Вы.

Стук в дверь. — Вы хотели поговорить, профессор? — спросила Минерва, сдерживая волнение. Она ведь знала, что каждый визит Дамблдора всегда предвещает что-то важное. — Да, — ответил Альбус, голубые глаза полны серьезности. — Полагаю, вы в курсе о существовании оборотней? Она нахмурилась. Оборотни всегда были темой, вызывающей множество споров и страхов в волшебном мире. — А как вы сами считаете? — спросила она, стараясь скрыть тревогу в голосе. — У нас скоро появится ученик-оборотень, — произнес он с вздохом. — Что!? Вы серьезно? — её голос дрогнул от шока. Мысли о том, что в Хогвартсе может оказаться оборотень, явно смутили её. — Минерва, успокойтесь, — сказал Дамблдор, заметив её растерянность. — Я понимаю ваши опасения. — Это опасно! — возразила она, вспоминая о предрассудках и страхах, которые окружают оборотней. — Они могут представлять угрозу для других учеников! — Вы понимаете, как ему тяжело? — произнес Дамблдор с мягким укором. — Он будет сталкиваться с предвзятостью и непринятием, даже здесь, в Хогвартсе. — Нет, и не хочу понимать! — резко ответила волшебница. Она была сторонником порядка и безопасности особенно. Особенно в школе. — Ему действительно больно, Минерва. Он не выбирал эту судьбу, — продолжал Дамблдор, пытаясь донести до неё хоть что-то. — А остальным не больно? — парировала она, всё ещё не желая уступать. Под конец фразы на глазах ели заметно появились слёзы. В голосе почувствовалась какая-то затаенная обида. — Я вас прошу, помогите ему! — настойчиво сказал Дамблдор. Его голос стал более решительным. — Каждый месяц он будет переживать мучения в одиночку. Это ужасно. — Прошу прощения, но как именно? — спросила она с сорказмом. — Вы анимаг, Минерва. Вы сможете понять его лучше, чем кто-либо другой. Вам нужно будет быть рядом в эту ночь, когда он превратится. — Кто вам это сказал? — её голос стал холодным. Она не любила обсуждать свои способности и считала их личным делом. — Я вас учил! — напомнил ей Дамблдор с лёгкой улыбкой, но его глаза оставались серьёзными. — И теперь я прошу вас использовать свои знания и умения во благо. — Это не имеет значения! — отрезала она. Её внутренние страхи и предостережения боролись с желанием помочь. — Минерва, это не просьба, а приказ. Еще одно слово — и вы вылетите отсюда! — его голос стал более властным. Она замерла на мгновение. Это были личные предпосылки и боязнь потерять статус. — Я вас поняла, профессор, — наконец произнесла она тихо.