FAKER

      «Шэдоу… Помоги людям… Дай им ещё один шанс…»       До сих пор эти слова проносились в голове тёмного ежа и не покидали его. Он услышал их впервые несколько лет назад на колонии АРК, когда был готов к завершению своей единственной цели — уничтожении Земли. Но, как потом оказалось, его главной задачей было вовсе не это. За это прозрение можно было благодарить только случайно встретившуюся на пути ежиху, которой принадлежали те самые слова. Он помнил, как она произносила их, с какой интонацией, какие чувства вкладывала в них, сколько в них было надежды, искренности и отчаяния. Точно, как Мария говорила когда-то те же самые слова.       Он до сих пор поражался тому, что именно эта ежиха оказалась рядом с ним в тот самый момент и напомнила ему о своём обещании. Она, никто больше. И почему же так случилось? Возможно ли, что в ней живёт переродившаяся душа Марии, желавшей мира на Земле, или это просто случайность? Так или иначе, судьба свела его именно с ней — розовой ежихой по имени Эми Роуз.       Прокручивая все воспоминания о ежихе, Шэдоу поймал себя на мысли, что он не смог даже поблагодарить её за те слова, что она сказала на колонии. Как никак, а ведь тогда он был близок к совершению своей главной ошибки, из-за которой мог бы проклинать себя всю оставшуюся жизнь, не окажись рядом Эми. Можно сказать, она послужила главной причиной спасения планеты, которую любила Мария.       «Стоит поблагодарить её при нашей следующей встрече…»       — Соник! Вот ты где!       Лёгкий, нежный голос послышался издалека и отвлёк Шэдоу от раздумий, издаваясь звонким эхом. Ухо тёмного ежа непроизвольно дёрнулось в сторону звука, словно хотело услышать его очень давно, но ёж успел лишь услышать приближающийся топот ног бегущей к нему ежихи, которая резко бросилась на него с объятиями.       — Я так скучала по тебе.! — ежиха крепко держала пойманного за пояс и, уткнувшись носом ему в спину, тёрлась им. — Я думала, что не успею увидеть тебя перед уходом…       Всё это, кажется, уже происходило когда-то раньше. Шэдоу вспомнил ещё один случай, когда он повстречал Эми ещё до колонии. В тот день он находился на Призон Айленде вместе с Доктором Эггманом и Руж, готовясь к проникновению на базу. Ничто не предвещало их встречи, но она случилась по одной довольно простой и нелепой причине. Она случайно спутала его с Соником и в порывах чувств набросилась на него, окутав в своих крепких, но нежных объятиях, как сейчас. Это произошло настолько быстро и внезапно, что Шэдоу даже не успел понять, что в данный момент происходит. То, как она обводила свои нежные руки вокруг его плеч, чуть сильнее прижимая свою грудь к его спине, и радостно хихикала, заставляли его трепетать так, как никогда раньше. Но позже, когда она поняла, что ошиблась, испуганно отстранилась от него и чуть ли не возмущённо кричала: «Ты не Соник!». Тогда-то Шэдоу впервые узнал её имя, понял, что для неё значит Соник, и впервые почувствовал тепло её искреннего чувства любви.       Сколько бы времени ни прошло, Шэдоу до сих пор помнил всё это, и с каждым разом эти воспоминания обостряли те ощущения теплоты всё больше и больше. Он был точно уверен, что рано или поздно это его отпустит, но пока он ждал этого, воспоминания возвращались к нему каждый раз новой сильной волной. Кажется, даже сильнее, чем воспоминания о Марии. И сейчас он испытал эти очередные странные ощущения с крайним удивлением.       Шэдоу стоял, как вкопанный, и слушал голос Эми сзади, ловя каждое его настроение. Он слышал в нём неподдельную радость и, самое главное, то, что слышалось сильнее всего — любовь. По его коже пробежали мурашки. Какое же всё-таки странное, сильное чувство… Он не шевелился, не хотел прерывать такой момент, но ловил всё, что слышал и чувствовал, поглощая всем своим телом. Всё, что Эми давала ему добровольно, пока она не опомнилась.       — Ой! — Ежиха освободила Шэдоу от объятий и отскочила от него. — Ш-Шэдоу, прости! Я тебя снова перепутала с Соником!       Ёж продолжал стоять, не меняя положения тела, словно Эми продолжала обнимать его. Он знал, что она уже его заметила, но не хотел отходить от этого внезапного момента. Тем не менее, среагировать пришлось:       — Ничего, — монотонно, как обычно, но слегка нервно проговорил Шэдоу. Он не хотел поворачиваться к ней лицом, боясь, что он выглядит сейчас крайне смехотворно от вспыхнувших эмоций, и Эми легко это заметит. — Это уже не в первый раз, я привык.       После его слов нависла странная тишина. В его груди что-то ёкнуло. Что это? Смущение? Шэдоу растерялся. Его эмоции оглушили его разум, и, не отдавая отчёт тому, что он делает, он решил повернуться к ежихе и сказать что-то в оправдание. Но позади он увидел её уже убегающей по дорожке к своему дому. Тоже смутилась от неловкого момента? Вряд ли… Наверняка просто продолжила поиски своего настоящего возлюбленного.

***

      Как ни странно, но с того момента Шэдоу не мог привести своё состояние в норму ещё довольно долго. Всё же его никто никогда раньше не осмеливался трогать, что уж говорить об объятиях, в которых всегда присутствовало что-то более интимное, чем просто физическое взаимодействие. Тем более, когда ещё к ним примешана любовь… Чем больше Шэдоу погружался в эти мысли, тем сильнее его одолевало чувство, что он не должен быть в этом замешан. Ведь его спутали с совершенно другим ежом, который ничем не сравним с ним. Как так вышло? Почему она снова путает его с таким идиотом, как Соник? И почему она вообще его любит?       В голове пронеслось воспоминание о первой встрече с Соником, и вместе с ним — неприятные чувства. «Подделка!» — первое слово синего ежа, которым он назвал его. Как он посмел? Кем он себя возомнил? Шэдоу тогда не понимал, что на самом деле и впрямь являлся не настоящим ежом, а искусственно созданным. Тем не менее… Сейчас он всё ещё не мог в это верить.       «Неужели в этом плане я хуже него?»       Эта мысль, неприятная, мерзкая, вызвала у Шэдоу раздражение. Не то, что он считает, будто Соник и вправду лучше него. Хотя события из прошлого заставляют в этом усомниться. Если у синего ежа есть тот, кто искренне его любит, и кого он может защитить, то почему у Шэдоу больше нет этого человека? Нет Марии…       Тёмный ёж встряхнул головой, дабы вытрясти из себя эти ненужные мысли. Что за чушь? Сдалась ему эта любовь. Эми сама несчастна и глупа — бегает за тем, кого не догонит ничьё чувство привязанности и преданности. Соник сам не знает, что они означают — не такое он существо, как Эми. Между ними большая пропасть. Странно, что Эми до сих пор никак этого не поймёт. Или же она понимает, но не хочет принимать это. Что ж, в таком случае Шэдоу ещё сильнее этого не понять и не принять.       «Будь я на месте Соника, всё было бы совершенно иначе»       Ещё одна идиотская мысль, от которой хотелось отряхнуться, как от пыли. Встать на место Соника невозможно — они с ним слишком разные. У них разные взгляды на жизнь и на самих себя. Велика вероятность, что тогда бы Эми точно не смогла влюбиться в Шэдоу, ведь она полюбила Соника именно за те его черты личности, которых нет у него. О чём тогда здесь стоит размышлять?       Шэдоу, дабы отвлечься наконец от бесполезных мыслей, уставился на небо, помрачневшее от надвигающихся сумерек. Близится вечер, и ночью его ждут дела в городе поважнее глупых размышлений. По крайней мере, именно этой ночью.

***

      На утро поступила новость о том, что на деревню, где жили Соник и его друзья, напал Эггман. Его силы, как и ожидалось, были нейтрализованы, но не без потерь. Возникли также слухи о том, что во время борьбы команды Соника с Эггманом Эми повредила себе глаза.       Как только Шэдоу услышал об этих слухах у прохожих, его сперва ничего не удивило. От Эггмана можно ожидать всё что угодно, подобные новинки вполне в его стиле. Но новость о травме Эми вызвала у него странные эмоции. Она ведь была вместе с Соником и другими, почему её никто не смог защитить? Даже если она была очень неосторожна или невнимательна, всё равно… Сколько Шэдоу помнил, он никогда не замечал каких-либо ранений у Эми или у кого-либо ещё, кто был слабее Соника. Тому всегда удавалось уберечь своих друзей от угрозы жизни или здоровью за счёт своей скорости и способности всё быстро схватывать на лету во время схватки. Уж Шэдоу это точно знал — ему ни раз приходилось устраивать борьбу с Соником, и с тех пор ему известно, как на самом деле силён его соперник. Что помешало ему уберечь Эми во время последнего боя — неизвестно. Хотя, почему-то Шэдоу был уверен, что Соник просто напросто расслабился в последнее время насчёт безопасности Эми. В это предположение он верил или же, по крайней мере, хотел верить.       И всё-таки, тёмный ёж решил узнать подробности. Он направился к хижине Тейлза — друга Соника, решив, что будет лучше узнать всю интересующую его информацию у него, нежели чем у этого синего идиота. Связываться с Соником он хотел меньше всего на данный момент — не хотел видеть лицо того, кто не смог в полной мере защитить своих друзей от опасности. Шэдоу чувствовал — ещё немного, и скоро он снова начнёт считать его самозванцем, как когда-то раньше. Удивительно, как с ним рядом оказался такой светлый и умный друг, как Тейлз.       В хижине лисёнка находился гараж для самолёта, а по совместительству и мастерская, где рыжий механик проводил большую часть своего времени. Потому найти его было всегда просто — кто бы ни зашёл, он всегда находился у своих приборов или самолёта, увлечённо возясь в их механических внутренностях. Шэдоу ещё никогда не приходилось заглядывать к Тейлзу — либо было некогда, либо не было необходимости, как сейчас. Он ещё подумал о том, как лисенок отреагирует на его визит. Наверняка очень удивится или даже испугается. Как-никак, а ведь Шэдоу и впрямь очень внезапно решил посетить того, с кем никогда раньше не виделся. Дабы снизить уровень напряжённости у собеседника и дать понять, что он не намерен на какие-либо ухищрения, Шэдоу решил немного сменить свой типичный тон голоса на более мягкий и дружелюбный и, тихо шагнув за порог, заговорил:       — Здравствуй, Тейлз.       Тейлз стоял к нему спиной и закручивал гайки на участке самолёта как ни в чём не бывало, лишь дёрнув ухом в сторону гостя. Посмотреть на него он не удосуживался, так как был слишком увлечён своим делом.       — Привет! — бодрым голосом ответил Тейлз, махнув рукой, в которой держал свой фирменный инструмент — гаечный ключ, — Что, уже успел набегаться у пруда?       Шэдоу недоуменно дёрнул ухом. О каком пруде он говорит?       — Кстати, — продолжил лисенок, не сводя глаз со своей техники, — Я решил воспользоваться твоим советом и усовершенствовал скорость полёта, чтобы в дальнейшем было удобнее уворачиваться от атак.       Только теперь до Шэдоу дошло, что Тейлз перепутал его с Соником. На секунду его это немного разозлило, но он подавил в себе это чувство.       — Тейлз, это я, — всё тем же спокойным, но уже не таким высоким тоном высказался тёмный ёж.       Лисёнок тут же засомневался, точно ли он говорит с Соником, и только потом наконец обернулся и увидел не своего старого друга, а очень серьёзного Шэдоу.       — Упс! — удивился Тейлз, после чего не на шутку растерялся, — П-прости, Шэдоу, я думал, ты Соник. У вас так голоса похожи…       Тейлз неловко усмехнулся и, будто боясь увидеть непредсказуемую реакцию гостя, отвёл взгляд на гаечный ключ и аккуратно положил его на ближайший стол. Шэдоу же в ответ никакой реакции не проявил. Он всё так же излучал спокойствие, дабы показать доброжелательность по отношению к хозяину мастерской, хотя в душе у него и возникло колкое чувство подорванной индивидуальности. Узнать тот факт, что их голоса с Соником настолько становились похожими, когда он меняет свой тон, было для него внезапно.       — Так… что-то случилось? — решил начать диалог Тейлз.       — У меня — нет. Но я слышал, что недавно объявлялся Эггман.       — А-а, да-да… Ну, в целом, мы с ним справились.       — Кто-нибудь пострадал?       Тейлз выдержал паузу. На его лице возникло выражение некоторого удивления и замешательства. Он не ожидал, что Шэдоу начнёт задавать вопросы по поводу благополучия остальных. Ему казалось, что до них Шэдоу никогда не было никакого дела и не будет.       — Все в какой-то степени пострадали, но это ничего… — неловко ответил Тейлз, почесав за ухом.       — А Эми?       От такого вопроса лисёнок впал в ступор ещё сильнее, ожидая, что их диалог уже закончится после его предыдущего ответа.       — Эми… — протяжно проговорил Тейлз, словно пытался понять, какой секрет несло в себе это имя, раз уж Шэдоу напомнил о ней, и заговорил, направляясь в сторону странного объекта: — Ей досталось больше всех. Робот имел преимущества в вооружении, и… в итоге он поранил ей глаза.       Лисёнок, подойдя к объекту, скинул с неё простынь, и перед Шэдоу представился огромный бадник, поломанный в некоторых местах. По виду он отличался от тех, что были раньше у Эггмана — на нём была медная броня и очень длинные острые когти, расположенные на спине и клешнях. Вид у данной модели был устрашающий.       — У них совершенно другая система атаки, в отличие от предыдущих версий бадников, — объяснял Тейлз, показывая железные когти ежу. — Во время движения они подскакивают и вращаются вокруг своей оси, размахивая когтями. Остановить их было очень сложно…       Шэдоу внимательно слушал лисёнка, в подробностях представляя, как им пришлось отбиваться от этих роботов. Понять, как поранилась Эми, стало не так трудно. Слухи оказались правдивы.       — Странно, что у Доктора так резко поменялся стиль… — задумчиво протянул Шэдоу.       — Да-а уж, — с насмешкой согласился Тейлз, — Соник даже как-то пошутил на этот счёт, будто у Эггмана наступило «творческое обострение».       Пока рыжий механик посмеивался, Шэдоу стал сильнее мучить вопрос о том, как этот синий ёж мог допустить ранение своей подруги. Тейлз, судя по его виду, ни капли не пострадал после битвы.       — Кто ещё был с вами?       — Наклз и Хаотиксы, — ответил Тейлз. — И Руж помогла немного…       Шэдоу задумчиво наморщил брови и снова уставился на бадника. В голове до сих пор не укладывалось, каким образом среди всех участников битвы пострадала только Эми. Неужели рядом не оказался никто, кто смог бы ей помочь? Соник не смог защитить её?       — И в каком состоянии сейчас находится Эми? — спросил Шэдоу, продолжая внимательно разглядывать устрашающие клешни роботов.       — Она лечится у себя дома. Травма очень серьёзная, она пока не может видеть. Думаю, поправится ещё нескоро.       — Ясно… — Шэдоу тяжело посмотрел в пол и, решив больше не задерживать себя и Тейлза, направился к выходу. Всё, что ему было нужно, он уже узнал. — Спасибо за информацию.       Холодно и чересчур официально бросив фразу лисёнку напоследок, он вышел за порог и громко закрыл дверь. Тейлз же некоторое время ещё находился в сильном удивлении после визита нелюдимого Шэдоу. Что могло заставить его прийти к нему и получить подробности о нападении? Лисёнку узнать это уже не удастся.

***

      Шэдоу находился недалеко от границы деревни, в которой жили друзья Соника, и чащи леса, где он любил проводить большую часть своего времени. Его любимое место — высокий холм, на котором росло одно дерево, и на котором можно было легко наблюдать за жизнью в деревне. Отсюда казалось, что тебе подвластна вся её территория и, что ещё было важно для Шэдоу, никто никогда не узнает о твоём присутствии здесь. За исключением одной весьма прозорливой личности — Руж.       — Как всегда, ни услышать, ни увидеть… — Летучая мышь, уже и так заранее знавшая местоположение своего знакомого, спустилась с неба прямиком к нему под дерево, — Ну что, какие новости у ежа-одиночки?       — Никаких.       — Эх… — Летучая мышь от досады начала проверять свою одежду на наличие складок, дабы занять себя чем-нибудь. — Как же мало в последнее время интриги…       Шэдоу не отвлекался на свою знакомую, задумчиво смотря себе под ноги на шелестящую от лёгкого ветра траву. Его голову заполняли различные мысли, не дающие окружающим вещам обратить на себя даже малейшее внимание ежа. Руж это заметила и с любопытством понаблюдала за Шэдоу. Обычно его взгляд всегда устремлялся вдаль, на деревню, как-будто он пытался что-то там разглядеть. Во время их разговоров это было особенно не редкостью. Но сейчас его взгляд устремлялся на землю, тяжело и задумчиво. Такой нетипичный вид вызывал у Руж сильное любопытство.       — О чём думаешь? — решила спросить она.       Шэдоу не сразу услышал заданный вопрос от своей знакомой, однако, вместо ответа на него он задал свой:       — Ты участвовала в битве с Эггманом?       — Пришлось, — Летучая мышь сделала небольшую паузу. — А почему тебя не было?       — Я был занят другим делом.       Руж подозрительно покосилась на ежа и слабо ухмыльнулась.       — Твоя помощь была бы нам очень кстати. Тогда бы мы справились с яйцеголовым гораздо быстрее.       На какое-то время Шэдоу снова замолчал и отрешённо уставился на землю, Руж же не стала его оставлять в покое:       — Ты что-нибудь ещё слышал о нападении?       — Я слышал, что Эми была ранена в бою, — Голос Шэдоу прозвучал странно, не похоже на уверенность или непринуждённость, как это было обычно. Это ещё больше удивило Руж. — Она лишилась зрения из-за травмы глаз.       — Да… — с лёгкой ноткой грусти протянула летучая мышь, словно и вправду соболезновала ежихе, — Жаль её.       Уши Шэдоу невольно прижались от этих слов, но лишь на долю секунды. Он всё ещё думал о том, правда ли то, что случилось с Эми, или нет. Часть его будто не хотела до конца принимать этот факт.       — Ты знаешь, как это произошло? — искренне полюбопытствовал ёж.       — К сожалению, мне удалось только лицезреть, как наш синий герой надирает зад бедному Эггману, — с долей иронии ответила Руж. — А я в это время занималась взломом системы бадников. К моему прилёту Эми была уже ранена.       Тёмный ёж хмуро опустил взгляд и хмыкнул себе под нос с некоторой досадой. Он надеялся услышать от летучей шпионки больше подробностей, но, видимо, придётся ограничиваться лишь той информацией, что дал ему Тейлз. Руж же не переставала внимательно наблюдать за Шэдоу и заметила в нём странную игру эмоций, которую он старался не показывать.       — Почему ты решил меня спросить?       Шэдоу нервно дёрнул ухом от такого вопроса и инстинктивно скрестил руки.       — Не знаю, — резко ответил он и отвернул лицо в сторону от летучей мыши. Но Руж всё равно сразу поняла, в чём было дело. Она хитро ухмыльнулась и со странной лёгкостью заявила:       — Если ты за неё волнуешься, то проведай её.       Шэдоу быстро заморгал и недоумённо взглянул на Руж. В её исполнении эти слова прозвучали слишком просто и, как показалось, не несли в себе ничего парадоксального, если не учитывать тот факт, что она всегда говорила что-то сомнительное в подобной манере.       — Зачем? — Тёмный ёж, брезгливо фыркнув, отошёл от летучей мыши на несколько шагов. — У меня и другие дела есть.       — Ты имеешь в виду бесцельно бродить по местам, в которых даже мухи не гадят?       Руж лукаво улыбнулась, продолжая внимательно наблюдать за поведением Шэдоу. Того, кажется, уже немного перекосило от её слов. Он вспомнил, как размышлял недавно о своём намерении увидеть Эми и поблагодарить её за встречу в колонии, но почему-то не хотел делать это сейчас.       — У тебя и так крайне однообразная жизнь, — продолжала Руж. — Может, стоит внести в неё какие-то изменения?       — Меня в ней всё устраивает, — чуть грубее проговорил тёмный ёж из-за спины, стараясь уверить Руж в обратном, хотя на самом деле он делал это для самого себя.       Летучая мышь лишь обессиленно вздохнула. С этим ежом спорить было бесполезно — она прекрасно это знала. Сколько попыток она уже совершала до этого, но всё равно его ответ был всегда один и тот же. В какой-то момент она решила сдаться и дать ежу жить так, как он считает нужным.       — Как знаешь… Не буду тебя уговаривать. — Она сделала несколько шагов в сторону от ежа и уже собиралась улетать, но решила напоследок добавить ещё кое-что: — Хотя Эми твоя поддержка точно бы не помешала. Как и мне когда-то…       После того, как Руж улетела, Шэдоу остался наедине со своими мыслями. Снова. Иногда он проклинал себя за то, что никогда не говорил искренне о своих переживаниях с Руж. Из всех окружающих его личностей только она каким-то образом умела находить к нему верный подход. Но бывают периоды, когда Шэдоу специально лишает её этой способности. Он никогда не понимал, зачем. Будь всё иначе, наверняка всё было бы гораздо легче. Такие мысли, по крайней мере, возникают у него, когда он остаётся в полном одиночестве и состоянии неуверенности, как сейчас.       Руж предложила ему навестить Эми, считая, что так он сможет избавиться от навязчивых мыслей о ней, но Шэдоу до последних пор уверял себя, что всё это мелочи. Всё это не важно, бесполезно, и не стоит того, чтобы он тратил свои силы на эти сумбурные размышления. Но, как ни старайся, идея о походе в гости к Эми казалась ему более заманчивой с каждой новой попыткой заткнуть свой внутренний, отрицающий эту затею голос. Что-то внутри подсказывало, что Руж всё же права. Зачем лишать себя возможности попробовать, если других вариантов больше нет? К тому же для Шэдоу показалось весьма странным его поведение при разговоре об Эми. Что ему стоит просто сходить к ней? Разве это было чем-то, что было ему не под силу? Конечно же, нет.

***

      Шэдоу знал, где находится дом Эми, но никогда ещё не был к нему так близко. Стоило ли вообще говорить о посещении чужих жилищ, когда он всегда предпочитал находиться в одиночестве, не вмешиваясь ни в чью жизнь, и никто в свою очередь не вмешивался в его. Подобный стиль жизни его устраивал с тех пор, как он потерял последнего человека, с кем он действительно больше всего любил проводить время и боялся расстаться. Сейчас вряд ли ему удастся найти кого-то похожего, как думалось Шэдоу, хотя в глубине души он всё же в какой-то степени надеялся на это. Несмотря на то, что он уже давно привык быть одиночкой, он хотел снова ощутить эту привязанность к кому-то. Когда-нибудь…       Подобные чувства потихоньку проявляли себя во время похода к Эми, что показалось для Шэдоу очень странным. Больше всего его удивляло то, как он незаметно для себя успел собрать небольшой букет цветов из ромашек и васильков, что росли недалеко от деревни. С какой-то стати на него напала строгая приверженность к хорошим манерам. Хотя ему просто показалось, что будет невежливо приходить к больной без подарка — всё же кое-что она для него значила после той встречи в колонии. Шэдоу прекрасно всё помнил и решил поблагодарить её именно таким способом.       Постепенно приближаясь к дому ежихи, Шэдоу услышал тоненький детский голосок впереди:       — У неё такая большая рана… — Это была маленькая крольчиха кремового цвета, рядом с которой были её мать и летающий чао. Шэдоу тут же узнал Крим и Ваниллу. Они шли навстречу ему, разговаривая о чём-то серьёзном, как понял ёж по их интонации. — С ней точно все будет хорошо?       — Да, детка, — с некоторой грустью отвечала мать крольчихи, но пыталась приободрить её: — Главное, что она осталась жива. А дальше ей остаётся только идти на поправку.       Шэдоу внимательно прослушал их диалог ровно до тех пор, пока они не прошли мимо него и не скрылись вдалеке. После их слов он понял, что они ходили навестить Эми. Логично, ведь Крим была её самой близкой подругой — ёж часто видел их вдвоём. Интересно только то, насколько сильно Эми пострадала, раз к ней ходят Крим вместе с её мамой. И только ли они навещают её?       «А что насчёт Соника?»       Шэдоу почему-то заволновал переход его мыслей к синему ежу. Может ли Соник тоже навещать её? Хотя, даже если так, то что с того? Шэдоу изначально хотел просто поблагодарить Эми за их встречу в колонии, и всё. Хотя, было бы лучше ещё и поинтересоваться её самочувствием, а также выяснить, какова же всё-таки реальная причина её травмы. Был ли Соник замешан в этом? Если так, то, вероятно, он бы навестил ежиху первым делом из-за своего чувства вины. Или же наоборот, от стыда и позора он бы старался избегать её любым способом. Хотя он и так её постоянно избегает… Каким же трусом он бы тогда оказался, если бы и впрямь лишь из-за своего попустительства и оплошности не навестил свою единственную подругу, которая была влюблена в него поуши!       Шэдоу на миг заметил, как сильно сжимает в руках свой букет и до боли в глазах морщит брови. Ему нельзя больше думать о синем еже — он вызывает у него сплошь одни негативные чувства. Надо сосредоточиться на своей цели. Прийти домой к Эми и поблагодарить её за всё, что она сделала для него. Это было сейчас для него важнее.       Вокруг дома ежихи таилась вполне умиротворяющая вечерняя тишина, такая, которую Шэдоу всегда ценил. Рядом не было никаких прохожих, ровно как и домов, наполняющих эту деревню суетой и шумом на каждом шагу. Это наблюдение вызвало у ежа некоторое изумление. При входе в дом он хотел было постучать, как подобает любому приличному гостю, но его окутало сомнение, будет ли Эми способна открыть ему. Если она и вправду находилась в тяжёлом состоянии, то для неё это сделать будет довольно трудно. Вместо стука ёж осторожно открыл дверь и шагнул за порог, параллельно оглядывая помещение. Внутри было также тихо, как и на улице — никого не было, кроме самого Шэдоу. А где находилась Эми, он пока догадаться не мог. Обойдя всё помещение, он осмотрел все комнаты, внимательно прислушиваясь к звукам, которые ежиха могла издавать, если она находилась где-то поблизости. Ничего подобного ёж не услышал. Однако потом его внимание привлекла лестница, ведущая на второй этаж. По логике Шэдоу, там оставалось единственное место, где могла быть Эми.       Осторожно ступая по деревянным скрипучим ступенькам, Шэдоу думал, стоило ли ему вообще входить в дом, если он мог просто заглянуть в его окна и заранее посмотреть, в каком состоянии сейчас находится ежиха. У него было бы преимущество в том, что он бы уже знал, насколько сильно она получила ранение, и ему бы не пришлось беспокоить её. Однако, его не устраивало подобное размышление. Шэдоу хотел встретиться с ней ещё раз, увидеть её поближе и высказать всё, что у него вертелось в мыслях. От тех воспоминаний об их встрече, от тех слов, что она сказала, за всё это он хотел выразить ей свою благодарность. Да и учитывая её положение, ей наверняка это пойдёт на пользу в поправке.       Пробравшись на второй этаж, Шэдоу осмотрелся и увидел открытую дверь. За ней, как он почувствовал, была комната Эми, хотя оттуда не было слышно никаких звуков, будто там вовсе никого нет. Это немного настораживало, но не пугало. Шэдоу был готов увидеть её, но готова ли она увидеть его? Чёрт… Шэдоу задумался об этом только сейчас и не заметил, как его резко атаковало смущение от осознания своего поступка. Он ведь может напугать её? Как она воспримет его визит? От мыслей его отвлёк внезапно раздавшийся голос из комнаты:       — Соник? Это ты?       Шэдоу осел. Это точно была Эми. Он не предвидел такой ситуации, но, тем не менее, мог предположить, что его снова спутают с Соником, как во многие предыдущие разы. Кажется, это было его проклятием. Но большее, что его сейчас волновало, это то, как подойти к ежихе.       Заглянув в комнату, Шэдоу увидел Эми, лежащую на кровати в спальной сорочке и с перевязанными глазами. Теперь было предельно видно, что она действительно пострадала. Однако это ничуть не успокаивало Шэдоу от мысли, как ему стоит ответить ей. Она ведь точно не была готова к встрече с Шэдоу, что из этого выйдет? Снова произойдёт то, что и в те моменты, когда она по ошибке обнимала его? Снова испугается его? Он растерялся не на шутку. В голове не было ни одной нормальной мысли, кроме одной:       «Что если я притворюсь Соником?»       Как ни странно, но в этот волнительный момент Шэдоу принял её за лучшую идею. Вспоминая встречу с Тейлзом, он вспомнил также о своей способности делать свой голос похожим на Соника, когда он старался быть более дружелюбным. Если Эми будет знать, что это он, то ей будет гораздо спокойнее. Однако Шэдоу не осознавал до конца, зачем ему нужно это делать, и тем более не мог предугадать, во что это обернётся. Волнение так охватило его, что у него даже не хватило времени просчитать свои действия.       — Да, я, — тихо ответил ёж, изменив свой тон голоса. Он был в замешательстве, совершенно не зная, какую реакцию даст Эми.       Ежиха отреагировала не сразу, отчего Шэдоу сначала подумал, что он сделал неудачную попытку, пока не заметил на её лице ясную и искреннюю улыбку.       — Я знала! — взволнованно выдохнула она. — Я так ждала тебя и скучала по тебе…       Шэдоу не на шутку удивился её реакции. В её голосе он услышал счастье, которое странным образом подействовало на него. Почему-то он очень смутился от этой ситуации. И хотя было ясно, что Эми сейчас принимает его за Соника, он воспринял её слова совершенно на свой счёт. И это, на удивление, оказалось ему приятно.       — Я думала, что ты сегодня не придёшь, так как уже довольно поздно…       Эми продолжала говорить, не подозревая о том, что перед ней стоит вовсе не синий ёжик, а Шэдоу, который сильно волновался и пытался не выдавать себя. Из её последней фразы он понял то, что Соник всё же должен был прийти к ней сегодня, но не пришёл. Вероятно, по причине, о которой Шэдоу уже подозревал — чувство вины и позора. Хотя, всё может оказаться иначе. Для Соника, всё же, это было вполне нормальным поведением, учитывая его ветреный характер и безмятежность, которые были его незаменимой частью личности, и которую Шэдоу всегда замечал и раздражался из-за этого. Почему Эми никогда не замечала в нём этого? Возможно, она всегда хотела видеть в нём гораздо больше хороших качеств, чем их было на самом деле, что вводило Шэдоу в раздражение ещё больше, и потому сейчас она также хотела верить, что Соник пришёл навестить её. Но лишь Шэдоу знал, что всё совсем не так.       — Я был в своих делах… — неуверенно начал ёж, думая наперёд, что говорить дальше, и занервничал от этого сильнее. Ему казалось, что его голос был недостаточно убедительным и похожим на Соника, поэтому он не мог сдержать свой неловкий кашель: — Кхм-кхм… Ну… ты же знаешь меня… Кхм… Прости.       Эми слегка дёрнула ухом, словно услышала в голосе ежа что-то странное.       — Ты заболел?       Шэдоу нетипично для себя испытал лёгкую панику и попытался ответить что-то как можно скорее и более естественно:       — Н-нет..! Ну, может быть я слегка простудился… Но это пустяки.       Незаметно для себя Шэдоу сделал жест рукой, который обычно делал только Соник, когда говорил что-то в похожей манере. Это немного его удивило, но вот Эми, судя по всему, восприняла его слова совершенно спокойно.       — Ладно… Как скажешь.       Какое-то время Шэдоу больше не знал, как ему стоит вести себя дальше, пытаясь надеть на себя маску Соника. Вся эта ситуация жутко давила и раздражала его, но он сам решился на это. В какой-то степени он даже начал воспринимать своё решение, как вызов себе и тому, кто должен был быть сейчас на его месте. Тому, кто был изображён на снимке, который Шэдоу заметил на полке рядом с кроватью Эми и вазой, в которой стояла белая увядшая роза. Эта деталь, на которую Шэдоу обратил пристальное внимание, вызвала у него странное ощущение. Откуда эта роза? Могло ли это быть подарком, который Соник подарил ей когда-то давно?       Шэдоу вспомнил про свой букет, который он собрал перед встречей с Эми. Держа его крепко, ему пришло неприятное осознание того, что всё-таки между ним и Соником что-то было ещё общее. А если так, то какой смысл сопротивляться этому? Поставив свои цветы в вазу вместе со старой розой, Шэдоу взглянул на фотографию с Соником и начал полностью вживаться в его роль.       — Как ты в целом себя чувствуешь? — Ёж осторожно присел на край кровати рядом с Эми, не отрывая глаз от фотографии, чтобы не терять из головы образ синего ежа и лучше имитировать его голос.       — Немного лучше, — тихо ответила ежиха. — Крим и Ванилла приходили сегодня, позаботились обо мне. Мне даже немного неловко было…       Остановившись, Эми прерывисто вздохнула и продолжила говорить, но уже с некоторой грустью:       — Жаль, что я не могу сейчас видеть тебя и остальных… Это так непривычно.       От её слов Шэдоу испытал непонятное чувство вины, хотя и понимал, что ему нет на то причины. Знал бы он, как всё произошло в тот момент битвы, когда она получила ранение, мог бы понять, какую долю вины нёс в этом Соник. Если у него была возможность защитить её, то очень странно, что он не смог это сделать. Причиной могло быть лишь его беспечное отношение к ней. Только это Шэдоу мог предположить. Оттого его и одолевало это беспокойное чувство.       — Это моя вина, — Слова сами вырвались из губ тёмного ежа, не давая даже себя проанализировать. — Я должен был уберечь тебя…       — Неправда! — выпалила Эми, перебив Шэдоу. — Ты сделал всё, на что был способен! Тем более, никто не знал, что эти бадники окажутся настолько… непредсказуемыми…       Шэдоу не ожидал такой реакции ежихи, хотя не было ничего удивительного в том, что она начала оправдывать Соника. И тем не менее, ему было это неприятно. Будь он на его месте, он бы ни за что не допустил такого в битве с опасным противником. Представив себя в тот момент рядом с Эми, когда её ранил бадник, ему стало немного не по себе. Так когда-то он потерял Марию, находясь в бездействующем положении. Вспоминая это, он до сих пор считал, что мог бы спасти её, и точно также он считал, что мог бы спасти Эми. В голове возникло столько душераздирающих мыслей, и одна из них сильно врезалась ему в душу.       — Но ведь я дал обещание, что буду защищать всех на этой планете. Помнишь?       Эми примолкла, вопросительно склонив голову набок.       — Обещание.?       До Шэдоу тут же дошло, что он сказал не то, что было нужно, и схватился за лоб. Он совсем забыл, что это обещание он как раз-таки дал Эми в колонии, и если она вспомнит это, то тут же разоблачит его.       — С-себе, я имею в виду… — быстро исправился ёж и немного вздохнул.       — Но иногда защитить всех невозможно, ты же знаешь это, — продолжала спорить Эми, но успокаивающим тоном. — Ничего страшного в этом нет. Тем более, я сама была неосторожна…       — Нет, — решительно ответил Шэдоу, не оставляя возможность переспорить ежиху. Он до последнего не хотел верить в то, что она заслужила эту травму. — Я несу ответственность за твою безопасность и других, и если я не способен защитить тебя… То тогда… Может, кто-то другой сделает это лучше.       — Кто например?       Шэдоу встал в ступор, не зная, отвечать ли ему так, как он хотел. Будет ли это противоречить Сонику, если он скажет так, как считает верным он сам? Другого варианта он придумать не мог.       — Шэдоу… — сдавленно ответил тёмный ёж, уставившись куда-то в сторону.       После его ответа ежиха задумалась и промолчала.       Какое-то время они оба ни о чём больше не говорили, будто у обоих играло странное волнение. Для Эми это вполне было объяснимо — она любила Соника больше всего на свете, и находиться рядом с ним сейчас для неё было наивысшей степенью счастья. А что насчёт Шэдоу… то с ним творилось что-то непонятное. Вся эта ситуация жутко напрягала его, даже несмотря на то, что он всегда предпочитал молчать во время диалога. Те же разговоры с Руж всегда имели неравное соотношение их количеству слов — Шэдоу говорил меньше, а Руж больше. А сейчас, когда ему выпала доля побыть на месте Соника, он не знал, стоит ли ему проявлять инициативу в диалоге или нет. Он боялся, что его молчание вызовет подозрения у Эми.       — Ты сегодня ведёшь себя не так, как обычно, — неожиданно заговорила ежиха осторожным голосом.       — А..? — Шэдоу напрягся, всеми силами держа себя в контроле, чтобы не выйти из роли Соника. На его лбу выступил пот. — Д-да… Я просто… устал сегодня… немного.       — Ясно… — немного разочарованно сказала Эми и вздохнула. — Значит, ты уже уходишь?       — Н-нет..! — чуть повысил голос Шэдоу неожиданно для себя. Было очень тяжело сдерживать волнение, особенно когда ежиха замечала его непривычное поведение. — Я ещё останусь…       На лице Эми, кажется, появилось выражение расслабления, хотя это было трудно заметить из-за повязки на её глазах. Шэдоу было интересно, как бы они выглядели без неё. Он даже не особо их помнил. А с ранами наверняка им пришлось потерпеть сильное изменение.       — Тебе больно? — Шэдоу проследил за тем, как Эми беспокойно дотрагивалась до повязки, и почувствовал её дискомфорт.       — Немного пульсирует, — ответила она. — Но сейчас уже не так болезненно, как раньше.       — Ты и вправду совсем ничего не видишь?       Эми помотала головой.       — Ты ведь слышал, что сказал Тейлз. Мне нельзя открывать глаза ещё несколько месяцев.       Шэдоу стало неловко. Глядя на состояние ежихи ему становилось тяжелее видеть её, поскольку начинал ощущать нарастание странного чувства. Оно было похоже на жалость и сочувствие, и, казалось, скоро заставит ежа совершить что-то безрассудное. Когда с ним происходило что-то нетипичное, он начинал чувствовать себя совершенно по-другому, словно в нём пробуждались те чувства, которые были тщательно скрыты и не находили пути на свободу. В такие моменты он боялся, что потеряет контроль, и эмоции полностью овладеют им. Сейчас происходило нечто похожее. Шэдоу не понимал, почему именно сейчас, в такой момент. Ему казалось, что провести некоторое время рядом с Эми ему не составит никакого труда, но как же он ошибся. Сердце начинало биться чаще с каждым сказанным словом ежихи, а тело реагировало неспокойно — дёргалось и выделяло пот. В голове тоже творился полный кавардак — то мысли смешивались воедино, то расплывались, оставляя полную пустоту. Подобные чувства Шэдоу не испытывал ещё со времён потери Марии.       — Соник… — Рука Эми неожиданно дотронулась до руки Шэдоу, отчего тот вздрогнул. — Можно тебе кое-что сказать?       Ёж не знал, как отреагировать, так как понимал, что сейчас может наступить очень важный момент для Эми. Но молчать было нельзя. Он осознавал свой поступок, и должен был быть готов ко всему.       — Д-да, говори…       — Даже если тебе кажется, что ты недостаточно заботишься о других, просто знай, что я всегда буду любить тебя.       Шэдоу затаил дыхание и замер. Он чувствовал тёплую руку Эми, нежно гладящую его за запястье, и больше ничего. В груди всё затрепетало. Мысли в миг встали на свои места.       Он помнил о своём предназначении, которое было ему предписано, ещё когда Мария была жива. Где-то в глубине души он точно знал, что должен защищать именно её. Помня, как она держала его своими руками, чувствуя её нежную кожу и слыша её тихий голос — всё это давало ему знать — она слабее него и нуждается в его помощи. Он всё это чувствовал. И он дал себе слово, что будет защищать её до самого конца.       Где-то из глубины души до него снова донеслось это чувство. Он снова почувствовал, что кто-то слабый сейчас нуждается в его помощи, защите. Кто-то, кто искренне верит в него. И пусть он не был по-настоящему тем, в ком на самом деле нуждалась Эми, что-то ему точно подсказывало, что именно он должен быть на этом месте. Сомнений никаких не было. Он, и только он был способен защитить её.       «Нет, Эми. Соник никогда тебе не поможет.»       Рука Шэдоу самовольно потянулась к руке Эми и крепко сжала её. В ней затаилось что-то новое, тепло, которое Шэдоу никогда раньше не испытывал. Близость, от которой что-то зарождалось и заставляло неровно дышать. Всё смешалось и жестоко боролось с попыткой Шэдоу остановить себя. Он уже не мог это побороть. Контроль был передан какой-то другой его части.       Эми сидела в ожидании, не зная, как себя вести в такой ситуации. Она не могла представить от Соника подобной близости и, более того, считала, что он снова предпримет попытки отдалиться от неё. Какая-то нежность пробиралась через его прикосновение к её руке. От этого ей становилось очень неловко, но приятно.       — Не знаю, можно ли сделать это сейчас… — неуверенно проговорила ежиха, сжимая другой рукой край одеяла.       — Ты о чём? — прозвучал взволнованный голос ежа.       Эми смутилась, побоявшись ответить, так как для неё этот момент был очень спонтанный и волнительный. Всё происходило так внезапно, что начинаешь сомневаться, должно ли произойти что-то ещё. Но Эми хотела этого. Она ждала этого момента очень долго и была готова рискнуть.       Ежиха протянула руку к мордочке Шэдоу и, почувствовав его щёку, потянулась и смело поцеловала его в губы. Через неполную секунду они разъединились. За такое время ни он, ни она не успели даже ничего толком прочувствовать, кроме неловкости и жуткого стеснения. Эми после совершённого действия тут же укуталась в одеяло, спрятав под него голову.       — Ты можешь идти.! — прозвучал голос девушки из-под одеяла. — Я тебя не держу!       Ошеломлённый Шэдоу, ещё не до конца понимавший, что сейчас произошло, пристально уставился на спрятавшуюся ежиху. Реагировать он совершенно никак не мог, так как не знал, как воспринимать подобный контакт с ней. Раньше он мог кое-как воспринять её внезапные объятия, но сейчас подобная близость показалась ему чем-то более неординарной. Даже уже чересчур интимной. Но углубившись в ощущения, которые он испытал при поцелуе, его охватила странная фантазия, будто он должен был почувствовать что-то ещё, но не успел из-за скорого прерывания. Тогда он предложил Эми следующее:       — Можешь сделать это ещё раз?       Ежиха одёрнулась, совершенно не ожидая услышать от ежа подобное. Её и без того покрасневшее лицо приобрело ещё более сгущенный оттенок, отчего она совсем нехотя опустила одеяло и еле приблизилась к Шэдоу. Тот же терпеливо ждал, когда Эми снова совершит поцелуй, чувствуя, как она переживала. Но он произошёл так же быстро, как и в первый раз. Только на этот раз Шэдоу решил его продлить. Он не дал Эми разорвать поцелуй, протянув руку к её голове и аккуратно придержав. Для неё подобный жест был неожиданным, но она приняла его спокойно. Она была совершенно не против продолжения поцелуя, стараясь максимально погрузиться в этот момент. В конце концов, она искренне любила Соника, и такой телесный контакт с ним она ждала очень давно. Вот только Шэдоу в этот момент заволновался, подумав, что Эми таким образом сразу же распознает его. Хотя у него вовсе не было на это причин, ведь, на сколько он был уверен, Эми и Соник никогда раньше не целовались. Но в глубине души гадкое сомнение в этом всё же пробиралось.       Шэдоу стал целоваться настойчивее, не давая Эми даже сделать небольшой вдох. Внутри него проснулось неоправданное желание получить что-то большее, чем просто поцелуй, но оно пока приглушалось рассудком. Ёж не хотел хлопот от последствий, хотя чего там говорить, он уже перешёл все границы, которых он старался придерживаться с самого начала разговора с ежихой. Всё же затея «заменить» Соника оказалась рискованной. Но, чёрт возьми, Шэдоу никак не мог остановиться. Его так охватил этот поцелуй, что он даже позабыл о том, что должен играть роль синего героя. Хорошо, что в этот момент он заметил, как рука Эми тянулась к его груди — её неожиданный жест мигом привёл его в чувство происходящего. Шерсть на его груди могла выдать его, так как у Соника её не было. Почувствуй это Эми, у неё бы сразу возникли подозрения. К счастью, тёмный ёж успел предотвратить это, схватив ежиху за запястье и прижав его к кровати, одновременно повалив на неё и Эми. Шэдоу оказался прямо над её мордочкой, на которой прослеживалось её удивление.       — Соник..? — проговорила она взволнованным голосом, делая глубокие вдохи. — Что… ты задумал?       Шэдоу очнулся, отпустив руку Эми и отвернувшись от её лица, стараясь не держать у себя в голове её облик. Видеть её такой было для него чем-то запретным.       «Что со мной? Нет, это уже слишком… Я должен остановиться.»       — Извини, я… — не закончил Шэдоу предложение, как тут же сорвался с постели. Что это вдруг на него нашло? Он ведь ничего такого не собирался делать, так почему он решил извиниться? Хотя причина всё-таки была — он ведь обманывает Эми, крадя её, возможно, первый поцелуй. Тот, который должен быть адресован Сонику, а не ему. Что он делает, решив, что должен ещё оставаться здесь?       «Надо уходить…»       Ёж быстрым шагом направился к выходу из комнаты, пока его не остановил печальный голос ежихи:       — Снова ты избегаешь меня…       Шэдоу встал у прохода, направив ухо в сторону голоса Эми. Эта фраза пробудила в нём неприятное чувство. Перед глазами сразу всплыли все воспоминания, встречи, когда он видел Соника, убегающего от Эми, а она расстраивалась и грустным взглядом всегда смотрела в его сторону. Всё это Шэдоу видел. Для него было нетрудно заметить её выражение лица, напоминающее Марию, печально устремляющую взгляд на Землю с космической колонии. В них было что-то похожее, оттого Шэдоу и засматривался всегда на лицо ежихи, из-за чего оно сильно впечаталось в его память.       Хотел того Шэдоу или нет, жалость всё-таки проснулась. Это чувство его раздражало больше всего, так как из-за него он чувствовал себя самым гадким существом на планете. Сейчас он почувствовал то же самое, только вдобавок сравнивая себя с Соником. Он не хотел быть таким же, как он. Не хотел убегать. Не хотел оставлять Эми одну.       — Я не знаю, как мне следует поступить… — вырвалось у ежа, не успел он изменить свой тон голоса. Сказанное им прозвучало слишком искренно, не наигранно, совершенно не так, как сказал бы Соник. Шэдоу понял это слишком поздно, но всё же понадеялся на удачу.       — Поступай так, как считаешь нужным, — успокаивающие ответила ежиха. Кажется, она даже не заметила изменение в голосе Шэдоу. Тот спокойно выдохнул, но не расслаблялся. Любой промах мог повлечь за собой непредсказуемые последствия, если Эми заметит его. Одна из них была самая ужасная для Шэдоу — он мог легко ранить её чувства. От этого ситуация становилась только напряжённее, и ёж не мог привести свои мысли в порядок.       «Что я творю, чёрт возьми…»       Внутри боролись противоречивые чувства и желания, которые Шэдоу не мог обуздать, пытаясь придумать что-то, что могло бы изменить ситуацию. Но в голову ничего не лезло. «Поступать, как считаю нужным, да?» — повторил слова ежихи у себя в мыслях Шэдоу, которые вызвали у него странную насмешку. Легко говорить, ведь он даже не знает, как вообще должен сейчас поступать. На его месте Соник наверняка бы уже давно свалил из её дома, ни о чём не раздумывая, сказав какую-нибудь нелепую причину для ухода, и Эми бы всё равно приняла это, как должное. Да чёрт возьми, он бы вообще даже не попал в такую абсурдную ситуацию, как Шэдоу. Куда он себя завёл?       «О чём я вообще думал.?»       Шэдоу хотел покинуть дом как можно скорее, но его что-то сдерживало. Он так и продолжал стоять у прохода, мешкаясь в мыслях и сомнениях. Эми же в это время терпеливо сидела на кровати в ожидании хоть каких-то его слов. Тишина напрягала и её, потому что она сильно заволновалась после поцелуя с ежом. Ей не хотелось, чтобы после такого важного момента он просто взял и ушёл.       — Соник? — позвала его ежиха, сжимая одеяло. Смутные сомнения стали прокрадываться к ней, но она старалась не воспринимать их всерьёз, надеясь до последнего услышать хоть какой-то ответ от ежа. Тот всё ещё молчал.       «То, что произошло, не должно было случиться,» — пронеслась мысль в голове Шэдоу, которой тут же противостояла другая: — «Но это же всё равно случилось. Может, так и должно быть?»       «Чёрт…»       Послышался звук закрытия двери в комнату. Шэдоу убедился, что рукоять плотно прилегала к замку, и двинулся с места, направляясь к Эми. Та продолжала сидеть в ожидании, прислушиваясь к шагам приближающегося ежа. Наконец, когда они стали совсем близко, Шэдоу повалил её на постель. Эми резко вздохнула от неожиданности и затаила дыхание, пока ёж медленно приближался к её мордочке. Он чувствовал её горячее дыхание и небольшую дрожь в теле, отчего внутри усиливалась непреодолимая жажда. Она словно говорила Шэдоу, что нужно делать, и тот покорно слушался.       Ежи сплелись в поцелуе, более страстном и головокружащем. Шэдоу уже не волновало, что он должен играть роль Соника, теперь его заботило только то, что происходит сейчас между ним и Эми. Ежиха ему ничуть не сопротивлялась, полностью отдаваясь и держась руками за его шею. Какое-то приятное чувство тут же овладело Шэдоу, похожее на то, что он испытывал, когда Эми обнимала его ранее. Тепло и нежность её рук будоражили до мурашек, а её влажные губы пронизали всё тело, вызывая лёгкую дрожь. Такое чувство никогда не было знакомо ежу ранее, и теперь ему казалось, что до этого момента его жизнь была совершенно пустой и лишённой красок. Сейчас он испытывал по-настоящему сильные эмоции от этих ощущений, и лишиться их сейчас для него было равносильно смерти.       Эми до сих пор не подозревала, что с ней сейчас рядом не Соник, а тёмный ёж, которого она никогда хорошо не знала, но чувствовала, погружаясь в их поцелуй. Его дыхание, сердцебиение и намерения — всё это она прекрасно улавливала и не думала, кому они на самом деле принадлежат. Ей словно вовсе и не было это важно, лишь бы не прекращать этот момент. Хотя она и была обескуражена. Столько лет она мечтала об этом, столько времени фантазировала и боялась, что этого никогда не случится. В какой-то степени она даже сейчас боялась, что её возлюбленный решит сбежать от неё, потому она старалась сдерживаться, не давать волю своим эмоциям, дабы не спугнуть его. Но они так её переполняли, что совладать собой казалось практически невозможным. Ежиха была сама готова убежать в любой момент или сделать что-то, о чём потом бы сильно жалела. Но она всё же ещё продолжала наслаждаться процессом, здесь, прямо сейчас, рядом с Соником.       — Соник… Ты правда любишь меня?       Шэдоу остановился и притих. Этот вопрос будто застал его врасплох. Что ему стоит ответить? Разумеется, ежиха хотела быть уверена, что её чувства взаимны. А что, если он скажет ей что-то другое? Он ведь и сам не до конца понимал, что чувствует к Эми. Вроде бы сначала питал к ней благодарность, а потом каким-то образом она вылилась во что-то другое. Что-то большее… Хотя, о чём он вообще думает? Он ведь должен играть роль Соника, а значит, и отвечать ему стоит так, как ответил бы он. Но… тут кое-что не клеится.       «Разве он любит её?»       Нет.       «Тогда что я должен ответить?»       Шэдоу запутался. Внутри него начали бороться две личности: одна — его, настоящая, и другая — фейковая, Соника. Оба хотят сказать своё слово ежихе, но не могут, потому что кто-то из них должен был победить. И Шэдоу не хотел, чтобы победителем оказался Соник.       «Плохой из меня подражатель…»       — Соник? — Голос Эми прозвучал очень взволнованно и слегка дрожал. Она не могла выдержать такую долгую паузу. Чего он медлит? Неужели он сомневается в ответе? От этих мыслей ей становилось только тяжелее ждать. — Соник, пожалуйста, ответь…       Шэдоу продолжал молчать, но не смог не отреагировать на слова ежихи. Это имя… Соник… Как же часто он его слышал. Как же часто она называла его им по ошибке, но всё же… Он не был Соником. Никогда не был, и не хотел быть.       — Соник…       В какой-то момент тёмный ёж стал ощущать злость. Его клыки оскалились. Он больше не хотел слышать это имя. Оно было как паразит, вторгающийся в его тело и захватывающий контроль над его разумом. Невыносимое, неприятное и мерзостное. Внутри выступила тошнота, и былое удовольствие от близости с ежихой тут же превратилось в дикое раздражение. Его дыхание переходило в злостный рык, отчего ёж стиснул зубы, дабы не перейти черту. Но он больше не мог это терпеть. Он хотел избавиться от этого синего ежа раз и навсегда.       — Нет здесь Соника! — отчаянно выкрикнул Шэдоу, после чего начал тяжело отдышиваться, словно всё это время он нёс на своих плечах что-то тяжёлое и наконец сбросил с себя. В лёгких почувствовалось облегчение от того, что ёж снова заговорил своим обычным голосом, и только потом он заметил, каким был напряжённым до этого момента. Его наконец-то отпустило, и он снова почувствовал себя собой.       Эми замерла, навострив уши, а тело дрогнуло при первом услышанном голосе ежа. Её напугал этот тон, не похожий на Соника. Совсем не похожий. Хотя верилось в это почему-то с трудом.       — Ты ведь хотела увидеть меня, так? — Шэдоу аккуратно притронулся к повязке ежихи. — Давай снимем её, и ты увидишь…       Ежиха сжалась, до сих пор не понимая, что происходит, и замерла. Сердце бешено стучало в ожидании чего-то нехорошего. Всё это жутко нервировало и вызывало страх, отчего увидеть ежа совсем не хотелось.       — Н-нет, остановись… — дрожащим голосом заговорила Эми, хватаясь за руку Шэдоу. — Что ты такое говоришь? Я не понимаю…       — Сейчас всё поймёшь.       Шэдоу высвободил руку и начал развязывать повязку с глаз ежихи. Та уворачивалась и говорила что-то про свои раны, но ёж её совершенно не слушал. Ему было уже не важно, в каком они сейчас состоянии, он лишь хотел, чтобы она наконец его увидела. Увидела, кто на самом деле был рядом с ней всё это время. И страха по этому поводу у него больше не было. Да. Он был готов ко всему и не боялся ответственности, как Соник, и в отличие от него он никогда бы не сбежал в такой момент.       Повязка слезла с глаз ежихи, и перед Шэдоу открылись её раны. От такой картины на его лице навис лёгкий ужас. Через оба глаза ежихи проходило несколько больших царапин, уже немного подсохших и срастающихся. Смотреть на них было больно, и внутри Шэдоу что-то сжалось на мгновение.       Веки ежихи дрогнули. Она понемногу приподняла их, и её зрачки засветились нефритовым оттенком. Через некоторое время она начала видеть расплывчатый образ тёмного ежа, сидевшего рядом и наблюдавшего за ней. Он ждал её реакции, но та будто пребывала в долгом пробуждении ото сна и видела галлюцинации. Вокруг всё было темно, и узнать Шэдоу удавалось с большим трудом, так как его цвет сливался с комнатой. Но понять уже было не сложно по его голосу — это точно был он. И это повергло Эми в глубочайший шок.       — Т-ты… — Ежиха еле двигала губами, а её глаза стали постепенно открываться шире. — Что… Как ты посмел?       Шэдоу виновато прижал уши и продолжал наблюдать за Эми, пока та пыталась поймать все чувства, переполняющие её, и выразить их как-то через слова. Руки сами собой прикрыли её тело, а на лице начал выступать нарастающий гнев и страх.       — Зачем т-ты это сделал.? — заговорила ежиха дрожащим и постепенно переходящим в гнев голосом. — Почему ты меня обманул?       — Я… — Шэдоу сделал тяжёлый вздох. Он еле находил в себе уверенность, чтобы ответить. — У меня нет причин оправдываться. Я знаю, что совершил не самый лучший поступок.       Эми еле сдерживалась, чтобы не вызвать молот и не ударить им Шэдоу. Эмоции бурей нахлынули на неё, и на её глазах начали выступать слёзы.       — Почему ты… — Говорить становилось тяжело и больно от нарастающего кома в горле. — Я не понимаю… Я совсем не ожидала тебя увидеть…       Тело ежихи задрожало от безысходности и отчаяния, как только до неё дошло осознание всего произошедшего. Она беззащитно сжалась клубочком, отвернувшись от Шэдоу, и начала тихо всхлипывать.       Шэдоу протянул руку к ежихе, желая успокоить, но остановился, понимая, что больше не имеет права её касаться. Он не имел его и до этого, но бессовестно это проигнорировал, за что теперь был обязан ответить. Но оставлять её в таком состоянии ему было трудно. Внутри всё разрывалось на куски от бремени последствий и состояния ежихи, к которому он привёл её сам. Но всё же он знал, что так будет намного лучше. Нельзя было оставлять её в неведении, иначе бы эти последствия были намного хуже.       — Уходи… — злобно прошипела сквозь сжатые зубы Эми. — Прошу, оставь меня… Я не хочу тебя видеть.       Шэдоу понимал чувства Эми, но уходить не собирался. Он хотел довести дело до конца. Он хотел понести ответственность за свой поступок в полной мере, чтобы потом с чистой совестью он мог успокоить ежиху.       — Лучше ударь меня.       Всхлипы Эми притихли, после чего ежиха со всей силы дала ежу пощёчину. Тот смиренно её принял, сдержав свой стон. Всё-таки Эми обладала довольно внушающей силой, особенно когда она была зла. Это впечатляло Шэдоу и даже немного возбуждало, за что тому стало сразу стыдно, когда он заметил это.       Эми тяжело дышала от переполняющей её злобы на Шэдоу, будто одной пощёчины ей было слишком мало, чтобы успокоиться. Она хотела убить его прямо здесь и сейчас. Схватиться за его глотку и сдавить, наблюдая за тем, как жизнь его медленно покидает. Однако бессилие и сильная дрожь в теле не позволяли ей даже взглянуть на ежа. Всё, что она могла увидеть, это только его руки, находящиеся рядом. Почему-то в одно мгновение ей захотелось, чтобы они её обняли, но это чувство быстро покинуло её. О чём она вообще думает? Эти руки принадлежали не Сонику, а Шэдоу, который им притворялся. И зачем он вообще это сделал? Поиздеваться над ней? Поиздеваться за то, что она постоянно путала его с Соником или за что-то другое? Эми почувствовала, как в глазах начало щипать, и не смогла сдержать слёзы.       — Отчего ты плачешь? — осторожно спросил Шэдоу, слыша её всхлипы.       — Я думала, что ты Соник… Я снова спутала тебя с ним…       Эти слова тяжело дались ежихе. В её горле стоял большой ком. Оба выдержали паузу. Эми не знала, что сказать ещё, а Шэдоу, при всём своём старании не показаться грубым, не смог сдержать лёгкий смешок.       — Ты хотела так думать, — Голос ежа прозвучал на удивление слишком спокойно и приводил в какое-то странное умиротворение. — Ты хотела верить, что это он, потому что слишком сильно любишь его и не видишь того, как он на самом деле к тебе относится.       Всхлипы Эми немного притихли, и она слегка сморщила брови от слов Шэдоу. У неё возникли двоякие чувства, хотя всё, что он говорил, на самом деле являлось правдой, которую она не хотела принимать. Она хотела верить, что рано или поздно Соник ответит ей взаимностью, и верила несмотря ни на что. И к чему же эта вера привела её сейчас?       — Но п-почему ты решил обмануть меня? — дрожащим голосом спросила Эми.       — Не я один тебя обманул. Ты тоже сама себя обманывала… всё это время.       Шэдоу отвернулся в сторону, словно хотел найти слова, чтобы высказаться ещё. У него в душе столько всего накопилось за это время, что он просто не мог упустить шанс поделиться этим. Почему-то ёж был уверен, что она должна это услышать.       — Я знаю, что ты чувствуешь к Сонику. Знаю, что тебе было больно сейчас узнать правду. Но это лишь малая её часть. Ты не понимаешь, что Соник никогда тебе не ответит взаимностью, и тем самым мучаешь себя ещё больше. Но почему-то ты продолжаешь смиренно принимать это. Я совершенно не понимаю, почему…       Эми внимательно слушала Шэдоу, уже немного подуспокоившись. Какие-то мысли заставляли её переосмыслить своё состояние сейчас и понять Шэдоу. Она чувствовала, что его слова были искренними.       — Соник никогда бы не сделал ничего того, что сделал я. Иначе бы сейчас здесь на моём месте был он.       Шэдоу смолк, закончив свою речь, пока Эми переваривала всё услышанное.       — Я до сих пор не понимаю… — озадаченно произнесла она. — Разве ты не преследовал какую-то личную цель, зная, что я чувствую к Сонику? Не хотел притвориться им, чтобы воспользоваться мной?       Шэдоу посмотрел на ежиху усталым взглядом, таким, как если бы его заставляли признаться в чём-то, что было и так очевидно. Но при этом в его глазах прослеживалась какая-то наивная доброта и нежность, которую Эми ещё никогда не видела. Ёж мягким голосом ответил ей:       — На самом деле я с самого начала поступал совершенно не так, как поступил бы Соник. Только так, как хотел именно я.       — А причина? — Эми всё ещё была озадачена. — Какова была твоя мотивация?       Шэдоу неловко посмотрел в сторону.       «Ты стала для меня той, кого я хочу оберегать» — пронеслось в мыслях Шэдоу, однако, из-за страха оказаться непонятым, он не смог высказать это вслух и закрыл глаза. Но потом он всё же посмотрел на ежиху так, как никогда прежде не смотрел ни на кого, и постарался передать ей все эти чувства через свой взгляд.       Эми заметила перемену в его глазах и застыла на мгновение. Никогда ещё она не видела его таким мягким и умиротворённым, как сейчас. Не брутальным и не мрачным. Совершенно другой Шэдоу. Это было так непривычно, и в то же время так знакомо. Как-будто она уже видела Шэдоу таким, но не придавала этому большого значения, как сейчас.       — Причину, я думаю, ты уже знаешь… — скромно произнёс Шэдоу, хотя взгляд его демонстрировал совершенно противоположное — стойкую уверенность и непоколебимость. — Просто не можешь пока её принять.       Это оставило ежиху в подвешенном состоянии, совершенно не зная, как реагировать и воспринимать его слова. Пробежавшись глазами по своей кровати, она остановила взгляд на тумбочке, где стояла фотография Соника и ваза с цветами. Рядом с завядшей белой розой, которую ежиха никогда не выкидывала, стоял небольшой букет с яркими ромашками и васильками. Их красота была чем-то волшебным, напоминавшем о надежде на какое-то чудо, которое ежиха всегда ждала, мечтая о счастливой любви. Такое чувство когда-то испытывала Эми, когда её возлюбленный подарил ей ту белую розу. Тогда она была уверена, что дальше всё будет только лучше, а сейчас роза уже не блистала такой красотой, как раньше. Как этот букет… В нём чувствовалась какая-то новая жизнь, новое дыхание. И стоило Эми погрузиться в эти ощущения, как её осенило.       — Не могу в это поверить… — вырвалось из губ ежихи.       — Тц, — Шэдоу громко усмехнулся и помотал головой. — В любовь Соника веришь, а в мою нет, значит…       Уши Эми резко навострились от слов тёмного ежа, и она почувствовала, словно по её телу пробежал электрический ток. Ни за что на свете она бы не подумала, что Шэдоу мог сказать что-то подобное. Она никогда не верила, что ёж мог всерьёз испытывать такие же чувства, как она, однако всегда верила, что Соник может. Так почему же и Шэдоу не мог быть способен на это? У него было доброе сердце, как она знала из их встречи на колонии, и тогда поняла, что для Шэдоу обещание было самым ценным в его жизни. А Соник даже, пообещав сегодня навестить ежиху, всё равно не пришёл к ней. И по какой причине, знать не дал. Эми окунулась в мысли ещё больше.       Шэдоу решил больше не беспокоить ежиху, бросив на неё последний оценивающий взгляд, после чего, встав с кровати, направился к выходу из комнаты.       — Что ж… — еле заметным грустным тоном протянул он, задержавшись у двери. — Тогда побудь с этим.       Эми, заметив уходящего Шэдоу, очнулась и резко окликнула его:       — Постой!       Ёж остановился у прохода и выжидающе направил ухо к Эми. Та неуверенно заикалась, пытаясь подобрать слова.       — Н-не уходи… так быстро… Останься ещё чуть-чуть.       На щёчках ежихи выступил лёгкий румянец от всех мыслей и чувств, что пробудились после разговора с Шэдоу. Она не переставала прокручивать у себя в голове и всё то, чем они занимались несколько минут назад, отчего смущённо прикрывалась одеялом. Ёж, заметив такую картину, вздохнул. Ну как он мог оставить её в таком состоянии? Она будто так и говорила своим видом: «Подойди ко мне, ты мне ещё нужен». И Шэдоу не мог это проигнорировать.       Подойдя к ежихе, он уселся рядом и понаблюдал за её глазами, отчаянно избегающими столкновения с ним. Смотреть на него было неловко, внутри сразу начинало что-то защемлять и вызывать странное лёгкое возбуждение. Тем не менее, ёж сам взял её за подбородок и приподнял так, чтобы их взгляды наконец встретились. Ежиха замерла. Шэдоу смотрел на неё около минуты, пока не издал лёгкий смешок.       — Я смотрю, твои глаза уже не так сильно болят.       Эми только сейчас заметила, что уже не видела образ ежа расплывчатым, а очень даже чётким, отчего видела и его сверкающие алые зрачки, так выделяющиеся в темноте, и даже немного пугающие тем, как они проницающе глядели на неё. Боль, которую она испытывала целые сутки, прошла и уже не пульсировала в глазах, когда она пыталась моргать.       — И вправду… — Эми не могла поверить, что совсем недавно она находилась в слепоте. — Я себя хорошо чувствую.       Шэдоу улыбнулся краем рта и почувствовал радость за Эми, однако вид её ран не оставлял его в покое. Даже несмотря на то, что ежиха чувствовала себя гораздо лучше, травма оставалась.       — Нужно продолжать лечение и отдых. — Шэдоу легонько дотронулся до руки Эми. — Я позабочусь о тебе, если ты не против.       — Не против. — Ежиха ласково улыбнулась и почувствовала, будто наконец получила то, чего ей не хватало так много времени. — Спасибо, что открыл мне глаза.       

***

      Утром деревня продолжала жить своей жизнью, невзирая на недавнее нападение Эггмана и небольшие разрушения, повлечённые им. Никто из жителей не пострадал, а всё благодаря команде Соника, которая билась с доктором в тот день, защищая невинных, и только Эми из них всех потерпела травму. «Как Соник мог допустить это…» — ещё раз возвращался к этому вопросу Шэдоу, проходя мимо некоторых разрушенных домов, которые уже активно реставрировались строительными работниками. Тёмный ёж как-то и не собирался исследовать участки, понёсшие потери — он и так прекрасно представлял, в каком состоянии они находятся сейчас, но всё-таки какое-то странное любопытство вынудило его прийти сюда. Внутри так и бурлили сомнения насчёт случившегося с Эми, а от незнания всей сути ёж мучился не на шутку. Он уже спрашивал у ежихи, каким образом она получила ранения, и был ли Соник рядом с ней, но та всё также отвечала, что из-за собственной неосторожности. Даже если и так, Шэдоу не мог до конца принять такой ответ. Он чувствовал, что какую-то вину в этом нёс и Соник, и был уверен в этом.       Покинув деревню, ёж лишний раз обошёл дом Эми, чтобы убедиться, что в нём ничего не изменилось со вчерашней ночи, и направился к своему излюбленному месту отдыха. От дома ежихи до холма путь был недолгим, поскольку он находился довольно близко к границе деревни. Такой расклад Шэдоу немного радовал, однако это продолжалось недолго — впереди промелькнул самый узнаваемый синий образ ежа, с которым его путали множество до тошноты раз. На морде непроизвольно возник брезгливый оскал.       — О, Шэдоу! — Не успел тёмный ёж сменить направление, как его окликнул оживлённый, наполненный абсолютной непринуждённостью и самоуверенностью голос Соника.       Синий ёж чуть искренне, чуть наигранно помахал собрату рукой в знак приветствия, пока тот не торопясь приближался к нему навстречу. Как бы Шэдоу ни хотел избежать его компании, всё равно была одна весомая причина, по которой ему стоило пойти на контакт с синим ежом.       — Ну здравствуй… — мрачно проговорил тёмный ёж, окидывая Соника пронзительным взглядом, — герой ты наш. Как прошла битва с Эггманом?       — А, да так, пустяки, — махнул рукой Соник. — Всё как по-старинке, от Яйцеголового ничего нового не жди.       Соник захихикал в то время, как Шэдоу не менялся в своём лице.       — Да неужели, — монотонно выдал он. — А я слышал, что у него появилась какая-то новая модель бадника.       — А, э-это… — протянул Соник, бегло посмотрев в сторону. — Ну, с этим тоже ничего необычного. Мы с ними быстро расправились.       Шэдоу понаблюдал за выражениями лица синего ежа, пока тот отвечал, и фыркнул, не заметя в нём ни единого изменения, словно для него это был самый обычный дружеский разговор о повседневных вещах.       — И с чего это вдруг тебе вздумалось со мной поговорить? — вскинув бровь спросил тёмный ёж.       Соник сделал паузу, отвлёкшись на что-то вдалеке.       — А должна быть какая-то веская причина?       — Не знаю… — загадочно протянул Шэдоу, — Только если у тебя с друзьями что-нибудь не случилось.       Шэдоу незаметно взглянул на синего ежа, надеясь увидеть в нём реакцию, и заметил, как тот замер на какое-то мгновение и нервно скривил улыбку.       — Хах… Эм… — Соник почесал пальцем макушку головы и максимально непринужденно ответил: — Да вроде все живы.       Тёмный ёж прищурился, после чего продолжил путь к холму, ни сказав ни слова. Всё как он и полагал — Соник всем видом старался скрыть, что Эми находится в не самом лучшем состоянии и совершенно не собирался относиться к этому серьёзно. Подобное поведение хоть и неудивительно, но очень противно для Шэдоу. Он всё больше хотел как можно скорее разлучиться с синим ежом и стараться больше его не видеть. Но Соник от него не отставал, решив пойти за ним. Никто из них не продолжал разговор, пройдя молча где-то около минуты.       — Ах, вспомнил! — внезапно стукнул себя по голове синий ёж. — Я кое-что забыл сделать.       Шэдоу навострил уши и настороженно посмотрел на Соника.       — Ты случайно не знаешь, Эми у себя дома?       Губы тёмного ежа дёрнулись, желая ухмыльнуться, но он сдержался и продолжал делать вид, будто ничего не знает.       — А зачем она тебе?       Соник смолк, неуверенно оглядев свою обувь и призадумавшись.       — Я просто как-то обещал ей навестить её вчера… — каким-то странным тоном ответил ёж, будто пытаясь скрыть вину. — А я забыл.       На лице Шэдоу не спадала маска осуждения, и тем не менее он слушал Соника со всем вниманием. Каждое его слово он тщательно анализировал, пытаясь зацепиться за какие-то неуверенные интонации, говорящие о его лжи. Тёмный ёж и так знал, что натворил Соник, но хотел убедиться в этом собственными ушами, чтобы быть уверенным — Шэдоу не зря винил его в трусости и безответственности.       — И что дальше?       — Ты случайно не навещал её? А то мне показалось, что ты шёл от её дома.       Тёмный ёж слегка удивился его наблюдательности, но не придал этому особое значение. Он решил ничего не скрывать и ответить ему всё как есть:       — Да, навещал.       Соник немного поднял брови от удивления. Почему-то он был уверен, что Шэдоу ответит ему с отрицанием.       — Ого. И-и в каком она состоянии?       Тёмный ёж еле сдержал свою злобу, чтобы не сорваться на оскал. «Ты сам прекрасно знаешь, в каком она сейчас состоянии…» — пронеслось в его голове, но соврать ему он всё же не мог. Он не такой бессовестный болван, как этот синий ёж, чтобы притворяться несведущим.       — Она уже идёт на поправку, — еле выдавил тёмный ёж. — Её зрение начало восстанавливаться.       — Ох, слава Хаосу! — облегчённо выдохнул синий ёж, будто ему удалось избежать какого-то ужасного наказания. Его радость в голосе прозвучала настолько неестественно и формально, что Шэдоу начало тошнить. — Значит, идти к ней мне уже необязательно.       «Подонок…»       Шэдоу сжал кулак, преодолевая свой гнев — никогда ещё ему не хотелось так врезать Сонику, как сейчас. В голове промелькнули тысячи ругательств в его сторону, а по рукам пробежала дрожь от сдерживаемого порыва навалять синему прямо сейчас. Однако это всё равно будет бесполезно, Шэдоу прекрасно понимал это. Как бы сильно ни хотелось, Соник останется таким, какой он есть, навсегда. Сомнений в этом не было. А если бы были, то Шэдоу, может, и не стал бы сдерживаться.       — Всё-равно жаль, что с ней такое случилось… — в каком-то странном грустном тоне проговорил Соник. — Ну, зато, она хотя бы на время перестанет за мной гоняться.       На несколько секунд их настигло неловкое молчание, после чего Шэдоу расплылся в улыбке и начал нетипично смеяться. Забавно получилось, ведь за это время он уже успел сблизиться с Эми, и ежиха кое-что осознала насчёт Соника. После вчерашней ночи у них даже появился шанс стать гораздо ближе, чем ежиха могла себе представить, воображая о любви с Соником. Всё-таки в этом плане Шэдоу оказался победителем. Впрочем, он и не сомневался в том, что окажется лучше Соника в разы.       — Не волнуйся, Соник, — Шэдоу как бы издеваясь, но скрывая это шуткой, изменил свой тон голоса, которым уже привык хорошо изображать своего недосоперника. — За тобой она точно больше бегать не будет. Уж поверь мне.

КОНЕЦ