Воздаяние

— Вы…просите меня забрать меч? — переспросил он. С трудом верилось, что его вызвали лишь за этим. Бай Усянь ухмыльнулся. — Это не просто меч… Ятаган. Изогнутая сабля. Видите ли я люблю коллекционировать необычное оружие… И не мог доверить его доставку кому попало… Сделает для меня дружеское одолжение? — он обнажил ряд белоснежных зубов в хищной улыбке. Пришлось приложить усилие, чтобы подавить рвотный позыв. Детектив попытался словить взгляд падре, но стоял, опустив голову. Что эта тварь могла с ним сделать? Его душили, как Се Ляня? Пытали? Пальцы задрожали, выдавая желание прямо сейчас покончить со всем этим, перестать играть в игры этого безумца. И вместо этого ему пришлось выдавить из себя позорное: — Какая честь… — Я знал, что вы согласитесь. — Цзюнь У щелкнул пальцами, и Хуа Чэну передали записку с адресом. — Если хорошо справитесь, я…подумаю над тем, чтобы вернуть дорогого гостя в церковь, он, наверное, очень скучает по ней. — бросил он, как если бы говорил о прогнозе погоды, а не судьбе человека. Снова играет. Он ни за что не отпустит Мэй Няньцина живым, просто хочет в очередной раз посмеяться. — Хорошо… Владыка. — произносит он, натянув фальшивую улыбку. Бай Усянь расслабленно откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. — Рад, что мы пришли к согласию. — он лениво приоткрыл один глаз, глядя на детектива как на назойливое насекомое. — И скажи Сянлэ подойти ко мне, вы ведь приехали вместе? Хуа Чэн постарался как можно тише сделать глубокий вдох и собрать в себе остатки сил для напускной доброжелательности. — Конечно…

***

Се Ляня уже долго не было. Это заставило детектива начать нервничать. Но, возможно, это было эффектом ожидания, ему нечем было себя занять и время тянулось как жевательная резинка. Наконец, наемник вышел за ворота. Вид у него был…растерянный. Он сел в машину и задумчиво посмотрел на детектива. Затем полез в бардачок. — Он не позволил мне отправиться с тобой… Сказал, есть дело… — бурчал, продолжая что-то искать. Хуа Чэну это не понравилось. Ему вообще не нравилось все связанное с Бай Усянем. — Это…странно. Намеренно хочет нас разделить… — размышлял Хуа Чэн, — Это может быть ловушка… Се Лянь кивнул, вытаскивая небольшую черную коробочку. — Ловушка или не ловушка, нам нужно быть подготовленными. — наемник открыл коробку и достал что-то маленькое. — Позволишь? Хуа Чэн немного наклонился. Се Лянь закрепил на его воротнике отслеживающий жучок, а затем вручил микронаушник. — Я буду следить за твоими перемещениями и слышать, что происходит вокруг тебя. Му Цин будет на подстраховке… Я справлюсь с делом поскорее и сразу к тебе… — в его голосе сочилось неприкрытое беспокойство. Мужчина взял его за плечи, подбадривая. — Гэгэ…все будет хорошо, думаю, он снова хочет посмеяться надо мной и показать, где мое место. — Он не ослабляет бдительности, но все это выглядит слишком уж странным. — Ты тоже будь осторожен, хорошо? Се Лянь обнимает его. — Обещаю. Они не спешат отстраняться, а после долго едут в тишине.

***

Место было…жутким. Идеальная локация для съемок фильмов про маньяков и наркодиллеров. Самая окраина города, почти не ездят машины. Начали закрадываться мысли, что Бай Усянь хочет его убить и закопать здесь же. С другой стороны, ему бы не пришлось отсылать Хуа Чэна на другой конец города, чтобы сделать это безнаказанно. Он еще раз глянул на часы. Если его все же собираются здесь прикончить, то убийцу наняли не пунктуального. Хуа Чэн по привычке потянул руку в карман, но сигарет в кармане не оказалось. Даже скрасить ожидание нечем. Вдалеке мелькнула знакомая макушка. Му Цин… В какой-то степени приятно, что его охраняют. И что наемник, наверняка, бесится с этого. — Вы пришли за товаром? — раздался гремучий голос за спиной. Именно, что гремучий, казалось, что этим голосом можно не то, что стекло лопать, камни… Детектив обернулся и на секунду обомлел. Он сам ростом был выше среднего, но человек перед ним… Был точно не ниже двух метров, а ко всему прочему был похож на груду мышц. — Вы пришли за товаром? — вновь спросил великан уже более раздраженно. Хуа Чэн кивнул, громко сглотнув слюну. — Ага… Громила протянул ему длинный сверток. Детектив снял упаковку и увидел изогнутый клинок, сверкающий серебряным светом. — А… — он немного стушевался, что в таких случаях нужно делать? Пожать руку? Бежать? Чего он ждет? — Спасибо? Громила кивнул и развернулся. Хуа Чэн долго смотрел ему вслед, чтобы убедиться, что тот отошел достаточно далеко, и только тогда развернулся. Раздался звонок телефона. На экране высветилось: «Гэгэ» Детектив облегченно вздохнул и поднял трубку. — Ты в порядке? Этот голос… — спросил Се Лянь. Детектив еще раз скептично посмотрел на сверток. — Порядок. Этот меч…извините…ятаган такой уродливый, Бай Усяню подойдет. Из динамиков раздался смешок. — Только ему так не говори… Я уже прибыл на место… И…у Му Цина что-то случилось, он сказал, что уйдет. — звучало странно. Что такого могло произойти у наемника, чтобы тот сразу рванул с задания? — Я понял. Попробую словить что-нибудь и добраться обратно. Буду ждать тебя дома. Они попрощались. Хуа Чэн ускорился, желая поскорее выбраться отсюда. Он не сразу понял, что улыбается. Буду ждать тебя дома… Это прозвучало так обыденно. Он даже свою старую квартиру не мог назвать домом, а сейчас… Раздался выстрел. Детектив быстро собрался и вытащил пистолет, выискивая цель. Пуля пролетела в паре метров от него. Черт… Похоже стреляли из окна. Он юркнул в ближайшее здание. — Блядство… — прошипел он. — Ты этого добивался, да? — но думать об этом не было времени, сперва выбраться. Хуа Чэн прислушался. Кто-то направлялся к нему. Руки сильнее обхватили ручку пистолета. Он сделал шаг вперед и сделал два выстрела. Они попали точно в цель, но… Бронежилет и шлем… Вашу мать… Раз он выдал свое местонахождение, остается только…бежать! Здание не обладало богатым разветвлением коридоров, поэтому Хуа Чэн здесь был как на ладони, он петлял и бежал зигзагами, уклоняясь от выстрелов. Ему нужно на открытое пространство. И только он собирался выбежать из здания, как перед ним выросла громадина. Та самая, что отдала ему ятаган. — Сука… — прошипел Хуа Чэн, когда из рук выбили пистолет. Пришлось достать саблю. Сражаться он не умеет… Но у клинка есть острый конец… Главное, добраться до пушки, а там… Громила совсем не испугался ятагана и полетел на Хуа Чэна как умалишенный. Детектив сжал рукоять и выставил лезвие перед собой. Он знал, что даже так шансы невелики, поэтому собирался лишь защищаться. Он не знал, с кем столкнулся… Лезвие прошло через грудь нападавшего. Детектив не мог поверить, что громила даже не уклонился. И его замешательства с лихвой хватило великану. Тот взял его за шиворот и швырнул об стену. Хуа Чэн сполз на пол, чувствуя, как трещат кости. Ему удалось сбежать, он так думал, пока его вновь не вдарили об стену и не забросили в какую-то затхлую комнату. Великан захлопнул дверь и начал угрожающе надвигаться. Хуа Чэн отполз, отхаркивая кровь. — Для Кэмо честь убить того, кто мешает Владыке! — с этими словами он вытащил из груди лезвие, отбросив его подальше. Из кармана выпал телефон. Хуа Чэн мельком увидел пропущенные звонки и сообщение: «Сань Лан! Ответь!» — Помогите…гэгэ… — прохрипел он. Кэмо наступил на телефон. И наклонился к мужчине. — Я принесу ему трофей! — великан пригвоздил детектива к земле, всунув нож тому в плечо. Хуа Чэн закричал, когда в глазнице оказались пальцы. Убийца вытащил глаз, довольно разглядывая. Детектив сжал зубы, вытащил из плеча нож и всадил его Кэмо в шею! Тот повалился на землю. А Хуа Чэн начал бешено всаживать нож тому в шею. — Сдохни! Сдохни! Сдохни! — кричал он, не успокоившись даже, когда убийца уже не подавал признаков жизни. Боль парализовала его. Он упал в обморок, не выпуская нож из рук.

***

Хуа Чэн проснулся, скорчившись от сильной боли по всему телу. Титанических усилий стоило открыть единственный глаз. Все его тело оказалось перемотанным, причем очень хорошо.Даже на правой глазнице была мягкая медицинская повязка. Он начал судорожно вспоминать. Пристань. Цинсюань. Выстрел. Кровь. — Гэгэ… Голова противно гудела, пока он пытался собрать мысли в кучу. Хуа Чэн готовится закричать, как вдруг ему зажимают рот и вводят шприц в шею. Раз он до сих пор жив и даже перевязан…значит это были Му Цин и Фэн Синь. — Гэгэ… — вновь шепчет он, будто это единственное слово, которое он способен произнести. Он должен…должен найти. Его… Или… тело… Хуа Чэн встает с кровати и тут пошатывается. — Я убью…его… — желчь скапливается в его словах, он делает глубокий вздох, стараясь привыкнуть к боли и прикрывает глаз. Дверь скрипит. Детектив поднимает голову, чтобы спросить, но все слова становятся липким комом в горле. — Гэгэ… — вновь шепчет он, будто увидел привидение, хотя…быть может, так оно и есть. — У тебя сломаны ребра, нельзя двигаться. — наемник подходит и с небольшой силой усаживает Хуа Чэна обратно на кровать. Тот лишь поддается, все еще завороженно глядя на наемника. — У тебя открылась рана… — говорит Се Лянь, откашливаясь. Он подходит к столу и берет из аптечки медицинские нитки и иглу. Неужели…это все ему мерещится. Но боль такая…настоящая, и сердце так по-настоящему бьется о грудную клетку, и игла так по-настоящему проходит сквозь кожу. И Се Лянь…он так по-настоящему хмурится, когда ему приходится сесть Хуа Чэну на бедра, чтобы было удобнее зашивать. Детектив затаил дыхание, боясь спугнуть этот дивный морок. — Ты жив… — он еле шевелит губами, и слова нехотя, но все выходят изо рта. Игла застывает всего на секунду. — Ты тоже… — тихо говорит Се Лянь, продолжая зашивать рану. Это единственные слова между ними. Хуа Чэн продолжает молча наблюдать за сосредоточенным лицом, а Се Лянь, наоборот, избегает смотреть на него. — Извини, Му Цин уехал, а я не умею так аккуратно зашивать. — отстранено произносит наемник. Хуа Чэн внимательно вглядывается в лицо напротив. Словно ищет обман, несоответствие. — Гэгэ… Ты правда настоящий? Я видел… Се Лянь отрезает нить и хочет встать, чтобы вернуться к аптечке, но у Хуа Чэна возникает внезапный страх, что стоит наемнику подняться, как тот исчезнет. Он подтягивает ноги и сжимает их вокруг талии Се Ляня. — Тебе не… — растерянно тараторит наемник. Детектив сжимает ноги еще сильнее, чтобы наемник точно не мог сбежать. — Ответь мне… ты правда жив? На пристани я… — возможно, он выглядит как безумец, но после всего этого у него есть право быть таковым. Се Лянь рвано вздыхает, отбрасывая иголку с нитью на кровать. — Правда… Я расскажу тебе позже… Просто поверь, что я настоящий… Даже в темноте Хуа Чэн видит, скопившиеся слезы в глазах Се Ляня. — Гэгэ…не плачь… Наемник проводит пальцами по повязке, едва касаясь. — Я так виноват…виноват…– Цзюнь У подставил меня… Он сделал так, чтобы все думали, что смерть Ши Уду на моей совести… Я пришел к нему… и он смотрел…как тебя истязают…- крупные капли начали безостановочно скатываться по щекам. — Я собирался выстрелить в него и… — он громко всхлипнул. — Из-за меня ты ранен…и глаз… И… Слезы падали с лица наемника на лицо детектива, смешиваясь сего собственными. Се Лянь продолжал бессвязно тараторить и молить о прощении. Хуа Чэн мог только притянуть его к груди и прошептать: — Ты жив…гэгэ… я так счастлив…