Мех и перья (бета)

Снежный лес был тих и безмолвен. Лишь редкий треск веток под тяжестью снега и завывание ветра в вышине нарушали это мёртвое спокойствие. Джон, крылатый шагал осторожно, зарывая сапоги в хрустящем снегу, а хвост оставлял невесомый след на белоснежной коже земли. Его чёрные крылья были сложены за спиной, перья поблескивали в лунном свете, а меч был надёжно закреплён на поясе. Он ненавидел когда его отправляли на патрули в одиночестве, особенно такие. Хоть это и была вынужденная мера, в этот месяц уж больно много заболевших и людей для разведки и охоты попросту нет. Северный лес был предательски коварен — холод пробирал до костей, а опасность могла появиться из ниоткуда. Но задание было важным: в округе видели дикаря, и Джону поручили найти следы и сообщить права ли это. И почему именно он? Он вообще то стюард Одичалые, с настороженностью подумал Джон, сжимая рукоять меча в ножнах. "Они словно звери. Грязные, жестокие и бесчестные." В попытке уловить движение глаза пристально сканировали лес, пока он медленно продвигался вперёд, оставляя за собой глубокие следы в снегу. Но дикарь уже нашёл его. Всё случилось быстро. Сначала Джон услышал шум — мягкий, но определённо не природный. Он резко обернулся, выхватив меч. Но было поздно. Огромная фигура с рыжим меховым плащом, в котором сливались медвежьи уши и густые волосы, выбросилась вперёд. Прежде чем Джон успел взмахнуть мечом, дикарь схватил его за плечо и рывком сбил с ног. — Ха! Поймал! — голос мужчины был глубоким и гулким, с оттенком смеха. Он весело посмотрел на Джона, прижав его к земле. — А я думал, птицы летают лучше, чем ходят. Джон зашипел от ярости, расправляя крылья, чтобы попытаться сбить противника. Но дикарь был сильнее. Он прижал Джона к земле, его большие руки легко удерживали крылатого мужчину. — Спокойно, воронёнок, — ухмыльнулся дикарь. — Я Тормунд. А ты чего бродишь по лесу один, вороны обычно бродят отрядами, ты потерялся? — Убери свои грязные руки, дикарь. — прорычал Джон, изо всех сил пытаясь освободиться. Но сила противника была непреодолимой. — Грязные? — Тормунд поднял брови, смеясь. — Это снег, милок, а не грязь. И вообще, ты сам как будто не в лесу вырос. Джон стиснул зубы. Он ненавидел, когда его дразнили. Ситуация становилась всё более унизительной. — Если ты хочешь убить меня, то сделай это быстрее. — холодно сказал он, глядя в голубые глаза Тормунда. — Или отпусти меня и сразись честно. Одичалый посмотрел на него, прищурившись, словно разглядывал нечто любопытное. Затем он вдруг расхохотался. — Убить? Тебя? Да ты слишком забавный, чтобы я тебя убивал! К тому же… ты необычный. Никогда не видел чёрную птицу. Ты прямо олицетворение дозорных на стене. Чёрный ворон, чёрный брат, хе-хе-хе. Так что ты тут делаешь один одинёшенек? Джон только сильнее нахмурился. Он не собирался отвечать на глупые вопросы дикаря. Однако Тормунд, кажется смирился и больше не ждал ответа, а хотел лишь позлить ворона. Он встал, освобождая Джона, и протянул ему руку. — Ну, поднимайся, воронёнок. Я не съем тебя, честное слово. —улыбнувшись всеми своими зубами пролепетал мужчина. И теперь Джон смог лучше разглядеть невольного собеседника. Перед ним стоял двухметровый мужчина, рыжий, с бородой и веснушками. Судя по всему он был медведем, на это указывали маленькие уши, клыки и высоченный рост. — Я тебе не доверяю, дикарь. — процедил Джон, но всё же встал, проигнорировав протянутую руку. — А зря воронёнок. — пожал плечами Тормунд и скорчил обиженную мину. — Мы, не такие уж плохие, как о нас говорят. Но тебе, наверное, этого не понять. Вы, дозорные, такие серьёзные. Всё честь, долг… скукотища. Джон проигнорировал его болтовню, потянулся к мечу. Однако Тормунд, словно угадав его намерение, быстро оказался рядом и выбил оружие из руки. В следующий миг его лицо оказалось в нескольких дюймах от лица Джона. — Вот и зачем тебе эта железяка? — тихо спросил он, с лёгкой усмешкой. — Я же сказал, что не причиню тебе вреда. — И я должен тебе поверить? — Серьёзно спросил ворон снова глядя в глаза перед ним. Его сердце стучало быстрее, чем он хотел бы. Этот дикарь был не таким, как он ожидал. Вместо жестокости и злобы в нём было что-то… тёплое. Что-то, что смущало Джона. — Конечно. Я ведь самый честный медведь на этом краю света. — Тормунд улыбнулся, широко, искренне. Его веснушки сверкали в лунном свете, как рассыпанные звёзды. "Что за нелепая ситуация," подумал Джон, снова отступая на шаг. Но вместо того чтобы уйти, он спросил: — Что ты делаешь так далеко от своей общины? Тормунд перестал улыбаться. В его глазах на миг появилась тень. — А это уже не для твоего клюва дело. Джон нахмурился — Почему? — Не твоего ума дело парень. — повторил рыжий, но его голос утратил привычную шутливость. Он отошёл в сторону и присел на ближайший поваленный ствол дерева. — Слушай, тут холодно. Если хочешь болтать, то хотя бы сядь рядом. Обещаю не кусаться. Джон колебался. Но в конце концов всё же подошёл и сел на безопасном расстоянии. Они молчали несколько минут, каждый погружённый в свои мысли. — Тебя ведь зовут Тормунд? — наконец спросил Джон, нарушая тишину. — Единственный на весь север. А что скажешь про себя? У тебя есть имя, воронёнок? Заулыбался медведь и сложил руки на груди. — Джон, — коротко ответил он. — Джон… — Тормунд повторил его имя, пробуя на язык. — Простое имя. Но, думаю, тебе идёт. Простое, серьёзное… как ты сам. — Ты слишком много говоришь. — недовольно пробормотал Джон. Но, к своему удивлению, он понял, что не испытывает больше отвращения к этому дикарю. Напротив, его весёлый нрав и лёгкость начинали вызывать у него интерес и, симпатию что ли. Они провели всю ночь, разговаривая у костра, который разжёг Тормунд. Лес по-прежнему оставался холодным и враждебным, но между ними что-то начало меняться. Сначала Джон думал, что это просто временное затишье, но с каждым часом он всё больше понимал, что смотрит на Тормунда уже не как на врага. В конце концов он сказал одичалому уходить дальше от стены, ведь другие «вороны» вряд ли будут такими же благосклонными как брюнет. После своего совета крылатый взмахнул крыльями и взлетел удаляясь. Про себя думая о том как в голубых глазах дикаря светилась искра, которую было невозможно не заметить. Ему было спокойно и на удивление комфортно общаться с этим существом.