Амариллис

— Что это? — выгибает бровь Аластор, когда слегка припозднившийся Вокс швыряет небрежным движением на стол какую-то глянцевую бумажку, больше похожую на открытку. — Приглашение на свадьбу, — поясняет мужчина как ни в чем не бывало и заваливается на стул напротив. — Мою. Такой ответ плодит в голове Аластора только больше вопросов. Вокс — ветреный человек, кочующей от партнера к партнеру. Никогда еще у него не заходило ничего дальше разговоров и, максимум, помолвки, которая рано или поздно рвалась им же, когда отношения разваливались или наскучивали. А тут — свадьба. — Ты обручен? — уточняет Аластор, как-то брезгливо подцепляя вычурное приглашение. — В экстренном порядке. — И не сказал мне? В словах Аластора не слышится упрека, лишь какое-то вселенское безразличие. — А зачем? — хмыкает Вокс, откидываясь на спинку стула и сложив на груди руки. — В любом случае вряд ли бы это закончилось свадьбой. Я так думал, по крайней мере. — И что же изменило твои планы? — уточняет приятель, увлеченно рассматривая сомнительный фотошоп оформления. Вокс тяжело вздыхает, заставляя тем самым поднять на него взгляд. — Отец. Он подозревает, что я сплю с мужчинами. — А ты — нет? — усмехается иронично Аластор, улыбаясь с паскудной невинностью. — Сам знаешь, — фыркает раздраженно Вокс. О, Аластор прекрасно это знал. Вокс не любил распространяться о своих партнерах — это верно. Зато эти самые партнеры жутко любили ревновать и конечно же первым под определение любовника попадал Аластор — друг, ради которого Вокс готов был сорваться в любой момент хоть на другой конец города, а то и дальше, если потребуется. Иногда Аластора это даже веселило, но в основном раздражало. Раздражало, что все эти партнеры-однодневки смели к нему лезть, считая себя гораздо более значимой фигурой в глазах Вокса. Но Вокс, на самом деле, любил только себя, а предан был только Аластору и их странным взаимоотношениям. — Так что я без пяти минут женатый человек! В голосе Вокса не было ни капли беспокойства. Конечно, его жизнь и после женитьбы ни на гран не изменится. Он умел изменять и делал это со всеми своими партнерами, которым клялся в любви. Ветреный и жадный до внимания. — Кто знает, может это даже поможет мне остепениться. Аластору было смешно. Но он не стал разбивать беспечные иллюзии Вокса, который обрекал какую-то несчастную женщину на страдание только от того, что его гомофобный отец с военной выправкой решил успокоить так свое старое сердце. Аластору не было до этого дела. Пока Вокс не начал рассказывать о своей невесте с восхищенным блеском в глазах. Он упоминал о своей избраннице всегда вскользь, но в его голосе при этом слышалось что-то… что-то, что выдавало в нем какое-то волнение и надежду. По крайней мере Аластору так показалось. Будто бы приятель действительно решил, что эта женщина способна заполнить в его жадном сердце бездну. И в этом не было бы ничего удивительного. Вокс всегда надеялся, что перестанет так часто менять партнеров. Однако ситуация стала хуже и в какой-то момент он стал избегать немногочисленных встреч с Аластором. Вечные отговорки да шутки. Если пару раз это еще можно было стерпеть, то потом навязывался логичный вопрос. — Что происходит, Вокс? — спросил Аластор в лоб. — Знаешь, мне нужно уверить отца, что я только по женщинам. А тебя он подозревает в том, что ты мой любовник. Сам понимаешь. Аластор всегда искренне считал, что ему плевать на Вокса. Что он лишь забавное дополнение, с которым иногда можно встретиться. Но сейчас это было что-то… Будто бы у него отняли не слишком любимую игрушку. И пусть она ему хоть трижды не нужна — она его собственная, а значит должна оставаться неприкосновенна. Принадлежать только ему одному. Пылиться в углу, но принадлежать ему. Хотелось ткнуть Вокса в его собачью к нему преданность, чтобы он не смел даже думать о том, чтобы добровольно отдалиться. Если они и перестанут общаться, то только от того, что Аластор так решит. Нужно было лишь придумать как. И ответ нашелся… Любопытный. — Милый, я все никак не пойму, — вздергивала в удивлении тонкие брови Рози, когда Аластор поделился с ней ситуацией, естественно опуская многие подробности и собственные мысли. — зачем тебе этот влюбленный мальчишка? — Влюбленный? — непонимающе переспросил мужчина. Горячо любимая подруга смотрела на него как на наивное дитя. — Разве не очевидна его влюбленность в тебя? Мне хватило одного взгляда на ваше общение, чтобы понять это. Аластор никогда не смотрел на это… под таким углом. Да, Вокс влюблялся в мужчин, но Аластору было чужда и влюбленность в целом и к мужчинам в частности. Хотя, если быть до конца честным, он предпочитал не замечать неудобные для себя вещи, просто считая Вокса немного помешанным. Это позволяло ему и дальше ничего не делать с их взаимоотношениями. Меньше всего хотелось их усложнять. С другой стороны… — Был бы он в меня влюблен, он бы не стал избегать встреч. Рози печально усмехнулась, понимая, что человек перед ней никогда в своей жизни ни в кого не влюблялся и не чувствовал мучений безответной любви. Пожалуй, женщине было даже немного жаль этого Вокса. И она прекрасно понимала, почему мальчишка, получив шанс и причину оборвать их мучительное общение сделал такой выбор. — Понимаешь, — мягко начала она, — иногда это приносит боль. А люди не любят боль и пытаются от нее сбежать. Однако Аластор вынес из этого разговора только одно. Если Вокс действительно в него влюблен — это его уязвимое место. Шанс одернуть за натянувшийся поводок назад. И сделать это нужно было как можно больнее. Чтобы запомнилось надолго. ~ Аластор назначил Воксу встречу в день свадьбы. Обещал, что они лишь поговорят и вместе отправятся на церемонию. Вокс сильно сомневался, но в итоге явился точно в срок. — Ну так что ты хотел обсудить? — фыркает Вокс. — Давай только быстрее, нам еще за город ехать. — Это не должно занять много времени, — хмыкает Аластор, отходя от кухонной тумбы и подходя к приятелю. Он вцепляется в его галстук и тянет на себя, вынуждая повернуться к себе лицом, а затем резко склоняется с поцелуем. Вокс удивленно вскидывает брови и пытается отшатнуться, но твердая рука продолжает натягивать его галстук, фиксируя на месте. Мужчина отпихивает Аластора рукой и с изумленным видом закрывает нижнюю часть лица ладонью. — Что на тебя нашло?! — Разве не этого ты хотел? — спокойно прашивает тот, чуть склонив голову набок. — О чем ты?.. Вокс кажется растерянным. Таким… жалким. На мгновение Аластор даже сомневается, стоит ли это существо таких жертв с его стороны, но в итоге все-таки отвечает. — О твоей влюбленности в меня, конечно же! — и улыбается. Вокс сначала еще больше теряется, а затем хмурится, кривя губы. — Не понимаю, о чем ты. — Не понимаешь? Даже если я предложу взять меня прямо на этом столе? Поистине это лицо Вокса могло бы быть самой смешной вещью в этом мире. Такая гамма эмоций промелькнула на нем всего за какое-то короткое мгновение. При чем половина из них резко отрицательные, насколько мог судить Аластор. — Ал… — Да? Вокс потер веки двумя пальцами и поднялся с места. — Нам уже пора ехать. По крайней мере мне. Не хочется опоздать на свою же свадьбу. Аластор улыбается шире. Вокс отводит взгляд, пытается уйти, но хватает всего одного прикосновения к плечу, чтобы он остановился и не пытался вырваться. — Ты правда хочешь именно этого? — насмешливо уточняет Аластор, будто бы знает Вокса от и до. Тот скрипит зубами, хмурится, чувствуя как медленно в нем нарастает безудержная злость и обида. — Что ж, если это так, то… — отстраняет Аластор руку, но договорить не успевает. Вокс резко разворачивается на каблуках и прижимает его поясницей к кухонной тумбе. Опасно щурится, скребет ногтями по гладкой поверхности. И смотрит в самодовольные ублюдские карие глаза своего ублюдского друга. Друга, который видел его насквозь. ~ Аластор в какой-то момент жалеет о том, что спровоцировал Вокса. Жалеет он конкретно в тот момент, когда его в очередной фрикции берут за тыльную сторону шеи и вдавливают лицом в поверхность стола. Ощущения лишь смутно приятные, в основном — дискомфортные. Эти игрища ему надоели уже в самом начале, где Вокс покрывал его тело поцелуями и лапал везде, до чего только доставали загребущие руки. И, честно говоря, у него были мысли обломать Вокса по всем правилам науки. Оттолкнуть. И, вероятно, забыть как страшный сон всю эту ситуацию и свою глупую идею. Но… Было что-то в том, что стоило лишь поманить пальцем, как этот мужчина уже готов забыть о своей свадьбе через пару часов, лишь бы не упустить шанс переспать со своим приятелем. Вокс такой ужасно жалкий в своих слабостях. В своей похоти. Аластору хотелось лишь смеяться над ним. И одновременно с тем напоминать, кому именно он на самом деле принадлежит. Вовсе не себе и уж тем более не этой неудачливой невесте. — На церемонии ты скажешь нет, — говорит Аластор, когда они, отойдя от случившегося, начинают одеваться. — Что? — Ты меня прекрасно слышал. — Ал, я… Хватает одного красноречивого взгляда, чтобы Вокс заткнулся. Поджал губы и отвел взгляд. И в итоге прикрыл глаза. — Ладно. — Скажи вслух. — Ладно, на церемонии я скажу нет, — ледяным тоном повторяет Вокс. — Доволен? — Буду, как только ты это сделаешь. И Вокс действительно это сделает.