вырваться наружу в любой момент. Однако Цоцо решил всё сделать намного легче для самого Му Цина. Маленький призрак по-детски выпятил нижнюю губу и его лицо стало театрально жалобным. Он подошёл к Му Цину и нежно провёл ладошкой по его щеке. Большой палец мальчика жёстко уткнулся во второй глаз Му Цина который едва что-то видел, и вдавил его во внутрь с хлюпаньем. Му Цин уже не смог ничего не увидеть, кроме ощущения что его тело горит от ранений и жажды умереть снова. Раньше он боялся смерти до паники, но сейчас когда он умирал из раза в раз, уже кажется умирать стало намного легче. Легче чем прежде.